Золотая лилия

Амбервудская школа делилась на три кампуса – Восточный (где располагались девушки), Западный (там обитали парни) и Центральный (здесь находились учебные здания). Между ними по расписанию курсировал автобус. Особые храбрецы могли преодолевать расстояние по жаре пешком. Я обычно не против теплой погоды, но сегодня пешая прогулка казалась мне чрезмерной нагрузкой. Поэтому я забралась в автобус, идущий в Западный кампус, и постаралась не уснуть.

Вестибюль в общежитии парней походил на наш. В здание постоянно входили и выходили из него студенты, отправлялись по делам, поучиться и просто насладиться субботой. Я огляделась, но Эдди не нашла.

– Привет, Мельбурн!

Я обернулась и обнаружила Трея Хуареса. На его загорелом лице играла ухмылка. Он, как и я, учился в выпускном классе. Трей повадился дразнить меня «Мельбурн» из-за того, что одна из наших преподавательниц никак не могла запомнить фамилию Мелроуз. Честно признаться, со всей этой канителью и сменой имен я сама иногда не была уверена в том, кто же я такая.

– Привет, Трей, – отозвалась я. Парень являлся истинной футбольной звездой старших классов, но имел мозги, хотя он и старался скрыть их наличие. В результате мы с ним неплохо поладили, и месяц назад я помогла восстановить его спортивный престиж, от чего выросла в глазах Трея еще больше. На его плече висел рюкзак. – Ты собрался наконец дописать ту лабораторку по химии?

– Угу, – согласился Трей. – Я и еще половина команды чирлидеров. Хочешь с нами?

Я закатила глаза:

– Вообще-то я сомневаюсь, что вы там поработаете. Кроме того, мне надо встретиться с Эдди.

Трей небрежно пожал плечами и убрал с глаз непослушные черные волосы.

– Тебе же хуже. Ладно, до завтра. – Он сделал пару шагов, потом обернулся: – Слушай, а у тебя парень есть?

Я собралась было ответить «нет», но вдруг меня посетила пугающая мысль. Существует у меня такое обыкновение воспринимать все буквально. Мои здешние приятельницы, Кристин и Джулия, пытались как-то посвятить меня в тонкости общественной жизни старших классов. Одна из их главных идей гласила: «Люди не всегда говорят то, что имеют в виду, особенно если речь идет о делах амурных».

– Ты… хочешь пригласить меня на свидание? – спросила я, захваченная врасплох. Мне сейчас только этого не хватало! И что следует ответить? Согласиться? Отказать? Мне и в голову не приходило, что моя помощь Трею с домашним заданием по химии приведет к такому результату. Надо было оставить его разбираться самому!

Похоже, мое предположение перепугало Трея не меньше, чем меня.

– Что? Нет! Конечно, нет!

– Слава богу! – отозвалась я. Трей мне нравился, но я совершенно не хотела с ним встречаться или лихорадочно придумывать, как бы повежливее ему отказать.

Парень с усмешкой взглянул на меня:

– Могла бы и не радоваться настолько откровенно.

– Извини, – откликнулась я, стараясь скрыть смущение. – А почему ты спрашиваешь?

– У меня есть на примете идеальный парень для тебя. Я уверен, это твоя вторая половинка.

Теперь мы вернулись на знакомую территорию – логика против отсутствия всякой логики.

– Я не верю в теорию о вторых половинках, – заявила я. – Статистически не обосновано наличие кандидата, идеально подходящего для другого человека.

Но на долю секунды мне захотелось, чтобы и вправду было так. Здорово, если бы кто-то понимал некоторые вещи, творящиеся у меня в голове.

Теперь Трей закатил глаза:

– О’кей, тема закрыта. Как насчет парня, с которым можно куда-нибудь сходить и приятно провести время?

Я покачала головой:

– Мне некогда.

И я не врала. Улаживать дела нашей компании и притворяться ученицей занимало все дни недели.

– Да говорю же, он тебе понравится! Он учится в государственной школе и устроился в «Спенсер».

«Спенсер» – кофейня, в которой подрабатывал сам Трей, и благодаря этому обстоятельству там меня обслуживали со скидками.

– А потом он принялся трепаться про аэробское дыхание, и я подумал: «А я знаю, кого мне это напоминает! Мельбурн!»

– Аэробное[1], а не аэробское, – машинально поправила я. – Но мне некогда. Извини.

Честно говоря, стало ужасно любопытно, с чего вдруг два бариста принялись обсуждать подобную тему? Но Трея спрашивать не стоило – он бы принял мои слова за поощрение.

– Ну, ладно, – обиделся он. – Не говори потом, что я не пытался тебе помочь.

– Можешь об этом и не мечтать, – заверила я. – А вот и Эдди.

– Намек понял. Ухожу. Пока, ребята! – Трей насмешливо отсалютовал нам обоим. – Не забудь о моем предложении, Мельбурн, если захочешь попасть на классное свидание!

Он удалился, а Эдди удивленно взглянул на меня:

– Трей пригласил тебя на свидание?

– Нет. Он просто хотел познакомить меня со своим приятелем по работе.

– Возможно, неплохая идея?

– Нет, ужасная. Давай выйдем.

