Любовь государственной важности

– Люблю природу, – сказала она, мечтательно улыбаясь. – Такой страстный и живой пейзаж.

– Ты бы на их месте вернулась в страну, в которой никогда не жила? Просто чтобы следовать судьбе, которую ты не выбирала?

– Честно говоря, не знаю. У меня совсем другая жизнь. Когда моей мамы не станет, у меня не останется возможности выяснить, кто мой отец. А она даже не рассказывает о своей семье, потому что ее выгнали, когда она оказалась беременна и не замужем. Поэтому идея родословной, которую можно проследить почти на две тысячи лет назад, для меня непостижима. Мое прошлое – это чистый лист.

– Прости, – сказал он.

– Ничего не поделаешь.

Она не пыталась вызвать его сочувствие, просто предъявила факты.

Беспокойно переминаясь с одной ноги на другую, Алекс боролся с желанием обнять Марию. Но он откашлялся и взглянул на часы.

– Нам следует вернуться и привести себя в порядок.

Она кивнула и одарила его чудесной, открытой улыбкой.

– Я рада, что участвую в этой поездке. Знаю, ты замолвил за меня словечко, и я благодарна тебе за это.

Алекс смотрел на нее и чувствовал, как его тело напряглось от желания.

– Я не хочу твоей благодарности, Мария.

Боль промелькнула в ее глазах, тут же сменившись удивлением, когда она осознала, чего он недоговаривает.

– До этого я спросила, что тебе нужно от меня. И ты не захотел ответить.

– Поправочка. Я не ответил потому, что ты не была готова выслушать.

Она выпрямилась, оттолкнулась от дерева и шагнула в его сторону.

– И если я теперь готова?

Он вздрогнул, больше не в силах скрывать овладевшее им желание.

– Иди сюда, – сказал он, притягивая ее к себе за руку, пока Мария не прижалась к его груди. Алекс сцепил руки у нее на спине и прикоснулся губами к ее маленькому изящному уху.

Мария посмотрела на него огромными глазами.

– Мужчины странные существа.

Он усмехнулся:

– Что это значит?

– Я вся потная и липкая.

Резко вдохнув, он покачал головой:

– Точно не липкая. Поверь мне.

Он нашел ее рот губами и поцеловал.

Мария не была застенчивой, но отвечала нерешительно и немного неловко, что можно было объяснить отсутствием опыта. Алекс вновь ощутил накатившую на него нежность, и ему захотелось защитить ее от самого себя. Загадка какая-то…

Наконец ее руки обвились вокруг его шеи. Теперь они прижимались друг к другу грудью и бедрами. Мария не могла не заметить, как он возбудился.

Алексу стоило огромных усилий держать себя в руках и стараться, чтобы поцелуй был нежным, а объятия осторожными. Они стояли так, что любой мог их увидеть. А менее чем через час им предстояла очень важная встреча.

Еще минута. Это все, что ему нужно. Он ласкал ее язык своим языком.

– Черт, Мария. С тобой забываю, как меня зовут.

– Алекс, – прошептала она, встав на цыпочки и прижавшись к нему. – Умный, сексуальный, очаровательный Алекс.

– Очаровательный? – Он нахмурился, пытаясь сосредоточиться, пока Мария посасывала его нижнюю губу.

– Очаровательный, – твердо повторила она. – Ты такой серьезный, самоотверженный и порядочный. Это восхищает меня.

Алекс заставил себя выпустить ее, но Мария прижалась к нему, и его решимость ослабла. Сердце Алекса бешено стучало в груди, когда он взял Марию за запястья и отвел руки от своей шеи.

– Сейчас я абсолютно не готов к нашему заданию. Будь я уверен, что в пруду нет аллигаторов, я бы уложил тебя на землю и мы бы провели незабываемое время вместе.

– Аллигаторы?

Испуганная ее громким вскриком, стая птиц взлетела в небо.

Мария выглядела до смерти напуганной. Он недоуменно покачал головой.

– Ты ведь знаешь, где мы находимся? На аллее Аллигаторов.

– Я не думала, что они повсюду. – Мария вцепилась в его руку, когда он повел ее обратно к гостевому домику.

Алекс проводил ее внутрь и закрыл дверь.

Я не хотел напугать тебя. Как правило, аллигаторы не агрессивны. Хотя иногда они могут напасть на кошку или собаку.

– О господи! – Она побледнела, и Алекс понял, что его заверения не помогают.

– Иди в душ, – сказал он. – Пока ты держишься подальше от неизвестных бассейнов и прудов, тебе не о чем волноваться, я клянусь. – Он наклонился для последнего поцелуя. – Я смогу тебя защитить.

