Гроза Островского

И тут звонит телефон.

– Да? – раздается голос водителя. – Хорошо, Вадим, я тебя понял… Давай все после выходных решим, сейчас я занят.

Глубокий бархатистый голос, невероятно красивый, может потому что впервые я в ситуации, когда сначала оцениваешь именно звук, который издает человек, а не его внешность. Которую мне тоже нестерпимо хочется оценить. Так что же все-таки делать? Сидеть скрючившись уже невыносимо, еще немного и закричу от боли в затекших мышцах… И тут машина останавливается.

– Я же сказал что обсудим все потом… да, почти приехал, Эльза ждет. Слушай, не наглей, не собираюсь еще и невесту свою обсуждать с тобой…

Хлопает дверь машины. И тут, забыв про осторожность выпрыгиваю из-под пледа буквально как черт из табакерки.

Смотрю в окно. Мы на заправке. Двигаю руками и ногами, разминая затекшие мышцы, и разглядываю мужчину, который привез меня сюда, сам того не зная. Он буквально приковывает к себе мой взгляд. От него можно сказать веет властностью и… так трудно подобрать слово… наверное, аристократизмом. Может конечно это мое воображение, но я реально таких мужиков только на картинках в журналах мод видела. Идеальная фигура, костюм – с иголочки, сидящий на фигуре безупречно. Высокий… Волосы слегка тронуты сединой. Наверное, ему никак не меньше сорока. Но хорош, я даже забываю свое утверждение что никогда не посмотрю на старика. На этого я бы определенно посмотрела. Он все еще говорит по телефону. И смотрится так, будто позирует для глянцевой обложки. Его костюм – классический, и в то же время вызывающий, потому что простите, но кто в наше время расхаживает в костюме в крупную клетку? Это запредельно смело. И ему – невероятно идет.

Я так увлеклась слежкой за водителем джипа, что на эти минуты позабыла абсолютно обо всем… И очнулась только когда мой взгляд скрестился с взглядом Клетчатого – так я окрестила для себя мужчину. А что? Если вспомнить Булгакова… И тут в голове всплывает цитата Берлиоза:

Он побледнел, вытер лоб платком, подумал: «Что это со мной? Этого никогда не было… сердце шалит… я переутомился. Пожалуй, пора бросить все к черту и в Кисловодск…(с)

Вот и мне сейчас отчаянно хотелось испариться, исчезнуть, оказаться в Кисловодске, или даже на Камчатке, только бы подальше от буквально пронизывающего лазером взгляда серых глаз. Мужчина на секунду замер, что-то произнес в телефон, убрал его в карман и широким шагом направился к машине.

Понимаю, что нужно бежать. Но все тело как ватное. Как будто меня в одно мгновение парализовало. В горле пересохло от страха. Шарю правой рукой в поисках ручки двери, но нахожу, когда мужчина уже в шаге от меня. И тут дверь поддается, и я можно сказать вываливаюсь наружу прямо к его ногам.

– Это что бл*дь такое? – восклицает надо мной хрипловато-сексуальный голос. Черт, ну мало мне унижения, так еще и голос настолько нравится, что буквально уплываю, стоит только услышать этот раскатисто-грубоватый тембр. – Ты кто такая? Что за шутки?

– Из-звините. Я случайно… – пищу, задирая голову кверху. Падая больно ударилась коленом и поцарапала правую ладонь, которую машинально выставила перед собой.

– Случайно оказалась в моей машине? – рявкает мужчина, хватает меня за шкирку и ставит на ноги. – А ну быстро ответила кто такая. У меня мало времени.

– Понимаете, это недоразумение. Я перепутала машины… – несу первое что в голову придет. В принципе могу и правду сказать. Но она вряд ли будет правдоподобнее.

– И к кому ты залезть хотела?

– К жениху. Следила за ним, – вру вдохновенно и как по мне логично получается.

– А, ну ясно. Бывает. Садись на переднее.