Жара стояла как в пустыне, хотя уже наступил октябрь. Я доплелась до скамьи у оштукатуренной стены общежития. Тень соседних пальм немного скрашивала жизнь. Обещали, что температура скоро понизится, но я не видела ни малейших перемен. Эдди вручил мне ключи от машины и пакет с эмблемой местного торгового центра.

– Размер пришлось брать наугад, – заявил он. – Когда я сомневался, то искал вещь побольше. Решил, так будет безопаснее.

– Пожалуй, ты прав. – Я присела на скамейку и просмотрела покупки. Джинсы, брюки цвета хаки, несколько одноцветных футболок. Все очень практичное, как и можно ожидать от такого серьезного парня. Я выбор Эдди одобрила: – Похоже, размер верный. Хороший глазомер. Надо почаще отправлять тебя по магазинам.

– Ну, если это будет входить в мои обязанности, – ответил он с совершенно серьезным ви- дом.

Я, не выдержав, рассмеялась:

– Я пошутила. – Я сунула вещи обратно в пакет. – Шопинг – не самое приятное занятие. – Эдди оставался непреклонен. – Слушай, хватит. Все в порядке. Не надо передо мной изображать стоика. Я знаю, тебе это не понравилось.

– Я здесь работаю. И не важно, нравится мне это задание или нет.

Я хотела возразить, но передумала. В конце концов, ведь и моя философия заключается в том, чтобы жертвовать собственными желаниями ради высшей цели. А Эдди чрезвычайно предан делу. Он никогда не отступал. И отличался редкой целеустремленностью.

– Значит, ты можешь сегодня вечером заняться экспериментами? – спросила я.

– Конеч… – Эдди осекся и поинтересовался: – А Джилл с Ангелиной будут?

– Нет. Ангелина пока под домашним арестом.

– Слава богу! – вырвалось у Эдди.

Его реакция оказалась, пожалуй, самым удивительным событием за весь день. Я даже представить не могла, отчего на лице Эдди отразилось такое облегчение. Даже если не считать того, что он верен Джилл как страж, он еще и влюблен в нее без памяти. Он сделал бы для нее все что угодно в любом случае, но отказывался признаться Джилл в своих чувствах. Эдди считал, что недостоин принцессы. Мне закралась в голову тревожная мысль:

– Ты… избегаешь Джилл из-за Мики?

Мики – его сосед по комнате, славный парень, невольно причиняющий Эдди всевозможные разновидности психотравм из-за своего сходства с умершим лучшим другом Эдди. Мейсоном. И у Мика были странные отношения с Джилл – то ли они встречались, то ли нет. Нам такое положение дел особого счастья не доставляло. У мороси и дампиров (не считая хранителей) – строгое табу на романы с людьми. Но мы решили, что невозможно изолировать Джилл от общества, а она поклялась, что между ней и Микой нет ничего серьезного. Они просто часто общаются. И еще постоянно флиртуют. Мика не знал, кем является Джилл, но мне очень хотелось знать, в какой момент он захочет от их отношений большего. Эдди упорно стоял на своем: для Джилл лучше ни к чему не обязывающие отношения с человеком, чем связь с «недостойным» дампиром вроде него. Но я понимала, как для него мучительно происходящее.

– Нет! – отрезал Эдди. – Дело вовсе не в Джилл! А в Ангелине!

– А что она еще натворила?

Эдди раздраженно пригладил свои светло-русые пряди. Их цвет напоминал мои волосы, только мои – с золотистым оттенком и потемнее. Сходство помогало нам выдавать себя за близнецов.

– Она мне проходу не дает! Постоянно лезет со всякими намеками, таращится! Ты, может, не догадываешься, но меня просто трясет от отвращения! Постоянно глазеет! А я не могу никуда от нее деться, она все время при Джилл, а я должен охранять Джилл!

Я попыталась восстановить в памяти наши последние встречи.

– Слушай, ты уверен, что правильно понимаешь ситуацию? Я вообще ничего такого не замечала.

– Ты даже не обращаешь внимания на эти вещи, – возразил Эдди. – Ты не представляешь, сколько поводов она изобретает, чтобы вроде как случайно прикоснуться ко мне!

Ну, это я вполне могла вообразить – после того как познакомилась с самодельными шортами Ангелины.

– Хм. Ладно, я, пожалуй, попробую поговорить с ней.

Но Эдди, как обычно, быстро пошел на попятный:

– Нет. Здесь моя проблема и моя личная жизнь. Я сам разберусь.

– Точно? А я могла бы…

– Сидни, – мягко произнес он. – Ты – самый ответственный человек из всех, кого я только знаю, но тут тебе делать нечего. Ты не можешь постоянно заботиться о каждом из нас.

– Почему? – машинально отозвалась я. – Я в Палм-Спрингсе именно с этой целью.

Но я снова задумалась: а правда ли это? И снова в моей душе проснулась тревога, испытанная в бункере. Что мной движет – ответственность алхимика или желание помочь тем, кто вопреки предписаниям стал моим другом?

– Вот видишь? Теперь ты говоришь в точности как и я. – Эдди встал и улыбнулся: – Хочешь, заглянем к Адриану? Будем отвечать за сделанное вместе?

Эдди хотел сделать мне комплимент, но его слова слишком близко перекликались с тем, что мне говорили алхимики. И миссис Везерс. И Джилл. Все считали, я – поразительная и держащая все под контролем.

Но если я такая поразительная, почему я постоянно сомневаюсь, правильно ли поступаю?

Примечания