- -
- 100%
- +
С этого момента она тренировалась, как заведённая, и поэтому попадание в десятку на соревнованиях Московской области состоялось уже через полгода. А ещё через год десятка покорилась на всероссийских соревнованиях. При этом она понимала, что хоть конкурентов и немного, но они есть, а значит их как-то надо обходить. Она пробовала усилить тренировки, шла на экспериментальные методики – но выше третьего места на значимых соревнованиях не поднималась никогда. Первые же две конкурентки словно её и не замечали. Они пришли в триатлон в 7 лет и с тех пор соревновались только друг с другом – остальные были всегда далеко позади.
Поразмыслив ещё немного, она пришла к тренеру и сказала, что она готова принимать допинг. Тот ответил, что это её решение и его впутывать не нужно. Он ничего не хочет об этом знать, но телефон того, кто мог помочь дал. И ещё раз сказал, что ни при каких обстоятельствах он не должен больше об этом узнать. Но узнал. И не только он.
На следующих всероссийских соревнованиях она заняла второе место. Самую малость не дотянула до первой строчки. Радовалась, ликовала… пригласила всех отмечать событие у неё дома. Пришли многие из команды и одна из её конкуренток начала стрим. Было весело. Все дурачились. Пока кто-то не позвонил тренеру, после чего тот буквально изменился в лице.
– Дина, твою мать! – прогремело среди праздника, потом в трубку «где?», и подняв голову, – где полки на кухне?
Ничего не понимающая виновница торжества отвела его на кухню, а там стоял эритропоэтин в фирменной упаковке и пара одноразовых шприцов. Ну и стримерши хихикали в уголочке, которые даже не думали прекращать съёмку.
Эти воспоминания были не самыми приятными. Наверное, хуже были только воспоминания о том, как она в 12 похоронила маму. Не те мысли, о которых хочется думать в свой день рождения.
– Ну, было и было. Чего сейчас-то об этом вспоминать?
– Тут ты права. Не будем о грустном. Во-первых, с днём рождения!
– Спасибо. Но не могу не спросить, с чего вдруг, после стольких лет Вы вспомнили о моём дне рождения? До этого ни разу не поздравляли.
– А во-вторых, – словно не заметил вопроса продолжил тренер, – у меня для тебя подарок. Тебе ещё не надоело охранять торговые центры и стадионы?
– Есть предложение лучше?
– Да. Так что давай, празднуй днюху, завтра поговорим. Будет время – набери, но не затягивай – и, не прощаясь, разорвал связь. А ещё через пять минут пришёл Виталик. Потом Николай с Валентиной. Сашка и Алина встретились в лифте и тоже пришли не опоздав. Странные всё-таки у неё приятели – пунктуальные, аж неприятно.
Как и положено рачительной хозяйке, Дина и не думала приступать к готовке. Ещё чего? Эта Днюха её, это раз, и гости же лучше знают, чего им хочется, что несомненно два, три и далее все цифры. Не прошло и десяти минут, как на кухне воцарилась правильно выстроенная рабочая атмосфера: сама виновница праздника сидела на любимой одноместной софе, прорву лет назад полученной от бабушки в наследство, Валентина и Алина остервенело резали салаты, а Виталик, Николай и Сашка, рубили всё, из чего потом можно будет сделать бутерброды.
Руки у хозяйки были заняты наведённым заранее коктейлем из рома и колы, а также бутербродом, который нужно было проверить на пригодность к употреблению, поэтому она могла только руководить. Впрочем, её гости знали о таком методе ведения хозяйства и принимали это, как часть правил игры. Тем более, что Дина умела удивить гостей и каждый раз, из, казалось бы, обычного салата делалось, под её руководством, что-то необычное, но неизменно вкусное.
Вот и сейчас произошло стандартное для такой встречи событие. Крабовый салат. Проще простого – крабовые палочки, яйцо и кукуруза или рис, или отварная картошка. Что может быть проще? Но и тут оказалось есть куда расти: оставив первые два ингредиента в покое, Дина дала указание заменить кукурузу на белую фасоль и добавить рубленую квашеную капусту и немного мелко нашинкованной репы. А потом под её руководством Алина впервые в жизни сама за пару минут сделала майонез из подсолнечного масла, яиц и горчицы.