– Зачем? – пищу.

– Подвезу обратно. Ты же не здесь залезла. Говори адрес, куда везти.

– Откуда вы знаете что не здесь? – спрашиваю смущенно.

– Предполагаю. И жду ответа.

– Может лучше вспомните, где бросали машину незапертой? – выдаю с вызовом.

– Если хочешь до дома добраться, или куда там тебе надо, советую быть повежливее, – буркает мужчина.

– Спасибо, – сажусь на переднее сидение. Он все еще смущает меня. Своим стилем, красотой, элегантностью. Но я хоть убедилась, что не залезла в автомобиль к маньяку. Такой галантный! Даже подвезти обратно меня решил!

Но не успеваю назвать адрес, машина двигается с места, понимаю, что едем в противоположную сторону.

– Эй, нам совершенно не туда. Я думала вы помните адрес…

– Ты о чем?

– Вы же сказали что подвезете меня обратно! Это…

Но мужчина перебивает меня не терпящем возражений голосом.

– Отвезу, не пищи. Но сначала хочу задать пару вопросов. Без свидетелей.

Вот так вот! Я напугана до смерти! И как только могла сделать вывод, что он не маньяк! Подумаешь, рожа красивая! Это ни о чем не говорит.

«Дура ты, Кира, полная», – ругаю себя на все лады. Как могла так вляпаться? Теперь только на курсы джиу-джитсу можно рассчитывать. Правда я всего год занималась и мало что помню… Но меня так колотит, что чувствую – способна на все.

Непостижимо, но вместо того чтобы визжать, топать ногами, вырывать руль – я тупо застываю на месте. Сижу как послушная маленькая девочка. Не понимаю, почему этот мужик так действует на меня. Беспрекословно подчиняюсь, сижу и смотрю в лобовое стекло перед собой. Вдыхаю аромат его туалетной воды с горьковатыми нотками. Мне нравится этот запах. И он отчего-то успокаивает меня. Едем где-то минут пятнадцать, и машина начинает притормаживать. Вокруг – леса и поля, нет населенного пункта. Снова меня охватывает паника. Открываю рот, чтобы задать вопрос, и тут раздается громкий сигнал. Нас преследуют!

Что только не проносится в моей голове в этот момент. Тяжкий крест иметь буйное воображение. А у меня – именно такое. И вот я сразу представляю что мой спутник – серийный убийца, нашел очередную жертву – меня, а менты, давно разрабатывавшие этого подозреваемого, понимая что я на волоске от смерти принимают решение брать с поличным. Меня буквально парализует от этих мыслей.

Но мужчина и не думает убегать. Еще один сигнал и он резко тормозит на обочине. Выскакивает из машины. Преследующее нас авто – тоже джип, белый, с визгом шин останавливается впереди. Из него выскакивают… не менты, увы. Стройная высокая блондинка. И направляется к моему спутнику.

– Островский! – восклицает она. – Что, черт возьми, происходит?

– Что ты здесь делаешь? – спокойно вопрошает в ответ Клетчатый, вылезая из машины. – Такое ощущение что ты следила за мной. Мне это не нравится, Эльза.

– Не нравится, потому что есть что скрывать! Я от тебя такого не ожидала, – кричит блондинка. – И я не следила! Мне позвонила подруга и сказала, что видела тебя на заправке и в твоей машине сидела проститутка в розовом платье. Боже, я ведь рассмеялась вначале… А потом она мне фото скинула. Как ты ее обнимаешь! Какой кошмар… За два месяца до нашей свадьбы… Это… это… Ударить больнее невозможно! Ты сволочь, Островский. А говорил, что остепенился!

– Может помолчишь и дашь мне все объяснить? – спокойно отвечает мужчина.

