Дом бытия. Сборник рассказов «Психофантастический реализм»
- -
- 100%
- +
Изображение Midjourney
© Александра Метальникова, 2024
ISBN 978-5-0062-5191-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Предисловие
Я могла бы очень многое сказать об этой книге :) но я решила доверить это своим читательницам. Они расскажут о ней искреннее, глубже и откровеннее, чем я!
«Дом бытия – это портал. Открываешь читать с телефоном в кармане, паспортом с билетом на самолёт в рюкзаке, со списком задач в голове – а через полстраницы по тебе толпами бегают мурашки, дыхание как во сне и ты обо всём успела забыть. Книга-медитация, книга-погружение в себя, книга – взлёт в облака.
Истории похожи на карту навигатора по сознанию, каждая касается определённого уголка души и находит к нему ключ, и в сердце разворачиваются фракталы ритмов. Вспоминаешь свои настоящие желания и мечты.
Спасибо, дорогой друг, за эту волшебную возможность».
Наталья Стогниева, художница
«Одна из героинь говорит: «Я всегда знала, что жизнь человека создается его психикой, а не наоборот. Поэтому подумала, что зачем попусту упражнять тело, если можно упражнять душу?». Мне кажется, это хороший эпиграф для этой книги.
Здесь желания героев наглядно проецируются на экран в «Кинотеатре точных слов», а мечты визуализируются на фото в «Фотостудии полного цикла». Богатство человека измеряется не количеством денег на счету, а количеством счастья в душе. Поэтому продавщица зелени может иметь куда более внушительный счет в «Самом лучшем банке», нежели бизнесмен. В Агентстве внутренних путешествий можно побывать везде, где только захочется, и ощутить желаемый спектр эмоций. А если заглянуть в «Карма-флоатинг» и как следует сконцентрироваться, на небе могут неожиданно появиться прекрасные облака.
В одном из моих любимых рассказов, «Уборка или жизнь», обычная домохозяйка сталкивается с необычной проблемой: ее муж никак не может проснуться… И неужели беспорядок в квартире как-то с этим связан? Если вы не профессиональный специалист по исследованию дома, как героиня А. Витман, то разобраться будет нелегко. Точность бытовой зарисовки сочетается здесь с метафизической подоплекой, очень рекомендую этот рассказ к прочтению (как и остальные).
С одной стороны, некоторые сюжеты кажутся утопичными, с другой стороны, заставляют задуматься – а что было бы, если бы законы бытия действительно так явно, непреложно, постоянно проявлялись в нашей реальности? Что если бы такие банки, фотостудии, тренажерные залы, кинотеатры существовали в каждом городе? Что если духовным принципам вроде «что посеешь – то пожнешь» учили бы в школе, как таблице умножения? В каком мире мы бы тогда жили?
Особенность сборника в том, что многие психологические концепции и инструменты, которые Александра регулярно применяет в своей работе психолога-консультанта и психотерапевта, вплетены в сюжет и воспринимаются как его органичная часть. Книгу отличает легкость подачи, глубокие смыслы, живые ироничные диалоги, чудесные неологизмы типа «псиопсия», «цереброшоп».
Рассказы Александры Метальниковой наполнены верой в человека, в силу любви, в силу слова. Я бы сказала, что они обладают мягким терапевтическим эффектом, помогают начать мечтать о лучшем и большем. И заодно дают повод задуматься над множеством собственных установок, которые ранее казались неоспоримыми.
Ещё мне очень понравилась перекличка названий и тем по всем рассказам, это указывает на единую концепцию – и возможное расширение объема текста до романа».
Мария Панина, лингвист
«Я эту книгу читала по маленьким-маленьким кусочкам. Потому что, когда я открыла её, я с первой страницы поняла, что не хочу, чтобы она закончилась слишком быстро!
Поэтому я себе разрешала читать только один рассказ в день. После ужина включала синюю лампу, открывала книгу – и для меня это было моё маленькое таинство, мой подарок себе!
Это было что-то про время подростка, когда тебя что-то увлекает, ты можешь с голвоой уходить туда, смотреть, читать, впитывать! И эта книга мне это чувство вернула! Что "я хочу всё знать, я хочу всё!".
И все эти рассказы – они же все были про меня! Ты писала про себя, наверное, но они же написаны для всех. Может быть, это тип определенный женщин такой или каждый найдет там что-то для себя?
