Эти земли полны волшебства

Глава 7. Чаромира знает лучше

Чаромира разглядывала незнакомцев, а Гриф с Крессом во все глаза смотрели на нее. Все молчали. Вдруг колдунья предложила:

– Пойдемте-ка обедать. Самое время сейчас подкрепиться.

Чаромира достала из печи большую краюху свежего хлеба, выложила ее на стол. В котле на печи оказался ароматный отвар из трав и ягод, в кастрюльке булькали тушенные в сметане лесные грибочки. Чаромира была не только хорошей колдуньей, но и первоклассным кулинаром. Это и не удивительно – колдуньи обычно замечательно готовят.

Итак, все гости с интересом смотрели на большой деревянный стол, где одно за другим появлялись разные вкусности. Чаромира проворно доставала из печки и шкафчиков котелки, баночки, тарелки… На столе появились дымящийся глиняный горшочек жаркого, пирог с мясом, бобовая похлебка, большая тарелка домашних солений, банка малинового варенья и внушительный кусок домашнего сыра. Чаромира пригласила всех к столу.

Какое-то время все гости молчали, с удовольствием поглощая еду, которая оказалась необыкновенно вкусной. Гриф уже давно не ел ничего подобного. Он и сам удивился, насколько жадно он набросился на предложенные угощения. Кресс сидел рядом и с наслаждением клевал пирог.

Крылатый пил чудодейственный отвар из каких-то трав и чувствовал, что наполняется силами и незнакомой ранее энергией. Эта энергия была непохожа на его собственную. В ней ощущалось много желания действовать, много смелости.

Чаромира с улыбкой смотрела на Грифа. Дождавшись, когда он разделается с похлебкой, она произнесла:

– Я вижу, Хедль не преувеличил – ты действительно искатель и странник. Но то, что ты ищешь, для тебя самого будет неожиданностью.

Гриф внимательно слушал.

– Значит, Хедль хотел, чтобы я пришел к тебе…

– Да. И попугайчик твой мне знаком. Когда-то это была моя зверушка. Но у Хедля ему жилось лучше – у меня ж тут ворон много, совы… Это хорошая птичка. Поговорить с ним, конечно, теперь не о чем, но свою задачу он выполнит.

– А может ты знаешь, куда мы все-таки идем?

– Знаю!

Чаромира прищурилась.

– Конечно, знаю… Ты очень долго плутал отшельником в своих скалах. Ты многому научился, но отшельником быть – это временная судьба. Потом надо идти дальше. А ты захотел всегда одинаково жить. Не надо этого. С ветром ты преуспел, он тебе почти покорился, но он бы тебя и погубил. Ветер – он такой… Ему безразличны его почитатели. А тебе сейчас нужно совсем иное.

– И что же мне нужно? – С вызовом спросил Гриф. Он не понимал, какие чувства задела в нем речь колдуньи. Что-то внутри него соглашалось с ней, но что-то упорно протестовало.

– Слушай, Гриф, я не хочу говорить загадками. Тебе нужно встретиться кое с кем. Он не ждет тебя. Я даже не уверена, что он хочет познакомиться с тобой. Но тебе это очень нужно. Ему – тоже не помешает, но он об этом еще не догадывается… Наверно, ты будешь ему полезен…

– И долго мне еще идти?

– О, я все устрою! Хедль для этого тебя и направил сюда.

Чаромира оглядела комнату и нашла взглядом Кресса. Она подмигнула ему:

– Иди сюда, Разноцветик! Помнишь меня?

Попугай будто только этого и ждал. Он быстро подлетел к колдунье и сел ей на ладонь. Казалось, он был очень доволен.

– Хороший Разноцветик… Ты знаешь, куда вести Грифа?

Кресс потоптался на ладони и выдал:

– Вперред!

Чаромира засмеялась:

– Словарный запас небогатый у тебя, братец. Давай-ка это исправим, ты же у нас птица говорящая!

Она дунула на макушку Кресса и что-то быстро-быстро зашептала. Гриф и Крылатый почувствовали, как свежий ветер пронесся по избушке, оставляя запах полевых цветов и трав.

Крылатый уже давно молчаливо затаился в темном уголке у печки и наблюдал за происходящим. Он ловил каждое слово Чаромиры и тоже хотел куда-то отправиться и что-то искать. Тем временем Чаромира закончила творить заклинания и снова обратилась к попугаю:

– Ну так что, Разноцветик, куда ты поведешь Грифа?

– К Лесу и Опушке. Нам туда надо.