Первым моим порывом, когда услышала, что назвали проституткой, было выскочить из машины и крикнуть в лицо блонде что сама она такая. А я – случайная жертва. До меня уже дошло что Островский – не маньяк, а влюбленный мужчина, которого застукали в некрасивой ситуации. И сколько как говорится не объясняй… осадочек полюбому останется. А в следующий момент блондинка снова что-то орет про меня и вульгарное розовое платье. Унизительно и обидно слышать о себе подобные эпитеты. И я вскипаю. Гнев затмевает разум, и не успев обдумать свое намерение я оказываюсь на водительском сидении. Ключи лох Островский оставил в замке зажигания. И в следующую минуту я уже выжимаю сцепление, выруливаю на дорогу и прибавляю газу…

Представляю, какие сейчас рожи у этих двух голубков!

Я ни в коем случае не собираюсь угонять эту дорогую тачку. Просто я зла, обижена на несправедливые оскорбления в проституции, и лишь хочу убраться подальше от этого властного и грубого мужика. Не хочу участвовать в его разборках с невестой или кто она там ему. Отъеду подальше, брошу машину и буду думать как добраться домой… В жутком платье на трассе я действительно только на проститутку и похожа. Без мобильного, без денег… Хуже ситуации не придумать. Но всегда можно найти сочувствующего прохожего и попросить позвонить.

Управлять такой крупной машиной не так-то просто. Тем более, что как назло начинается дождь. Но самое страшное – белый джип снова позади и сигналит! Понимаю, что это Островский догоняет свою тачку, и впадаю в панику.

Дорога становится скользкой от дождя. Начинаю терять управление, психую, и от этого машину заносит то влево, то вправо. Колеса живут теперь своей отдельной жизнью, автомобиль идет юзом и неумолимо приближается к обочине дороги, Когда передние колеса все-таки туда угодили, я поняла, что приехала. А так надеялась добраться до какого-нибудь поселка! Попросить помощи. Но снова безлюдное место, мой преследователь выскакивает из машины, и я понимаю, что мне уже ничто не поможет. Тоже вылетаю наружу и несусь по полю изо всех сил. Впереди маячит лесополоса – мне бы только до нее добежать, а там спрячусь. Безумные, дикие мысли.

– Стой, дура! – кричит мне вслед Островский. – Куда тебя несет, идиотка?

Он все же догоняет меня. Стоим, тяжело дыша и смотрим друг на друга. Меня бьет крупная дрожь – я промокла насквозь, жутко холодно. И страшно, что этот мужчина сделает со мной за угон его машины.

– Куда несешься? – рявкает, больно дернув на себя за руку.

– П-подальше от тебя, больной на голову придурок! – выпаливаю в лицо.

– Тебя не учили, что старшим грубить нельзя? – прищуривается, в глазах обещание скорого возмездия. От страха становлюсь невменяемой и ужасно грубой, аж самой стыдно – наверное быдлом со стороны кажусь:

– Пошел нафиг, старпер вонючий! Тебе не говорили что похищение – это точно тюрьма? Ты попал, ясно тебе?

– Это кто это тебя похитил? – тихо интересуется Островский. А у меня от этого спокойного, но многообещающего тона начинают поджилки трястись.

– Ты!

– Да ты что? Разве не сама ты в машину ко мне залезла?

– Я случайно!

– Пошли.

Хватает меня за предплечье и волочет обратно к дороге. Подскальзываюсь и чуть не падаю. Но он продолжает как куклу тянуть.

– Отпусти меня, пожалуйста! Я все объясню, правду скажу, как в твоей машине оказалась! Это ужасно дурацкая история. Куда ты меня тянешь? Я пошутила насчет похищения. Ничего никому не скажу.

– Заткнись и топай быстрее. Я из-за тебя Эльзу на дороге одну бросил.

– Скорее из-за машины своей, – хмыкаю. – Мда, ну и мужики пошли. Тачку дороже девушки ценят.

– Двигай, сказал.

