- -
- 100%
- +
Обычно он был рад занять свою нишу и не мешал людям из других кругов. Но год назад с ним подружился самовлюблённый школьный гений Гари Моррис. Эта дружба не улучшила оценки Боба, но сделала его очень самодовольным и высокомерным. Не таким высокомерным, как Гари (никто не мог переплюнуть Гари в этом), но достаточно, чтобы раздражать нормальных людей. Эмбер ощущала его в тёмно-зелёном цвете.
Она проигнорировала его и продолжила приседать, как и раньше. Она не представляла, как можно присесть глубже, не упав на пол, а скорость её подъёма как раз подходила для её разминки.
…
После разминки каждый мог использовать то оборудование для фитнеса, которое хотел. Эмбер и Маргарет заняли велосипедные тренажёры рядом друг с другом, чтобы поболтать.
– Что не так с твоими приседаниями? – спроси- ла Маргарет у Эмбер.
– Ничего.
– Тренер Сид так несправедлив к тебе.
– Да, такова жизнь.
– Эмбер, давай останемся и посмотрим волей- больный матч сегодня после школы.
– Кто сегодня играет?
– Сборная 10-ых классов против Пайн Брук.
– Ясно, – Эмбер понимающе улыбнулась, – Гари будет играть.
– Ну да. Но в любом случае, это будет интересная игра.
– Да, у Пайн Брука сильная команда. Гари Моррису полезно иногда проигрывать. Ладно, давай останемся.
…
Позже, на уроке физики, они решали простые задачи с электрическими цепями, и учитель позвал Боба к доске с одной из них. Боб понятия не имел, как её решать, и безнадёжно застрял. Гари, сидевший в заднем ряду, не мог ему помочь.
“Где теперь твоя самодовольная ухмылка?” – подумала Эмбер. Они с Маргарет сидели перед доской, но она не собиралась помогать Бобу. Но и ухмыляться ему она тоже не стала. Она была выше этого.
…
После школы зал был полон в предвкушении волейбольного матча. Команда Пайн Брук была лучшей в их школьном округе, и игра обещала быть интересной. Девушки заняли места в одном из задних рядов, зато посередине, чтобы им было хорошо видно всё поле.
– Надеюсь, ты не будешь болеть за Пайн Брук только для того, чтобы насолить Гари, – сказала Маргарет.
– Нет, это было бы непатриотично, – торжественно ответила Эмбер. Они с Маргарет переглянулись и расхохотались. – Конечно, я хочу, чтобы мы победили, – добавила она, – но приятно иметь утешение на случай проигрыша.
Сначала на поле вышла команда гостей во главе со своим высоким и несколько устрашающим капитаном. Их группа поддержки приветствовала их с большим энтузиазмом. Зрители Саузерн Хиллс вежливо аплодировали.
Затем появилась принимающая команда, и толпа Саузерн Хиллс приветствовала их оглушительным рёвом. Гари Моррис, капитан команды Саузерн Хиллс, улыбнулся и помахал рукой. На первый взгляд он выглядел непримечательно, как обычный 16-летний парень. Стройного, умеренно спортивного телосложения, среднего роста. Не самый большой и высокий в команде, но с явным “капитанским” ореолом вокруг него. Девчонки на скамейках завизжали. Маргарет вздохнула.
Капитаны пожали друг другу руки. Рядом с высоким капитаном Пайн Брука Гари выглядел почти как ученик средних классов. Игра началась, капитан гостей подавал первым. Его подача была настолько мощной, что он забил первые два мяча. Затем игрок Саузерн Хиллс принял мяч, другой высоко подвесил его, и Гари прыгнул. Какой это был прыжок! Он подпрыгнул невероятно высоко. Не невозможно высоко, но на уровне Олимпийских Игр или Чемпионата Мира. В его прыжке была какая-то животная грация. Это напомнило Эмбер кошку. “Хвост бы ему сейчас не помешал,” – подумала она. Публика была в восторге. Гари ударил по мячу на пути вниз и пробил до пола.
Теперь подача перешла к Саузерн Хиллс. Гари подал в прыжке. Недостаток в росте и массе он легко компенсировал своими необыкновенными прыжками. Он подал несколько эйсов, и Саузерн Хиллс вышел вперёд. Они выиграли первый сет.
