- -
- 100%
- +
— Как ты? — спросила она без лишних церемоний.
— Нормально. Почти, — отозвался Алексей. — Уже полностью восстановился.
— Понятно, — Катарина кивнула и добавила тише: — Здесь теперь непривычно смотреть на тебя как на… — она на мгновение замялась, подбирая слово, — как на легенду. Ты уж постарайся остаться обычным занудой, хорошо?
— Ну, обычным занудой уже вряд ли получится, — Алексей позволил себе короткую усмешку, — но я приложу все усилия.
Из-за угла вывернул Иван с подносом, на котором громоздились сразу три порции завтрака — явно прихватил и на него тоже. Он с грохотом водрузил поднос на ближайший стол, хлопнул Алексея по плечу — для ивановских мерок почти аккуратно — и выдал с невозмутимым видом:
— Знаешь, а ты неплохо накачался.
— Конечно, ты тоже накачаешься, — тут же подхватил Семён, — если будешь так же изнурять себя тренировками.
— Пф, — фыркнул Иван, — я и так в отличной форме.
Алексей опустился на стул. Вокруг по-прежнему косились, перешёптывались, украдкой указывали пальцами. Но здесь, за этим столом, царило своё, маленькое спокойствие — привычное, надёжное и почти родное.
---
Анна зашла за ними сразу после обеда. Не прислала сообщение, не передала через старосту — явилась лично. Это уже само по себе ничего хорошего не предвещало.
Она привела их в небольшой зал на третьем уровне учебного корпуса. Ни манекенов, ни мишеней, ни привычного железного запаха тренировочных арен. Просто комната с четырьмя креслами и старой, видавшей виды доской на стене.
Алексей и ребята переглянулись.
— Скромно, — заметила Катарина, оглядывая облезлые углы.
— Нам пока хватит, — Анна кивнула на кресло напротив и сама опустилась в своё — с той особой, текучей грацией, которая выдавала в ней бойца куда более высокого ранга, чем она обычно показывала. — Сегодня работаем не телом. Сегодня работаем головой. Садитесь.
Расселись. Повисла короткая тишина — Анна будто собиралась с мыслями, хотя Алексей знал: она никогда не собирается. Она просто решает, с какой стороны ударить первым.
— Я видела ваши бои, — начала она без предисловий. — Записи с охранных артефактов частично уцелели. Жаль, бой с Дмитрием в них не попал — вот уж на что я бы посмотрела. Но даже того, что есть, хватило. У вас очень много недочётов. Сегодня разберём их на словах. А уже с завтрашнего дня начнём суровую подготовку.
Она чуть развернулась в кресле и остановила взгляд на Катарине.
— Начну с тебя. Тебе не хватает скорости. Ты не успеваешь за Алексеем — и это не твоя вина, он вообще забегает вперёд всех. Но в бою ты должна держать его темп. Иначе ты выпадаешь из связки, а это — прореха в строю. Будем работать над твоей мобильностью. Много и зло.
Катарина молча кивнула. Скулы у неё чуть порозовели, но взгляд остался твёрдым.
Анна перевела глаза на Ивана.
— Ты у нас вроде танка. Я правильно понимаю?
Иван хмыкнул:
— Ну, типа того.
— Вот именно что «типа». Танк должен выдерживать удары. А ты пока что выдерживаешь только первые полторы секунды боя. Дальше — провал. Завтра займёмся твоей стойкостью. И сразу предупреждаю — будет больно.
— Переживу, — буркнул Иван и скрестил руки на груди.
— Не сомневаюсь.
Теперь Анна смотрела на Семёна. И смотрела она на него не так, как на Ивана или Катарину. Мягче. Но одновременно — острее. Так смотрят на того, в ком видят главную проблему и главный потенциал одновременно.
— Семён. Тебя придётся натаскивать больше всех.
Парень невольно втянул голову в плечи.
— Твой страх и твоя рассеянность плохо влияют на всю команду. Я видела запись. Ты тормозишь в самые неподходящие моменты. Ты отвлекаешься. Ты сомневаешься. Я понимаю: ты ранг Е. Но ранг — это не приговор. Ты видел, кем был Алексей и кем он стал сейчас.
Она сделала короткую паузу и добавила тише, почти без нажима:
— Ранг — это просто цифра. Важно, сколько ты готов вложить в себя. Так что ты будешь тренироваться больше всех. И я лично прослежу, чтобы ты перестал себя недооценивать.