Не прошло и часа, как все уже сидели за накрытым столом, выпили за именинницу и обсуждали всё на свете. В этот раз солировал Николай. Как, впрочем, и обычно на всех мероприятиях их компании.
– Вы прикиньте, что отчебучили украинцы, – он не был ура-патриотом, ему не нравилась СВО, но всё-таки «болел» он за Россию и раз уж ввязались, нужно доводить дело до победы, – я тут на днях прочитал, что они попытались подмять под себя Зону на законодательном уровне. То, что она на севере находится на территории Белоруссии как будто вообще значения не имеет. И это не помешало им объявить, что легальный вход в Зону только через её границы. Она же будет выдавать патенты на использование её ресурсов. Разумеется, на Белоруссию и РФ наложены санкции, запрещающие посещение Зоны. Батька объявил, что они введут свои патенты и аннулировал патенты Украины, введя против неё зеркальные санкции. Обе страны объявили сталкеров, не обладающих необходимыми патентами вне закона.
На короткое время, появилась информация о “каперах” – отморозках, которые охотятся на всех без разбора с “незаконными” патентами. Но создатели терпели это недолго, и объявили, что Зона свободна от политики и любая страна, которая начнёт действовать исходя из придуманного ею патентного права, а тем более каперского – будет на 2 недели лишена доступа к услугам создателей, а граница будет сдвинута в её сторону на километр. По итогу обе стороны, хоть и не отменили патенты, но приостановили их выдачу и объявили о заморозке действий новых правил “до разъяснений”.
– Ну а почему нет-то? Географически процентов 80, если не больше, этой самой Зоны находится на территории Украины. Вот только границу им там с северными соседями защищать не комфортно, – поддержал разговор Сашка, – но тут надо полагать и Создатели прекрасно понимают, чем им грозит эксклюзивное снабжение из одной страны. Поэтому и урезонили хохлов.
– Ну, вас с вашей политикой, – вдруг прервала на корню возможный спор Валя, – как начнёте трындеть, так и сиди, и слушай бесполезный поток сознания весь вечер
– Согласна, – поддержала подругу Алина, – давайте лучше виновницу обсудим.
– А чего меня обсуждать, – удивилась Дина, – сижу тут на софе, никого не трогаю, ромчик с колой уничтожаю.
– Ну, подруга, так не пойдёт, – Виталик подключился к разговору, – я тоже хотел понять некоторые вещи, раз уж мы у тебя дома. Но, если тебе такой разговор не интересен, ты только скажи, мы сразу прекратим.
– Очешуеть, ещё не напились, а уже на личности переходим, – незлобно отреагировала хозяйка, – валяйте. Я ж от разговора никогда не уходила, чего нельзя сказать в обратную.
– Ну, ладно тебе, – смутился Сашка, – ты ж знаешь, я интроверт и не люблю общаться вживую. Напиши, я отвечу.
– Ага, через 3 недели, – парировала Алина.
– Четыре, – уточнила Дина
– Ой, откройте форточку, душно стало, – примирительно сказал Николай, – Давай уж действительно разберёмся. Я тоже тебя Динка, не понимаю. Ты самая умная из нас. Натренирована так, что я не хотел бы попасть под твою руку. И работаешь тупыми охранниками. Хотя могла бы спокойно офис возглавлять и получать в разы больше. Нафига ты себя наказываешь?
– Там ответственность. Могу не справиться. Могут появиться вопросы, ответы на которые я не знаю, – начала оправдываться хозяйка.
– Да хорош гнать, – возмутился Виталик, – когда в последний раз ты встретилась с проблемой, которую не смогла решить?
– Блин, – помрачнела Дина. Ей второй раз за день напомнили о фиаско с допингом. Но гости были правы, она упёртая и умная, и всегда добивается своего. Вот только жутко не уверена в себе. Боится подвести других, не оправдать ожиданий. Не хочет ещё раз пережить те взгляды, которыми её провожали из спорта.