Гриф от неожиданности резко встал с лавки. Крылатый не мигая и боясь дышать следил, что же будет дальше.

– Ну вот и хорошо, – произнесла Чаромира, довольная своими успехами. – До зимы как раз туда доберетесь, а холода встретите в тепле и уюте.

– А почему Хедль назвал Разноцветика Крессом? – спросил пораженный Гриф.

– Это у него надо спросить. А попугайчик этот хранит в себе много секретов. И имен у него наверно было немало. Правда ведь, Разноцветик?

– Правда. – Коротко и немного грустно ответил попугай.

– А можно мне продолжать называть тебя Крессом? – поинтересовался Гриф.

– Можно. – Так же безучастно отозвался попугай.

– Ну что, дорогие мои, давайте-ка собираться в дорогу.

С этими словами Чаромира исчезла за печкой и вскоре вернулась с увесистой корзинкой. В этой корзинке чего только не было! И ветчина, и свежий хлеб, и яблоки, и кусок пирога, и орехи, и бутыль ягодного отвара.

– Я доставлю вас до границы Холмов с Лесом и Опушкой. А дальше вам уже рукой подать. Разноцветик знает. Пойдемте!

– Можно мне с вами? – Неожиданно раздался звонкий голос Крылатого.

– Крылатый, тебе не надо туда… – мягко начала Чаромира.

– Но я хочу тоже куда-нибудь идти, что-то искать! Я не могу теперь просто взять и вернуться домой!

Чаромира задумалась.

– Ладно, пусть будет так. Я доведу тебя вместе с ними до границы, но дальше у тебя будет другой путь.

Глаза Крылатого засияли. Его тоже ждет путешествие! Он тоже пойдет каким-то путем, и с ним произойдут Важные События и Настоящие Приключения!

Все четверо вышли из избушки и направились к корням большого дерева. Чаромира ловко нырнула под них и вытащила спрятанный заранее сверток. Путешественники не сводили глаз с ее движений. Колдунья стала быстро шептать, несколько раз обошла дерево. Двигаясь по кругу, она взмахивала рукой, будто сообщая что-то пространству, беседуя с невидимыми жителями леса. Вдруг сверток в ее руке шевельнулся, ожил и превратился в затейливое широкое покрывало. Чаромира быстро размотала ткань и вытряхнула перед собой вихрь воздуха.

У Грифа перехватило дыхание – он понял, что это была за магия! На его глазах Чаромира приручила ветер, который теперь выполнял все ее просьбы! Гриф вспомнил, как на холодных скалах вновь и вновь его сбивали с ног порывы ледяного воздуха, будто насмехаясь над попытками неумелого волшебника взять власть над стихией. А сейчас, в этом лесу, он видел управляемый вихрь, небольшую воронку, похожую на смерч, которую поддерживала руками старая колдунья. Ветер повиновался ей, старался угадать каждое ее движение. Грифу становилось то холодно, то жарко, это зрелище будило в нем слишком много воспоминаний…

Тем временем вихрь стал больше и выше, Чаромира поднесла его ближе к путешественникам и громко скомандовала:

– По очереди быстро шагайте в воронку! Не бойтесь! Крылатый, давай!

Крылатый с разбегу влетел в вихрь и скрылся в нем.

– Твоя очередь! – крикнула Чаромира Грифу. Кресс сильнее сжал его плечо. Гриф знал, что бояться нечего. Он уверенно и быстро вошел в поток воздуха. Тут же он почувствовал, как его тело потеряло вес, какая-то сила несла его вверх, а вокруг мелькала вата облаков. Не успев осмотреться, он резко начал терять высоту и теперь летел вниз. Вдруг тело резко вернуло свой вес, и Гриф мягко приземлился на землю.

Он огляделся – рядом сидел Крылатый, вокруг него прыгал Кресс. Сбоку тянулась полоса леса, который уже готовился к зиме. Небольшой ветерок заставлял ежиться от холода, деревья, казалось, начали цепенеть, погружаясь в стылый долгий сон.

Гриф поднялся на ноги и увидел, что Чаромира как ни в чем ни бывало стоит неподалеку и внимательно вглядывается в лес. Он подошел к ней.

– Этот лес – на границе. Здесь заканчиваются Холмы, а дальше начинается Лес и Опушка. Там твой путь продолжится. Верь в себя, Гриф.

– Чаромира, спасибо тебе… Этот ветер тебя так слушался… У меня не получалось такого…

– А тебе этого очень хотелось?

