Пятнадцать поцелуев

Пусть и не очень красиво. С Глебом потом объяснюсь. А родителям вообще знать об этом не нужно.

Я решила прогуляться по центру. До набережной было рукой подать, и народ там всегда тусовался.

Поколебавшись, набрала номер Саши. Десять вечера – не самое лучшее время для звонков, но вряд ли он спит.

– Привет, я как раз о тебе сейчас думал, – без предисловий выпалил он, и я тут же улыбнулась, чувствуя себя намного лучше. Как будто одна его фраза могла волшебным образом смыть с меня все заботы этого дня.

– А я думала о тебе. И решила позвонить.

– Правильно сделала. Как прошёл день?

Рассказывать про Глеба я не стала. Лишь вскользь упомянула о том, что к родителям пришли гости, а я, посидев для приличия, ушла погулять.

– Не поздновато для прогулок в одиночестве?

– Но я ведь не в одиночестве. Я с тобой.

Мы болтали больше часа, меняя темы без пауз, постоянно вдохновляясь чем-то новым и узнавая друг о друге какие-то мелочи, которые составляли всё более чёткое представление о собеседнике.

Мы не договаривались о новой встрече, но я точно знала – она у нас будет.

– Напиши мне, когда доберёшься, – попросил Саша.

Я сообщила, что уже у метро и еду домой. Стрелки часов стремились к полуночи, и стоило бы вернуться, пока родители не вспомнили, что у них есть дочь.

Я надеялась лишь, что ужин уже закончился – пора и честь знать.

– Обязательно. Целую, – поддавшись порыву, сказала я.

– И я, – ответил в такт Саша, и мы распрощались.

Дома действительно было тихо, и я, прошмыгнув в свою комнату, спокойно легла спать, не забыв выполнить обещание и написать Саше.

Мы снова пожелали друг другу спокойной ночи, и я почти сразу заснула, вдохновлённая последним счастливым аккордом этого дня.

– Господи, Боже мой, Вера, вставай! – мама стояла надо мной, тряся за плечо.

Давно она себе такого не позволяла. А если быть точной – по-моему, даже никогда.

– Что случилось? – пытаясь разлепить глаза и собрать в кучу мысли, промямлила в ответ.

– Там… Глеб…

– Что Глеб? – с огорчением от того, что меня из-за этого разбудили, пробормотала я.

– Вы вчера вместе из клуба ушли?

– Ммм… – протянула я сонно и честно призналась: – Нет, он остался.

– Пожар в клубе. Вчера ночью. Я до Лены дозвониться не могу, узнать, всё ли с ним нормально. Сейчас по новостям увидела…

Из обрывочных речей мамы стало понятно, что в клубе, где мы вчера были, случился пожар. И, увидев это по телевизору, мама кинулась будить меня. По дороге, конечно, позвонила маме Глеба – своей подруге, – но та не ответила.

– Ну, попробуй ещё раз, – прикрикнула я, включая свой телефон и судорожно набирая номер Алёны.

Подруга, к счастью, ответила быстро. И, кажется, голос её тоже был сонным.

– Да-а, – выдохнула она.

– Алёна! С вами всё в порядке?

– Да, – повторила она, теперь уже настороженно.

– В клубе, где мы вчера были, случился пожар.

Кажется, мамина нервозность передалась и мне. Вот только она переживала за «возможного зятя», а я – за лучшую подругу.

– О, Боже. Нет, мы этого не застали. Ушли с Глебом примерно через час после тебя.

– С Глебом? – переспросила я, закрывая дверь в ванную и понижая тон, чтобы мама случайно меня не услышала.

– Ну да. Разговорились, решили прогуляться. Сколько сейчас? Вер, не поверишь, я только два часа назад домой вернулась.

– О-о, насколько хорошо вы нашли общий язык, – засмеялась.

– Надеюсь, ты не ревнуешь?

– Нет, – вполне искренне ответила я, и, понизив голос почти до шёпота, призналась: – Откровенно говоря, если у вас что-то срастётся, я буду только рада. Сразу столько вопросов ко мне отпадёт.

Алёна засмеялась:

– Буду рада помочь.

Я дала подруге возможность выспаться и сообщила маме, что с Глебом всё в порядке.

– Ты до него дозвонилась? – тут же схватилась она за эту идею.

– Нет, не до него, а до своей подруги. Мы вчера втроём там были. Они ушли чуть позже, но вместе, так что всё в порядке.

– А почему вместе с Глебом ушла не ты, а твоя подруга? – тут же нахмурилась мама.

Я поспешила увести разговор в другую сторону:

– Мам, перестань, а? Есть у нас что-нибудь перекусить? А то скоро на пары…

Алёна, ожидаемо, на занятиях не появилась. А я ждала встречи с Сашей, постоянно вспоминая об этом и невольно улыбаясь. Влюблённые – они ведь немного блаженные, не зря говорится.

Он написал мне с утра, когда я ехала в институт. Спросил, во сколько освобожусь, и предложил встретить. Я отказалась. Назначила встречу возле метро. Потому что опять испугалась.

Испугалась, что кто-нибудь что-нибудь ему скажет. Или он сам увидит и догадается.

