Новый враг: Удерживая маску. Срывая маски. Маска зверя

– Я-то тебе там зачем? – все не мог я разобраться.

– Ну тогда хоть потренируй. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Знание, как выкрутить руку тоже полезно. Ну что тебе стоит, Си-и-ин…

– Стоп, – поднял я левую руку, так как в правой были палочки для еды. – Еще раз, зачем я тебе на источниках?

– Так ведь веселее. Если не брать отца, ты там будешь единственным моим ровесником среди парней. Родители с Шиной – это, конечно, здорово, но пикантности ноль.

– Мизуки, – потер я в раздражении бровь, – а просто пригласить меня на источники ты не могла? Как не раз делала твоя семья.

– А ты не раз отказывался, – тут же надулась рыжая. – Последняя неделя летних каникул, хочется здорово провести время, а от тебя не знаешь, чего ожидать. Ну Си-и-и-и…

– Ладно, ладно, только не вой, – поморщился я.

– Да! – вскинула она руки, и тут же правой ткнула в меня пальцем. – Ты обещал, а Сакурай Синдзи всегда держит обещание.

– Обещал, обещал… – проворчал я на ее слова.

Забегая чуть вперед, хочу отметить, что меня все-таки развели. Стоило пройти паре часов после расставания с Мизуки, и я понял, что идея с источниками меня не сильно прельщает. Ладно, тамошняя хозяйка, к ней я привык, но вот ехать куда-то вместе с Шиной радости мне не добавляло. А ведь я обещал то же самое чете Охаяси. То есть за следующую неделю мне придется дважды побывать на горячих источниках. Вроде и неплохо даже, но чувство, что я бездарно потрачу остаток каникул, никак не хотело уходить. Почему именно развели? Да потому что Мизуки закидала меня своими эмоциями, не дав толком оценить перспективы. Простенько и со вкусом. По факту-то причин отказывать и так не было, бог с ними, с Охаяси, а вот негатив, связанный с Шиной, ее сестра заглушила. И лохом буду, сделала она это не по наитию, а вполне осмысленно.

– Слушай, а чем ты сейчас займешься? – спросила рыжая, наблюдая, как я доедаю завтрак. – В смысле планы на день есть?

– Чем заняться, найду, но в целом планов нет. Ничего такого, что нельзя отложить, – положил я палочки на стол. – Фух, было вкусно. Спасибо. Откуда, кстати, продукты?

– Мама, – отмахнулась девушка. – Как насчет сходить со мной в додзе?

– К этим гомикам? – вскинулся я. – К нескольким десяткам боевых пи… – запнулся я, – боевых гомосеков?

– Ой, да ладно тебе, – помахала ладонью девушка. – Ты до сих пор веришь в ту их шутку?

Однажды я решил посетить ближайшее к моему дому додзе боевых искусств, и был неприятно удивлен тому, как меня там встретили. Тем более как недавно стало известно, это додзе – не что иное, как база охраны квартала, и значит, те парни – не просто обыватели, желающие потренироваться, а крепкие боевые профессионалы. В общем, больше я там не появлялся.

– Это было довольно слаженно для шутки. Слишком слаженно.

– Не, ты серьезно? – изобразила скептицизм Мизуки. – Поверь, это была просто шутка.

– И что? – усмехнулся я. – Репутации у них теперь в моих глазах ноль целых, ноль десятых. И закончим на этом, я туда не пойду.

Четыре с хвостиком секунды она разглядывала меня, как какого-нибудь дурачка, после чего выдала:

– Ну и ладно. Я, в общем-то, звала тебя не туда. Минутах в двадцати отсюда, если на машине, есть додзе, его мастер основал свою собственную школу боевых искусств, где пропагандируется минимум дальнобойных техник на основе бахира. Сверхближний бой, скорость и маневренность. Как-то так… – закончила Мизуки неуверенно. – Я была там два раза, но если честно – так и не смогла… – замолчала она, подбирая слово, – проникнуться, да. Не верю, что это будет действенно на высоких рангах. А сильнее Ноды-сенсея там никого нет. У него ранг «учитель», если что.

– Не все сразу, Мизуки, – пожал я плечами. – Если школа существует в первом поколении, то и ждать много не стоит, тут главное – потенциал.

– Вот! Вот для этого я тебя и зову с собой.

– Меня? Для этого? – изогнул я бровь. – Ты не забыла мой ранг?