– Я потратил на это слишком много времени. И немало отдал за эти умения. Но так легко управлять потоком как ты…

Колдунья не отвечала и молча смотрела в лес.

– Послушай, Гриф. Жизнь – это череда разных историй, которые случаются с нами. Мы выходим из одной истории, чтобы перейти в другую. Мы заканчиваем один путь и тут же начинаем новый, без этого никак. Надо вовремя понять, что одна история закончилась, началась другая, и идти дальше. В конце концов, долго жить в одном сюжете – это очень скучно. Не держись за то, к чему ты так привык – и ты найдешь гораздо больше.

Чаромира подмигнула и улыбнулась. Наступила пора прощаться. Гриф и Крылатый подошли к Чаромире, Кресс с шумом опустился ей на руку.

– Не подведи меня, Разноцветик, – шепнула колдунья. – А ты, Гриф, иди через лес, тебя уже ждут.

Крылатый нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

– А я? Что скажешь про меня?

– А про тебя я скажу вот что, – усмехнулась Чаромира, – если ты решил выбрать себе новый путь, тебе нужно начать новую жизнь. Здесь недалеко, на границе Холмов, есть домик. Сейчас хозяина в нем нет. Ты можешь пожить там и подождать его. К весне он вернется. А пока ты присмотришь за домом и решишь, чего ты хочешь на самом деле.

Так Крылатый и Гриф с Крессом отправились в разные стороны. Странник с попугаем на плече вошел в лес, а Крылатый побрел вдоль полосы деревьев искать свой новый дом. Чаромира осталась одна. Она стояла неподвижно, задумавшись о чем-то. Верхушки деревьев вздрагивали от легкого ветра, воздух был сырым и холодным.

– Что ж, значит, тому быть… – пробормотала колдунья.

Она прошептала заклинание, подпрыгнула на месте, повернулась в сторону Холмов и исчезла.

На ветру кружились первые хлопья снега.

Глава 8. В гостях у Мюрлы

Гриф шел через лес. Попугай теперь стал разговорчивей, идти было веселей. Лес выглядел приветливо и дружелюбно, запасы еды в корзинке постепенно таяли. Путешественники чувствовали, что скоро они придут к своей цели, а заодно и узнают, какая она – их цель. Скоро раскроются загадки их пути, который выстраивается под ногами с каждым новым шагом. Путь, который свел их вместе, познакомил с Хедлем и Чаромирой, неожиданно пересекся с жизнью Крылатого… Становилось холоднее, все чаще кружились в воздухе легкие снежинки. Зима всегда начинается именно так: сначала первый робкий снег, легкие заморозки по ночам, а потом осень вдруг резко заканчивается, уступая место долгим белым холодам.

Кресс рассказал Грифу свою историю. Оказалось, что попугай совсем не помнит те жаркие тропические земли, откуда он был родом. Еще птенцом его отправил в подарок Чаромире какой-то собиратель экзотических зверей и разных диковин. Чаромира тогда держала гораздо больше птиц, чем теперь. У нее жили вороны, совы, сокол и даже павлин. Собиратель диковин как-то подарил ей птицу, которой не было ни у кого: странное создание под названием топуция с большим красным клювом, маленькими крылышками и хвостом-веером. Оперение топуции было пестрым и ярким, хвост блестел и отливал чернотой, глаза по-кошачьи искрились зеленым и были совсем крошечными. Топуция не могла летать, издавала звуки, напоминающие крик чайки, и, в общем-то, никакими способностями не отличалась.

Чаромира некоторое время наблюдала за этой необычной птицей, но потом отправила ее жить к своей тетке – горной фее из Заоблачных Далей. Та была изысканной дамой, любила то, чего ни у кого не было, и осталась в полном восторге от подарка племянницы. Прошло некоторое время, и собиратель диковин за какую-то услугу презентовал Чаромире разноцветного птенца. Колдунья так сходу и назвала его – Разноцветик. Это был попугай – шустрый и любопытный. Он быстро овладевал речью, был отличным собеседником для колдуньи и экзотическим спутником для ее длительных лесных прогулок. От Чаромиры он многое узнал о травах и лесных духах, о целительстве и магии.

Разноцветику было крайне интересно со своей хозяйкой. И правда – жизнь в домике Чаромиры уж никак нельзя было назвать скучной! В каждом уголке обитало что-то волшебное, колдунья с утра до вечера общалась с невидимыми духами, и они отвечали ей разными способами. Целыми днями все жители домика наблюдали этот занимательный диалог Чаромиры и кого-то из невидимого мира.

