Наемник. Наследственная изменчивость

В каморке пахло плесенью и грязной одеждой. В углу стоял ворох метел, лопат и прочего сельскохозяйственного инструмента, который использовали дворники. На вбитых в стену крючках висели грязно-оранжевые жилеты с названием управляющей компании, которая обслуживала дом. Один из таких жилетов, с наполовину оторванными карманами, грязный и истрепанный, который, по-видимому, никогда не стирали, я нацепил на себя. Чтобы люди, если таковые с утра окажутся во дворе или на балконах в зоне видимости подъезда, запомнили парня в оранжевой робе дворника. Или слесаря. А больше они не запомнят ничего. В едва державшемся кармане робы я нашел грязный ком. Нитяные рабочие перчатки, на которых было больше дыр, чем материи. Я надел их, потер ладони, чтобы вековая грязь хоть чуточку осыпалась. Перчатки я одел не потому, что боялся оставить на пистолете отпечатки. Вовсе нет. Я не хотел оставить на руках пороховых ожогов. И перчатки должны были меня от них защитить. Достал из кармана пистолет, взвел его, приводя в боевое положение, и уселся на стоявший в центре каморки колченогий стул. Положил на колени пистолет и принялся терпеливо ждать.

– Он вышел, – сквозь треск помех прохрипел из рации голос Гоблина.

Пора

Я встал, на ходу натягивая на лицо полумаску, открыл дверь каморки и вышел во двор.

Хонда стоял боком, в трех метрах от меня. Он остановился у мусорного бака, открывая крышку. И возможно все бы прошло более гладко, но…

Дверь, так нагло вскрытая мной полчаса назад, мерзко скрипнула. И мне показалось, что этот звук разлетелся по двору как удар грома. Хонда обернулся, занеся мешок с мусором над открытым баком.

В его глазах не было страха. Скорее всего, он понимал на кого работает и что рано или поздно кто-нибудь придет и прикончит его. Скорее, было удивление от столь наглого хода убийцы. Мешок упал на асфальт, и Хонда потянулся за пояс. Где, по-видимому, был пистолет.

Проверять я не хотел, и в следующую секунду во дворе загремели выстрелы.

Первая пуля ушла вверх, пробив плечо Хонды и развернув цель. Остальные пули легли в правый бок.

Время словно замедлилось. Вот Хонда как-то нелепо взмахнул руками и начал заваливаться на асфальт. Прямо на пешеходную дорожку.

Бах! Бах! Бах!

Кто-то истошно завизжал. А потом завыла сирена скорой помощи, которая, по крайне плохому стечению обстоятельств, стояла у соседнего дома. Видимо, она подъехала, пока я сидел в засаде.

– Гоблин! Сука, – процедил я, бросаясь вперед, в один прыжок, оказавшись рядом с жертвой. Хонда был еще жив. Он что-то бормотал, на губах пузырями лопалась кровавая пена. Он лежал на асфальте, под ним быстро растекалась огромная красная лужа. Стараясь не наступить в кровь, я подошел в упор, навел пистолет, чтобы сделать контрольный выстрел. Но пистолет лишь сухо щелкнул. Затвор заклинило в крайнем заднем положении. Я выпустил весь магазин, и теперь добивать цель было нечем.

«Внимание! Вы совершили преступление на глазах у свидетелей. Уровень розыска повышен. Текущий уровень розыска: два. Покиньте зону совершения преступления, чтобы снизить уровень розыска».

Оповещения о выполнении задания не было…

Я бросился бежать, оттолкнув с дороги стоявшего на моем пути собачника, который решил выгулять с утра своего четвероногого питомца. Он отлетел в сторону, упав на асфальт. А я уже заворачивал за угол дома, переходя на быстрый шаг и на ходу сдирая перчатки и жилетку, и пряча пистолет в карман толстовки.

