Охота на маску. Разбивая иллюзии

Неплохая формулировка, с точки зрения ведьмака. Надеюсь, он не станет использовать дыры в клятве. Во всяком случае, уточнять невежливо. С другой стороны, хорошая проверка, посмотрим, как он поведет себя в будущем.

– Я договорился, – пожал я плечами.

А Нарухито после такого ответа покосился в сторону коридора, куда я уходил к Хирано.

– Понятно… что ничего не понятно, – произнес он медленно. – Что ж, внимательно тебя слушаю.

Я уж хотел было начать говорить, но запнулся, не зная, с чего начать. Просто… Ну вот что тут сказать? Это как в моем прошлом мире утверждать, что на тебя напал инопланетянин. Который подговорил Бабу-ягу, которая, в свою очередь, натравила на тебя Змея Горыныча. О’кей, ладно. Не настолько сказочно, но все равно удивительно. Впрочем, пауза была не такая уж и большая, просто я не смог с ходу озвучить положение дел.

– Мы… – ай, да ладно. – Род Аматэру враждует с Древним, который натравил на нас ёкаев.

Немного помолчав, глядя на меня без каких-то особых эмоций, Нарухито слегка качнул головой.

– Не понял, – произнес самую малость удивленно. – Прости, Синдзи-кун, не мог бы ты сказать прямо, без всех этих аллегорий. С кем именно враждует твой род?

М-да. Он не то чтобы не поверил, он посчитал, что я просто намекаю на кого-то посредством некоего сказочного образа.

– Это не аллегория, Нарухито-сан, это вполне себе конкретная древняя сволочь, – произнес я серьезно. – И этот урод имеет то ли связи среди ёкаев, то ли подчиненных, которых он на меня и натравил.

– Древний… – произнес Нарухито медленно. – И ёкаи, они же Ушедшие. Я правильно понял?

– Правильно, Нарухито-сан, – кивнул я. – Как вы понимаете, о подобном рассказывать не очень удобно, потому и возникают «дела рода».

Пожевав губами, Нарухито открыл рот, чтобы что-то сказать, но так и замер, промолчав. Закрыл рот, вновь открыл, опять закрыл.

– Ладно. Я понял. Древний, ёкаи, хорошо. Приму как данность, – выдал он несколько рубленых фраз. – Как точку отсчета. Предположим. Э… То есть Ушедшие не ушли?

– Ушли, но не все, – пожал я плечами. – Небольшая часть осталась.

– Чтоб меня… – пробормотал он.

– Я так понимаю, для вас эта информация сродни сказке, ну или чему-то волшебному и удивительному, – чуть склонил я голову набок.

– Примерно так, – произнес он тихо, пребывая в этот момент в своих мыслях.

– Ну так забудьте, – чуть охладил я тон, чтобы взбодрить его. И у меня получилось, во всяком случае, он вновь сосредоточился на моих словах. – Среди высших чинов жреческой братии о них известно. Род Чакри столетиями живет бок о бок с очень сильным ёкаем. Фактически на его территории. И они частенько общаются между собой. Данная информация не уникальна. Подозреваю, о ёкаях знает достаточно много людей. Помимо жрецов.

– Но не мы, – произнес он, откинувшись на спинку кресла и расслабившись. По крайней мере, с виду расслабившись. – И как так получилось? Почему божественный дар не сработал?

– О-о-о… – протянул я, после чего усмехнулся. – Метка богини не более чем поручительство. Она просто говорит, что мы нормальные люди и с нами можно иметь дело, это не обязательство бежать к нам и рассказывать о своем существовании. К примеру, я с ёкаями познакомился совсем недавно, когда один из них попытался меня убить.

– Оу, – в удивлении приподнял Нарухито брови.

– Как-то так, – дернул я плечом. – Он был сумасшедшим, как мне потом объяснили. Собственно, те, кто за ним охотился, и стали моими проводниками в их мир. И, честно говоря, я не знаю, как повернулся бы наш с ними первый разговор, будь я из другого рода. Так что, можно сказать, божественный дар очень даже сработал.

– Ладно, это понятно, – прикрыл на мгновение глаза Нарухито. – А что там с Древним?

– Война у меня с ним, – пожал я плечами. – Причины не знаю. Однажды он просто послал ко мне убийцу, а недавно и вовсе небольшую армию. Кстати, информация о Древнем как раз уникальна. Про него даже ёкаи не все знают, а люди и вовсе не в курсе, что в этом мире остался еще кто-то из их вида. И я так понимаю, что он последний из Древних на Земле.