Повисшую паузу прервала Алина:
– Дина, не обижайся, мы твои друзья…
– Вы же знаете, у меня нет друзей
Других бы такое заявление обидело, но эта компания не впервые слышала эту фразу
– Вот и я о том, – спокойно продолжила Алина, пропустив неприятные слова мимо ушей, – мы тебя считаем другом, а ты нас нет. Почему?
– Друзья – это высшая лига! – спокойно и привычно сообщила Дина
– Да, это мы уже слышали, – зашёл с фланга Николай, – давай разберёмся с дефинициями. Что такое высшая лига и как туда попасть? А то звучит как оправдание, словно ты чего-то боишься.
– Вот пристали, – задумчиво произнесла именинница. А ведь и вправду, чего она вечно ставит этот Барьер? Рядом с ней люди, которые давно с ней и приняли её такой, какая она есть. Даже то, что она ни с кем из них не сблизилась, никогда не просила помощи, хотя нуждалась и сама помогала по первому зову, – ничего я не боюсь. И никого.
– Это правда. И всё-таки. Расскажи про свою высшую лигу друзей. Кто в ней?
– Никого.
– А мы, хотя бы, первая лига?
– Да.
– Ну тогда, раз в высшей лиге никого нет, первая лига автоматически становится высшей, – ударил с тыла Сашка.
– Ну, всё, всё, ладно, – сдалась Дина, – вы мои друзья. Если для вас так важен этот титул, пусть будет так…
– Предлагаю за это выпить… – начал Николай, но был прерван продолжающей свою фразу Диной. Она любила выдерживать паузы, прежде чем заканчивала мысль
– … но при условии, что хоть кто-то из вас обыграет меня в покер.
– Блин, – отзеркалила Алина, – а можно согласиться хотя бы на формулировке «не проиграете»
– Это как? В покере так не бывает.
– Ну, не знаю, а вдруг.
– А без условий нельзя принять очевидное? – попытался обидеться Сашка.
– Так не интересно, – отрезала Дина.
– Вот так всегда, – расстроился Виталик, – знаешь ведь, что мы хуже играем.
– Знаю. Но ведь удачу никто не отменял.
– Удачу, в которую ты не веришь.
– Почему ж не верю? Верю. И в Таро верю. Я много во что верю. Просто у себя в жизни я с ней не сталкивалась.
– Может это у вас личное? Ты не веришь в неё, она игнорит тебя?
– Может быть. Звучит логично. Но я предпочитаю не общаться с теми, кто поступает непоследовательно.
– Но с нами то ты общаешься.
– Привыкла я к вам. От вас всё-таки вреда меньше, чем пользы, да и подлости с вашей стороны ни разу не было. И да, я эгоистичная тварь.
– Вау! Дина только что нам комплимент отвесила!
– Вот за это точно стоит выпить! – поддержала диалог притихшая было Валентина.
С этого момента застолье превратилось в обычный день рождения. Шутки, анекдоты, стёб, вспоминание моментов в жизни. Даже Дина расчувствовалась и пару раз всё-таки назвала собравшихся друзьями, видимо примеряясь с новой для себя реальностью.
Через пару часов со стола были убраны тарелки, остались только закуски по столам, да стаканы. А на его центр легли первые три карты. Завертелась игра.
Сначала везло Алине. Она как-то легко выиграла несколько раундов, при этом получила несколько раз две пары, стрит и даже один раз фулл-хаус. Впрочем, профита с того было чуть – она слишком явно показывала, что у неё что-то хорошее и друзья сходили с дистанции ещё на стадии торгов. Только один раз ей удалось зацепить горемыку Сашку, который сильно понадеялся на свою пару на тузах.
Сашке вообще не сильно везло. Он пытался рисковать, блефовать, психовать, но фортуна к нему была равнодушна. Зато она явно начала симпатизировать Николаю, который играл ровно, спокойно, иногда нарочито куражился, пытался вывести из равновесия Дину, чтобы та вышла из колеи, но в итоге через полтора часа сам вскипел. И было от чего.