Жизнь Разноцветика протекала спокойно и беззаботно, пока однажды в гости к его хозяйке не пожаловал Хедль. Он был чем-то расстроен и совсем не просто так проделал длинный путь со своих Туманных Болот. Укрывшись за большой печкой, Чаромира и Хедль долго беседовали о чем-то. А потом Разноцветика отдали Хедлю. Чаромира сказала, что так будет лучше всем, в том числе и самому попугаю. Вскользь было сказано, что Разноцветику грозит какая-то опасность и необходимо спрятать его подальше от Холмов. Кроме этого, на Разноцветика наложили одно хитроумное заклятие, почти лишив его речи. А еще Хедль, подумав, изменил ему имя.

Какая-то странная история, думал Гриф, молча слушая своего разговорчивого компаньона. Многое оставалось таинственным, хотелось узнавать новые и новые подробности. И, в конце концов, почему Хедль подарил попугая ему, Грифу?

Кресс явно был доволен тем, что снова обрел способность говорить, и бодро комментировал все, что попадалось на пути. Одна тропинка сменялась другой, лес становился все интереснее, последнее осеннее солнце подсвечивало остатки ярких листьев на земле, по траве и мху скакали мелкие лесные зверушки, не обращая никакого внимания на наших спутников. Гриф дышал полной грудью, он чувствовал себя обновленным, легким. Ему хотелось идти и идти по этому лесу, находить в корнях деревьев оставшиеся осенние ягоды, любоваться солнечными лучами в кронах деревьев. Попугай что-то уютно трещал на плече, и все это вместе делало Грифа счастливым.

На следующий день еда в корзинке закончилась, солнце ушло, и с утра зарядил серый и нудный дождь. Он все лил и лил, казалось, ему нет конца. Путешественники шли молча, разговаривать не хотелось, они промокли до нитки и замерзли. Вдруг Кресс подал голос:

– А мы уже почти пришли!

Гриф огляделся – и правда, впереди деревья редели, виднелась большая опушка. В центре расположился небольшой домик с красной черепичной крышей. В окнах виднелись занавески в цветочек, вокруг домика были разбиты аккуратные грядки с давно уже убранным урожаем. На крылечке в кадках росла герань, а входную дверь украшал букет осенних листьев. Должно быть, такое жилище принадлежало убежденному домоседу, которого сложно выманить из любимого кресла и теплого одеяла.

Гриф и Кресс поднялись на крыльцо.

– Это здесь, мы пришли, стучи, не раздумывай! – ликовал насквозь промокший попугай.

И Гриф постучал.

Сначала за дверью было тихо, потом раздались поспешные шаги и недовольный голос спросил:

– Кто это там?

Путешественники переглянулись. Гриф не нашелся с ответом и просто сказал как есть:

– Это Гриф.

И Мюрла, наконец, открыл дверь.

Сначала все трое молча смотрели друг на друга. С крыши по водостоку текла дождевая вода, наступали фиолетовые сумерки, мокрый воздух стал еще холоднее. Гриф первым вспомнил о приличиях:

– Добрый вечер! Я понимаю, что вы не ждали в гости незнакомцев, этот день вообще не располагает ходить по гостям, но мы были бы очень признательны, если бы вы разрешили нам переждать непогоду в вашем доме.

Мюрла был удивлен и немного напуган. Он знал о Грифе. Поговаривали, что это загадочный колдун из Затерянных земель, отшельник, от которого всего можно ждать.

Он переводил взгляд с Грифа на попугая, думая одновременно о странном госте издалека, о неведомых землях, из которых тот пришел, о диковинной птице и о чем-то таинственном, неизвестном, нарушающем привычный ритм жизни… Мюрла чувствовал, что появление незнакомца может изменить что-то важное в его уютном сложившемся мире. Эти двое мокли под дождем, они замерзли, им нужен был домашний кров. Как не впустить их? Но вдруг они опасны? Мюрла еще раз оглядел Грифа. Нет, вряд ли он хочет причинить вред. В конце концов, может, это возможность рискнуть хотя бы раз в жизни? Ведь до этого Мюрла никогда не рисковал, он жил спокойно и предсказуемо. Итак, гном вздохнул и ответил:

– Пожалуйста, входите…

«Кто бы они ни были и зачем бы ни пришли – они в первую очередь промокли, замерзли и наверняка еще и голодные» – Мюрла решил переключиться на хозяйственные заботы, это отвлекло его от тревожных мыслей, и он почувствовал себя храбрее.