Пайн-Бруковцы собрали всё своё мастерство и выиграли следующие два сета. Перед четвёртым сетом тренер Сид собрал команду и постарался накачать их подбадриваниями типа “Мобилизуйтесь!”, “Сосредоточьтесь!”, “Мы должны вырвать у них победу” и “Победа и только победа!”
Когда тренер отошёл к скамейкам и команда окружила Гари, чтобы получить последний стратегический совет, он сказал им: “Не обращайте на него внимания. Кого волнует счёт? Давайте просто покажем им высококлассный волейбол”.
Саузерн Хиллс выиграли четвёртый сет. Теперь у них появился шанс победить знаменитый Пайн Брук! У девочек в зале началась истерика, парни дружно охрипли.
Финальный, пятый, сет довёл накал страстей до точки кипения. Обе команды боролись изо всех сил за каждое очко. Он длился в два раза дольше среднего сета, и все игроки были измотаны. Даже Гари тяжело дышал между впечатляющими прыжками и быстрыми рывками по площадке.
В то же время настроение команды Саузерн Хиллс было раскрепощённое. Они шли на рискованные шаги и пробовали новые манёвры. В итоге они продемонстрировали несколько фантастических подныров и блинов (это когда рука подставляется между полом и мячом в последний момент). И победили со счётом 31:29!
Гари забил победный гол. Из-за его высоких прыжков у него было дополнительное время в воздухе, и он помедлил долю секунды, прежде чем ударить по мячу. Половина противников прыгнули, чтобы блокировать его атаку. Он нанёс удар, когда они были уже на пути вниз и не могли действовать эффективно. Публика восторженно взревела.
Команда Пайн Брук выглядела одновременно разочарованной из-за поражения и обрадованной тем, что игра, наконец, закончилась. Команды обменялись рукопожатиями.
– Отличная игра, – сказал капитан Пайн Брук, пожимая Гари руку, – мне понравилось.
– Взаимно, – ответил тот.
Как только официальная часть закончилась, поклонники из обеих школ обступили Гари, прося автографы.
– Давай мы тоже возьмём его автограф, – умоляюще попросила Маргарет. – Пожалуйста?
Эмбер закатила глаза, но улыбнулась:
– Вперёд. Я подожду тебя здесь.
…
– Разве Гари не великолепен? – спросила Маргарет подругу по дороге домой. Она нежно погладила его подпись на своей футболке.
– Я признаю, что он умеет играть в волейбол, – согласилась та. – Я рада, что мы посмотрели игру.
– Значит, ты не возражаешь, что Гари выиграл? – спросила Маргарет, подтрунивая над ней.
– Нет, я в порядке, – улыбнулась Эмбер. – Он выиграл честно. Вся команда играла прекрасно.
– Ах, Гари идеален, – мечтательно сказала Маргарет. – Он такой умный. Он преуспевает в каждом предмете. Ты сама говорила мне, что он лучший в твоей группе по математике.
– Это верно.
– И он симпатичный!
– Вполне ничего.
– Эмбер, как ты умудряешься не влюбиться в него?
– Маргарет, человек это больше, чем его достижения в спорте и учебе. А как насчёт его человеческих качеств? Или лучше сказать “их отсутствия”? Он высокомерный и хвастливый сноб. Он смотрит на всех свысока. Тебя это не раздражает? Как ты умудрилась влюбиться в него?
– Ну, он как бы имеет право смотреть на всех свысока. Он удивительно хорош во всех областях.
– Глупости! Если кто-то лучше других в какой-то области, он обязан быть ответственным и внимательным к другим.
– Я думаю, что в глубине души он очень хороший.
– О, Маргарет, это говорит твоя влюблённость, а не ты.
…
Они добрались до приюта как раз вовремя, чтобы успеть к концу ужина и посмотреть новости.
“Сегодня у нас есть срочные новости,” – сказал репортёр с экрана.
“Полиция просит помощи у населения в связи с исчезновением подростка. 14-летняя Анна Белл пропала без вести вчера в 17:30.
В последний раз её видели родители дома в 13:15, когда она выходила на пробежку в Ивовом парке. Когда к 15 часам девочка не вернулась домой, родители обзвонили её друзей и выяснили, что Анна ни с кем не контактировала после выхода из дома. Это очень на неё не похоже, сказали мистер и миссис Белл, которые забеспокоились и вызвали полицию в 17:30.
После разговоров с людьми, которые хорошо знали Анну, полиция рассматривает возможность похищения. Учитывая все обстоятельства, побег из дома считается маловероятным.