Филин подхватил меня уже на дороге. Очевидно, Гоблин успел предупредить его о том, что события могут пойти не по плану. Возможно, молчаливый водитель услышал выстрелы. Я плюхнулся на заднее сиденье, на ходу снимая с себя одежду, в которой был и, вытаскивая из пакета заранее припасенные запасные шмотки. Гоблина в машине не было. По общей договоренности он должен был уйти с места преступления своим ходом.

« Вы покинули зону совершения преступления. Уровень розыска снижен. Текущий уровень розыска: ноль»

“Навык Плут-ловкач улучшен".

А что там с квестом?

Только сейчас я понял, что табличка «Выполнено» так и не появилась. Хонда был жив. Интерфейс висел перед глазами, но на папке с уголовным делом не стоял штамп «ликвидирован». Квест не был выполнен. Что за?

По встречной полосе уже летели, истошно воя сиренами, полицейские машины, заворачивающие во двор на Восстания. Туда, где несколько минут назад я пытался убить Хонду.

– Тормози Филин! – крикнул я, пытаясь надеть новые кроссовки. – Разворачивайся! Едем обратно!

Водитель послушно ударил по тормозам, отчего я резко дернулся вперед, ударившись о подголовник водительского кресла. Сзади раздался визг тормозов и истошное гудение автомобиля, который едва в нас не въехал. Сам Филин обернулся, и вопросительно уставился на меня.

– Хонда по ходу не помер.

Филин резко развернулся. Двойная сплошная, которую он пересек, абсолютно его не смутила.

Раздался вой сирен, и Филин прижался к обочине, пропуская несколько несущихся по трассе полицейских машин.

Со стороны Тихого переулка же выезжала, включив мигалки, "скорая помощь".

– Вот он!

Я указал в сторону «Газели» с красным крестом на боку. Филин послушно перестроился, направившись вслед за «Скорой». Я же лихорадочно пытался придумать, как же теперь добраться до живучего, как таракан, Хонды. И впервые я пожалел, что рядом нет Гоблина. Потому что именно он планировал все акции. И теперь мне в голову не приходило абсолютно ничего.

«Выполнено».

Внезапно появившийся интерфейс и печать на деле с Хондой подтвердили то, что задание выполнено. Видимо, Хонда все – таки помер в машине, несмотря на все старания врачей.

«Навык «Стрелок» улучшен».

– Да твою мать! – я с облегчением откинулся на спинку сиденья. – Валим, Филин, дело сделано.

Меня била сильная дрожь. И страх был отнюдь не потому, что несколько минут назад я бежал, чуть не попавшись в руки полиции. Трясло меня потому, что наш продуманный план едва не провалился с треском, ведь добивать Хонду в больнице было бы куда сложнее. Страх медленно уходил, уступая место какой-то пустоте и равнодушию. Тело сковывала нечеловеческая усталость, а глаза словно сами собой закрывались…

Машину подрезала черная «Газель». Дверь открылась, и моему взору предстал штурмовой отряд СОБРа во всеоружии, быстро выгружающийся из микроавтобуса.

– Руки в гору! Из машины! Живо!

Нашу «бричку» окружили люди в черном камуфляже. На лицах – вязаные маски – балаклавы. Бежать было некуда.

Кто-то рванул ручку двери, вытаскивая меня и укладывая мордой на асфальт. Тяжелый «берц» пару раз ткнул в ребра, отчего я скорчился. Заведенные за спину руки крепко стянул нейлоновый шнур.

– Чисто! – крикнул кто-то.

Меня схватили и потащили к черной «Газели».

«Приплыли», – отчего – то подумалось мне за те недолгие секунды, пока меня не втолкнули в черное нутро машины, а за мной не захлопнулась дверь.

***

Чья-то рука толкнула меня в плечо. Я вздрогнул и сонный морок развеялся.

Машина стояла на поляне, заросшей по краям густым кустарником и редкими деревьями. Сквозь листву далеко впереди проглядывалась голубая лента реки и мост, соединяющий две части города. Там, на другом берегу, на высоком холме виднелись красные кирпичные стены кремля.

Гоблин уже сидел, шевеля суковатой веткой костерок, разведенный в центре поляны. Костер чадил, вверх поднимался столб черного дыма.