Почему-то я уже его не боюсь. В первые минуты он был в бешенстве, мы находились в безлюдном месте возле леса, и он ничего мне не сделал. Другой бы хоть пощечину дал, ведь и правда тачка дорогая, а я чуть не разбила ее…

– Прости пожалуйста. За то что обзывалась… Я испугалась очень, – говорю миролюбиво.

– У тебя будет шанс все исправить.

– Что ты имеешь в виду? А, ремонт джипа? Я обязательно…

– Нет, я не про машину. Ты мне сделку срываешь. Очень важную.

– Каким это образом, ты вроде на свидание ехал?

– Ты еще и подслушиваешь, – зло бросает Островский. – Прям копилка мерзких качеств. И откуда только взялась на мою голову.

– Откуда взялась там таких больше нет! – выпаливаю обиженно.

– Уж надеюсь. Страшно представить, что где-то бродят еще такие.

– Можно без оскорблений?

– Можно. – Кивает Островский. – А теперь слушай внимательно. Сделка у меня с отцом Эльзы, а он мужик очень непредсказуемый. Да и невеста у меня не подарок – повернута на ревности. А мне ее кульбиты сейчас ну совсем ни к чему. Надо все быстро уладить, потому как к папочке едем. Пришлось сказать Эльзе, что ты моя племянница. Она у меня и правда есть… Но тебе ни к чему такие подробности, да и долгая история. Тебе достаточно лайт-версии. Запомни основную мысль – сегодня тебе придется делать то, что скажу.

– Мне не очень интересны ваши семейные дрязги, если честно. Я домой очень хочу. – Немного лукавлю, Клетчатый разбудил любопытство.

– А я хочу забрать свою невесту с пустынной дороги, она там стоит под дождем! – рявкает он в ответ.

– Зачем было ее оставлять? – восклицаю недоуменно. – Почему с собой не взял?

В ответ полное мрачной опасности молчание. Ну и не очень-то мне услышать объяснение хотелось! Мы почти подошли к машине, когда мой спутник нарушил повисшее молчание.

– Так вот, слушай внимательно. Тут на один эвакуатор не меньше десятки уйдет. Вряд ли у тебя есть такие деньги. Заплатишь натурой.

– Что?! Да как ты смеешь! – отскакиваю в сторону готовая снова бежать куда глаза глядят.

– Дура, я не о том, о чем твой извращенный мозг подумал, – рявкает Островский. – Ты мне и даром не нужна. Мне сейчас надо разрулить то что ты наворотила. Значит так, слушай внимательно. Я сказал Эльзе что ты моя племянница. Иначе было не успокоить. Племяшка и правда приехать должна была, и Эльза в курсе. Но Дунька девчонка непредсказуемая. Почти такая же как ты, – усмехается Островский. Сестра моя тоже не подарок… но тебе это не интересно, я понял, – добавляет, взглянув на мое лицо. – Так вот, дорогуша, собираешь все свои актерские таланты и вперед. Будешь сегодня моей племянницей, Евдокией Островской. Нас ждет семейный ужин.

Пока едем в белом джипе невесты моего похитителя обратно, к месту где Островский бросил свою Эльзу (для своей машины он вызвал эвакуатор), он вкратце рассказывает мне о своих проблемах. Лаконично и по делу, без особых подробностей и полностью без эмоций. Как-будто постоянно занимается тем, что устраивает спектакли, подменяет своих родственников и лжет невесте. Меня ситуация дико смущает. Но что я могу сделать? Спорить с этим холодным и циничным мужчиной мне явно не по силам. Сбежать – не вышло. Может лучше выполнить все что он хочет, сыграть роль, а потом разойдемся с миром? В конце концов, я ему определенно нужна лишь в плане актерской игры. Такой как он не будет домогаться там, или что похуже. Он на меня смотрит как на грязь под ногами… И надо признать это ужасно обидно. Конечно, куда мне до его Эльзы, идеальной красотки, с макияжем, костюмом от кутюр и манерами светской дамы. Мда, видела тетку всего пару минут – а сколько впечатлений, Кира! Самой от себя стыдно… Может Эльза совсем не такая, как я нарисовала в своем воображении…

Да и мне то нафиг не сдался этот мужлан! Не понимаю, почему вообще рассуждаю на эту тему. У меня и так проблем по горло, еще и про какого-то мажористого старикана думать!