Родители Анны дали согласие на отслеживание её мобильного телефона. Ближе к вечеру телефон был найден на территории парка среди мусора, собранного в парке. Несмотря на тёмное время суток, полицейский отряд с собаками провёл обыск в парке, но ничего не нашёл.
Этим утром ещё больше полицейских с помощью семьи, друзей и соседей снова прочесали парк. И снова не было найдено ни одного предмета, связанного с пропавшей девушкой.
На данный момент полиция трактует это дело как похищение человека. Девушка считается в опасности, и полиция просит всех, кто видел Анну или что-либо знает о её местонахождении, позвонить по номеру, указанному на экране. Звонок может быть анонимным. Вознаграждение за полезную информацию – 5000 долларов.”
На экране появилась фотография улыбающейся белокурой девушки и номер полиции.
Далее последовал прогноз погоды.
4. Коты и кошачьи сны
В ту ночь Эмбер приснилось, что она была кошкой. Она была в саду приюта сразу после того, как выпал первый снег. На земле лежало около сантиметра свежего снега. Она не видела, как падали снежинки, но чувствовала их остаточный запах в воздухе и слышала, как они оседают и укладываются на поверхностях. Только самый верхний, тонкий слой земли был заморожен, поэтому запах почвы был сильным.
Уши Эмбер уловили новый звук немного правее. Мышь, может быть? Эмбер подвигала правым ухом, как радаром, пытаясь точно определить местонахождение источника звука. Ух ты! Это было круто – то, как двигались её уши, и их чувствительность! Точно, по морковной грядке пробиралась мышь.
Каково это ходить по снегу? Будет ли это холодно? Влажно? Мягко? Громко? Эмбер сделала пробный шаг. Было не так холодно, как она ожидала, просто прохладно. Снег мягко поддавался под её лапой, почти неслышно и довольно приятно. Так или иначе, мышь что-то почувствовала и перестала двигаться. Эмбер попыталась тихо двинуться в её направлении.
Она подошла очень близко к мыши, когда та внезапно отскочила. Эмбер прыгнула на неё, но промахнулась, и мышь скрылась в куче наколотых дров. Эмбер зашипела в отверстие, куда сбежала мышь, а затем прыгнула на вершину кучи, чтобы ещё больше напугать её. “Не ешь нашу морковь!” – подумала она. Затем она спрыгнула на землю и пошла исследовать сад.
– Подъём! Пора вставать! – разбудил её резкий голос няни. Эмбер потянулась в постели, вспоминая свой сон и особенно ощущение снега под лапами и лёгкость и грацию прыжков на высокие предметы. “Совсем как Гари,” – вспомнила она игру в волейбол. Тогда другая её часть, та часть, которая всё ещё была кошкой, возмущённо возразила: “Нет, это Гари прыгает, как кошка. А не наоборот.”
Сон был настолько реалистичным, что Эмбер была почти уверена, что ночью шёл снег. Она села на своей кровати, чтобы посмотреть в окно. Нет, снега на улице не было.
Её движение разбудило приютскую чёрно-белую кошку Маркизу. Судя по всему, кошка спала у неё в ногах, а теперь встала и потянулась. Эмбер погладила её густую шерсть.
– Доброе утро, Маркиза. Мне только что приснился самый чудесный сон, – сказала она кошке. – Это было твоё влияние?
– Эмбер! – громко воскликнула няня. – Я же говорила тебе не брать кошку на кровать! Это же грязное животное!
“Сама ты грязное животное, – подумала Эмбер. – Кошки это самые чистые животные на Земле.”
– Я ничего не делала, – сказала она вслух. – Я только сейчас заметила, что она спала здесь.
– Больше так не делай. Она линяет повсюду.
“Ха-ха. Как будто можно скомандовать кошке, что делать и чего не делать. Кроме того, я не против её меха на моём одеяле, может, оно так теплее станет.”
Эмбер ничего не ответила. Она прекрасно знала, что всё, что делала Маркиза, она делала по собственному желанию. Как и у всякой кошки, у неё было здоровое пренебрежение к человеческим правилам и мнениям.
Маркиза отлично ловила мышей, поэтому ей было разрешено находиться в любой части здания и на территории. Все внутренние двери имели вырез внизу, чтобы она могла свободно ходить и держать мышей под контролем. На наружные двери для неё были установлены специальные кошачьи дверцы. Адам и повар обожали эту кошку.