– Вот только не надо мне про свой ранг втирать, – подхватила девушка поднос с посудой и пошла к раковине. – Я в курсе, что ты не пользуешься бахиром, но чтобы работать мозгом, он и не нужен, – на некоторое время разговор заглох, так как Мизуки мыла и расставляла посуду, а закончив и вновь подойдя ко мне, девушка припечатала: – Я серьезно, Синдзи, мне нужна твоя оценка, потому и прошу съездить со мной.

– А… – начал я.

– Отец сказал, что это все чушь, – перебила меня рыжая.

С полувздоха понимает, засранка.

– Он «мастер» и лучше знает техники бахира, – заметил я.

– Но у него может оказаться замшелый взгляд, да и смотреть надо с нескольких сторон, – не сдавалась Мизуки.

– Просто посмотреть, да? – вздохнул я.

Каюсь, самому стало интересно. Я ведь и сам дерусь таким же образом, сближаюсь с противником и стараюсь не отпускать его далеко от себя. Но я-то ведьмак, Патриарх по-здешнему. У меня и возможностей-то действовать по-другому нет.

– Посмотреть, послушать, выдать свое мнение, – покивала в ответ рыжая.

– Ладно…

– Да! – вскинула руки девушка.

– Только дай переодеться. Опять, – проворчал я для проформы.

Покопавшись в шкафу, решил не надевать одежду, в которой пришел. Достал синие брюки, белую рубашку и синюю же, в тон брюкам, безрукавку.

Спустившись в гостиную, успел заметить, как Мизуки убирает мобильник.

– Пойдем, – подскочила ко мне девушка, – я вызвала машину.

По дороге в додзе… кстати, как выяснилось, родом Кояма к Мизуки была приписана сераяInfiniti q45. Не то чтобы конкретно ее машина, но в случае нужды она всегда ожидала в готовности именно рыжую. Так вот, по дороге удалось узнать несколько интересных фактов о хозяине додзе. Во-первых, он простолюдин. Но не простой, а потомственный пользователь бахира. Вроде как его предки были Слугами уничтоженного рода, но было это лет четыреста назад и где здесь правда – знает только сам Нода Маширо. Да и то, лишь в том случае, если сохранились доказательства, которые если и есть, то как раз у него, ибо другим это нафиг не надо. Но факт остается фактом – как минимум три поколения семьи Нода, не считая его самого, были бахироюзерами. Не бог весть что, но уже что-то.

Во-вторых, Нода Маширо не просто «учитель», а «учитель-универсал». Лично я о подобных ребятах только слышал. Универсалами их зовут потому, что они используют две стихии, но это, мол, настолько сложно, что за всю известную историю не зафиксировано ни одного «виртуоза-универсала». Ни одного. Кто-то скажет: фигня, наверняка где-то существовал такой тип, не можем мы знать все на свете. Может быть, но как минимум у японцев перед глазами неоспоримое доказательство данного утверждения – императорский род. Род универсалов с зарегистрированной историей в семь тысяч лет, хотя по слухам, там все десять. И ни одного «виртуоза». Им он, впрочем, не сильно и нужен, вполне хватает просто дикого камонтоку. Раньше я видел хроники времен Второй мировой, где по полю битвы гуляют два пятидесятиметровых голема из земли и воды, но думал, что это что-то типа аналога ядерного вооружения, которое в этом мире отсутствует. Типа у разных стран существуют различные супертехники на основе бахира. И только недавно узнал, что подобные вещи принадлежат исключительно конкретным аристократическим родам, да и то лишь ну очень старым.

Кхм, отвлекся. Так вот – Нода Маширо – «учитель-универсал». Но не классический, если о них можно так сказать, а хитро вывернутый. Как сказала Мизуки, Нода практикует рукопашный бой стихии молнии, и стрельбу из лука стихии света. Да-да, рукопашник и стрелок в одном флаконе. Обычно-то универсалы практикуют один вид боя с двумя стихиями, а этот вон как.

Так называемое додзе, как выяснилось, было ничем иным, как двухэтажным спортзалом. Длинное, хорошо освещенное помещение с высокими застекленными окнами с одной стороны, и различным инвентарем с другой. Наверх вела как спиральная лестница в противоположном от входа углу, так и широкий лифт рядом с ней. В стене с инвентарем были две двери, видимо, в душевые, и туда, где можно переодеться. В раздевалку, кстати, вел еще и коридор из прихожей, а вот нам пришлось снимать обувь перед входом в основное помещение спортзала. Там у входа и остановиться, дожидаясь пока нас заметят.