– И когда ваша вражда началась? – спросил Нарухито.

– Мм… – промычал я, задумавшись. – Не знаю насчет вражды, но есть подозрение, что убить он меня решил после дуэли на турнире Дакисюро. Именно тогда я показал всем, что сильнее обычного Патриарха. То есть перешел некую грань в плане силы.

– Хм, – задумался на несколько секунд Нарухито. – А ведь Алдер умер через несколько дней после той дуэли. Может так быть, что Древний решил зачистить вообще всех Патриархов? На всякий случай?

– Не знаю, Нарухито-сан, не думал об этом, – покачал я головой. – Все может быть, но, как по мне, глуповатое решение.

– Мы просто не знаем всех нюансов, – произнес он задумчиво. – Хорошо, с этим понятно… – Он вздохнул, но, так ничего и не сказав, обеими руками с силой потер лицо. – Надо собраться. Дай мне минуту.

– Конечно, Нарухито-сан, я вас не тороплю, – кивнул я.

С мыслями он собирался достаточно долго – чуть больше трех минут. Может, и дольше молчал бы, но в какой-то момент в гостиную зашла Хирано, неся в руках поднос с чашками чая. Поставив их на стол, она забрала пустую чашку принца и с поклоном удалилась. Нарухито все это время внимательно наблюдал за ней.

– Она ведь ёкай? – спросил он, когда Хирано удалилась. – Или имеет к ним какое-то отношение, да?

Учитывая, что я решился рассказать ему о ёкаях после того, как отошел поговорить с Хирано, мысль вполне логичная. Да и в Сукотай, где, по моим словам, живет ёкай, сотрудничающий с Чакри, я ездил именно с ней. Для тех, кто следит за Аматэру, я сейчас не про шпионство, Хирано вообще достаточно заметная личность. А еще загадочная.

– Кицунэ, – чуть улыбнулся я, готовясь к неприятностям. – То ли шесть, то ли семь хвостов.

– Почему так неуверенно? – приподнял бровь Нарухито.

– Количество хвостов у кицунэ зависит в том числе и от возраста, – ответил я, усмехнувшись. – Можете попробовать спросить у нее, сколько ей лет.

– Оу, – покивал он. – Понимаю. А, если не секрет, в каком качестве она находится при тебе?

– Консультант, – пожал я плечами.

– То есть можно нанять консультанта? – уточнил он.

– Можно попробовать, – хмыкнул я. – Профессор Хирано помогает мне только потому, что у нас с ней общие цели. Древний и ей нагадил.

– С этим ясно, – произнес принц, взяв в руку чашку, и, слегка покрутив ее, сделал глоток. – Вернемся к нападению. Ты не в курсе, что за артефакт применили… – замялся он. – Ёкаи? Способность усыпить людей в радиусе двух кварталов делает артефакт очень опасным.

– Это не артефакт, – вздохнул я. – Это заклинание.

– Закли… – пробормотал он. – Хотя да, чему я удивляюсь? Это, кстати, усложняет дело.

– Что именно вы имеете в виду? – решил я уточнить.

– Есть артефакты, дающие защиту от других артефактов, – пояснил он. – Точнее, защищающие от таких вот… ментальных воздействий. Но заклинание… – покачал он головой. – Мы ведь не знаем, что это и как действует на людей с защитой. Получается, высока вероятность того, что охрана высших лиц государства в одночасье перестанет быть эффективной. А как так получилось, что у вас только часть людей заснула?

– Защитный артефакт, – пояснил я.

– То есть они все же работают? – спросил Нарухито напряженно.

Блин. Наверное, стоит пояснить, хотя с практической точки зрения… Да нет, все равно надо, он ведь детали и узнать когда-нибудь может.

– Магический артефакт, – произнес я. – Надо четко различать магию и бахир, точнее, понимать, что это две разные энергии. Артефакты Древних – это бахир. Артефакты Ушедших, такие как блокировщики камонтоку – это магия.

– Жаль, – произнес Нарухито, отведя взгляд. – Я надеялся, что все будет проще. Хорошо, я понял. Другой вопрос. К нам попала запись очевидца, где над местом боя висят две техники, стихии огня и молнии. Да и в целом… У меня такой вопрос – насколько сильны ёкаи?