У неё было верное чутьё на окружающих её людей, и она знала, кого следует избегать, а с кем можно расслабиться. Да, она довольно часто спала на кровати Эмбер, но только потому, что Эмбер ей нравилась. Что было взаимно.
…
Эмбер быстро умылась и оделась, и перед завтраком успела сбегать в сад. Она нашла Адама работающим там.
– Привет, Адам!
– Доброе утро, Эмбер!
– Был ли ночью снег? Мне приснился сон, что у нас выпал сантиметр снега.
– Хорошо бы! Почва совсем сухая. Немного влаги не помешало бы.
– Нужна помощь?
– Нет, всё в порядке. Спасибо за предложение. Кроме того, пора завтракать.
Адам зашёл в мастерскую, чтобы вымыть руки. Потом они вместе пришли в столовую.
…
На Хэллоуин приют был украшен традиционными резными тыквами и бумажными летучими мышами, а на ужин был тыквенный пирог. Но самое интересное происходило ночью. У младших детей была традиция пробираться в комнаты друг к другу и мазать лица спящих детей зубной пастой. Няни ворчали, что впустую расходуется отличная зубная паста, и каждый год пытались отговорить детей от этой забавы, но безрезультатно. Для детей было делом чести успешно измазать других и не допустить, чтобы это случилось с ними самими. На протяжении многих лет этой традиции была продемонстрирована замечательная изобретательность.
Дети постарше – подростки – часто заменяли пасту на похищение предметов одежды. Мальчики похищали у девочек, а девочки у мальчиков. На следующее утро трофеи с гордостью демонстрировались, и владельцы могли получить свои вещи обратно в обмен на поцелуй.
Эмбер очень хорошо умела прокрадываться незаметно и ещё лучше устанавливала систему сигнализации. Её комната считалась самой безопасной в ночь после Хэллоуина, и многие девушки приносили к ней свои самые ценные вещи на ночь.
В этом году она не планировала ходить в другие комнаты, только установила сложную систему безопасности в своей: при открытии двери рвалась нить, которая звонила в колокольчик, и деревяшка падала на выключатель. Низкотехнологичное решение, но работало как по маслу.
Перед ужином пошёл снег. Ожидалось, что он будет идти всю ночь. Эмбер любила, когда на Хэллоуин выпадал первый снег. Тыквы на крыльце выглядели особенно празднично со снегом.
Готовясь ко сну, Эмбер переоделась в пижаму и открыла окно. Комната была на первом этаже, и окно выходило на веранду перед крыльцом. В воздухе не было ни малейшего движения. В абсолютной тишине грациозно падали большие пушистые снежинки. Крыльцо и тыквы уже покрылись тонким слоем снега. К утру он может легко увеличиться на несколько сантиметров.
– Маргарет, ты не против, если я оставлю окно открытым? – спросила она свою подругу. – Так хорошо пахнет!
– Да, приятно пахнет. Но что, если кто-то прокрадётся к нам через окно?
– Я открою его всего на несколько сантиметров и тоже добавлю сигнальную нитку.
– Хорошо.
…
Той ночью Эмбер снова приснился кошачий сон. Во сне снег прекратился, покрыв всё 5-сантиметровым одеялом. Ей приснилось, что у кошек тоже есть особая традиция на ночь после Хэллоуина. Они посещали тыквы, выставленные возле домов, и рассматривали резьбу на них, как если бы улицы были художественной галереей.
Эмбер наслаждалась мягкостью свежего снега под её лапами. Она посетила несколько домов вдоль улицы и, наконец, подошла к крыльцу приюта. На веранде снега было меньше, всего пара сантиметров. Не торопясь, она останавливалась у каждой тыквы, рассматривала резьбу и нюхала снег на макушке.
Почему-то на каждой тыкве снег пах по-разному. Пахло в основном снегом, но ещё и тыквенной мякотью и зажжёнными свечами. И ещё что-то было в запахе. Это озадачило Эмбер, и она ходила туда-сюда между тыквами, пытаясь понять, в чём причина разницы. Наконец она поняла, что это была резьба. Снег на тыквах с одинаковым рисунком пах одинаково, но по-разному на разных рисунках.
“Вот как!” – подумала Эмбер-кошка. И тут она поняла, что то, что она ощущала, было не совсем запахом, а чем-то более глубоким, более сложным, может быть, даже из другого измерения. Чем-то, для чего у неё не было слов.