Ах да, спортзал стоял в деловом районе, не самом престижном, но даже здесь отхватить подобное строение дорогого стоит. Интересно, он владелец или арендатор? Хотя мне-то какая разница.

– Мизуки-тян, привет, – воскликнул один из парней, тренирующихся в зале, и, помахав рукой, направился в нашу сторону.

Окликнувший нас молодец выглядел лет на восемнадцать, одетый, как и все здесь, в спортивное кимоно, шатен, с волосами, отдающими зеленью, довольно жилистый и, что уж там, смазливый. Чуть выше меня, но он же и старше.

– Здравствуй, Чуча-кун, – улыбнулась Мизуки.

Чуча? Эм… ну ладно, я же теперь японец, нельзя мне ухмыляться.

– Смотрю, привела друга? – крайне позитивно усмехнулся парень, глянув на меня.

– Да, позволь представить, – слегка отвела она руку от бедра, указывая в мою сторону. – Сакурай Синдзи, сосед, друг детства и лучший рукопашник, которого я знаю.

– О как, – приподнял брови Чуча, не забыв при этом поклониться.

– Синдзи, – продолжила девушка, – позволь представить тебе Чучу Акифуми, по словам Ноды-сенсея, подающего огромные надежды парня.

– Приятно познакомится, – отвесил я дежурный поклон.

– И мне, и мне, – покивал парень. – А позволено ли мне будет узнать…

– Ой, вот давай попроще, Чуча-кун, – поморщилась Мизуки. – Поверь, Синдзи к обращению подходит так же просто, как и я.

– Хм, ну ладно. И я, кстати, тоже просил называть меня по имени. Собственно, заинтересовали твои навыки рукопашного боя, – обратился парень ко мне. – Как бы это сказать… – все-таки замялся он.

– Синдзи не использует бахир, – вновь влезла рыжая. – Вообще.

– Даже так? Прям и не знаю… немного глупо, непонятно, но определенно внушает, – покивал Чуча. – И как же так… впрочем, не важно. Не мое, думаю, дело, – махнул он рукой, улыбнувшись. – Тем не менее Мизуки-тян наверняка выделила твои навыки не просто так. Раздумываешь все-таки взяться за бахир? Тогда тебе здесь понравится. Мы как раз специализируемся в основном именно на рукопашном бое, во всяком случае, наша школа подошла к этому понятию наиболее близко.

– Скажем так, идея меня заинтересовала, – приподнял я уголок губ.

– Что ж, тогда позволь мне поведать, насколько крута школа Юитсу но кен, – молвил он возвышенно, явно кривляясь.

Следующие двадцать минут Чуча рассказывал о стиле, который практикует школа. Главная фишка, судя по его словам, это работа с бахиром внутри тела. Этим, так или иначе, занимаются все бахироюзеры, но именно здесь мне должны поведать супер секреты такой работы. Явно реклама. Сомневаюсь, что в открытой школе боевых искусств будут давать какие-либо секреты, разве что самым доверенным ученикам. На втором месте после контроля бахира внутри тела местные делают ставку на параллельное создание техник, из-за чего в их арсенале нет чего-то масштабного, но как сказал парень, последовательные удары Огненной перчатки не менее опасны, чем Огненное копье. Ну а так как работают они на сверхближних дистанциях, две трети, если не больше, техник противника тупо заблокированы. Это не мои слова.

В целом все звучало достаточно логично, но те, кто прошел не один бой, могут найти кучу контраргументов. Однако есть все-таки один нюанс, рассказывал-то мне все это простой ученик, да и обставлено было скорей как реклама для новичка. Уверен, основатель школы смог бы добавить очень много деталей.

– Знаешь, – решил я все же высказаться, – ты извини, конечно, но звучит все это… наивно как-то. Даже стихия молнии, в целом убыстряющая пользователя, не даст вам нужной скорости, чтобы задавить противника.

– В целом – да, – кивнул Чуча. С уверенностью не скажу, но вроде он не обиделся и не разозлился на мои слова. – Но это у обычного адепта молнии, наше же обучение дает прирост еще процентов на тридцать пять. И уже это, вместе с необходимыми навыками, дает преимущество в бою.

Тот «мастер», что напал на мою базу, усмехается с того света. По скорости я доминировал не на какие-то жалкие три десятка процентов, и даже не пятьдесят, в скорости я превосходил его на порядки, и то чуть не помер. Да, у школы Юитсу но кен могут быть какие-то спецтехники посильней моих ударов кулаками, и в целом ударов, но у них и моей скорости не будет. Урон они будут получать если и не максимальный, то близкий к этому.