Войдя в душевую кабину, Мария включила горячую воду в полную силу, пытаясь унять дрожь и расслабиться, с аллигаторами она пока не встречалась. Наверное, именно это люди имеют в виду, говоря: «В каждом раю свой змей».

Майами и Корал-Гейблс были непостижимо красивы. Пышная тропическая растительность… настоящий райский сад. Она и не догадывалась о темной стороне.

Она снова облачилась в наряд, в котором приехала. Мария надеялась, что выбрала подходящую одежду для уик-энда. К сожалению, не существует никакого справочного пособия, как тусоваться с членами королевской семьи в Америке.

Ее темно-синее льняное платье выглядело простовато, единственным украшением служили необычные деревянные пуговицы – по три на каждом плече. На ногах – бежевые сандалии на пробковой подошве, с ремешками. Мария посмотрела в зеркало. Слишком просто? Недостаточно просто?

Рассуждения на этот счет могли быть исключительно гипотетическими, потому что Мария взяла с собой не так много одежды. Честно говоря, это наверняка не имело значения. Она не главное действующее лицо в этом действе. Монторо будут допрашивать Алекса, а не Марию. Бедный Алекс.

Она закончила сушить волосы и снова собрала их заколками, не давая прядям упасть на лицо. Алекс ждал в гостиной, когда Мария направилась на его поиски. Он непринужденно улыбнулся – ни малейшего намека на то, что всего несколько минут назад они страстно целовались, слабея и дрожа от желания.

Она решила вести себя соответственно.

– Мы готовы?

Алекс кивнул. В тот же момент в дверь позвонили. Молодой человек с легкой улыбкой, наверное ровесник Марии, стоял на пороге в вежливой позе. Синяя трикотажная рубашка поло, обтягивающая широкую грудь, выдавала в нем сотрудника «Монторо энтерпрайзес».

– Я отвезу вас в главный дом, – сказал он. – Джип ждет на улице.

Транспортное средство было безупречно, хотя и не предназначено для женщин, предпочитающих платья. Щеки Марии вспыхнули румянцем, ей пришлось принять помощь Алекса, когда она усаживалась на заднее сиденье. Мужчины расположились впереди.

Ей пришло в голову, что поместье больше, чем она себе представляла, им потребовалось пять минут, чтобы добраться до места назначения. Все здания, большие и поменьше, были выстроены в одном стиле – с выбеленными стенами и голубыми черепичными крышами.

Назначение большинства построек, мимо которых они проезжали, Мария не могла определить, но она узнала садовый ангар, рядом с которым стояли несколько гольф-картов. Подъехав к резиденции Монторо, она не удивилась, обнаружив, что это самое большое здание во всем земельном владении.

Дом представлял собой настоящее произведение искусства – двухэтажный, с изогнутым крыльцом. И окна… много окон. Стекла, вероятно, тонированные, иначе обитатели дома спеклись бы на солнце.

Водитель припарковал машину у лестницы, ведущей к входным дверям, и высадил их.

– Просто постучите, – сказал он и направился прочь, насвистывая.

Мария косо посмотрела на Алекса.

– Мне кажется, мы предоставлены самим себе.

Он прикрыл глаза и огляделся с любопытством.

– Думаю, да.

Казалось, Алекс ничуть не нервничал, в отличие от нее. Но опять же его род был таким же знатным, как и Монторо, пусть и не королевским. Если бы Алекс захотел, то мог бы, вероятно, претендовать на высший пост в стране, когда срок нынешнего премьер-министра истечет.

Они поднялись по лестнице. Алекс позвонил, и через несколько секунд дверь открыл загорелый седой мужчина. Как и у Алекса, его одежда соответствовала климату, но расслабленного впечатления он никак не производил. Ни один английский дворецкий не мог выглядеть более достойно и степенно.

– Добро пожаловать в «Casa[3] Монторо», – сказал он. – Семья ждет вас в салоне.

Дом напомнил Марии виллу, которую она как-то с завистью рассматривала в «Архитектурном вестнике». Каждая деталь – гармоничное совершенство. Полированные деревянные полы, красочные ковры. И виды. Вот это да! Из окна во всю стену открывался захватывающий вид на океан вдали.

Когда они с Алексом вошли в большую комнату, Рафаэль III поднялся.

– Наконец-то вы здесь. Для нас большая честь приветствовать вас в нашем доме. – Он пожал руку Алексу и поцеловал Марию в обе щеки.

Одного взгляда вокруг было достаточно, чтобы Мария поняла: ключевые фигуры этой драмы здесь. Трое детей Рафаэля – Габриэль, Белла и Рафаэль IV. Кузен Хуан Карлос II. И последняя, но не менее важная, – хрупкая, но неукротимая Изабелла Салазар.