Твои сказки – они про жизнь вокруг, про людей, про то, какая ты в этом кругу… и я очень с радостью это всё читала, и мне хватило на неделю и я была ОЧЕНЬ счастлива, прям до дрожи, когда читала твою книгу!
И я очень хочу, чтобы эта книга была ещё раз издана, или чтобы была издана другая твоя книга – и я в любом случае тебя поддержу, потому что ты – очень талантливый человек!»
Катя Бычкова
«Представляете глубину сказок Андерсена, но наполненные большим оптимизмом и нежностью? А не надо представлять – почитайте рассказы Саши из сборника «Дом бытия» и поймете о чем я. Хотя, наверное, каждый почувствует что-то свое, но для меня это было определенной поддержкой и контактом с моими самыми добрыми и чуткими струнами, которые часто покрыты пылью взрослости, цинизма и рационализма и не так звонко звучат. Сашины рассказы очень легко читать, но при этом не хочется проглотить все за раз, потому что после каждого мира, в который погружаешься, есть желание побыть побольше, а потом повариться в собственных образах и мыслях. А мыслей будеи огого!
А истории про жизнь ведьм в Москве меня приятно окунула в какой-то старый мир столицы, где «понедельник начинается в субботу», но только снова все добрее, милее и с женской элегантностью!
Приятного всем чтения!»
Нина Потапова, фасилитатор, актриса
«Короткие рассказы затягивают. В них есть скрытая напряжённость, когда не знаешь, что произойдёт на следующей странице. Интересно ещё наблюдать за героями. С одной стороны, они кажутся смутно знакомыми и понятными, будто соседи из соседнего подъезда. С другой, никогда не знаешь, как они будут раскрываться. И ещё не могу не отметить игру с некоторым магизмом в повествовании. Он выглядит естественным и легко вплетается в реальность».
Катерина Куксо, предприниматель, теоретик образования
«Истории о жизни, любви, неиссякаемой энергии природы:
Искренние, разные как люди и такие мелодичные: в шуме современности Александра Метальникова составляет букеты, сплетая характеры и судьбы в причудливые, но летящие с ветром легкости бытия узоры. Реальные зарисовки умело приправлены проницательностью автора, а психология образов семьи, друзей, соседей играет красками заботы и понимания».
Дарья Притворова, топ-менеджер
Обо мне
Начать с чистого листа никогда не было для меня проблемой :)
Я пишу всю жизнь. Но лишь недавно начала делать это осознанно. И с радостью помогу и Вам – осознать себя писательницей!
Я отработала в издательстве 12 лет, поэтому знаю всё о книгоиздании – и с радостью помогу Вашей книге дойти от идеи до Вашей полки!
У меня есть две книги-тренинга в стиле «авто-нон-фикнш»: селф-хелп «Быть дочерью, быть женщиной, быть мамой, быть собой» и тренинг-дневник «С любовью к себе».
Также у меня есть повести «Записки московской ведьмы» и «Глаз дракона и выпрямитель снов» и сборник рассказов в жанре psy-fi, который Вы держите в руках :)
Сейчас я завершаю первый футуристический роман «Вавилонавтика». Следите за обновлениями в моём блоге в ТГ)
Я работаю в психологии уже 13 лет, а неформально – всю жизнь. Мне всегда нравилось помогать людям находить ответы и раскрывать весь свой творческий потенциал!
Я автор нескольких курсов медитаций, в том числе курса «Путешествие внутрь себя» для писателей, тренинг-блокнотов «С любовью к себе» и «Творю себя с любовью», онлайн-курсов «Мир внутри», «Моя сила», «Тело любви» и сказочной игры «Малахитовая шкатулка».
Я знаю лучшие вдохновляющие и наполняющие практики, которые помогут Вам раскрыть писательский потенциал в полном объёме!
Вы можете прийти ко мне в личное наставничество, чтобы начать, закончить, издать и раскрутить свою личную книгу. Я проработала в издательстве 10 лет и знаю весь издательский процесс от А до Ы :)
А ещё у меня есть сообщество писательниц «Дыши и пиши», куда Вы тоже можете вступить. Еесли Вы хотите сделать творение слов одним из своих навыков, если не профессией – присоединяйтесь к нам в Телеграме @healstory!