Они играли с повышением ставок каждые 10 минут. Валентина и Сашка как-то быстро «слились» и последний сел на раздачу, разглагольствуя о том о сём, чтобы как-то шумом перепитого перекрыть неприятные мысли. Его никто особо не слушал. Алина пыталась удержать эмоции, понимая, что везение закончилось и ушло на перекур. Николай завёлся. Едко злился. Кидал карты. Шумно праздновал даже выигранные блайнды. Виталик играл сосредоточенно, молча, не рисковал, экономил. Выиграл только раз. Только Дина, почти не меняясь в лице, постепенно аккумулировала фишки. Иногда проигрывала, но постепенно наращивала преимущество. Взрыв произошёл для всех неожиданно.
– Ты подсматриваешь! – Николай обвинил Дину в нечестной игре.
– Да, – она предпочитала никогда не врать, да и тут всё было очевидно, – ты тоже можешь видеть раздачу. Сашка, когда трындит, почти вертикально карты раздаёт. Странно их не видеть и уж тем более не использовать такую возможность.
– Но это же нечестно!
– Почему? Это объективная реальность. Хочешь – пользуйся, не хочешь – нет. Я ведь не просила его показывать мне карты. Не нравится – воспитывай крупье, а не меня.
– Но ты могла сказать об этом!
– Зачем мне это? Если есть возможность – ею надо пользоваться, а не уворачиваться.
– Вот почему ты в жизни не такая? У тебя столько возможностей, а ты…
Договорить он не успел, Дина не успела ответить, как в дверь громко постучали. Она встала подошла к двери и открыла. Трое полицейских и соседка, упомянутая в комментариях после расклада Таро, выглядывающая из-за их плечей, стояли на пороге.
– Сержант патрульно-постовой службы Петров, отдел полиции по Одинцовскому району. Поступила жалоба на громкие звуки, раздающиеся из вашей квартиры. Я бы хотел поговорить с хозяином квартиры.
– День рождения у нас, сержант Петров, – спокойно ответила Дина, – я хозяйка.
– Она ещё и пьяная! – взвизгнула, прикрываясь полицейскими, соседка.
– А что нельзя уже пить в квартире, на свой день рождения? – равнодушно удивилась именинница.
– Разберёмся, – сказал второй полицейский, после чего повернулся к соседке и сказал, – пройдите к себе в квартиру, пожалуйста, не мешайте дознанию.
– А вам свидетели не нужны?
– У нас видео-фиксация. Дежурный видит, что происходит, ведёт запись. Там видно всё, но если нужно будет, мы к Вам обратимся, а пока прошу не препятствовать работе органов власти – с этими словами он мимикой показал что камера фиксирует в том числе и её вид: грязное платье, в каких-то немыслимых разводах, опухшее лицо и копна поругавшихся друг с другом давно не мытых волос. Буркнув что-то обидно-невразумительное, та скрылась за дверью.
Сержант, тем временем продолжал:
– Сейчас 23 часа. С 22х установлен режим тишины. В случае повторного обращения мы вынуждены будем применить административное воздействие.
– Хорошо. Замечания приняты. Что-то ещё?
– Больше ничего. Просим соблюдать тишину, так как в случае повторного вызова будем вынуждены принять меры. Здравия желаю. И с днём рождения!
Полиция ушла, а вместе с ней и праздник. Все стали собираться. Всё-таки вторник. Завтра почти у всех рабочий день. Валентина с Алиной, пока Дина разбиралась с полицией, успели навести порядок. Пошли в ход ритуальные прощания, дежурные шутки, обещания встретиться как можно быстрее, повторения поздравлений, пожелание пойти в гору и вообще удачи.
Гости уходили вместе. И когда именинница уже было закрыла дверь, Николай вдруг развернулся и, заранее довольный собой, произнёс:
– Значит всё-таки друзья! Мы ж не проиграли!
– Зануда
– Во-первых, душнила, а во-вторых, из твоих уст это звучит, как комплимент!
– Ладно, ездуй уже, друг, – улыбнулась Дина.
