Ты – мой ад

Глава 3

– Что? Этот больной налил в твою ванну молока и усыпал ее лепестками синих роз? – Мерседес уставилась на меня через экран моего ноутбука. После всего того, что увидела в ванной, мне стало так плохо и одиноко, что я была больше не в силах держать все в себе. Мерс как раз позвонила мне, чтобы узнать, как я добралась до дома – и вот результат: я выложила ей все, прямо как тогда Кайлу на качелях. Не знаю, что на меня нашло. Я не должна так доверять ей. И все же слова не вернешь – целых полтора часа ушло на то, чтобы рассказать Мерседес нашу с Коулом историю.

– Слушай, а он мне нравится, – она расхохоталась, расплываясь в широкой улыбке. – Да, у него, конечно, явные проблемы с головой, и все же… Вы – горячая парочка.

Я со злостью посмотрела на Мерс, подавив в себе желание быстренько захлопнуть ноутбук и отправиться с Зевсом на пробежку.

– Ты не понимаешь, Мерс. Он за мной следит, знает буквально о каждом моем шаге. Я уверена, у него есть против меня все. А взамен…

– Ты должна ублажить его в постели. По-моему, так себе мучение, не находишь? – продолжала шутить она. – Скажи мне, вот что мучительного в оргазме?

– Все не так просто. Он унижает меня. Перед всеми. Перед собой только в первую очередь.

– Ну не знаю… Может, у него есть к тебе чувства, просто они такие… Своеобразные?

Я и забыла это чувство – то, что ты можешь с кем-то обсудить свою жизнь. Свои проблемы.

– Нет, однозначно. Он просто псих, который любит трахаться, – поставила диагноз я, и мы рассмеялись вместе. – Нет, я серьезно… Я хочу, чтобы все было теперь по-другому. Я устала быть для всех вселенским злом. Я хочу вырасти.

– Ну что же тебе мешает? Занимайся своими делами, скинь привычную маску стервы, но вот цену себе знай.

– И… Что это значит?

– Это значит, что ты просто обязана пойти на эту грандиозную вечеринку и предстать перед ним. Сексуальной, уверенной, красивой. Ты должна четко и ясно дать понять, что тебе не страшны его угрозы.

– Я делала это и много раз! – возразила я, вспоминая то, чем обычно все заканчивалось. Например, тем, что Коул отослал мои „грязные“ фото Элине и Николасу.

– Так сделай еще раз. Это лучше, чем закрыться в комнате и ничего не делать! Продолжай вашу игру… И в момент, когда он будет думать, что ты принадлежишь ему, нанеси удар в спину. Сделай ему еще больнее.

– И как? У меня на него ничего нет, – фыркнула я, поражаясь тому, как у этой мулатки все просто.

– Сейчас – нет. Но в нужное время решение придет само собой. Когда вы сблизитесь. Он – хороший психолог, не более, и играет на этом. Настало время быть и тебе похитрее – узнать о нем побольше.

Я прислушалась к Мерс, понимая, что она права. Коул каким – то чудесным образом знал обо мне все вплоть до моих любимых цветов и вкусовых предпочтений. Я же не знала о нем ничего – все от его татуировок до мыслей в голове представлялось мне непроглядной тьмой без единого лучика света.

– Сблизься с ним, – сделала заключение Мерседес, играя бровями. – Конечно, придется пожертвовать чем-то. Но я не думаю, что ты сильно опечалишься, когда придется еще не раз оказаться в его постели. Думаю, тебе это нравится.

– Нет, – слишком резко заверяю я, тут же вспоминая прикосновения Коула. – Нет, да там… Смотреть-то не на что.

– Не ври. Я уже погуглила. Чертов красавчик, – она поджала губы, уставившись в свой телефон. – Согласна, внешность необычная, но что-то в нем есть. Его взгляд даже через фотку пробуждает мурашки. Уух. Я бы сама с ним…

– Да пожалуйста, – проворчала я, делая равнодушный вид. Меня вдруг выбесила эта привлекательность Коула. Его обаяние, его взгляд, все это действовало на девушек довольно мистическим образом. Несмотря на его шрам, на то что он не обладал такими же идеальными чертами лица, как, например, Брэд Питт или даже всем известный Максимилиан Кенинг (герой серии, романа „Позволь мне тебя коснуться“).

– Так что немедленно надевай свой самый красивый купальник и иди туда. И ничего не бойся. Главное – создать в его голове иллюзию, что ты полностью под его контролем. Только тогда ты сможешь выудить все, что тебе нужно, и использовать свои знания против него. А я пока пороюсь в Интернете, может быть вычитаю про него что-нибудь интересное.