Дом бытия
Фотостудия полного цикла
Юлии Кузьмич и Михаилу Голубеву
«Наверное, это то, что мне нужно?» – подумала Лада, толкнула дверь и вошла. После яркого солнца улицы комната показалась ей полутемной. Вдоль стены стояли стулья, на одном из них сидел неприметный юноша с поджатыми губами, который смотрел в пол перед собой. На другом поодаль восседала дама забальзаковских лет. Она оживлённо разговаривала по телефону и жестикулировала свободной рукой: «Да, да, милочка, представь, какой шанс! Такой бывает раз в жизни! Конечно, я решила ехать! Что значит „куда тебя несёт“??? Можно подумать, ты меня первый век знаешь! Ладно, моя очередь подходит, а у меня еще образ не продуман, пока, дорогая, береги косточки!». Она нажала отбой, характерным жестом смахнула на сторону кудрявую чёлку и посмотрела на Ладу с понимающей улыбкой:
– Вы первый раз тут, милочка?
Лада смутилась. Она не очень-то любила говорливых старушек, пусть даже жизнерадостных и бодрых, но преодолела себя и с показным сожалением кивнула.
– О, Вам понравится! Александр волшебник, настоящий волшебник! Ну, не буду портить Вам удовольствие, скоро всё узнаете! – и, к счастью, она замолчала, уткнувшись в свои соцсеточки.
«Передовая бабулечка, хотя что там, скоро и Параграм уже будет „пенсия“», – раздумывала Лада, оглядывая комнату. Поперёк всей комнаты свисала черная тканевая завеса, очень плотной, но в углах иногда сверкала вспышка, а иногда слышалось и отрывистое «Сосредоточьтесь!» и «Смотрите дальше! Еще дальше! Вот-вот, задержитесь здесь!» Голос был неопределённого возраста и даже пола – если бы не слова бойкой тётеньки, можно было бы счесть его и женским. Лада пыталась рассмотреть больше через просветы в занавесе, но не получалось, а подходить подглядывать ей было как-то стыдно…
«Готово, завтра приходите – заберёте! Есть на что посмотреть. Следующий!» – раздалось наконец из-за занавеса. Поджатый юноша встрепенулся и бочком просочился за ткань, едва не столкнувшись с выпорхнувшей раскрасневшейся девицей модельной внешности. Она улыбалась так широко и взгляд её был устремлён так высоко и далеко, что она, казалось, прямо со ступеней взойдёт по трапу космического корабля и улетит покорять Альфа Центавру, не меньше. Лада вздохнула.
Тем временем из-за занавеса слышалось тихое бормотание, потом раздалось голосом фотографа более внятное «Так, давайте начнем с простого. Садитесь вот сюда, смотрите вверх, рассказывайте». Бормотание стихло, потом через минуту-другую послышалось снова, чуть громче. Стали слышны отдельные слова вроде «поехать» и «съемка». «Продолжайте, отлично, продолжайте!» – спокойно и бодро говорил фотограф, иногда слышался звук затвора. Речь юноши становилась постепенно громче, он уже говорил что-то о панорамах, дронах, про походы и Карелию. «Хорошо-хорошо, уже видно гораздо лучше, продолжайте!» – повторял фотограф на разные лады, щелчки затвора стали реже, но слышались весомее.… «Я только не знаю, как же всё это объяснить маме…» – вдруг затихло в горле у юноши и Лада представила, как он потупился и поджал губы.
«Посмотрите на меня, Кирилл. Да, вот так. Вы меня видите? Отлично. И я Вас вижу. А Вашей мамы здесь нет. Когда она придёт, мы с ней тогда и будем разговаривать – но тоже про неё. А не про Вас. Понятно? А теперь, пожалуйста, поберегите моё и своё время. Посмотрите снова наверх. И подальше. Еще подальше. Да, и еще лет на пять подальше. Да-да, вот, так, вот так, вот туда! Рассказывайте!».
Тихо, набирая силу «…ютуб-канал… (щелчок) …своя студия… (щелчок) …у известных режиссёров…» – «Имена, фамилии режиссёров есть? Лица? Сфокусируйте, пожалуйста! (Щелчок) Да, спасибо, дальше!» – «…семья… …премии… (щелчок) …киностудии приглашают… (Вам нравится?) …да… (щелчок)» и затихло.
«Отлично, кажется, этого пока хватит?» – бережно, но твердо. Юноша помолчал немного и будто нехотя выдавил «Пока да». «Прекрасно, мне тоже кажется, уже есть на что посмотреть. Заходите завтра, после обеда, будет готово!». «Спасибо», – всё ещё тихо, но уже куда более чётко сказал юноша и вышел, раздвинув плечами занавес. Казалось, за эти 30 минут плечи стали шире на два размера.