– Хм, – задумался я. – В этом плане у них все, как у людей. То есть сильные бойцы имеются, но их мало. А учитывая, что ёкаев вообще немного, то сильных бойцов там единицы. Да и с ними можно воевать. Например, нападения на дворец можете не опасаться – слишком он хорошо защищен.

– А заклинание сна? – хмыкнул Нарухито.

– Давайте сразу с этим определимся, – вздохнул я. – Древний скрывается от людей многие века, если не тысячелетия, не будет он открыто нападать на правящий род великой державы. Я ведь, несмотря на все наши разногласия, не стану на подобное сквозь пальцы смотреть. После такого мне даже ёкаи ничего не скажут, если я поведаю о них всему миру. Заодно и о Древнем. Плюс не забывайте, я не единственный носитель тайны. Жрецам нападение на правящий род большой страны тоже сильно не понравится. А такие роды, как Чакри? В общем, бред. Уж кто-кто, а вы защищены.

– Род в целом ладно, а отдельные люди? – приподнял он бровь. – Опять же, пусть отец и я неприкосновенны, а мои братья и другие родственники?

Хотел ответить отрицательно, но чисто технически он прав. Магию ведь и под бахир можно замаскировать.

– Не знаю, – вздохнул я. – Если бы не Древний, точнее, не наш с ним конфликт, я бы сказал, что вам ничего не угрожает, а сейчас не знаю. Вряд ли, но стопроцентной уверенности, конечно, нет.

– И при всем при этом ты ничего не хочешь говорить отцу, – произнес он утвердительно.

– А вы можете дать гарантию, что он, прикрываясь безопасностью рода, не станет жестким с доверившимися мне ёкаями? – спросил я иронично.

Ответить сразу принц не смог.

– Не могу, – вздохнул Нарухито, помолчав две секунды.

– Вот и я о чем… – даже не пожал, а просто пошевелил я плечом.

Наверное, будь наши братские отношения такими, как их описывают Атарашики с Нарухито, я должен был бы помочь императорскому роду с защитой… Но они не такие. Я вообще не так уж много хорошего от них видел, и взваливать себе на плечи еще и их проблемы не намерен. Попросит Нарухито помочь с чем-то конкретным, я подумаю, что можно сделать. Может, даже помогу, если это будет не напряжно. Но не более. Пусть скажут спасибо императору, который не только меня настроил против себя, но и Атарашики. А ведь ее просьбу помочь братскому роду я бы выполнил.

Как ни странно, но принц был довольно тактичен и вопросов задал не так уж и много. Ничего не просил, да и спрашивал скорее по существу. Сколько ёкаев напало, насколько они были сильны, сколько их выжило, почему заснятые на смартфон техники не сработали и так далее. Ушел он от меня загруженный по самое не балуй, но какой-то сильной обеспокоенности я в нем не увидел. Думаю, позднее мне еще не раз придется говорить с ним на данную тему, просто именно сейчас ему надо переварить новые знания.

После того как гость наконец-то свалил, я вернулся к работе, а вечером у меня был запланирован поход в больницу, где лежала Торемазу. С сегодняшнего дня, как мне сообщили еще утром, врачи разрешили посещения больной. Родня, понятное дело, и раньше могла навестить девочку, но посторонних к ней до этого не пускали.

О разговоре с Торемазу, в общем-то, рассказывать нечего. Выглядела она, даже с учетом того, что ее лечили целители, неважно и беседу поддерживать не могла. Да это и без разницы, главное – сам факт моего прихода. Надеюсь, я хоть немного поднял ей настроение. А вот на выходе из палаты я чуть ли не нос к носу столкнулся с ее отцом.

– Аматэру-сан, – кивнул он мне, поджав губы.

– Акэти-сан, – кивнул я в ответ.

– Если уж так сложилось, не уделите мне пару минут? – спросил он.

Что ж, это было ожидаемо. Я даже немного удивлен, что он сам со мной не связался.

– Конечно, Акэти-сан, слушаю вас, – произнес я.

– Отойдем? – кивнул он на окно с противоположной стороны коридора.

Смысла я в этом не видел, но если ему так удобнее…

– Как скажете, – направился я к окну.

Последовав за мной, Акэти остановился рядом и, немного помолчав, начал разговор:

– Думаю, вы и так понимаете, чего именно я хочу от вас, – произнес он хмуро. – Моя дочь пострадала, и если у вас есть хоть какая-то информация о виновнике произошедшего, я прошу вас поделиться ею.

С ним будет посложнее, чем с Хэгури. С морально-этической точки зрения. Послать-то я его могу точно так же.