Гриф и Кресс осматривались. Это был маленький и очень милый домик. В углу трещал камин, рядом стояли мягкие кресла, на плите грелся чайник, вдоль стены расположился большой старинный сундук, накрытый вязаным пледом. Повсюду были коврики, прихватки, на стенах висели небольшие картины с лесными пейзажами, на окнах стояли цветы в горшках. Словом, это был домик для размеренной тихой жизни вдали от потрясений и перемен.

Наши путешественники с удовольствием сушились у камина, а Мюрла отправился в кладовую за чем-нибудь вкусным. Он не ошибся – Гриф с Крессом действительно умирали с голода, поэтому на предложение перекусить ответили единодушным согласием.

Из кладовой Мюрла вернулся с ветчиной, корзиной яблок, банкой меда и маринованными грибами. Надо признать, Мюрла знал толк в хорошем отдыхе и вкусной еде, с таким хозяином домика нашим друзьям очень повезло. Вот уже приветливо зашкворчало масло на сковородке, туда была отправлена ветчина и влиты яйца. Теплый и необыкновенно соблазнительный запах плыл по домику, делая его еще уютнее и волшебнее. Вскоре Гриф и Кресс сидели за столом, жадно поглощали яичницу с ветчиной, закусывали грибами и вчерашними тыквенными булочками, заботливо разогретыми Мюрлой. Потом все дружно пили смородиновый чай с медом и печеными яблоками.

Гриф и Кресс согрелись, наелись, и их непреодолимо тянуло в сон. Под шум дождя за окном они устроились в больших креслах и моментально уснули, укутавшись в пледы и одеяла.

Мюрла сидел у окна с чашкой чая, смотрел на своих спящих гостей и обдумывал все, что произошло за этот вечер. Итак, к нему явился сам Гриф. Что он делает в этих краях? Ведь его земли очень далеко отсюда, а время года совершенно не располагает к далеким прогулкам. А если у него какие-то срочные дела на Опушке? Но что тут может привлекать этого колдуна? Уж не замышляет ли он что-то плохое… Самое главное, что волновало Мюрлу – почему Гриф пришел именно к нему? Это была загадка, разгадать которую Мюрла не мог. Он пил чай, смотрел в темное ночное окно на дождь, и тревога вновь охватывала его. В конце концов, собственные мысли утомили его, и он тоже отправился спать, решив завтра подробно расспросить обо всем своих гостей.

Утром дождь прекратился, выглянуло солнце, но воздух был холодным и по-зимнему свежим. Листья окончательно облетели с деревьев, лес выглядел печально и немного обиженно. С самого утра Мюрла хлопотал по дому. Он убрал с крыльца цветы и букеты, большой метлой смел с дорожек мокрые листья и мусор, замесил тесто для яблочного пирога. Его гости все еще спали, а Мюрла наводил порядок вокруг, успокаиваясь и набираясь уверенности в новом дне. На завтрак он решил испечь кружевные блинчики, тем более, в кладовой нашлось несколько банок облепихового варенья. Вкусный запах блинчиков разбудил Грифа и Кресса. Они с удовольствием завтракали, нахваливая кулинарные таланты Мюрлы. Это, конечно, было очень приятно, и польщенный хозяин дома решил удивить своих гостей каким-нибудь вкусным обедом из сезонных овощей.

Мюрла жил один, и ему было в радость разделить свои трапезы с кем-нибудь. Конечно, и другие гномы жили в разных частях Леса и Опушки, но их было мало, и они нечасто ходили друг к другу в гости. Да и было особенно увлекательно провести время с кем-то необычным и незнакомым, кто сам пришел к нему. Мюрла наконец-то решился и задал первый осторожный вопрос Грифу.

– Мне очень интересно, откуда вы идете и почему решили остановиться здесь, на нашей опушке… Вы путешествуете?..

Гриф допил свой чай, Кресс придвинулся поближе.

– Еще раз извините, что мы с моим другом свалились на вас как снег на голову. Мы… да, мы путешественники. Мы идем из Холмов, – так же осторожно начал Гриф.

– Я много о вас слышал. Здесь многие слышали о вас, Гриф.

Мюрла сказал это и понял, насколько смелым было его замечание. Как же теперь отреагирует этот колдун?

Но колдун отреагировал вполне дружелюбно.