Одно из окон, выходящих на веранду, было приоткрыто на несколько сантиметров. Заинтересовавшись, она подошла к окну и прыгнула на подоконник.
В этот момент зазвенел звонок, и в комнате зажёгся свет. Эмбер проснулась в своей кровати. Она увидела, как закрылась дверь, и услышала, как кто-то убегает по коридору.
– Сработала твоя сигнализация! – сказала Маргарет с соседней кровати. – Как всегда, – она улыбнулась подруге. – Я спала чутко и проснулась от поскрёбывания за дверью. А потом, бум, они оборвали нить.
– Хорошо. Я заменю нить и снова настрою сигнализацию.
Эмбер встала с кровати и посмотрела на окно. Его нить была цела. Воздух был вкусным. Она выглянула наружу.
Снег прекратился. Крыльцо было покрыто парой сантиметров снега, который был прорезан полосой кошачьих следов. Прямая линия следов шла через крыльцо прямо к её окну. Никаких отпечатков вокруг тыкв. Эмбер заметила несколько капель воды на подоконнике. Её сердце ёкнуло.
Она обернулась и заметила Маркизу, свернувшуюся в изножье её кровати. Кошка крепко спала и даже не пошевелилась, когда сработала сигнализация. “Конечно, это твои отпечатки,” – подумала Эмбер и погладила Маркизу, которая в ответ мурлыкнула, не просыпаясь.
Эмбер восстановила сигнализацию, выключила свет и забралась обратно в постель. Спать совсем не хотелось, и ей было досадно, что её сон прервали. В прошлом году никто не пытался проникнуть в её комнату – у неё была достаточно прочная репутация. И почему только они решили сделать это в этом году?!
Она лежала в темноте и думала о сне, особенно о той неописуемой связи между запахом снега и резьбой на тыкве. Это было отдалённо похоже на чувство цвета и текстуры, которое Эмбер испытывала рядом с людьми.
5. Математика
Эмбер нравился её курс матанализа. Это был продвинутый курс, материал унивеситетского уровня. Класс был маленький, всего 16 человек, и все любили математику, что создавало очень зажигательную атмосферу. И все любили мисс Магнум, учительницу математики.
Несмотря на свою фамилию, мисс Магнум была миниатюрной, но её энергия и энтузиазм в преподавании были поистине огромными, так что фамилия подходила ей. Что особенно нравилось Эмбер в мисс Магнум, так это её уважение к каждому ученику. В классе не было ни учеников, ни учителей, а только коллеги-математики.
Например, два дня назад Гари Моррис первым решил одну из задач. Он вышел к доске, чтобы объяснить своё решение. Он сделал большой логический скачок от утверждения А к утверждению Б.
– А почему ты перешёл от А к Б? – прервал его Дилан. – Они не эквивалентны.
– Эквивалентны, – отмахнулся Гари своим обычным “Гариевым” тоном, как если бы это было что-то тривиальное.
– Да? Почему это ты так уверен? – в голосе Дилана появился намёк на сарказм.
– Потому что я умный, – это был типичный ответ Гари на подобный вопрос.
– Да, это так, – с улыбкой вмешалась мисс Магнум. – Но быть умным недостаточно. От тебя, Гари, я бы ожидала, чтобы ты был очень умным.
Гари посмотрел на неё с выражением “конечно я очень умный”.
– Разница в том, – продолжила учительница, – что умный математик знает и понимает, но очень умный может ещё и объяснить это другим умным математикам. Можешь ли ты объяснить, что А эквивалентно Б?
Гари принял вызов, подошёл к маленькой боковой доске и доказал своё утверждение.
– Замечательно! – сказала учительница. – Теперь мы можем использовать эту теорему в нашем классе.
Работая над сегодняшней задачей, Эмбер заметила, что может использовать теорему Гари для её быстрого решения. Она закончила задачу первой, и мисс Магнум вызвала её к доске.
– Мы можем преобразовать это выражение в такую форму, – Эмбер записала свои шаги и соединила их стрелками, чтобы показать ход своей логики. – Затем, поскольку “Гари Умный”, мы можем упростить вот эту часть, – она написала “ГУ” над стрелкой, ведущей к более простому выражению. – А дальше простая алгебра.
– Поправка! – провозгласил Гари со своего обычного места в заднем ряду. – Поскольку Гари очень умный.
– Верно! – согласилась Эмбер и изменила ГУ на ГОУ рядом со стрелкой.