Едва закрылась дверь, Дина зарылась в свои мысли. Какой, однако, событийный день! Увольнение, звонок тренера, днюха, которая могла закончиться в участке и друзья. Да, они были самыми близкими людьми для неё, но она упорно ставила между ними и собой эту стену. Не хотела привязываться. Ведь самых лучших приятелей можно забыть на время или даже навсегда. Это понятно и все поймут. Друзья – это как что-то родное, близкое, как рука и необходимое, как голова. Или нет? Может прав Николай, всё дело в определениях, или, как он любит смачно выражаться в «дефинициях»? То, что для неё друг – для кого-то приятель или мечта?
Она вспомнила, как когда-то очень сильно раздражалась от того, что в соцсетях были «друзья», но не было других вариантов. Ей, признать кого-то в ВК другом было неприятно, но по-другому оформить связь нельзя. Система не предполагает. Вот с какого трахтебидоха, она должна свою коллегу по работе признавать другом, только по тому, что она её нашла там?
Это размывание сильных понятий её буквально угнетало. Подписчик – друг. Персонаж в игре – герой. Даже если он только родился и нихрена не сделал – а уже герой. Как Матросов или Маринеско. Ну нельзя так! Впрочем, дилемму с соцсетями она решила по-македонски. Не в смысле страны, а в смысле самого её известного представителя. Как тот в своё время просто разрубил узел, так и она просто снесла все соцсети, решив, что пользы от них для неё нет. Не говоря уж о том, что сильно её раздражала эта обесценка понятий.
Она понимала, что она к себе, своей жизни и окружению относится очень строго, гораздо требовательнее, чем абсолютное большинство тех, с кем она когда-либо общалась. Ну, разве только кроме тренера. Тот был прост, но надёжен, как камень. На первой же тренировке он сказал: если вам есть что доказывать в своей жизни – докажите это мне. И если удастся – вам никогда и никому в жизни ничего не придётся доказывать. Звучи это из уст какого-нибудь киношного американского сержанта – это было нереально пафосно, но в его устах – это было простое определение. Либо доказывай, либо вали куда хочешь.
Он никогда не кричал. Никогда не говорил унизительных фраз. Достаточно было взгляда. Вот откуда в людях такой внутренний стержень? Ох, как она хотела быть на него похожей! И никогда его не разочаровывать. И ведь прекрасно получалось. До той вечеринки…
Мысли так и роились в её голове, а она сидела на своей любимой софе, пила коктейль и думала, что делать дальше.
Очнулась уже утром. Так сидя и уснула.
Проснувшись и размявшись, навела остатки порядка. Завтрак готовить не пришлось: остатки с вечеринки всё ещё радовали холодильник, осталось только приготовить кофе, ибо ужин может быть вчерашним, а кофе, как научил её Николай, должен быть только правильный и свежий. И, перед тем как взяться за телефон, она, по привычке, достала свою колоду. Ритуал. Тихий разговор с собой, зашифрованный в картонных символах. Сегодня не хотелось пафоса – просто разложила на подоконнике три карты.
Прошлое – Девятка Кубков.
– Желаемое сбылось, а ощущение – как будто ела с золотой тарелки, но одной, в темноте и без приборов. Да, было. И чего?
Настоящее – Шестёрка Мечей.
– Переход. Точка между «до» и «после». Не на дне, но и не на берегу. Плывём. Хрен знает куда, но грести надо, хотя бы ради того, чтобы занять себя делом.
Будущее – Жрица.
Дина задумчиво посмотрела на карту.
– Ну да. Тайны, знаки, внутренний голос, скрытые возможности. Как будто кто-то держит дверь приоткрытой, но не факт, что для меня. И не факт, что дверь сдвинется, даже если с разбегу налететь. Итого: ничего не понятно, но очень интересно.
Она собрала карты обратно и убрала в мешочек. Затем потянулась к коробке с амулетами. Пальцы уверенно прошли по знакомым рельефам.
Сначала – маленький кулон с лунным камнем.
– Для ясности интуиции. Если сегодня придётся на что-то полагаться, то лучше не только на здравый смысл.
Потом – нитка с узлом, завязанным в день развода, которую она почти не носила. Сегодня – да.