Никогда не обращала внимания – женского, я имею в виду, на мужчин старше себя более чем на пять лет. Даже пять если честно казались огромной разницей, пропастью. У меня были знакомые девчонки в институте, которые искали себе взрослых богатых папиков. Это сейчас очень модно… Но я точно не из таких. У меня долгое время был лишь Валерка. Старше меня на год, считай ровесники, встречались почти два года. Правда несмотря на срок не могу назвать наши отношения серьезными. Сходились, расходились, тусовались, ругались. Потому что были слишком молоды чтобы строить планы на будущее. Ни он ни я и думать не хотели о семье – рано. Расстались уже больше года прошло – меня начали душить наши отношения, сначала взяла паузу, а потом и вовсе поняла, что мы слишком разные, а я хочу быть со своим парнем на одной волне. Да и секс у нас был так себе. Я же мечтала о безумной страсти… как в любовных романах, которые, впрочем, стеснялась читать. Разве что одним глазом, тайком стащив у матери… Она то заглатывала подобное чтиво пачками.

А потом как снег на голову мне свалился тридцатипятилетний жених… И до кучи вот теперь еще Островский.

С другой стороны – может это даже неплохо, что я сейчас занята проблемами чужих людей? Помогу этому мужику разрулить ситуацию, ведь и правда виновата… Заодно на пользу пойдет побыть от семьи подальше. Пусть мама хорошенько подумает, как дочь насильно замуж пихать. И Дмитрий возможно сообразит, что ему и его предложению не рады. И отчим сам пусть свои дела разруливает. А сестры сводные пусть жениха себе забирают!

Конечно, маме надо позвонить и предупредить, что я жива и здорова. Скажу, что на работу срочно вызвали. Что командировка, дорогой заказ на ремонт байка. Нико все равно в этом ничего не понимает.

Довольная собой, как ловко в голове все по полочкам уложила, улыбаюсь Островскому. Отчего он наоборот, кривит рожу и спрашивает:

– По какому поводу оскал?

Вот свинья! Может это у него оскал на морде, а мне всегда говорили, что у меня очень обаятельная улыбка!

– Неужели вы так со своей племянницей разговариваете? – парирую холодно, переходя на «вы», как-бы очерчивая дистанцию между нами.

– Нет, ты права. И Дунька меня на вы не зовет, так что и ты следи за речью. А то больно вежливой вдруг стала.

– А если Дунька вдруг приедет неожиданно на семейное торжество? – хитро щурюсь. – Вот это я ему не в бровь а в глаз! Стратег хренов!

– Разберусь, об этом не думай. Мне сегодня главное контракт подписать. Евдокия на месяц в Индию укатила, буддизмом увлеклась.

– Надеюсь, мой дорогой дядюшка, ты не думаешь, что я месяц буду роль играть?

– Сколько надо, столько и сыграешь.

– И как ты потом выкрутишься, не пойму. Как настоящую Дуню покажешь?

– Отстань, вот заладила, – морщится Островский, как от зубной боли. – Правду скажу, после свадьбы. Разве большинство баб не так поступает?

– То есть если потом тебя тесть будет редким вралем считать – ничего? – делаю тон как можно слаще, улыбаюсь во весь рот.

– А ты – язва, да?

– Нет, я – Гроза.

– Гроза? Это еще что такое?

– Прозвище.

– По мне тебе Язва больше подходит.