В общем, я, как и Мизуки, не впечатлен. До «ветерана», может быть «учителя», такой стиль ведения боя может и будет… наравне с классикой, но вот выше, сильно сомневаюсь. Спасти школу могли бы новые сверхмощные техники ближнего боя, неизвестные другим, но, насколько я знаю, создавать их ну очень сложно, так потом нужно еще и несколько столетий обкатки и вылизывания, чтобы техники получились быстрыми, мощными и окончательно законченными. Но опять же, я наверняка чего-то не знаю, не будут говорить всего первому встречному.

– По логике вещей, – начал я, – в вашей школе должны, кроме всего прочего, концентрироваться на личной защите, это так?

– Действительно, – кивнул Чуча. – Чтобы добраться до противника, да и потом без этого никак.

– Эм… знаешь, как проще всего остановить адепта вашей школы? Не победить, а именно остановить, после чего закидать техниками?

– Оу, просвети, будь добр, – продолжал улыбаться парень.

– Поставить перед вами стихийный щит. Прямо во время движения ко мне любимому. Ты можешь уверить меня, что не врежешься в него? Среагируешь, скорей всего, но инерцию тела уберешь? Вы ведь, как я понял, передвигаетесь, должны передвигаться, в идеале, с огромной скоростью.

– Хм, – задумался парень. – Сенсей что-то говорил об этом. Мне далеко до уровня стихийных щитов, так что ничего утверждать не буду, но способ обойти этот момент вроде есть.

Собственно, это так, интереса ради. Все-таки ситуации бывают разные.

– Ладно, – кивнул я, – тогда вернемся к скорости. Ты говорил про тридцать пять процентов, плюс естественный прирост стихии молнии, в среднем выйдет… э-э-э… сколько?

– В среднем около пятидесяти процентов, но это в среднем, как ты понимаешь. Впрочем, и этого будет достаточно. Я не говорю про один удар или там редкие одиночные удары, ты должен понять, что наша школа – это, кроме бахира, еще и мастерство рукопашного боя. Правильная связка ударов с правильной скоростью, с правильной работой тела и ног даст мало шансов обычному пользователю бахира.

Вот если бы бахироюзеры не были настолько устойчивы к ударам, я бы, может, и согласился, а так… И кстати, даже если Чуча во всем прав, со временем бойцы просто станут больше времени уделять рукопашке, что является очередной опасностью для Юитсу но кен.

– Я… столько всего мог бы сказать, – покачал я головой. – Но остановлюсь на скорости – ее вам будет сильно недоставать. Теоретически, уже на ранге «учитель» начнутся проблемы. Меня несомненно радует, что Нода-сенсей пытается создать что-то новое, но пока что получается лишь пересмотреть старое. По моему скромному мнению, у Юитсу но кен отличная задумка, но в реальности она должна стать частью стандартного обучения любого бахироюзера. Именно в этом я вижу проблему современных боевых искусств – в разделении.

– Хех, – вздохнул парень, – не в первый раз я слышу нечто подобное. Правда о разделении впервые, – тут же улыбнулся он. Уважаю. Очень многие взъярились бы на критику и неприятие их мнения, а Чуча просто вздохнул. – Тем не менее наша школа лишь в самом начале, но даже сейчас, до ранга «ветеран» включительно, наши ученики будут сильнее. Хотя я считаю, что и дальше тенденция сохранится, но не мне, «воину», спешить с утверждениями.

Позитивный парень. Не как Мизуки, позитив которой изливается на окружающих, а в том плане, что не дает загрустить ему самому. Не оптимист, именно что позитивный малый. С такими людьми крайне комфортно вести беседу.

– Не сочтите за наглость, Чуча-сан, но как вы смотрите на спарринг?

Направляясь сюда, я был готов, что придется драться, а вот то, что мне и самому будет интересно, и то, что инициатором буду я сам, удивило даже меня.

– Спарринг? – удивился парень. – Но ты же… а-а-а, без бахира. Чисто умения?

– Нет, – возразил я. – Можете использовать все, на что способны. Ну, с учетом места действия, – повел я подбородком, указывая на зал.

В самом деле, не пулять же внутри помещения огненный шар.

– Хм, ты уверен, Сакурай-кун? Как мне кажется, это будет… малоинформативно. Для нас обоих.

Типа намек на мое очень быстрое поражение.

– Прошу вас, – сделал я небольшой поклон, – не сдерживайтесь. Без ложной скромности, но очень немногие «воины» смогут меня одолеть.