Семён проглотил ком в горле, но кивнул. Даже плечи выпрямил — самую малость. Уже что-то.
И наконец — Алексей.
Анна развернулась к нему всем корпусом. Взгляд у неё был совсем другим, чем у остальных. Не строгим. Изучающим.
— А теперь ты, — произнесла она. — Скорость, ум, сила, ловкость — у тебя всё на высоте. Для второкурсника — показатели, которыми могут похвастаться единицы. Я тебя хвалить не буду, не надейся. Меня интересует другое.
Она помедлила, словно взвешивала слова.
— Твоя работа в команде. Иногда ты действуешь как единый организм с ребятами — и это красиво. Но слишком часто ты уходишь в одиночку. Решаешь всё сам. Бросаешься вперёд, не оглядываясь.
Алексей хотел было что-то сказать, но Анна подняла ладонь — и он осёкся.
— Я понимаю, откуда это идёт. Ты привык полагаться только на себя. Это твой опыт. Твой груз. Но теперь ты не один. У тебя есть команда. И если ты не научишься им доверять — они не смогут прикрыть тебя в тот момент, когда ты действительно будешь в этом нуждаться. А такой момент настанет. Поверь мне.
Она откинулась в кресле, обвела всех взглядом и закончила уже спокойнее, по-деловому:
— Вопросы есть?
Вопросов не было. Каждый переваривал услышанное.
— Тогда все свободны. Завтра в семь утра на тренировочной площадке номер два. Не опаздывать. И да — выспитесь. Завтра вам понадобятся силы.
Ребята поднялись. Первым к двери пошёл Иван, за ним — Семён. Катарина задержалась на мгновение, бросила короткий взгляд на Алексея и выскользнула в коридор.
Алексей уже взялся за ручку, когда Анна окликнула его:
— Морозов.
Он обернулся уже у самой двери.
— Задержись ненадолго, — добавила Анна. — Не отниму много времени.
Алексей на мгновение замер, потом коротко кивнул и вернулся в комнату. За спиной тихо закрылась дверь — Катарина выскользнула последней и, кажется, нарочно не стала задерживаться.
Анна поднялась с кресла. Она не спешила говорить — сперва обошла доску, остановилась напротив и окинула его тем самым долгим, оценивающим взглядом, от которого становилось неуютно.
— Знаешь, что меня всегда удивляло? — начала она без вступления. — Когда что-то происходит — крупное, необъяснимое, опасное, — ты неизменно оказываешься в самой гуще. И все неприятности вращаются вокруг тебя, словно спутники.
Алексей позволил себе кривую усмешку.
— Есть такое. Видимо, я им нравлюсь.
— Не сомневаюсь, — Анна не поддержала шутку. — Но меня сейчас занимает другое. Ответь прямо: какая у тебя основная магия?
Он чуть прищурился. Вопрос звучал как проверка — и он не знал, на каком уровне от него ждут ответа.
— А в портфолио разве не указано? — попытался уйти он.
— Указано, — легко согласилась Анна. — И это как раз самое любопытное. Ты ведь пользуешься не только тем, что записано. Ты используешь силу, которая твоей магии не просто чужда — она ей противоположна.
Повисла пауза. Алексей ощутил, как внутри что-то сжалось. Не страх. Скорее — момент выбора.
— Да, — выдохнул он наконец. — Вам известно, что я владею магией света. Это правда. Но я не только носитель света. — Он поднял взгляд. — Я также владею тёмной магией.
Анна не отвела глаз. Не сузила их подозрительно, не ахнула. Она смотрела с тем же спокойным интересом, с каким изучала записи боя.
— Носитель двух магий, — проговорила она скорее себе, чем ему. — Противоположных по природе. Забавно.
Она помолчала и добавила уже другим тоном, деловым:
— Хорошо. Я принимаю твой ответ. Можешь идти.
Алексей поднялся. Ему показалось, что разговор окончен слишком просто. Но он знал Анну — она не любила вытягивать информацию щипцами. Если сочла нужным — спросит ещё. Пока что ему дали уйти.
Он вышел в пустой коридор и направился к себе, чувствуя меж лопаток странный осадок. Будто что-то осталось недосказанным. Но возвращаться и договаривать не стал.
Оставшись одна, Анна ещё с минуту стояла неподвижно, прокручивая в голове его слова. Затем медленно опустилась обратно в кресло.