…
Вечером по телевизору опять были криминальные новости:
“Ещё один пропавший подросток в нашем городе. Джеки Спрингфилд, мать-одиночка, заявила в розыск свою дочь, 16-летнюю Кэти Спрингфилд. Накануне мать и дочь сильно поссорились. Это была не первая ссора в семье, и ничто не указывало на намерение Кэти сбежать из дома, но полиция считает сценарий побега наиболее вероятным.
Мать была последней, кто видел Кэти в их доме в 8:30 утра, прежде чем Джеки ушла на работу.
Подруга Кэти, Тэмми, получила от неё сообщение в 9:03 утра, в котором говорилось, что работа Кэти по присмотру за детьми на сегодня отменилась, и не хочет ли Тэмми потусоваться у Кэти. Тэмми ответила, что занята до полудня. После этого сообщения связи с Кэти больше не было. Когда Тэмми написала своей подруге около полудня, Кэти не ответила.
Полиция не смогла отследить телефон Кэти, что может свидетельствовать о том, что в нём разрядился аккумулятор или он просто выключен.
Все, у кого есть информация о Кэти, пожалуйста, позвоните по номеру на экране. Звонок может быть анонимным.”
Судя по фотографии на экране, у Кэти были чёрные волосы с синими прядями, яркий макияж в стиле вамп, а также проколотые нос и нижняя губа.
– Интересно, больно ли прокалывать губу? – спросила Элли Эмму.
– Наверняка это чертовски больно, – ответила Эмма.
– Кто убегает из дома, от родной матери?! – спросила Маргарет у Эмбер позже.
– Я четыре раза сбегала из приёмных семей, – пожала плечами Эмбер.
– Наверное, приёмные семьи бывают разные, – подумала Маргарет вслух, – но всё же, почему ты сбегала?
Маргарет потеряла родителей в автокатастрофе три года назад. Люди редко берут на воспитание подростков, поэтому она попала в приют и никогда не была в приёмной семье.
– Потому что я не могла их терпеть. Здесь лучше.
– Ты шутишь? – Маргарет недоверчиво посмотрела на Эмбер.
– Нет. Здесь честнее. Никто не делает вид, что я им нравлюсь. Они делают свою работу, и я стараюсь не усложнять им жизнь.
– Ну как же! Мистер Кэмп очень хороший. Он действительно любит детей, а тебя особенно.
– Да, это правда. Поэтому он не притворяется. Он просто любит, без претензий. Но те приёмные семьи, они основательно притворялись. Они старательно играли роли “заботливых взрослых”. Это было так фальшиво, что противно.
– Но зачем тогда они усыновляют?
– Из-за денег и праведности.
– Я уверена, что есть хорошие приёмные семьи.
– Может быть. Но мне такие не попались.
– Это грустно, – призналась Маргарет, а затем вернулась к пропавшей девушке. – Но эта Кэти… Она сбежала от своей настоящей мамы!
– Люди разные, – с горечью сказала Эмбер, – и мамы тоже разные.
“Некоторые даже сбегают от своих детей,” – добавила она про себя.
6. Проблемы в школе
– Плохо! Это плохо! – кричал тренер Сид на Эмбер во время физкультуры. – Ты ужасно ленивая! У тебя нет никакого прогресса. Не потому, что ты не можешь этого сделать, а потому, что ты отвратительно ленива. Твой результат теста такой же, как и в предыдущие два года. Довольно! Ты не сдашь мой класс в этом году, если не покажешь улучшения. Скажи, хоть в какой-нибудь области у тебя есть прогресс?
Вопрос не был риторическим, Эмбер видела, что тренер ждёт ответа.
– Я улучшила стабильность моего результата, – сказала она. Она знала, что это был неправильный ответ, но несправедливость тренера и его крики ей надоели.
Тренер Сид покраснел, как свёкла, и впервые за три года обратился к ней более тихим голосом:
– Вы не получите диплом, юная леди, пока я не увижу улучшения в Ваших спортивных навыках.
“Плохи мои дела.” Радость от восстания против тренера быстро сменилась унынием от перспективы никогда не получить диплом.
…
– Он не может этого сделать! – возмутилась Маргарет. – У тебя всё нормально по физкультуре.
– Да? А что его остановит? Он меня ненавидит. Если он скажет, что я провалила физкультуру, значит, я провалила физкультуру.
– Поговори с директрисой и объясни ситуацию.
– Маргарет, это моё слово против его. Кого, по-твоему, она послушает?