Отступники

Поборов желание закричать, она выдавила смешок – больше похожий на поскуливание.

– Знаешь, как говорят – Не станет смелым тот, кому неведом страх.

Он подался назад, как будто мысль поразила его. Улучив момент, Нова сделала движение вперед – она прижала руку к его груди, просунула пальцы в дыру на ткани там, где ее разрез кинжал. Кожа была горячая и липкая от крови – вот и все, что ей было нужно. Плоть, ткань и удары сердца под ней.

– Ты что сейчас…

Она направила в него свою энергию, кувалдой ему в грудь.

У него перехватило дыхание, на миг он замер, не двигаясь. Потом хватка на ее шее ослабела. С криком Нова ухватилась за его запястье, подтянулась, восстанавливая равновесие – а он упал на спину, тяжело, с хрустом, будто ломая кости.

Сердце выскакивало у Новы из груди. Она глядела на Стража, все еще чувствуя тошноту, как в ту минуту, когда она испугалась, что падает вниз.

–Коооошмаааар…

Растирая шею, Нова обернулась как раз вовремя, чтобы ухватиться за золотые нити, брошенные ей Кукловодом. Она держалась из последних сил, хотя ноги начали подкашиваться. Намотав нити на запястье, она прыгнула и закачалась над улицей. Люди бежали в разные стороны, а одна из платформ врезалась боком в парикмахерский салон.

Подтягиваясь по нитям, она добралась до корзины и, перевалившись через борт, тяжело свалилась на дно.

– Спасибо, Уинстон.

Кукловод не ответил – он снова был поглощен своими марионетками, его безумный смех перекрывал гуденье газовой горелки.

Немного отдышавшись, Нова заставила себя встать, цепляясь за борт корзины.

Внизу на улице царил хаос. На мостовой валялись тончайшие нити Кукловода. Некоторые все еще обвивали шеи и руки детей. Но многие марионетки уже отслужили, и их тела в неестественных позах лежали под стенами домов и посреди мостовой. Среди зевак были раненые, истекая кровью, они пытались отползти в безопасное место. Четверо детей с петлями на шеях оставались во власти Уинстона – они били витрины инструментами, которые в панике побросали оркестранты, крушили платформы и закидывали едой с лотков членов Совета, которые пытались остановиться их, не причинив вреда.

Укротитель Ужаса, разумеется, стал невидимым, а Цунами упорно пыталась захватить детей-марионеток пенистой приливной волной – да только зачарованным ребятишкам, казалось, не было никакого дела до того, что они могут утонуть в толще воды.

Нова поискала Капитана Хрома, но в толчее и суматохе его нигде не было видно.

Все это время над городом разносился трескучий смех Уинстона. Судя по его ликованию, он откровенно развлекался происходящим.

Нова поднесла к уху руку и включила передатчик.

– Кошмар на связи. Детонатор, Фобия, где вы?

Голос Фобии прозвучал бесстрастно и ровно.

– Где ты находишься?

Нова оглянулась на крышу, от которой аэростат отплыл примерно на полквартала, но ни Отступников, ни Стража видно уже не было.

– Я завела новых друзей, – ответила она.

Ее отвлек шум сверху – в голубом небе появились черные крылья Гром-птицы. Ее лицо было перекошено от ярости, в руке потрескивала светящаяся белым молния.

Нова выругалась.

– О, птичка-невеличка, привет! – захихикал Уинстон.

Гром-птица подняла свободную руку и направила ладонью на его шар. Раздался хлопок, и аэростат отбросило назад. Корзина врезалась в стену дома. Нова, не устояв на ногах, снова упала на дно.

Уинстон ловко поднялся, держась одной рукой за канат и продолжая шевелить золотистыми нитями, заставляя детей внизу делать что-то по его воле – как знать, что именно?

– Ай-яй-яй, – заговорил он, подражая ребенку, – Толкаться невежливо. Ты должна попросить прощения.

– Отпусти детей, сейчас же, – пророкотала Гром-птица, занося над головой руку с белой молнией.

Торопливо открыв свою сумку, Нова выхватила базуку с сетью. Затаив дыхание, она подползла к борту, приладила на него базуку и выстрелила.

Вокруг тела Гром-птицы обвились веревки. Когда сеть намоталась ей на левое крыло, она удивленно вскрикнула. Стрела молнии, коснувшись сети, подожгла веревку, и вся сеть, потрескивая, вспыхнула.

Гром-птица закричала.

Потом стала падать, падать. На улицу, на мостовую…

Прямо в объятия бдительного Капитана Хрома.

Он поставил свою соратницу на ноги и поднял вверх синие глаза. На его лице больше не было улыбки. Сейчас он был не так похож на разрекламированного сверх меры придурка на идиотском празднике.

Когда их глаза встретились, Нове стало не по себе.

– Что происходит внизу, Детонатор? – спросила она. – Нам может понадобиться помощь.

– Участие Кукловода в операции не планировалось, – послышался сухой ответ. – Если он желает действовать как хочет, пусть и умирает как хочет.

В это время внизу под ними Капитан схватил металлическую пику, с которой щеголял на параде. Нова видела, что он сбросил с ее верхушки шлем Аса Анархии и отшвырнул его прочь. Шлем покатился по мостовой и застрял в водостоке.

– Здесь не только Кукловод. Я тоже здесь, наверху!

– Удачи, Кошмар! Операция закончена.

В наушнике раздался тихий треск, и все смолкло окончательно.

Капитан Хром занес пику над головой, как копье, и метнул.

Хотя аэростат находился на высоте в сотни футов, пика, не отклоняясь, летела прямо на него.

Нова присела.

Пика угодила в горелку и с оглушительным скрежетом пробило трубку подачи газа. Вспышка – пламя вырвалось из горелки. Пика рикошетом отлетела от металла и упала на улицу.

Результат удара не заставил себя ждать. Хотя аэростат еще продолжал двигаться по инерции, он стремительно терял высоту.

Нова лихорадочно осматривалась. До удара у них был шанс долететь до тех зданий, что впереди, но теперь все изменилось, и она сомневалась, что шар дотянет. Воздух в шаре больше не подогревался, скоро они начнут падать, врежутся во что-нибудь, попадут прямо в руки Отступников.

Уинстон, нагнув голову, посмотрел прямо на Нову.

– Опаньки.

Нова выдержала взгляд, она думала, прикидывала.

Если сбросить с борта лишний вес, еще можно попытаться долететь до соседнего квартала. Так они смогли бы выиграть время и попытаться улизнуть, пока не подоспеют Отступники.

На глаза попалась сумка – все ее разработки, оружие. Все ее старания. Вся многолетняя работа.

Уинстон сочувственно вздохнул.

– Иногда приходится чем-то жертвовать, маленькая Анархистка.

– Ты совершенно прав, – вздохнула Нова.

И, обхватив рукой лодыжки Уинстона, резко дернула. Вскрикнув, он нелепо замахал руками и перевалился через борт.

Не дожидаясь, пока внизу стихнут его вопли, Нова вскочила и бросилась к нагревателю. Шар чуть приподнялся над крышами, давая ей совсем немного времени – его как раз хватило ей, чтобы восстановить подачу газа. Она подергала зажигание, и наконец огонь снова вспыхнул.

Аэростат взмыл в воздух.

Нова облегченно вздохнула и лишь теперь позволила себе посмотреть вниз.

Кукловод упал на карнавальную платформу и утопал в конфетти и цветах, а Капитан Хром стягивал его вниз.

Уинстон не противился. Он не сводил глаз с Новы, на лице играла все та же безумная ухмылка.

Нова подняла руку и помахала ему.