– Как все прошло? – спросил он, едва я вышел из машины.

– Н-н-н-нормально, – прохрипел я. Во рту было сухо, очень хотелось пить.

Гоблин кивнул:

– Филин, номера.

Молчаливый шофер кивнул и, доставая из багажника набор ключей и две планки.

– Те, с которыми мы ездили, я скрутил ночью на Северо-западе, – пояснил мне Гоблин. – Не хватало еще засветить номера. Теперь если их и спалили – никуда они не приведут.

Хорошая идея. Иногда мне казалось, что Гоблин всегда предусматривает каждую мелочь.

Я молча достал из машины пакет с вещами и направился к кострищу, на ходу вытаскивая шмотье и выбрасывая ее в огонь. Робкие язычки лизнули синтетическую ткань.

Сквозь густые кусты виднелась едва заметная, поросшая травой тропинка, круто спускающаяся к плитам бетонки. Осторожно ступая, чтобы кубарем не улететь по склону, я прошел к скользким замшелым плитам бетонки, сел на самом краю, глядя на блестящую водную гладь. Потом осмотрелся.

По длинному мосту ехали ряды машин, казавшиеся отсюда маленькими точками. На далеком песчаном пляже загорали люди. На том берегу косил траву на холме у кремля маленький, как муравей, косарь в оранжевой жилетке. Порывы ветра доносил до меня визг работающего триммера.

Я достал из кармана разряженный пистолет. Повертел его в руках. Стоило бы от него избавиться. Лучи солнца тускло блеснули на черном вороненом стволе. А дальше все произошло так быстро, что я сам не понял. Ловкими, будто заученными движениями, словно на автомате я вытащил магазин, плавно спустил курок с боевого взвода, отделил от рамки затвор, разобрал рукоять, вытащил пружину… меньше чем за минуту, на плите у моих ног лежало два десятка деталей. Зачем я его разобрал? Черт его знает. Я взял одну из частей и, широко размахнувшись, бросил ее в воду. Бульк! Гладь реки поглотила деталь, только круги по воде пошли. А потом в реку полетело и остальное.

На склоне затрещали сухие ветки. Зашелестели кусты, в воду со свистом полетели пластинки номеров. А потом со склона раздался недовольный голос:

– Чего сидеть, на воду пялиться? Поехали отсюда.

На черном пятне кострища тлел ворох прогоревшего тряпья. Гоблин в последний раз пошевелил его палкой. Остатки одежды вспыхнули, переливаясь разноцветными язычками пламени. Поток теплого воздуха поднял красную, тлеющую сажу, унося угасающие угольки в сторону.

– Пора сваливать, – Гоблин отбросил обгоревшую палку, заливая остатки костра водой из пятилитровой бутыли.

Я в последний раз взглянул на мокрое черное кострище и пошел к машине.

Глава 10. Синдикат

"Знаешь ли… миром правят не законы, которые на бумаге.

Миром правят люди. Одни следуют законам, другие – нет"

Мартин Аратои. "Аржо. Новобранец".

– Сегодня утром у своего дома был убит Алексей Куйбышев. Убийца поджидал его у подъезда и открыл огонь, когда Алексей остановился у мусорного бака, чтобы выбросить мусор.

Кадры сменились, показывая знакомый двор и лужу крови у мусорного бака.

– Алексей скончался от полученных ран в машине скорой помощи. Убитый работал начальником службы безопасности сети заправок «Русойл». Убийце удалось скрыться с места преступления. В городе объявлен план-перехват.

Далее шло описание немногочисленных очевидцев.

Я зевнул и щелкнул пультом, выключив телевизор. Это крутили сегодня по региональным новостям весь день. За это время это событие успело мне изрядно надоесть.

Хонда работал на Большакова. Кто такой этот Большаков? Зачем ему работать с бандитом Хондой? Посмотрим, что есть про Алешу в Этих Ваших Интернетах.