— Два вида магии, — произнесла она вполголоса. — Да ещё и противоположных. Не встречала такого ни разу за пятнадцать лет преподавания.
Она провела ладонью по подлокотнику, задумчиво сощурилась.
— Видимо, Селена почуяла это с самого начала. Не просто сильного бойца — а уникальный источник. Поэтому и насела на Аркадия, чтобы тот взял парня в Дом Льдовых.
Глава 3
Тренировки начались на следующее утро.
К восьми все стояли на полигоне номер три. Место выбрали странное — меньше всего оно напоминало арену для спаррингов или дуэльную площадку. Скорее уж старый университетский стадион, местами подлатанный свежим деревом. Ни тебе магических манекенов, ни защитных куполов. Только утоптанная земля под ногами да холодный осенний ветер, гуляющий между трибунами.
Для Алексея происходящее было знакомо до дрожи. Он помнил свои первые тренировки с Анной — тогда, в самом начале, когда тело ещё не слушалось, а душа Михаила Северова только привыкала к новому вместилищу. Михаил — мужчина тридцати пяти лет, S-ранговый охотник национального уровня, погибший в другой реальности во время битвы с Владыкой Бездны. Его душа переселилась в тело слабого, почти безнадёжного студента, и первые недели стали настоящим адом. Мышцы не помнили ничего, источник маны барахлил, а каждое занятие с Анной оборачивалось часами выматывающего труда. Сложно. Но действенно.
Теперь всё иначе. Тело привыкло, дух закалился. Алексей стоял, дышал ровно и почти не чувствовал утренней прохлады. А вот для остальных это был первый опыт. Совсем другой расклад.
Команда прибыла без опозданий. Семён зевал так отчаянно, что, казалось, вот-вот вывихнет челюсть. Катарина и Иван, наоборот, выглядели собранными и даже немного напряжёнными.
Анна ждала их в центре поля, скрестив руки. Когда последний из группы ступил на полигон, она обвела всех цепким взглядом и чуть повысила голос:
— Ну что ж, все в сборе. Скажу сразу: поблажек не ждите. И не просите.
Она сделала паузу, проверяя, все ли услышали.
— Для начала распределим тренировочные обязанности. У каждого из вас своя слабая зона, и мы будем выжигать её калёным железом. — Она повернулась к Семёну. — С тебя и начнём. Как я уже говорила, тебе не хватает физической базы, выносливости и — самое главное — веры в себя. Поэтому твоя ежедневная норма на ближайший месяц: пять километров бега, тридцать отжиманий, пятьдесят приседаний и пресс — сорок раз. Минимум. И не смотри на меня так, будто я тебя на казнь отправила. Это только начало.
Семён открыл рот, чтобы возразить, но осёкся под взглядом Анны и просто кивнул.
— Иван, — продолжила она. — Твоя задача очевидна: прокачать защиту. Ты — щит группы, но помни: щит, который не умеет бить, рано или поздно сломают. Поэтому ты отрабатываешь стойкость в самом жёстком варианте. Твоя цель на сегодня — продержаться против Алексея. Да, я сказала «продержаться». Про победить речи не идёт. — Анна перевела взгляд на парня. — Алексей, можешь не сдерживаться.
Алексей коротко кивнул. Что ж, Иван сам напросился.
— И наконец, Катарина, — Анна шагнула к ней, смягчая интонацию ровно на полтона. — Скорость. Ты теряешь темп в связке, и это не твоя вина — просто над этим нужно работать. Сегодня займёмся твоей мобильностью лично. Прямо сейчас.
Она отступила на шаг, хлопнула в ладоши, и звук этот разнёсся над пустым полигоном, точно стартовый сигнал.
— Все слышали свои задачи? Тогда разошлись. Время пошло.
Семён, обречённо вздохнув, потрусил на разминочный круг вдоль кромки стадиона. Ветер трепал его растрёпанные волосы, и фигура бегуна быстро стала удаляться, оставляя остальных в центре поля.
Анна проводила его взглядом, затем шагнула вперёд и вытянула руку. С губ сорвался короткий приказ, и воздух вокруг неё дрогнул. По земле от её ног побежала изморозь — стремительно, как трещина по стеклу. А потом лёд взметнулся вверх сплошной стеной, образуя вокруг части полигона почти идеальный барьер. Сверкающая на солнце, полупрозрачная стена замкнулась с тихим, утробным гулом.