– Но ты же… – почесал затылок Чуча. – Такое вообще возможно? Простой человек без бахира, да против «воина»?

– Не простой, а тренированный, – поправил я его. – Но в целом да. Правда, конкретно сейчас я не в лучшем положении, но именно это и вызывает мой интерес.

– Поясни, – слегка нахмурился парень.

– Я могу совладать со скоростью обычного «воина», – пожал плечами на его просьбу, – но с учеником данной школы… даже не знаю, – пожал под конец плечами.

– Даже так… – задумался Чуча. – В таком случае это может быть интересно и мне, я прав?

– Постараюсь оправдать ваши ожидания, – еще один мини-поклон с моей стороны.

– Тогда… знаешь что, подождите здесь с Мизуки-тян немного, а я сбегаю к сенсею. Все-таки устраивать спарринги с гостями не в моей компетенции, – улыбнулся он.

– Жду с нетерпением, – улыбнулся я в ответ.

И стоило ему только отойти подальше, как я услышал голосок Мизуки. Когда надо, что многих ее знающих удивляет, рыжая может быть очень незаметна.

– Тебе правда интересно?

– Скорей, любопытно, – ответил я тихо.

– Ты ведь и проиграть можешь.

– И что? – посмотрел я на девчонку.

– В самом деле, – усмехнулась рыжая. После чего завела руки за голову и сладко потянулась, из-за чего проходящий мимо парень споткнулся. Натянувшаяся на груди рубашка ничего пошлого не демонстрировала, но при наличии воображения будоражила. – Однако меня ты побеждал не раз, а значит, проиграв здесь…

– Это ничего не значит, – прервал я ее. – Мы с тобой ни разу не дрались более-менее серьезно. Одни игры были, по сути. И будут впредь. Меня схватка с тобой не привлекает.

– Почему? – слегка возмущенно спросила девушка. – Что во мне не так?

– Думаю, ты и сама скоро поймешь, что именно.

– А пояснить сейчас?

– После спарринга, если сама не поймешь.

А ларчик открывается достаточно просто. Дело в том, что я не люблю бить девушек, но я и детей убивать не люблю, хотя и приходилось, однако в те времена я был человеком подневольным, на службе государства, а сейчас почти свободен. Тем не менее, если ситуация повернется задом, пол противника мне не помешает, вот только чисто эстетически дело это противное. Да, «доспех духа» заберет на себя весь урон, что не мешает мне содрогаться, представляя, как мой кулак впечатается в носик моей рыжей подруги. Причем бить из-за того же «доспеха» придется в полную силу хорошо тренированного человека, иначе это опять будут скорей пляски, чем бой. Звучит это, возможно, слишком наивно, слишком благородно, слишком по-детски, но это только звучит, а вот как выглядит, Мизуки сейчас и увидит.

Чуча вернулся минут через десять и не один, а со своим сенсеем. Крепким черноволосым японцем с бородкой вдоль всей челюсти и жиденькими усами.

– Кояма-сан, – кивнул он ей. – Сакурай-кун, я правильно понял?

– Верно.

– Так ты, значит, хочешь спарринга, но сам при этом бахиром не пользуешься.

– Именно, – ответил я все так же односложно.

– Хм, – потер он лоб. – И конкретно «воина».

– С «ветераном» мне уже никак не совладать.

– Было бы странно, будь иначе, – заметил Нода. – А с «воином», значит, справишься?

– Шансы на это имеются, – произнес я осторожно. – Хотя с учениками вашей школы все, должно быть, сложней. Плюс обстановка, – огляделся я.

– И что с ней не так? – удивился мужчина.

– Мягкие маты, отсутствие подручных предметов. Бить по «доспеху духа» голым кулаком довольно неприятно, скажу я вам.

– Могу себе представить, – пробормотал Нода. – И все же хотелось бы узнать, на что именно ты рассчитываешь в спарринге?

– На знания рукопашного боя, – пожал я плечами. – Специализированные знания без примеси бахира, помноженные на некоторый опыт.

Немного помолчав, мужчина медленно произнес:

– Признаю, ты меня заинтересовал, – и покосившись на Мизуки, выдал: – Что ж, разрешаю. Чуча-кун, проводи юношу в раздевалку и выдай кимоно.

– Будет сделано, сенсей, – поклонился парень. – Пойдем, Сакурай-кун.

Честно говоря, мне было чертовски лень переодеваться ради одного боя, но иначе это выглядело бы крайне нагло и самоуверенно с моей стороны. А поводов так себя вести местные не давали.