В свои семьдесят три она вполне могла бы рассчитывать на несколько неплохих лет жизни, но ее тело было разбито болезнью Паркинсона. Пусть и прикованная к инвалидной коляске в те редкие дни, когда покидала постель, Изабелла представляла собой внушительную фигуру. Бабушка Хуана Карлоса и двоюродная бабушка его кузенов, в своих руках она сосредоточила огромное влияние. И она являлась сторонницей старых принципов. Что автоматически делало ее союзницей.

За исключением Изабеллы, Мария и Алекс познакомились со всеми накануне во время торжественного приема. Зная это, Рафаэль немедленно подвел их к своей тете.

Возможно, старушка и томилась в разбитом теле, но могла похвастаться живым умом и острым зрением.

– Вы знаете, зачем мы пригласили вас двоих сегодня? – резковато спросила она.

Мария сглотнула и по реакции Алекса увидела, что он растерялся не меньше ее. Но он первым взял себя в руки.

– Не совсем, мэм.

– Вам любопытно, почему мы не привезли сюда всю делегацию?

– Эта мысль нас посещала.

– Все просто, мальчик. Вашим людям полагаются выходные, чтобы расслабиться и насладиться Майами. Верно?

– Да.

– Поэтому мы оставили их в покое. Но вы двое здесь потому, что Габриэль повел себя как козел при первой встрече с вами. Он горячий, но хороший мальчик, и он подумал над своим поведением. От имени нашей большой семьи мы хотим извиниться за все дурные манеры членов семьи Монторо, и я вас уверяю, мы внимательно отнесемся к вашему предложению, когда вы его подготовите.

Мария оглядела комнату, совсем не уверенная в этом. Габриэль и Белла стояли с одинаково упрямым выражением лица. Рафаэль-отец сохранял хладнокровие. Рафаэлю-сыну было неловко. И только Хуан Карлос, не относившийся к ключевым игрокам во всем этом проекте, выглядел спокойным.

Алекс, прирожденный политик, осторожно заговорил:

– Мария и я очень благодарны за приглашение провести выходные здесь с вами. Но извинения не нужны. Сейчас трудное время для всех участников. Я, несомненно, ожидаю определенных трений, которых трудно избежать. Но надеюсь, в конце концов мы сможем выработать решения, выгодные для обеих сторон и устраивающие как Алму, так и вашу семью.

Рафаэль III кивнул. Он позволил тете высказаться из уважения к ее возрасту и положению, но теперь снова взял беседу под свой контроль.

– Мистер Рэймон, мой старший сын и я хотели бы уединиться с вами в моем офисе и обсудить бизнес-ситуацию, чтобы у вас появилось четкое представление о наших обязанностях. Я попросил Беллу и Габриэля развлечь мисс Ферро.

Хуан Карлос, высокий сдержанный молодой человек, заговорил:

– Моя бабушка участвует сегодня днем в общественно-благотворительной деятельности, и я обещал сопроводить ее. Но мы вернемся к ужину. Прошу извинить нас.

Когда эти двое покинули комнату, Мария заметила, что Алекс с непроницаемым выражением лица смотрит на Габриэля. Он недоволен тем, что Мария собирается провести время с плохим парнем Монторо… пусть и в компании Беллы? Если так, то очень плохо. Мария не могла отказаться, не обидев тем самым хозяев, да она и не хотела отказываться. Габриэль интересный мужчина, чье общество ей нравится, и это также подходящий момент, чтобы познакомиться с очень молодой и очень красивой Беллой.

Когда Рафаэль с сыном и Алексом удалились через двери в противоположной стороне салона, Белла тихо захлопала в ладоши:

– Наконец-то одни. Я так устала от всех этих разговоров об Алме. Не обижайтесь, мисс Ферро.

– Все в порядке. Но пожалуйста, зовите меня Марией.

Габриэль обнял сестру за плечи.

– Моя младшая сестра подумала, что вам бы понравился бассейн. У нее достаточно бикини, чтобы одеть всех женщин в радиусе двадцати миль. Но если вы не поклонница солнца, Мария, мы можем поплавать на лодке.

– Идея с бассейном восхитительная. И я взяла с собой купальник. Если у вас есть солнцезащитный крем, я с удовольствием поплаваю.

Белла сморщила нос:

– Вы двое развлекайтесь. Вчера я поздно легла спать, так что надену солнечные очки и немного вздремну.

Габриэль усмехнулся:

– Мария, не секрет, что моя Белла тусовщица. Она знает все злачные места в Майами. Но почему-то у нее получается не ввязываться в неприятности.

– Чего тебе в моем возрасте никогда не удавалось, – подколола его Белла с любящей улыбкой, из чего Мария сделала вывод, что они действительно очень близки.

Примечания