Иван присвистнул.
— Ахренеть, — выдохнул он, таращась на ледяную конструкцию. — Это ж сколько маны надо вбухать?
— Ничего удивительного, — пожала плечами Катарина, затягивая потуже фиксирующий жгут на левой руке. — Анна Северная — А-ранг. Магистр льда. Для неё это как разминка.
Анна уже стояла в центре ледяного круга, спокойная и собранная, точно всё происходящее было для неё рутиной.
— Катарина, в центр, — скомандовала она. — Твоя задача: продержаться против меня две минуты. Не победить. Не контратаковать. Выстоять.
Катарина шагнула в круг. Иван и Алексей остались за барьером.
— Катарина, — произнесла Анна, и в её голосе скользнул металл. — Я начинаю.
Первая атака пришла без предупреждения. Анна исчезла с места — не телепортировалась, просто ускорилась так, что глаз не успел зафиксировать движение. Катарина рефлекторно ушла вправо, и ледяное лезвие, сорвавшееся с пальцев наставницы, рассекло воздух в сантиметре от её плеча.
Быстро. Слишком быстро.
— Раз, — прокомментировала Анна, уже оказываясь за спиной.
Катарина развернулась, вскинула ладонь — лёд ответил ей, формируя короткий клинок. Она попыталась блокировать следующий выпад, но Анна сменила траекторию на середине удара, нырнула вниз и почти достала до корпуса. Катарина чудом увернулась, перекатившись через плечо.
— Двигайся, не стой! — окрик Анны прозвучал резко, но без злобы.
И она снова пошла в атаку.
Танец на грани возможностей — вот на что это было похоже. Анна не давила своим рангом, не обрушивала шквальные заклинания. Она работала ровно на той скорости, которая была на пределе Катарины — и чуть-чуть выше. Ледяные иглы срывались с кончиков её пальцев, рассыпались веером, заставляя уворачиваться. Катарина крутилась в центре круга, уклонялась, ставила наспех слепленные щиты, которые трескались от первого же прикосновения. Дыхание сбивалось. Пот заливал глаза.
Сорок секунд.
Анна ускорилась. Серия из пяти последовательных ударов — прямых, с флангов, по диагонали. Катарина пропустила четвёртый: ледяной шип скользнул по рёбрам, вспоров ткань тренировочной куртки. Она ойкнула, но устояла.
— Не отвлекайся на попадания, — бросила Анна, не снижая темпа. — Тело выдержит. Сознание — нет.
Минута.
Катарина начала адаптироваться. Она перестала метаться хаотично и стала двигаться экономнее. Короче шаги. Меньше лишних движений. Анна это заметила и одобрительно хмыкнула, но легче не стало — наоборот, она подняла темп ещё на полтона.
За барьером Иван заворожённо следил за схваткой, сжав кулаки.
— Она же её сейчас загрызёт, — прошептал он.
— Нет, — спокойно ответил Алексей, не отрывая взгляда от боя. — Она её учит. Смотри, Катарина уже держит ритм. Ещё тридцать секунд назад она опаздывала на полдвижения. Теперь — почти успевает.
Он видел то, что ускользало от глаз Ивана: как постепенно меняется пластика движений Катарины, как исчезает дрожь в коленях, как взгляд становится острее. Анна гоняла её по кругу, но с каждым уклонением, с каждым блоком Катарина становилась на долю секунды быстрее.
Полторы минуты.
Ледяная стена вокруг них пошла рябью — это Катарина случайно задела её магией, пытаясь поставить барьер. Анна использовала момент: рванула вперёд, заходя в слепую зону. Но Катарина уже знала этот приём — она развернулась на опорной ноге и встретила атаку лицом, пусть и не заблокировала полностью. Ледяной клинок Анны остановился в миллиметре от горла.
— Неплохо, — выдохнула Анна. Впервые за тренировку.
Финал.
Оставшиеся секунды превратились в чистую скорость. Анна больше не сдерживалась — она атаковала каскадом, заставляя Катарину уходить в глухую оборону. Шаг назад, ещё шаг, прыжок в сторону, скольжение по собственной ледяной дорожке, резкий разворот…
— Время.
Голос Анны прозвучал спокойно, будто и не было этих двух минут на запредельной скорости.
Она опустила руки. Ледяной барьер за её спиной пошёл трещинами, а потом рассыпался тысячей сверкающих осколков, которые растаяли, не долетев до земли.