Тётушка окинула его взглядом, одобрительно покачала головой и решительно шагнула за занавес. «Ах, Александр, как я рада встрече! А какая прекрасная работа только что! Браво! Вы как всегда мастерски! Простите за подслушивание!» – она так часто и дробно выстреливала фразочками, что некуда было вставить и слово, но фотограф и не пытался, только угукал и, видимо, переставлял один из осветителей, из-под занавеса исчезла металлическая нога треноги и появилась немного подальше. Дождавшись хоть микронной паузы, он вставил: «Вы как всегда обворожительны, Наталья, за чем пожаловали?». Удивительным образом его голос теперь был более высоким и даже чуть надтреснутым.
«Ах, Александр, представьте, такой шанс, такой шанс пролетает, прокатиться к самой Антарктиде, в круизе, и захотелось ну сил моих нет как, помогите, прошу Вас!». «Пингвинчиков хотите посмотреть?» – с улыбкой в голосе произнёс фотограф, всё ещё расхаживая по студии, то ли что-то разыскивая, то ли примеряясь. «И пингвинов, и айсберги, да что я, Вы всё увидите!» – всплеснула голосом Наталья. «А Гугл не лучше помог бы Вам?» – всё с той же улыбкой в голосе спросил Александр, первый раз щёлкнув затвором. «Ах, ну что Вы, после Вас ну какой Гугл? Не смешите мои лабутены!» – хохотнула Наталья, озорно притопнув каблуком. «А бабулечка-то огонь» с изумлением подумала Лада, «мне бы так!»
– Хорошо-хорошо, настраивайтесь, поищу телевик, чтоб пингвинов могли разглядеть…
– Обижаете, я не хочу в бинокль, я их с рук хочу кормить!
– Ах, вон даже как… ладно, тогда покрупнее… сосредоточьтесь и смотрите, ну да Вы всё знаете…
Лада, поёрзав на своём стуле, тоже решила подготовиться к необычному формату съемки – сосредоточилась и стала настойчиво смотреть вперед и вверх. С непривычки аж глаза заболели. Как он там говорит? На пять лет вперёд? А что там, на пять лет вперёд-то? Ведь приглядишься, так и не видно ничего… работа какая есть, не шибко и нравится. Жить хочу где-то в другом месте. Чем заниматься хочу – не знаю. Хорошо бы, конечно, встретить человека хорошего и замуж за него выйти… может, об этом и помечтать? Она даже зажмурилась, чтобы ярче увидеть. Мелькали какие-то зелёные лужайки, совершенно нездешнего вида, деревья, коляска… наверное, заграница? Это что же, чтобы замуж выйти, придётся из страны уехать? Страшно… А потом где муж-то? Одну коляску только вижу, на какие-то сцены из сериалов американских похоже.
А делать-то я что буду? Только с коляской гулять? Надо ещё вглядеться…
Из-за занавеса выпорхнула Наталья (уже прошло полчаса???) и даже придержала его, делая Ладе приглашающий жест рукой, мол, заходите уже! Лада испуганно помедлила, потом всё-таки поднялась и сделала несколько неуверенных шагов…
Фотозал был самый обычный, небольшой, можно даже сказать, крошечный. Лада думала, что он сделан из второй комнаты – нет, это одну большую комнату перегородили занавесом, чтобы получилась приёмная. Несколько фонов, осветителей, вообще ничего примечательного! Да и фотограф был с виду не такой уж из ряда вон. Лет пятьдесят, волевое загорелое лицо, глаза голубые с лукавинкой. Разве что у неё было стойкое ощущение, что она его уже где-то видела… Лада краем глаз посмотрела на Наталью и увидела, как та ещё и подмигнула ей, прежде чем опустить краешек занавеса. Чудесная женщина, вот бы с ней познакомиться поближе! Про пингвинов расспросить…
– Добрый день, рассказывайте, – мягко, но решительно сказал фотограф.
Она шагнула к стулу, пытаясь понять, с чего же начать, и тут раздался резкий звук входной двери, решительные шаги – и не заметив занавеса в зальчик ворвался крепкий почти квадратный мужчина в костюме, размахивая кулаком с торчащими из него мятыми уголками фотографий.
– Что Вы мне тут подсунули? У меня должна быть просто! Фотография на паспорт! 4 на 4, 4 штуки! А тут какие-то куры, гуси! Пастушки! И какой-то хрен с горы! С бородой! А фотографии мне нужны срочно! Сегодня же! – и он бросил фотографии оземь.