Я включил ноутбук, подсоединил USB модем. Симку для него я купил на площади у вокзала. Ну, как купил… Пустые карты раздавала бесплатно девочка – промоутер. Денег на ней не было, но и регистрировать ее на свое имя было не нужно. Положи на сим – карту денег, меняй тариф – и пользуйся на здоровье. Модем и ноут «немного б/у», как выразился продавец, я купил там же в ларьке. Про «немного б/у» я бы поспорил. Ноутбук был раздолбан в щепки, включался через раз и вообще выглядел так, словно его переехал каток. Но ушлый барыга уверял меня, что эта модель еще меня переживет. А вот это было уже отдаленно похоже на правду. С моим – то образом жизни.

Информации было мало, да и была она крайне скудной. Родился в тысяча девятьсот восемьдесят девятом в нашем славном городе, поступил в Академию Лобачевского. Правда, доучиться ему не довелось. В две тысячи пятом году Алешка получил срок за вымогательство и ближайшие пять лет провел на полном государственном обеспечении. Вышел по отбытию срока. В две тысячи одиннадцатом вновь попал в поле зрения правоохранительных органов. И опять по нескольким эпизодам, связанным с вымогательством. И вот об этих событиях я был наслышан.

В конце нулевых пришла эра оптоволоконного интернета. И буквально за несколько лет, городские многоэтажки обросли сетью кабелей, уходящих от крыши к крыше. С этими кабелями в дома пришел и широкополосный интернет.

Многие интернет-провайдеры для таких работ нанимали подрядные фирмы. Фирмы часто были однодневными, работников и подрядные бригады по документам не проводили, укрываясь, таким образом, от налогов. И, как следствие, старались этих работников на деньги «кинуть». Долги подрядчиков росли, терпение у людей, которые стремились забрать свои деньги, было небезграничным, и тут на сцене появлялся Большаков. За некий процент от суммы, он и его друзья выбивали из подрядчиков долг. А когда подрядчики пытались возмущаться, мол права не имеете, Большой со товарищи быстро напоминали, что фирмы налогов не платят. Следовательно, он, Большаков, и директор фирмы, в соседних камерах сидеть будут. После таких аргументов, сопровождаемых угрозами расправы, деньги, которых якобы не было, находились в течение суток. Так и жил Большой, не зная проблем, до поры до времени. Пока сдуру не пришел требовать долг в одну конторку родом с дальнего севера. Однако с этой компании у него вышел облом, и Алешка сел во второй раз. Дальше его след на криминальном поприще терялся.

Я устало вышел на балкон, усевшись на стул и уставившись в вечернее небо. На город опускались сумерки. В окнах стоящих вокруг многоэтажек, зажигалось множество огней. Сейчас, в этих уютных квартирах кто-то пришёл с работы уставший и счастливый сидит на диване перед телевизором, кто-то ужинает в кругу семьи, кто-то ссорится, кто-то мирится. Кто-то пьет или собирается спать. Думает о том, как бы дотянуть до зарплаты. Как достал мудак – начальник. Как и куда вырваться в отпуск. Все эти люди так затраханы своими проблемами, что им абсолютно плевать, кто живет по соседству. Особо опасный преступник, объявленный в федеральный розыск, наркоторговец, серийный убийца. Они перестали обращать внимание на людей вокруг. Только кажется, что в городе ты всех на виду. На самом деле, всё с точностью до наоборот: в каменных джунглях среди многоэтажных домов, затеряться проще простого

“Хонда говорил – я делал. Эти люди перешли дорогу боссу Хонды. Поджог машин был как предупреждение” – Всплыли у меня в голове слова ныне покойного Малого. И от этого воспоминания, меня прошиб холодный пот, Я бросился с балкона в квартиру и прильнул к экрану ноутбука. Что там по поджогам?

Я открыл новую вкладку с поисковиком. И зверь – машина, которая, по словам барыги, “еще меня должна пережить”, зависла. И долгую минуту, мне пришлось любоваться надписью “браузер не отвечает” и колечком загрузки.