– Хорошо, пожалуй, так и сделаю, – я впала в легкий ступор, мысленно перебирая все свои купальники. На повестку вечера вставал лишь один вопрос: какой из них одеть?

В Братстве очень редко проводились открытые вечеринки, но первая в году всегда была такой. Конечно, и на нее попадали не все – лишь кандидаты, которые хотели узнать о Братстве больше и вступить в него, и новые девушки. Нужно же было Братьям искать новых жертв.

На самом деле, девушки мечтали сюда попасть – каждая лелеяла мечту о том, что завладеет влиятельным мужчиной и после окончания колледжа станет чуть ли не первой леди.

Ага, если к тому времени у ее парня не появится куча проблем с законом. После того, что я увидела в комнате для прислуги братства, поняла одно: вся их общественная деятельность во благо, хоть и была полезной, являлась всего лишь прикрытием грязных дел.

И все же они не скупились – может быть, тратя деньги на благотворительность, они надеялись заплатить за свои грехи, но что – то я с трудом верила, что у Александра, Коула, Гидеона и других вообще есть совесть.

Хотя, и я никого не в праве осуждать после того, что сделала. Возможно, для меня уже нет правильной дороги. Но если я не попытаюсь, то так никогда и не узнаю об этом.

До особняка я доехала за несколько минут – на такси. Не очень-то мне хотелось добираться до сюда пешком, на каблуках, еще и в прозрачном платье – кимоно, под которым у меня был лишь черный слитный купальник с глубоким V-образным вырезом до пупка.

Темные коридоры, освещенные цветомузыкой, встретили меня под саундтрек Major Lazer – Lean On. Один из братьев на входе посмотрел на меня как-то подозрительно долго, но пропустил без вопросов. Коридор был усыпан шарами с гербом „Дельта Зет“, а плакаты на стенах стрелочками показывали мне проход к бассейну и прилегающей к дому территории.

Я и без этих стрелок прекрасно знала куда идти: воспоминания об этом особняке, внушающие страх, ужас и отчаяние, захватили меня. Сделав глубокий вдох, попыталась прийти в себя, но взгляд сам упал на лестницу, ведущую вниз – на территорию Коула. Всего несколько шагов, и я могла бы оказаться в его кабинете, где мы устроили драку.

Там, где я разбила настенные часы, толкнув его прямо на застекленный циферблат. В его комнату, где испытала целый спектр эмоций, находясь в его власти.

Найти его слабое место. И использовать против него.

Я вышла на открытую террасу, оглядывая всех присутствующих. Очень много девушек и где – то три десятка „братьев“. Некоторые расслабляются в бассейне, кто-то занят алкоголем и едой. Кто – то участвует в конкурсах – скорее всего, они для Кандидатов, которые должны пройти свои первые испытания. Кое-кто даже валяется на траве, обнимаясь с бутылками пива. Никто даже и не заметил моего появления – виной тому свет или затуманенные разумы всех, кто здесь находился.

Мой взгляд сам нашел Коула – даже боковым зрением я поняла, что только он может восседать на кресле у бассейна. На коленях его устроилась светловолосая девушка, и его рука обвивала ее хрупкую талию. Как только я увидела татуировку скорпиона на его предплечье по телу пробежался иней, пробуждая внутри сотни связанных с Коулом воспоминаний.

Не важно, что рядом с ним была девушка и не одна. Вторая нежно массировала его плечи, что-то настоятельно шепча парню на ухо. Лицо Коула при этом было снисходительном с едва заметной улыбкой. Глазами он никого не искал – скорее наоборот уставился в одну точку, будто бы сдерживал свой взгляд.

Все это было не важно.

Я видела его. Он находился рядом уверенный в том, что они смогут заменить меня. А может, выжидающий моего появления.

В любом случае, мне нужно что-то сделать, чтобы появится эффектно, а не выглядеть истеричкой, отгоняющей от него приставучих телок.

Гордо расправив плечи, я потянула свое кимоно за края и сняла, оставаясь в одном купальнике. Кто-то заметил это зрелище и показал на меня пальцем, вскрикнув:

– Смотрите! Это же Картер! – Его голос сопровождали кивки и одобрительные возгласы „снимай купальник!“.

Я не думаю. Я просто прыгаю в воду. Она приятная, теплая, и достигаю самого дна бассейна, касаясь его руками. Как бы мне не хотелось спрятаться от всех взглядов, всплыть все же придется.