Александр помедлил, пристально глядя на вторженца. Потом начал медленно обходить его против часовой стрелки. Мужчина смотрел на него гневно, потом настороженно, потом уже более неуверенно выкрикнул: «Что Вы на меня пялитесь? Где мои фотографии?!» – и сделал пару шагов назад.
Александр остановился, очень-очень медленно поднял фотографии с пола и очень бережно разгладил их ладонями. Посмотрел на них внимательно, задержался на фотографии «хрена с горы, с бородой», перевёл пару раз взгляд с неё на мужчину и обратно. Внезапно быстро щёлкнул пальцами перед лицом мужчины (тот несколько остекленел). Потом произнёс увесисто, даже торжественно:
– Это и есть Ваши фотографии. Оставите их у себя года на три, тогда и убедитесь.
Выдержал паузу, сделал шаг к мужчине, аккуратно засунул фотографии ему в карман пиджака и продолжил даже чуть угрожающе:
– А выбросите – пожалеете.
Помолчал, отряхнул невидимые пылинки с воротника пиджака, взял мужчину под локоток и проводил за занавес.
– Фотоателье на паспорт – в соседнем здании. Всего Вам доброго.
Помедлил и добавил почти без улыбки:
– И несушек хороших, – и вернулся в зал.
За занавесом какое-то время была тишина, потом послышались гораздо более тихие шаги и столь же тихо открылась и закрылась входная дверь.
– Зачем же Вы так с ним? – не выдержала тогда Лада.
Александр посмотрел на неё пристально, словно выбирая, с чего начать.
– Вы переживаете, что он на паспорт не успеет подать? Или что он жизнь свою не успеет прожить?
Лада было кивнула на первый же вопрос, но второй поставил её в тупик. Александр, не дожидаясь ответа, отвернулся к угловому столу.
Лада собралась с духом и выпалила.
– Ну ведь у человека планы могут быть! Важные!
Александр неспешно открутил один объектив и приладил другой. Потом принялся протирать его и, не поднимая на Ладу глаз, начал раздумчиво:
– Старый Аврам как-то раз ворвался к себе в дом, разодрал на себе одежды, упал лицом вниз и стал рыдать. Сара подбежала к нему и стала причитать: «Родной мой, что случилось, расскажи, не терзай моё бедное сердце». Аврам лишь немного привстал и простонал: «Сара, всё пропало, всё пропало, Сара, в наш несчастный захудалый городок пришёл мессия». Сара сперва не поняла: «Аврам, но что такое, ведь это счастье, мы столько ждали его, и вот, отчего же ты плачешь?». «Сара, – отвечал Аврам, – как же ты не понимаешь, ведь у нас дом, сорок коров, три дочери на выданье!»
Александр сделал паузу, глянул на Ладу и, удовлетворенный её вниманием, продолжил.
– Но чем же это плохо, муж мой, – недоумевала Сара, отирая руки о подол.
– Но ведь нам придётся всё это бросить и отправиться вслед за мессией, Сара! – вскричал Аврам, опять падая на лицо своё.
Сара чуть помедлила, взяла подол платья и стала отирать слёзы своего мужа, и говорить: «Обожди, мой дорогой, мой любимый муж. Господь мудр, Господь щедр, Господь любит нас. Он дал нам дом, он дал нам стадо коров, он дал нам трёх прекрасных дочерей… Мой дорогой, мой любимый муж, Господь разберётся с мессией!»
Лада прыснула, а потом нахмурилась. Оглядела зальчик, потом Александра и эдак с вызовом сказала:
– А Вы, выходит, мессия?
Александр посмотрел на неё из-под бровей:
– А Вам бы сразу Господа Бога хотелось?
Лада от неожиданности поперхнулась и закашлялась.
Александр помедлил и прихлопнул:
– Ну вот и хорошо. А теперь к делу. За чем пожаловали?
Лада прослезилась от кашля и бросилась к зеркалу, проверять, не потекла ли тушь. А заодно потянуть время. Теперь ей было страшновато что-то говорить ему.
Но он ждал. Спокойно смотрел на неё и ждал. Было тихо. Как на грех, никто даже не входил в полутёмную прихожую из июньской жары. Он ждал. Наконец Лада вздохнула и выдала:
– В общем, мне тоже нужна была фотография на паспорт…
Александр смотрел на неё и очень старался не улыбнуться. Но выражение его лица стало от этого таким сложным, что она сама хихикнула. Он тоже с облегчением улыбнулся.
– Ну, если «была», то что Вам нужно теперь?