Катарина стояла, тяжело дыша, упираясь ладонями в колени. На скуле красовалась свежая царапина, куртка превратилась в решето, но в глазах горел азартный огонь.
— Две минуты, — произнесла Анна, отряхивая руки. — Семнадцать касаний. Для первого раза — приемлемо. Завтра будет десять. Через неделю — ни одного.
Она повернулась к наблюдателям за барьером.
— Ну а вы чего застыли? Иван, твоя очередь. Алексей — в круг. Посмотрим, сколько продержится твой щит.
Иван сглотнул и шагнул вперёд, на ходу разминая плечи.
— Вот ведь, — буркнул он.
Катарина, всё ещё тяжело дыша, вышла из круга и опустилась на край деревянной скамьи у кромки полигона. Иван проводил её взглядом, хрустнул шеей и шагнул в центр.
— Иван, — Анна скрестила руки на груди и чуть повысила голос, чтобы он звучал поверх ветра. — Твоя задача проста: выдержать атаки Алексея. Но не только глухая защита. Ты должен искать момент для контратаки. Ты не просто танк. Твоя магия Грома — это не только щит, это ещё и мощнейшее оружие. Запомни это.
Иван переступил с ноги на ногу, размял плечи и мотнул головой, отбрасывая чёлку с глаз.
— Хорошо. Я постараюсь.
Алексей шагнул в круг напротив. Он помнил слова Анны: «можешь не сдерживаться». Но он так же помнил, что Иван — его друг и союзник. Ломать его в первом же спарринге глупо. Поэтому он решил ограничить арсенал. Только [Световой Прокол] и [Световые Иглы]. Хватит.
— Готов? — спросил он, встречая взгляд Ивана.
— Всегда готов, — ответил тот, и на его ладонях заискрились первые разряды.
Анна взмахнула рукой.
— Начали.
Алексей сорвался с места. Ноги оттолкнулись от утоптанной земли, и он рванул вперёд, сокращая дистанцию в три широких шага. Правая ладонь полыхнула светом — [Световой Прокол] сорвался с пальцев узким, сконцентрированным лучом. Воздух зазвенел.
Иван не стал уворачиваться. Он выбросил вперёд обе руки, и перед ним развернулся мерцающий купол — [Грозовой Щит], сотканный из ветвящихся молний. Световой луч врезался в него, рассыпав сноп искр. Купол дрогнул, пошёл трещинами, но устоял.
— Неплохо, — бросил Алексей и тут же ушёл вправо, заводя [Световые Иглы].
Четыре светящихся конструкта сорвались с его ладони и полетели по дуге, заходя с флангов. Иван крутанулся на месте, пытаясь прикрыть щитом все направления сразу. Одна игла всё же проскочила — чиркнула по предплечью, оставив неглубокий порез. Иван зашипел сквозь зубы, но не отступил.
— Двигайся, Иван! — раздался голос Анны с края. — Ты не стена! Ты щит, а щит мобилен!
Иван словно ждал этой команды. Он перехватил инициативу — сорвался с места, сократил дистанцию и ударил. Не кулаком — молнией. Сгусток электричества вырвался из его правой руки и дугой устремился к Алексею. [Разряд Грома]. Хлёсткий, быстрый, почти невидимый.
Алексей ушёл перекатом, пропуская молнию над головой. Волосы на макушке затрещали от статики. Он ухмыльнулся уголком губ.
— Уже лучше.
Он снова пустил [Световой Прокол] — теперь два подряд, с минимальным интервалом. Первый Иван принял на щит. Второй — попытался отбить разрядом. Свет и молния столкнулись в воздухе, и над полигоном разнёсся резкий, почти металлический хлопок. В носу защипало от запаха озона.
Иван пошатнулся, но устоял. Алексей не дал передышки — [Световые Иглы] взмыли в воздух и обрушились сверху, словно стая светящихся ос. Иван вскинул щит над головой, пригнулся, пропуская атаку. Затем резко выпрямился и двумя руками запустил волну электричества прямо под ноги Алексею. [Грозовая дуга] — нестандартное применение, но эффективное.
Алексей подпрыгнул, уходя от поражения, и в воздухе, без точки опоры, выпустил последнюю иглу. Та прошла над плечом Ивана, едва не задев шею.
Оба замерли.
— Стоп, — скомандовала Анна.
Она медленно подошла ближе, разглядывая обоих.