– Меня здесь знают? Я думаю, вы слышали много преувеличений, я совсем не тот, о ком можно много рассказать. Мой попутчик, этот разноцветный попугай Кресс, будет гораздо интереснее. Дорогой Мюрла, я очень благодарен за приют, поэтому не хочу врать. Я из Затерянных земель. Мы проделали долгий путь, который привел нас к вам. Что будет дальше, я не знаю. Я даже не знаю, продолжается наш путь или нет. Но он привел нас сюда. Кресс – это мой проводник, он утверждает, что пока не получил знак, куда двигаться дальше…

Гриф, казалось, сам не ожидал от себя такой долгой речи. Он то ли смутился, то ли удивился сам себе, но вдруг замолчал и уставился на свою пустую чашку. Мюрла тоже молчал. Только Кресс в тишине с треском грыз орехи, сидя прямо на столе.

– Зима начинается… – нарушил молчание Мюрла. – Вам, наверно, будет неудобно путешествовать дальше зимой… Снег скоро заметет всю Опушку, до весны отсюда будет никуда не уйти.

Гриф посмотрел на попугая, немного подождал и вздохнул.

– Нам придется искать место для зимовки. Наверно, эту зиму мы проведем в этих краях.

Мюрла сидел молча, прижавшись к подлокотнику своего кресла. В глубине души он очень хотел, чтобы его жизнь хоть немного изменилась. Нет, его все устраивало, он был по-своему счастлив в своем маленьком домике в сердце леса, но иногда что-то манило его к приключениям, он вдруг начинал робко мечтать о дальних путешествиях и новых пейзажах. Он сидел по вечерам, укрывшись пледом, смотрел, как в камине огонь поедает дрова, и уносился в фантазии о других землях, неизведанных мирах и их обитателях.

Когда на пороге появился Гриф, Мюрла испугался. Так бывает, когда вдруг исполняется какая-то заветная мечта, вместе с ней приходит страх и недоверие к происходящему. И появляется мысль: «Как же так, неужели это ДЕЙСТВИТЕЛЬНО произошло СО МНОЙ?» Но все это время Мюрла размышлял и наблюдал. Страх постепенно притупился, и теперь гном собрался с духом и предложил:

– Если хотите, можете пока погостить у меня. Пока не поймете, куда идти дальше… Места хватит…

Мюрла сказал и замер. А если Гриф решит, что это предложение слишком самонадеянное? Ох, и зачем Мюрла это сказал…

Но Гриф обрадовался. Он даже вскочил с места.

– Дорогой Мюрла! Спасибо! Мы с удовольствием останемся у тебя!

Мюрла почувствовал себя счастливым, и все трое отправились пить чай с ореховым печеньем.

Глава 9. Новый дом Крылатого

Мюрла был прав, очень скоро начались пушистые зимние снегопады. Весь мир стал белым и пронзительно-чистым, снег заметал дома, дороги, деревья и травы. В эту пору куда-то идти почти невозможно, лучше всего сидеть дома и заниматься какими-нибудь важными делами.

Так думал и Крылатый, который активно обживал домик на границе земель. Он нашел его быстро: важно было просто идти и идти напрямик вдоль полосы леса. Когда Крылатый начал уставать и уже заволновался, он вдруг увидел маленький заброшенный домик среди деревьев. Как только он зашел внутрь, ему там сразу понравилось.

Дом был небольшой, довольно запущенный и нуждавшийся в хозяине. Первым делом Крылатый начал грандиозную уборку. Он не любил грязь и беспорядок, его тонкая натура стремилась к комфорту и красоте. Крылатый отмыл полы и окна, убрал паутину, затопил печь и вычистил на свежевыпавшем снегу большой ковер. Уставший и довольный, он понял, что очень голоден. К счастью, в доме имелся погреб. С фонарем в руке Крылатый спустился вниз по крутым темным ступенькам. Да, тут действительно было много запасов! Помимо банок, мешков и коробок с едой на стене была приделана полка с кулинарными книгами. В основном они были старые и потрепанные, видно хозяин любил готовить и часто открывал их. Интересно, кто же он, этот таинственный обитатель дома?

Пока Крылатый наводил чистоту, на глаза ему попадались разные вещи: одежда для лесных походов, лыжи, справочник с народными приметами и советами по устройству огорода, много разной посуды, стопки полотенец и пледов, много картинок и открыток с изображением птиц и зверей. В доме было огромное количество свечей и фонарей разных размеров и видов. В единственной комнате на стене висела большая картина, на которой было изображено солнце. Просто солнце и ничего больше – ни пейзажа, ни сюжета. Странный был холст, но в то же время оторваться от него было невозможно.