Я выныриваю из воды, откинув голову назад, и взмахиваю волосами. Лестница, ведущая к выходу из бассейна, рядом, и я хватаюсь за поручни, чтобы выйти.

Ловлю на себе пристальный взгляд Коула, и с удовлетворением замечаю, что девушек вокруг него больше нет.

Интересно, он прогнал их, или они отошли, чтобы вскоре вернуться?

Смотрю на сероглазого Дьявола с вызовом так, будто не боюсь ни его слов, ни его угроз, что вот-вот вырвутся из его губ. Но кидать он их не спешит – его губы застывают в усмешке, в глазах черное пламя. Пока я замираю в позе, упираясь одной рукой в талию, он картинно взмахивает руками и хлопает мне.

– Ребекка, – выдыхает он, сохраняя лед в своем голосе. – Ты пришла.

– Я не могла упустить шанса… Искупаться.

– Тебе не хватило моря в Монако? – процедил сквозь зубы он, и я уловила властные нотки в этой фразе.

– Я не люблю открытые воды, – Коул встал с кресла и направился прямо ко мне. Его взгляд бесстыдно блуждал по моему телу, будто бы он не мог насытиться увиденным.

– Картер, прыгни еще раз! Сними купальник! – доносились подобные крики из толпы, на которые я не обращала внимания.

Я же пыталась смотреть в его глаза, а не на рельефный обнаженный торс и галстук, повязанный на его шее. Кстати, замечательный атрибут на тот случай, если вдруг понадобится придушить его.

– Соскучилась? – ладонью и взглядом он приказал всем замолчать. Кандидаты тут же отвернулись от нас, а остальные братья продолжили развлекаться с девочками. Вечеринка продолжилась, и на нас с Коулом уже никто не смотрел. Я же еле сдерживала свои ноги на месте, по мере того как он наступал на меня.

Волны энергии, исходящие от его тела, действовали на меня так, что хотелось убежать мгновенно и без промедлений.

Я лишь коротко качаю головой из стороны в сторону, стараясь сохранять внешнее безразличие.

– А вот я скучал, – произнес Коул, оказываясь в шаге от меня. Его руки приоткрылись, чтобы обнять меня, и это насторожило: с чего вдруг эти нежности?

– Неужели? – Я вдруг почувствовала себя неуютно в этом мокром купальнике и быстро перекинула волосы к себе на грудь, чтобы хоть как-то прикрыть наготу.

– Да, я скучал по тебе, – Коул вдруг изменился в лице и наклонился к моему уху, чтобы прошептать это. Его рука бесцеремонно коснулась моей талии, и, приобняв ее, он повел меня вперед – со стороны казалось, что мы пара и отправились на прогулку, да только вот я совершенно растерялась от такого поведения.

Настолько, что даже ни слова не сказала, пока он вел меня к дому в небольшую беседку, расположенную поодаль бассейна.

– А вот ты, как я понимаю, нет, – глаза Коула сузились, когда мы оказались в каменной беседке. Здесь не было ничего, кроме нескольких горшков с цветами.

Его рука по-прежнему давила на мою талию, но я была не в силах ее одернуть.

Я замолчала, опустив взгляд. Нечто странное происходило прямо сейчас. „Скучаю“ – так искренне звучало это слово в его устах. Но я знала, что в делах с Коулом от всего нужно ждать подвоха и обмана. К тому же, теперь у меня есть Стефан. Я надеюсь… на будущее с ним.

– Не в моих правилах скучать по человеку, который меня раздавил. Тогда, на дамбе… Ты все сказал, – я наконец одернула его ладонь и прислонилась к каменному столбу, заведя себя в тупик.

Он сделал глубокий вдох, сжав побелевшие кулаки. Мое сердце опустилось в пятки, когда он взглянул на меня исподлобья, и в один миг его сладкий голос сменился разрушительным гневом.

– Поэтому ты нашла утешенье в объятиях этого французишки? – рявкнул он. Желваки парня были напряжены – первый признак злости в образе Коула Стоунэма.

– Откуда ты знаешь? – я склонила голову набок. – Хотя, стоп. Даже не так. Какое тебе дело?!

– Ты действительно не понимаешь? – усмехнулся он, продолжая гореть от злоб. Ох, это было безумство. Еще никогда, я не видела такой ревности в его глазах.

– Ты – моя игрушка, – снова повторил он, потирая костяшки пальцев на своей руке. – Не чья-нибудь. Моя.