— Иван. Контратака была. Дважды. Это уже лучше. Но ты всё ещё опаздываешь с переходом от защиты к нападению. Думай быстрее. И ещё — не прижимай щит к телу. Держи дистанцию, давай себе пространство для манёвра.
Иван тяжело дышал, но слушал внимательно и кивнул.
— Алексей, — Анна перевела взгляд. — Ты сдерживался. Я это видела. Оцениваю.
Он не стал спорить.
— Но для первого раза — нормально. Иван должен почувствовать твой ритм..
Она отступила на шаг и хлопнула в ладоши.
— Отдых пять минут. Потом — круговая тренировка. Все участвуют.
Иван выдохнул, упёрся ладонями в колени и поднял на Алексея усталый, но довольный взгляд.
— Ну что, сильно я тебя приложил?
— Почти, — ответил Алексей и протянул ему руку. — Почти.
Семён рухнул на финише, едва пересёк черту. Грудь ходила ходуном, щёки пылали, а волосы прилипли ко лбу мокрыми прядями. Он перекатился на спину, раскинул руки и уставился в небо, пытаясь отдышаться.
— Всё, больше не могу… — прохрипел он. — Я сейчас сдохну. Честно.
Анна подошла ближе и остановилась над ним, заслонив утреннее солнце. На лице застыло выражение, в котором смешались скепсис и почти материнская укоризна.
— М-да, — протянула она. — Твоё тело настолько слабое, что мне искренне непонятно, как ты вообще выживаешь в тех боях.
— Видимо, Бог меня любит, — выдохнул Семён и, постанывая, начал подниматься — сперва опёрся на локти, потом на колени, и только с третьей попытки принял вертикальное положение.
— Ну что ж, раз ты уже встал, то вперёд, — Анна не дала ему ни секунды передышки. — У тебя по плану ещё пресс, отжимания и приседания. И не смотри на меня так, будто я тебя на эшафот отправила.
— Да-да, сейчас… Вот только чуть-чуть отдохну, — пробормотал Семён, мечтая о глотке воды.
Пока он восстанавливал дыхание, остальные уже закончили круги вокруг стадиона и подтянулись к Анне. Катарина вытирала лицо краем рукава, Иван разминал затёкшие плечи, Алексей дышал ровно и почти не выглядел уставшим — к его выносливости давно не было вопросов.
— Ну что ж, — Анна обвела группу довольным взглядом, — сегодня была отменная тренировка. Все свободны. Завтра продолжим в то же время.
— Какой отдых? — хмыкнул Иван, стягивая перчатки. — У нас ещё уроки.
— А-а-а, ещё и уроки… — Семён картинно схватился за голову. — Я точно сейчас повешусь.
— Повесишься после занятий, — сухо отрезала Анна. — А пока — марш приводить себя в порядок. Через час чтобы все были в аудитории. Живо.
После тренировки все разбрелись по своим комнатам. Впереди был душ, смена формы, учебники и долгий академический день. Но, как ни странно, даже Семён бурчал без настоящей злобы — скорее по привычке.
Несколькими часами ранее, после уничтожения Дмитрия Волкова
Колымское нагорье. Глухая, безжизненная местность, где даже ветер звучал по-особенному — низко и протяжно, словно стонал в расщелинах скал.
Под одним из нагромождений древнего камня, скрытая от глаз людских и спутниковых артефактов, расположилась секретная база Виктора Тёмного. Глубоко под землёй, в тускло освещённом зале с алтарным возвышением, две фигуры обсуждали последние события.
— Повелитель, что будем делать? — Виктор нервно мерил шагами каменный пол. — Этот… мальчишка… он уничтожил нашего слугу. Дмитрий не справился. Даже не смог прикончить низкорангового.
Тьма в центре зала шевельнулась. Существо — древнее, не имевшее постоянной формы — проявилось облаком густого мрака, в глубине которого мерцали два багровых огонька.
— Я недооценила его, — голос Существа звучал тихо, но каждый слог отдавался вибрацией в костях. — И рада этому.
Виктор замер на полушаге.
— Рады?
— Да. Теперь я вижу, с чем мы имеем дело. Этот студент — не просто досадная помеха. В нём есть что-то… знакомое. — Багровые огоньки прищурились. — Мне нужно восстановиться. Я трачу слишком много сил на поддержание этого мира. Найдите оставшиеся осколки. И как можно скорее.