– А теперь я не знаю. Я попробовала, как Вы говорите, посмотреть на 10 лет вперёд, – она помедлила, он взглянул вопросительно. – но что-то я так там ничего не увидела…
Он наконец допротирал свои объективы и взялся за фотоаппарат.
– Ну, давайте вместе тогда. Смотрите.
Она честно стала вглядываться туда же, куда смотрела до этого.
– Нет-нет. У Вас как у того монаха, который садился в медитацию, напрягал шею, выпучивал глаза из орбит и начинал дышать через пятки!
– А как же тогда?
– Дышите. Просто дышите. С удовольствием. Из живота дышите. Да, вот так.
Она вдруг выпрямилась и заерзала на стуле.
– Если хотите бояться, то лучше сразу бойтесь сильнее и убегайте. Не люблю полумеры, слишком много времени тратится.
– Ладно-ладно, я просто подумала…
– Ваша задача сейчас не думать. А дышать. Этим и займитесь.
«Грубый всё-таки он какой», недовольно думала Лада, но всё же ей было так интересно, что будет дальше, что она послушно начала дышать и ещё пыталась смотреть повыше и представлять будущее. Сначала получалось смутно, но потом что-то такое замелькало, опять газоны, деревья, вода поблёскивала вдалеке…
Александр смотрел на неё то в объектив («хорошо-хорошо, вот так»), то без него (молча), ходил из угла в угол, словно искал подходящий ракурс, потом наконец не выдержал:
– Нет, это всё никуда не годится! Ничего не разглядеть! Вы будто в темном подвале просидели свои сколько? Двадцать лет?
Лада, выдернутая из своего разнеженного состояния, вскочила со стула, скрестила руки на груди и выпалила:
– Знаете что! Идите к чёрту!
Александр посмотрел на неё в упор, с улыбкой и интересом! И подняв объектив, столь же нахально спустил затвор:
– Вот, теперь мне уже нравится. Что-то начинает проявляться. Ну-ка, позлитесь на меня ещё посильнее. Расскажите в красках, какой я говнюк.
Лада молчала, чувствуя себя глупо. Хотелось уйти и хотелось остаться, и отчаянно хотелось посмотреть, что же он там видит в своём объективе!
– Вот-вот, подумайте о том, что я вижу! От интереса у Вас сразу и глаза включаются, и щеки, и даже уши включаются! Думайте туда!
– Если б я умела думать, куда мне скажут, я бы тут сейчас не сидела, – неожиданно для себя самой выдала Лада и удивленно умолкла.
– О, да тут у нас зарытые таланты налицо! – Александр воззрился на неё с таким искренним изумлением, что она опять не удержалась и прыснула. – А знаете, что нужно, чтобы их проявить?
Лада помотала головой.
– Внимание и тишина. Теперь вот сюда, прямо в объектив. И больше ни слова.
Следующий свой рабочий день Лада высидела до конца, очень стараясь не думать о белой обезьяне, то есть Александре. Даже немного задержалась. Минуты на три. И как бы нехотя подошла к студии нога за ногу, поднялась по ступенькам, зашла в дверь. В фойе не было ни души, за занавесом тоже была тишина. Лада, ступая очень осторожно, подошла к конторке и увидела там несколько конвертов, «Кирилл», «Наталья», «Агриппина», «Николай», а вот и «Лада». Она взяла конверт и даже немного помедлила, – за весь день ей так и не удалось угадать, что же она там увидит? Напугает ли это её? Развеселит? Удивит? Изменит навсегда?
В конверте лежали фотографии её зеленых газонов. Пусть нечёткие, размытые, но это несомненно были они. И коляска там тоже была. И вода поблёскивала. Ни одной фотографии Лады там не было.
Она ещё раз пересмотрела фотографии. Небрежно положила их обратно в конверт и тихонько вздохнула. Уже повернулась, чтобы уйти, но локтем нечаянно задела конверт «Наталья», тот упал с конторки и краешки фотографий показались наружу. На Ладу глянул круглый и очень любопытный глаз пингвина. Она торопливо присела, чтобы поднять конверт, уже приподняла его, потом закусила обе губы и прислушалась – кругом не было ни души, не слышно было ни звука. Лада очень, очень аккуратно заглянула в конверт ещё глубже, раздвинула фотографии краешками пальцев, чтоб не дай Бог не оставить отпечатков! Айсберги… огромные, белые айсберги… пронзительно синяя вода, временами почти чёрная… пингвины такие яркие на фоне льда… У Лады слёзы подступили к глазам.