Моя.

Звучало бы мило, если бы не этот взгляд и тон, который обрекал меня на вечные муки.

– Коул, когда ты наконец поймешь, что мир вертится не вокруг тебя? – Я скрестила руки на груди, чувствуя себя так более защищенной. – Я никогда не была твоей. Это иллюзия лишь в твоей нездоровой голове!

– Зато я отлично знаю, какую иллюзию ты создала в голове этого наивного идиота, – фыркнул Коул, явно поражаясь глупости Стефана. – Девственница? Ты шутишь?

Казалось, что внутри меня даже кровь застыла – ну как, как он мог все знать?!

– Я наблюдал за тобой, – вновь повторил излюбленную фразу он, отвечая на мой вопрос вслух. – Бедняга. Он даже не представляет, каких размеров разочарование его ждет…

– Ты охренел?! – Коул и его грязный язык не знаю никаких границ, и это меня достало.

– Дай-ка подумать, – он сделал вид, что задумался, приложив пальцы к подбородку. – Еще нет. Обнаглел, это когда – так, – Коул сделал шаг ко мне, и я в миг почувствовала его горячее с привкусом сигарет дыхание на своей коже. Он развел мои руки перед собой и зажал запястья на бортах беседки. – Вот так, – освободив одну руку, он обхватил мою грудь ладонью, дотронувшись до соска, просвечивающего через тонкую ткань купальника.

Его палец прошелся по кругу, и, не почувствовав моего сопротивления, он ловко отодвинул черные края, и обнажил мою грудь.

– Коул, прекрати, – с мольбой в голове попросила я, понимая, что весь мой план рухнул, как и предполагалось. Я могла не стараться. Лучше было бы вовсе не приходить.

Безвольная игрушка. Я только что позволила ему вновь лапать меня.

– Убери свои руки, я сказала!

– А то что? – нахально и грубо поинтересовался он, сильнее сжимая мою грудь в ладони. – я соскучился по твоей большой груди, которая так легко поддавалась моим ласкам.

Его голос перешел на хриплый шепот, который действовал на меня магически. Черт… Соберись, Бекка.

– Коул, я теперь с другим, – конечно, это не было правдой. Наши отношения со Стефаном были на стадии знакомства, и все же даже о нем я знала больше, чем о Коуле, несмотря на то, что со вторым мы знакомы со школы. – Я пришла сюда только потому, что ты позвал меня. И я пришла попросить тебя, чтобы ты больше так не делал. И предложить… Перемирие.

– У нас не может быть никакого перемирия, наши отношения – не союз. Мы не ровны с тобой. Ты всегда будешь у моих ног, Ребекка, – я прекрасно поняла, на что он намекал. – Или ты забыла? Может, тебе напомнить?

Свободной рукой он схватил меня за волосы, исследуя их руками. От чувств, захлестнувших меня, немели даже кончики на пальцах ног.

– Н-не надо, Коул. Прошу, оставь меня в покое. Я хочу быть с ним. Хочу новой жизни. Я хочу все начать заново и без тебя.

– Тогда тебе придется разделиться, Бекка. Можешь общаться со своим французишкой сколько угодно, да только в постели ты все равно будешь моя…

– Нет!

– И я продолжу свое любимое дело, только на этот раз я придумал еще более изощренные издевательства и игры. О да. Я уже вижу слезы в твоих глазах…

Мой взгляд предательски затуманился. Дьявол, Ирод, истязатель.

– Нет! Этому не бывать!

– А иначе, у тебя все равно с ним ничего не получится, – с разочарованием подметил Коул, продолжая поглаживать мою грудь медленными, дразнящими движениями. – Ведь одно мое слово, подкрепленное парочкой фотографий, и твоя надежда на счастливое будущее развеется, как дым. Я думаю, этому прилизанному Графу будет интересно получить парочку писем на его электронный адрес.

– Ты этого не сделаешь! Не сделаешь!

– Конечно, нет, – лицо Коула замерло всего в паре сантиметров от моего. – Если ты будешь слушаться. Делать все, что я хочу. Умело проглатывай всю боль, что я буду тебе причинять. И перестань сопротивляться…

– Да зачем?! Зачем тебе все это нужно?! – не выдержала я, посмотрев в потолок, чтобы избежать слез. Я уже несколько раз пожалела, что вернулась домой. Противоречивые чувства боролись во мне непрерывно: тело так и тянулась к Коулу, а вот душа жаждала свободы, которой не могла себе позволить.