– Я лично отрубил руки-ноги тому, кто виноват в случившемся, – ответил ему. – Вам некому мстить.

– Что? – взлетели его брови. – Ясно, я рад, что исполнитель мертв, но мне важно знать, кто организатор.

– В этом я вам помочь не могу, – ответил я.

– Почему? – допытывался он. – Вы тоже не знаете? Но хоть что-то у вас есть на руках? Хотя бы японцы это или иностранцы? Нападавшие, я имею в виду.

– Иностранцы, но вам это ничего не даст, – пожал я плечами. – Сами знаете, что исполнителей найти не так уж и трудно.

– Кто это был? – спросил он раздраженно. – Хватит меня путать. У вас должна быть какая-то информация, и я должен знать!

Спокойно, Максимка, он всего лишь переживающий отец.

– Вашей дочери сейчас ничего не угрожает, – произнес я спокойно. – Исполнитель мертв. Если вам этого мало, то это ваши проблемы. А если будете лезть не в свое дело, проблемы начнутся у всего вашего рода.

– Вы нам угрожаете? – удивился он.

– Вы не поняли, – хмыкнул я. – Проблемы вам организуют не Аматэру. Просто радуйтесь, что Торемазу жива, и не ставьте вновь ее жизнь под угрозу. Всего хорошего, Акэти-сан.

Воспользовавшись тем, что собеседник был удивлен и не знал, что сказать, я развернулся и пошел к выходу из больницы. В себя он наверняка пришел быстро, но бежать за мной или кричать в спину ему гордость не позволила.

Следующий день мало чем отличался от предыдущего. Разве что я наконец разгреб все неотложные дела, в которых требовалось мое непосредственное участие. Звонком ли телефонным, подписью – не важно, с остальным справятся и мои помощники. Естественно, совсем без дел я не останусь, хотя бы потому что это невозможно, но теперь мне уже не придется сидеть в кабинете по двенадцать часов. Впервые за несколько дней у меня высвободилось время, и я смогу заняться не менее важными, но уже не настолько срочными делами. Например, могу организовать разговор с братом. В отеле, где он проживает. Можно было его и к себе вызвать, но мне хотелось устроить… сюрприз. Слегка сбить с толку, а не общаться с полностью готовым ко всему человеком. Мелочь, конечно, вряд ли он о чем-нибудь проговорится, но мне сейчас нужно использовать все возможности, чтобы выйти на Древнего.

Сакурай Отои со своим адвокатом поселился в одном из отелей Накатоми. Но об этом я уже говорил. В общем, я сидел в небольшом ресторанчике на первом этаже отеля, пил кофе и ждал, когда сюда спустится мой брат. Позвонил я ему буквально пять с половиной минут назад и обрадовал тем, что жду внизу. Могу ошибаться, но, как мне показалось, он был удивлен. Пяти… уже шести минут, конечно, маловато, чтобы, ответив на неожиданный звонок, спуститься на первый этаж, но почему-то именно сейчас медлительность брата меня немного раздражала. Отчего на седьмой минуте я и воспользовался импульсом, проверяя метку, которую поставил в свое время на Отои. Блин. Этот ушлепок все еще у себя на этаже, правда, в номере адвоката. Обсуждают, поди, как будут разговор вести. Позвал-то я их обоих. В целом, по плану у меня слегка надавить на эту парочку и посмотреть, что будет. Естественно, не прямо здесь, в ресторане, хотя начать можно и здесь, почему нет? За словами следить придется, ну так им тоже. Потом напрошусь к ним, а там видно будет.

Восемнадцать минут. Они меня что, на прочность проверяют? Когда уже спустятся? О, ну наконец. Судя по маркеру, на лифте спускаются. Точнее, Отои спускается, но адвокат должен быть с ним. Ресторан находится в восточном крыле здания, а холл с лифтами в южном, так что парочку я увидел не сразу после того как они вышли из лифта. Успел даже еще раз использовать импульс. Не из-за нетерпения, просто любопытно стало, что это они так задерживаются. Впрочем, причину узнать не удалось, так как маркер Отои показывал, что они вот-вот покажутся в поле моего зрения. Сидел-то я лицом к выходу, а окна в ресторане огромные.

А вот и они. Наконе… Стоп, что за фигня? Отои должен идти слева, маркер же… Посылаю еще один импульс, который четко и ясно показывает, что моя метка стоит не на Сакурае Отои, а на его адвокате. Это как вообще?

Что за фигня здесь творится?