– Чтоб тебя долбили, а мне деньги платили! – выругался я, ударив кулаком по столу. Ругательство было адресовано барыге, который впарил мне этот кусок говна, но ноут, очевидно, приняв угрозу на свой счет, моментально отвис, прогрузив все десять вкладок, которые я успел открыть, истерично тыкая мышкой.

Я матерился, быстро стараясь избавиться от открытых окон браузера, пока от их переизбытка сверхскоростная машина не повисла снова. Или, не дай боги, не взорвалась. Ага, вот. Можно искать.

Ближайший поджог машин был 5 лет назад. BMW 5 серии сгорел на стоянке торгового центра, прямо под камерой. И при всём при этом Малой не сел? Вторую машину подожгли с куда меньшим размахом. Тачка сгорела ночью во дворе частного дома. Ладно, посмотрим, что общего у терпил.

Общий знаменатель вывелся сразу: оба потерпевших были владельцами строительных фирм, которые участвовали в тендере за старые элеваторы мукомольного завода. Точнее, за кусок земли в верхней части города с видом на реку. Прекрасное место, чтобы построить новый микрорайон. Оба предпринимателя сняли кандидатуры с тендера после того, как их машины сгорели. Заявление о поджоге подавать, естественно, никто не стал. И по итогу, мукомолка досталась строительной компании, которая… тада-а-а-ам!! Была зарегистрирована за полгода до начала торгов за лакомый участок.

“Навык “Дознаватель” улучшен.

Открыт навык “Аналитика”. (Пассивный).

Получено задание:

“Один из шести”.

Вы выяснили кто один из шести боссов Синдиката. Алексей Большаков. Уничтожьте бандита

Дополнительные задания:

Никто из гражданских не должен пострадать;

Медицина тут бессильна: Большаков должен умереть моментально, либо в течение двух минут после нанесения ранений;

Казнь: убийство должно произойти при свидетелях;

Почерк. У каждого линчевателя есть почерк. Оставьте свой след на месте убийства.

Вот это на тебе заява! Преступления с моим участием и так на грани фола, а здесь ещё след оставь. Ладно. Разберемся с этим позже. Интерфейс уже создал папку с личным делом Большакова и штампом “приговорен”. Отлично! Первый есть, осталось пять. Теперь со спокойной совестью, можно ложиться спать.

Меня разбудил солнечный свет, проникающий в комнату через открытое окно. Свет пробивался сквозь плотно сжатые веки, вытаскивая меня из темного омута глубокого сна. Я сильно зажмурился, затем открыл глаза и… едва не вскочил от неожиданности на кровати. Сказать, что я охренел это не сказать ничего.

Напротив кровати в кресле сидел Гоблин. В этот раз он пробрался в квартиру абсолютно бесшумно, и теперь развалился в кресле, попивая чай и наблюдая, как я сплю. Заметив мою реакцию, он улыбнулся своей фирменной улыбкой уха до уха:

– Хватит торчать дома. Сидишь в четырёх стенах. Так вся жизнь пройдёт.

– Может быть, потому, что в федеральном розыске? – резонно ответил я, сев на кровати и помотав головой, отгоняя остатки сна. – Зачем приперся?

– Нужно думать, что делать дальше – пожал плечами Гоблин, отставив кружку с недопитым чаем на стол. – И как искать Синдикат.

– Допустим, одного я вчера вычислил, – не без гордости заявил я

Гоблин, удивленно подняв брови, уставился на меня.

– Заинтриговал. Жду подробностей.

Я в двух словах пересказал Гоблину результат вчерашнего мозгового штурма

– Ведь всё-таки у тебя есть что-то в теремке, – Гоблин постучал себя пальцем по лбу. – И хотя половину из этого тебе предоставил этот твой интерфейс, результат приятно меня радует.

– Чем же? – спросил я, зевая и вставая с дивана.

– Наличием некоего количество серого вещества в твоей башке. Я думал, там совсем пусто.

– С чего ты сделал такие выводы?

– Потому что читал все твое досье, что нарыли про тебя нужные люди. Адекватный человек ни в жизнь не связался бы с подобными дебилами!