– Мне нравится. Даже сейчас я счастлив, наконец-то сжимая тебя в руках. Беззащитную, но волевую. Ты мне нравишься, Ребекка, – он наклонился к моей шее и стал покрывать ее дерзкими укусами так, будто хотел испробовать моей крови. – Видишь, я даже признаю это. Ты мне нравишься, нравишься… Я без ума от твоей кожи, и я так по ней скучал… По твоим большим холмикам…

Коул прорычал, окончательно оголяя мою грудь, втягивая между зубов мой сосок. Я захныкала, тая от его повелительных прикосновений.

– Коул… Н-не надо.

Но он уже с силой тискал мою грудь, не оставляя ее без внимания своих настойчивых губ. Черт, только бы не потерять сознание. Только бы не упасть прямо здесь, позволяя ему вытворять со мной все, что он пожелает.

– Ты должна благодарить меня, – он вновь поднимается и смотрит на меня. Его губы распухшие, лицо до ужаса довольное. Он уже не делает вид, что равнодушен ко мне, мы уже оба прошли эту стадию. Теперь мы на стадии: „Да, я не равнодушен к твоему телу. А вот душу твою я покалечу на раз-два“. – Я позволяю тебе общаться с ним и строить отношения. Без физического контакта, разумеется. Ведь это…

Он бесцеремонно опустил свою руку меж моих бедер и коснулся моего влажного центра, обнажив зубы в удовлетворенной усмешке.

– Принадлежит мне. Ты вся, – его слова вводят в транс, я не могу поверить, что вновь ведусь на его уловки. Ощущение от его пальцев приятнее в сотни раз просто потому, что я так давно его не чувствовала. – Моя послушная кошечка, – процедил он, проводя пальцами по моим губам. Он надавил на мой рот, проникая в него большим пальцем. Я забыла сделать вдох – настолько была зачарована его серебристо-черным взглядом. Коул… Затягивал меня в свою черную дыру – в место, где я уже была не властна над своим телом и разумом. В место, где правили другие законы физики. Там, где и вовсе не было этих законов.

Я теряла гравитационное притяжение, стоило мне только заглянуть в его глаза – без дна и покоя.

– Благодарности ты от меня не дождешься, – я хотела сострить, что задело бы Коула, но остановила себя, вспомнив слова Мерседес.

Я не должна воевать с ним.

Я должна сблизиться с ним.

– Но ты прав, – я поймала его пальцы зубами и слегка прикусила его до боли. Коул нахмурился. – Я в игре.

– Что? – он явно не ожидал от меня таких слов. Наверное, уже вовсю представлял меня ползающую перед ним на коленях. Но этому не бывать.

– Ты слышал, – он убрал палец с моих губ, прислушиваясь. – Пусть будет так, как хочешь ты. Считай, что я твоя игрушка, делай что угодно. Но и я буду делать то, что нравится мне.

Лицо Коула застыло, скрывая абсолютно все эмоции, спрятанные в его душе. Лишь пульсирующая венка на лбу выдавала его ярость и пыл.

– В следующий раз, когда я окажусь в твоей постели, знай: мое сердце принадлежит другому. И…

– Да плевать мне кому принадлежит твое сердце! – его пальцы резко врезались мне в плечи. – Понимаешь?!

– Пусть так, – высокомерно согласилась я, сохраняя силу в своем взгляде. – Тогда ты не сильно расстроишься, если будешь видеть меня с другими. С твоими братьями. Со Стефаном.

Коул дернул меня на себя, стремительно прижимая к своему телу. От соприкосновения с его гладким и сильным торсом я судорожно вздохнула, едва не застонав.

– Это же всего лишь игра, а я твоя игрушка. Так играй со мной, когда тебе хочется. Но свободу ты мне уже пообещал, а джентльмены не берут своих слов назад, верно?

Наши лбы столкнулись, и вот мы уже жадно дышим друг другу в губы. Все во мне мечтает слиться с губами Коула, но я знаю, что не могу позволить себе этого прямо сейчас.

В моей голове рождается гениальный план по сближению с ним, по уничтожению Коула – все это чистой воды вдохновение, когда отдельные части пазла вдруг соединяются воедино.

Он сделал все, чтобы покорить меня. Теперь я сделаю с ним то же самое. И в момент, когда он откроется мне, приклонится… Я раздавлю его, как песчинку.

– Верно, – наконец смирившись, он отпустил меня, не прерывая зрительного контакта. Его взгляд упал на мою обнаженную грудь, и я поправила купальник, чтобы прикрыть ее.