Тут Островский замолкает – мы приехали. Смотрю в окно – дождь почти закончился, мокрая как мышь блондинка трясется под деревом как осиновый лист. И тут понимаю, что не спросила имени дядюшки. Фамилия то намертво в мозг впечаталась. А учитывая, что я – Гроза, каламбур нехилый выходит, товарищи.

– Тебя как звать-то, дядюшка, – тихо спрашиваю, наклонившись в сторону водителя. Островский почти вышел из машины. Поворачивается ко мне и цедит быстро:

– Александр Николаевич. Для тебя просто Алекс. Дядей Дунька не зовет меня почти никогда. А ты – Евдокия Петровна Островская. Зазубри как следует. Провалишься – будешь мне новый джип должна.

Открываю и закрываю рот, а дядя Саша быстрым шагом бежит к своей блондинистой невесте.

Не знаю, что там плел Островский, пока тащил невесту к джипу. Сижу как мышка и наблюдаю за ними – мокрая как мышь Эльза явно в бешенстве. Садится на заднее сидение и злобно зыркает на меня.

– Дуня, это моя невеста, Эльза, – представляет нас Островский. – Я тебе рассказывал про нее.

– О да-а-а, – подтверждаю сделав губы трубочкой.

– Очень приятно, – буркает Эльза.

А мне в голову приходит – если рассказывал, неужто не показывал фото? Ну да ладно, это их шпионские игры. У меня цель – отработать задание и свалить. И главное – набрать матери. А то она ведь в полицию побежит… кто ее знает. И переживать будет. Хотя, зная мой характер, прежде всего поймет, что это реакция на насильное замужество. После такой встряски, надеюсь, Нико пересмотрит свои приоритеты.

– Сейчас едем быстро к Шумскому. Приводим себя в порядок, затем двигаем на юбилей, – говорит Островский. Эльза послушно кивает, ну и я вслед за ней.

Через полчаса машина останавливается возле большого торгового центра.

– Пойдем, Гроза, – берет меня за руку Островский.

– Почему ты ее так назвал? – впивается в меня взглядом Эльза и мой дядюшка соображает, что оплошал. Ха, сам заропортовался!

– Да прозвище у Дуни такое. Она мне как раз рассказывала. – Отвечает чуть замешкавшись.

– Ты мне раньше не говорил…

– Я и сам не знал. Знаешь ведь что у нас с сестрой только все налаживаться начинает… К чему сейчас эти расспросы, Эльза? Лучше помоги Евдокии освоиться.

– Ладно, – вздыхает Эльза. – Пошли, – кивает мне и я послушно следую за ней, напоследок поймав взгляд Островского, полный молчаливого предупреждения:

«Не напортачь, Гроза, а то плохо будет»

Иду за Эльзой по широким коридорам торгового центра, заходим в лифт, женщина нажимает кнопку нулевого этажа.

– Кто это, Шумский? – спрашиваю с опаской. Вновь разыгрывается воображение – вдруг это пластический хирург, вот как возьмут сейчас да как сделают из меня и правда Дуню Островскую. А меня моя внешность вполне устраивает…

– «Бани Шумского», не слышала? – хмыкает Эльза.

– Нет… Мы в баню?

– Ну, помыться тебе не мешает, – окидывает меня слегка презрительным взглядом Эльза, – а у меня массаж…

Вообще-то мы обе как мокрые курицы после дождя выглядим. Волосы-сосульки, одежда грязная и влажная. Меня все еще колотит мелкая дрожь и погреться в бане – самое милое дело. Так что не сопротивляясь следую указаниям Эльзы. Принимаем обе горячий душ. Она уходит на массаж, а я с наслаждением располагаюсь на верхней полке огромной финской бани. Посидев минут пятнадцать, иду в бассейн. Небольшой, но это неважно. Окунаюсь в прохладную воду, пару раз проплываю целиком и чувствую, что заново родилась. Снова душ, возвращается Эльза.

– Готова? – спрашивает.

– К чему?