Почему я вечно должна выпутываться, что-то придумывать, врать ему? Почему Саша смог мне честно сказать о своей ситуации, а я не могу? Не так, конечно, мол, «я богатая, мой папа в Москве большая „шишка“, и вообще, живём мы не там, я тебя обманула». Но как-то мягко… Лучше сейчас.

Сегодня я честно попыталась сказать Саше правду. Но из этого ничего не вышло. Едва я собралась с духом и выпалила: «Саш, мне нужно сказать тебе…» – он схватил меня за руку и прижал палец к губам.

– Смотри!

Перед нами открывался роскошный вид на Москву-реку, а на бетонном парапете недалеко от нас городским пейзажем любовались два голубя.

– Прямо как мы с тобой, – хмыкнул парень.

Я засмеялась. Сходство, действительно, было.

Но на душе стало мутно. Больше я не смогла поднять эту тему.

Мы отправились в парк, по пути зашли в супермаркет за мороженым и Саша, заметив внутри автомат с игрушками, остановился.

– Играла когда-нибудь в эту штуку?

– В детстве, – призналась. – Ни разу не выиграла.

Он как-то странно посмотрел на меня и приблизился к стеклянной витрине, разглядывая набросанные кучей мягкие игрушки.

– Какую хочешь?

– Саш…

– Выбирай. Вот эта пойдёт?

Он указал на медвежонка, и я кивнула, не особенно веря в успех этого дела. Я была твёрдо уверена, что всё это – «развод на деньги» и срабатывает система только спустя определённое количество поражений.

Затаив дыхание, я наблюдала за тем, как парень опускает в отверстие десять рублей, смело берётся за игровой рычаг и взвешенно, неспеша ведёт металлическую «хваталку» к игрушке. Рассчитав алгоритм, он нажал «спуск». «Лапа» схватила медведя, поднялась, зависла на пару мгновений, а затем потащила его к отверстию и уронила ровно туда – в лоток для выдачи подарков. Уже через секунду я ошарашенно смотрела на Сашу, пока он доставал свой трофей и с улыбкой протягивал мне.

– Как ты это делаешь? Я думала, тут никто никогда не выигрывает!

– Значит, нам повезло.

– А ты вообще везучий?

– Теперь я думаю, что да.

– Почему теперь? Из-за медведя?

Он усмехнулся.

– Потому что я встретил тебя.

– Я серьёзно!

– Я тоже.

Мы уже вышли из магазина и встали в сторонке. Вроде бы говорили смеясь, но это явно была не шутка. И я не знала, как реагировать… А Саша как будто хотел меня поцеловать, но не решался. Снова.

В конце концов нас оттолкнули открывшейся дверью, и мы продолжили маршрут в сторону парка, по дороге придумывая мишке имя. Остановились на «Ронни».

Потом я рассказала про свою кошку Шанель, а Саша – про то, что всегда хотел иметь дома кота, но в связи с непростой ситуацией эти мысли как-то ушли на задний план.

– Познакомишь меня со своей кошкой? – спросил он, и я нервно сглотнула.

– Обязательно, – произнесла в ответ и снова проявила чудеса изобретательности, меняя тему: – А пойдём завтра в кино? Мы ведь так и не сходили.

– Я бы рад, да не могу. У меня завтра смена.

– Смена?

– Да, я работаю.

– Кем?

Было видно, что ему не хотелось об этом говорить. А если бы знал, что я из тех самых, о ком он так «невыгодно» высказывался в первую нашу встречу – возможно, и вовсе прекратил бы наше общение. И уж точно был бы менее расположен ко мне, чтобы так много рассказывать.

– На автомойке.

Я сглотнула. Ну да. Родители были бы в ужасе. Это не Глеб – в идеально отглаженном костюме, в кожаном кресле, у папы под боком.

– А почему не по специальности?

– Пока ничего не нашёл.

Видно было, что ему это не очень приятно, поэтому я, как могла, постаралась сгладить ситуацию.

– Ты молодец. Я бы тоже хотела где-нибудь работать.

– У нас кассиры нужны были. Если хочешь, спрошу, – он вопросительно взглянул на меня, и я кивнула.

Машинально. Решила обдумать потом.

Но, с другой стороны, я же хотела самостоятельной жизни? А для того, чтобы не зависеть от родителей, я должна начинать прокладывать себе путь. Пусть так, зато рядом с Сашей. Кассиром – это нормально. Многие так живут и работают.

– И давно ты работаешь?

– Почти восемь месяцев.

– И как?

– Работа – она и есть работа. Устаёшь, но зато свои деньги. Маме сейчас нужны лекарства для восстановления, а они не дешёвые. И дедушка мне всегда говорил, что мужчина должен уметь как можно больше. Вот я и решил, что пора начинать.

– Дедушка? – переспросила.

– Да. О, – тут же воодушевился парень. – Я вас как-нибудь познакомлю. Он удивительный человек.

И уже через два дня, когда мы снова увиделись, предложил:

– Ну что, готова познакомиться с моим дедом? Я ему сообщил, он нас ждёт.

– А это точно удобно? – как-то смутилась я.

А вдруг взрослый человек с трезвым взглядом на жизнь сумеет разглядеть во мне то, что я скрываю? Что я «не такая», что Саше не подхожу? А потом ему скажет об этом…

И всё же отступать было поздно. И я согласилась – хотя это была чистая формальность.