Что еще можно сказать? Он явно осторожничал в присутствии Мизуки. Похоже, битый жизнью мужик определенно лучше того же Чучи понимал всю ту пропасть в положении рыжей и их всех вместе взятых. Из-за этого, видимо, и мне от Ноды немного сдержанности досталось.

Белое спортивное кимоно, которое мне выдал Чуча, оказалось слегка велико, из-за чего я выглядел как профан-ботаник в восьмиугольнике. Увы, но данная школа не держит на всякий случай сшитую на заказ спортивную форму для Сакурая-Великого, пришлось довольствоваться, чем было.

– Выглядишь смешно, – именно такими словами встретила меня Мизуки и, пытаясь что-то там расправить у затылка, добавила: – Но так будет даже веселей.

– Я смотрю, ты в меня веришь.

– Синдзи, – глянула она с укором, – разве было когда-нибудь иначе?

И вы знаете, я даже задумался, пытаясь вспомнить такой случай.

– Не помню подобного, – ответил ей честно.

– Эх, – оторвалась Мизуки от попыток расправить на мне кимоно. – А ты даже потренировать не хочешь.

Пока я стоял с Мизуки, Чуча стоял с Нодой-сенсеем, который ему что-то втолковывал, а как закончил, махнул мне рукой. К слову, если вы думаете, что остальные ученики не обращали на нас внимания, то вы ошибаетесь. К моменту моего выхода из раздевалки, уже весь зал прекратил тренироваться, что-то меж собой обсуждая и поглядывая на нас с Чучей. И на Мизуки, конечно.

– Всем собраться и рассесться! – рявкнул Нода. Похоже, из нашего спарринга будут делать показательный бой. – Итак, – продолжил мужчина, когда другие ученики расселись вдоль той стены, где лежит инвентарь, – прежде всего, хочу представить вам Сакурая Синдзи-куна. Этот юноша окажет нам сегодня честь сразиться в спарринге с нашим учеником. И сразу хочу пояснить – бой учебный. Не было никаких вызовов, оскорблений и конфликтов. Сакурай-кун хочет понять суть нашей школы боя, а Чуча-кун готов ему в этом помочь. Данный бой интересен также тем, что Сакурай-кун не использует бахир. А ну тихо! – пресек Нода разговоры. – Но как меня уверили, – косой взгляд мне за спину, где по-прежнему стоит Мизуки, – юноша вполне может за себя постоять. Если это так, то бой будет познавателен не только для него. По поводу правил. Любые смертельные удары запрещены, дистанционные атаки запрещены, не забываем, что мы находимся в закрытом помещении, и крушить здесь все тоже не стоит. В остальном вы вольны действовать, как пожелаете. Зал в вашем распоряжении, но попрошу все же не удаляться от зрителей далеко. Чуча-кун, тебе придется особенно сложно, постарайся выложиться по полной, но не допустить серьезных травм у соперника. Сакурай-кун… – запнулся он. – Покажи нам все, на что способен. Бой заканчивается после невозможности одного из бойца продолжить, или если я его остановлю. На этом все. Вы готовы? – спросил он нас, и когда мы с Чучей кивнули, поднял правую руку. – Внимание! Бой! – и резко опустил.

Никто из нас бросаться вперед не стал. Я, со своими искусственно урезанными возможностями, опасался, а Чуча, судя по всему, давал мне время раскочегариться. Будь это обычный «воин», и проблем бы не было, но это должен быть более быстрый «воин». Быстрый, жесткий и сильный. Но все же «воин». На этом ранге скорости не так уж и больше относительно простого человека, а вот удары да, гораздо сильней. А еще и «доспех духа» способный остановить несколько пистолетных выстрелов, но это у опытных бойцов. У восемнадцатилетнего юнца «доспех» вряд ли настолько прокачан. Ну два, ну максимум три выстрела. Если кто не понял, поясню: дело не в твердости «доспеха», а в контроле пользователя, и эти самые три пули вполне можно заменить парой десятков крепких ударов кулаком. А я свою физическую форму урезаю как раз до уровня очень хорошо тренированного бойца. Плюс реакция, которую я при всем желании не могу уменьшить, плюс выносливость, плюс другие параметры. Да и вообще, то, что я назвал урезанием, по сути своей не что иное как изображение нужного мне уровня тренированности. Того уровня, который можно безбоязненно показать окружающим, добавив, если нужно, пояснения, как оно вообще так. Мы ведь не хотим, чтобы во мне признали Патриарха?