– Сначала к парикмахеру. Было непросто Вальку уговорить, но мне невозможно отказать, – гордо произносит блондинка. И мы идем знакомиться с Валькой.

Это длинноволосый рыжий парень, с интересом меня разглядывающий.

– Племяшка, значит? – причмокивая, уточняет у Эльзы. Она кивает.

– Хороша-а. У Островского даже племянницы по высшему классу, – делает мне комплимент парикмахер.

А я понимаю, что после завершения операции Островскому несладко придется. Слишком многих надо будет знакомить с новой Дуней.

– Сделай ей что-нибудь строгое и приличное, – просит Эльза. – Пучок, например… Ей пойдет.

– Не хочу пучок, я обычно либо хвост, либо распущенные волосы…

– Папа любит строгие прически, – кривится в ответ Эльза.

– Вот себе и сделай, – парирую.

В результате препирательств меня отворачивают от зеркала, невеста о чем-то перешептывается с парикмахером, а в результате мне заплетают некое подобие косы на голове, и в конце все равно заворачивают ее в пучок! Стильно, ничего не скажешь. Но слишком строго, и бесит, что Эльза столько на себя берет!

Но после парикмахера мы отправились выбирать мне наряд для торжества, и тут я поняла, что у Эльзы и Островского серьезные проблемы в отношениях!

Начала Эльза с оскорблений:

– Знаешь, Дунь, это твое розовое недоразумение… Ты в нем на даму легкого поведения похожа. Тебе кто его купил? Мама? Саша говорил у его сестры прекрасный вкус в одежде… Она ведь дизайнер. Ты прости что я тебя не узнала. Видела только детские фото. Вот и приняла за другую.

– Да ничего. А платье – да, мамин дизайн, – вру вдохновенно.

– О, ну… Даже не знаю. Значит меня вкус подводит, – идет на попятный невестушка. А я понимаю, что сестра играет в жизни Островского значимую роль. Интересно.

– Но мой отец любит одежду классического стиля. Мы сейчас выберем тебе что-то более подходящее. И ведет меня в один из бутиков. Пробегается взглядом по вешалкам. Достает то одно, то другое. А я так занята собственными мыслями, что не вникаю. Сменить розовое недоразумение – только рада. И вообще желудок урчит от голода. Вспоминаю, когда ела последний раз. Утром. Бутерброд. Я вообще-то малоежка, но сейчас внутри желудок сжимается от голода. Может из-за нервов. Потому что мне не по себе. Не думаю, что вляпалась во что-то опасное, Островский с невестой вроде приличные люди. Но все-таки знаю их всего пару часов.

– Эльза, ты мне не одолжишь телефон? – вспоминаю, что надо позвонить маме. – Я свой кажется потеряла. Надо маме позвонить.

Блондинка протягивает мне мобильный. Хорошо, что номер Нико помню наизусть. Набираю, отхожу в сторону, пока Эльза увлечена шмотками. Мама отвечает со второго гудка, голос взволнованный:

– Алло! Кто это?

– Мам, это я.

– Кира! Боже мой! Я с ума тут схожу… Мы весь торговый центр обыскали! Что за шутки! Ты куда пропала? Дима места себе не находит.

– Мам прости, но я не могу участвовать в вашем мероприятии. И Диме скажи… не получится ничего. Извинись… Я… Мне уехать пришлось, срочный заказ по работе.

– Но так нельзя, Кира! – бушует мама. – Ты не представляешь, в какое положение нас ставишь! Какой еще заказ? Что за глупости?

– Пришлось уехать в другой город, байк ремонтировать, раритетный, – пытаюсь говорить как можно увереннее.

– Кира, что ты мне зубы заговариваешь? Без верхней одежды, без сумки, мобильного! Что случилось? Я думала тебя похитили, мы как раз едем в милицию, к дяде Паше…

Дядя Паша – мамин давний поклонник, одноклассник, хороший друг и начальник одного из ГУВД. Вот только этого мне не хватало!