Спорить я не стал. Гоблин в чём ты был прав. Умный человек никогда бы не связался с откровенными отморозками.

– Итак, первый лидер известен, – Гоблин забарабанил пальцами по столу. – Не кажется ли тебе, что это всё очень просто?

Я лишь пожал плечами:

– Стоит решать проблемы по мере их поступления. Уберем этого дядю, а дальше подумаем, что и как.

– Твоя правда, – согласился Гоблин. – Поехали, прокатимся. Посмотрим, где обитает Лёша Большой

***

– О как, – резюмировал я.

Адрес Лёши Большого я вытащил из этих ваших интернетов. И уже когда я смотрел адрес, в моей голове шевельнулась мысль: что-то тут не так. Но спросонья, я абсолютно не придал этому никакого значения. И только когда мы проехали по грунтовой дороге, с растущим по обочине густым кустарником редколесьем, я понял, в такой блудняк мы вписались.

Съезд с проспекта Героев выводил к старой промзоне на берегу реки. Еще на заре времен эту промзону выкупила какая-то строительная компания. Они расчистили землю, снесли склады и собирались построить здесь эко поселок. Коттеджи, река, лес – и всё это почти в центре города. На другой стороне реки прямо из окна. Один дом построить всё-таки удалось. А вот дальше не нагрянул кризис, и фирма, быстро признав себя банкротом, благополучно свалила. Дом был продан по бросовой цене. А остальные участки оказались попросту никому не нужны. Видимо, Лёша Большой выкупил или отжал остальное. И теперь мы стояли напротив двухэтажного дома обнесенного глухим высоким забором из красного кирпича, из-за которого виднелась сколько четырехскатную черепичная крыша. И конца-края этому забору было не видать. Заслышав шум подъезжающей машины, за забором хриплый залаяли собаки. А еще к дому был только один подъезд по грунтовой лесной дороге.

– ЖК “Царьград”. Ломоносова дом один, – пробормотал я, разглядывая особняк. – Хорошо живут безработные. Богато.

– Твоя правда, – согласился Гоблин. – Зато, место какое удобное. Пристрелить его из кустов, когда будет выезжать – и все дела.

– Не выйдет, тира покачал я головой. – Нужно казнить этого черта. То есть, сделать это на глазах гражданских.

– Это кто такое сказал? – вернулся ко мне Гоблин.

– Система, – пожал плечами я.

– Да провались ты! – Гоблин враз растерял всю былую веселость. – Поехали отсюда. Чего стоять, рожами торговать. Появится еще хозяин дома – и начнутся вопросы, чего нам здесь надо. И вряд ли он поверит в то, что мы приехали грибы собирать. Потому что на грибников мы не похожи!

Филин кивнул, полностью соглашаюсь с точкой зрения Гоблина.

– Останови здесь, – Гоблин указал на ближайшую забегаловку, оказавшуюся на пути.

Филин послушно затормозил неподалеку от открытой летней площадки какого-то сетевого фаст-фуда.

– Пошли, пожрем. Заодно подумаем, что дальше делать будем, – буркнул Гоблин, выходя из машины. – Забейте стол. Я пока закажу что-нибудь.

С этими словами, Гоблин царственным жестом, будто показывая свои владения, обвел рукой летнюю площадку. Которая была абсолютно пуста, если не считать нескольких девочек-студенток, Сидевших за дальним столиком, у входа в зал кафе. Заметив Гоблина, они о чем – то зашушукались, весело хихикая. Гоблин же не обратил на них ровным счетом никакого внимания. Просто прошел к входу и скрылся за дверью.

Мы уселись за липкий от пролитого пива, исцарапанный стол. Филин тут же скрестил руки на груди и молча, уставился сквозь стеклянную дверь на то, как Гоблин, активно жестикулируя, что-то втолковывает улыбающейся девочке, стоявшей за кассой. От объяснений, улыбка кассирши все больше сползала с ее милого личика. Филин от этой картины наоборот, все больше приходил в благодушное расположение. Я же осмотрел улицу.