– Отпускание прошлого. Чтобы не мешало идти вперёд. Принимается.
И напоследок – плоский гладкий камушек с надписью маркером: "живи". Подарок от той самой Алины, из её странных периодов эзотерики.
– Обычно глупости. Но сегодня пойдёт. Раз уж снова пытаюсь жить по правилам, которые мне неизвестны.
Всё это уложилось в карманы и на шею без особых церемоний. Она была готова. Ну, как готова… Настолько, насколько можно быть готовой к разговору, который может всё изменить. Или не изменить ничего. Может там вообще никто трубку не возьмёт. Она не дала себе времени передумать. Просто набрала номер тренера.
– Доброе утро, Всеволод Георгиевич. Как и договаривались, я звоню.
– Не сомневался, что позвонишь. Какие планы на ближайшие пару лет?
Вот такой он. Никакой воды, просто передаёт и собирает информацию, ставит задачи. Если нужно, абсолютно спокойно объясняет всё, что необходимо и терпеливо отвечает на самые тупые вопросы. Пока задание не принято, он должен быть уверен, что его поняли правильно. Но если подтвердила, что ты принимаешь задачу – потом никакие жалобы на то, что не поняла, не смогла и прочая и прочая – не принимаются. Да или нет. Никаких условностей и полутонов. Либо сделал и с тобой имеют дело, либо нет и ты больше не воспринимаешься.
– Пока никаких. С работы вчера ушла. Новую ещё не начала искать. Мужа и детей нет.
Детей нет.
Свои же слова больно ударили и по сердцу, и по сознанию. Она их хотела. Жаждала. Они буквально были смыслом её жизни. Но их то и не было. Когда она вышла замуж первый раз, она была уверена, что у ней будет их минимум трое. Муж, усатый капитан милиции, её обожал. Он был спокоен, рассудителен, однолюб. С хорошим чувством юмора и логическим складом ума. Всё хорошо, кроме одного, но самого главного – дети не получались. Они обращались и к врачам и шарлатанам. Всё без толку. И с его стороны всё в порядке, проблема была в ней. Бесплодие, из-за гормональных нарушений от допинга, стресса, чрезмерных физических нагрузок. Позднее, и как показало будущее, бесполезное вхождение в триатлон отомстило ей максимально жестоко, как будто всероссийского позора было мало.
Она понимала, что он не виноват. Десять лет вместе. Но с каждым днём она стала чувствовать, что вот-вот и возненавидит его. У него всё ровно и спокойно. А она готова взорваться. Ни на чём не могла сосредоточиться. Понимая, что дело не в нём, она тем не менее решилась на развод. Он не стал упорствовать. И так и остался неженатым, но уже полицейским. А она пошла в разнос. За год было ещё два брака во всех смыслах. После чего Дина успокоилась, приняв неизбежное. Детей у неё не будет. И жизнь для неё потеряла смысл. Не настолько, чтобы руки наложить, но достаточно, чтобы ни к чему особо не стремиться.
Отсюда и её затворничество, нежелание работать на «нормальной» работе и нежелание ни с кем заводить дружбу. Это главная причина в построенной стене – нежелание никого допускать до той боли, которая затихла и которую не хотелось бередить вновь.
Но всё это вспыхнуло в её сознании на один миг, уступив разговору с человеком, которого она уважала. Возможно единственного, кого она уважала настолько, чтобы забыть о своих переживаниях почти мгновенно. Раз он позвонил – значит что-то действительно важное.
– То есть ничего не мешает круто изменить своё мироположение?
– Ничего. Какой план?
– Всегда ценил в тебе умение общаться без лишних слов. План такой. У меня есть друг. Старинный. Единственный. Он собирает команду людей, с которыми собирается осваивать Зону. Слышала о ней?
– Про неё все слышали, но никто ничего о ней не знает.
– Именно. Я за друга ручаюсь, как за себя, а ему нужны надёжные люди. И я вспомнил сразу о тебе. У тебя были хорошие результаты, стрелять ты умеешь. И ничем серьёзным не занята.
– А это правда, что там возможны чудеса? – мысль была простая, как стрела. Умершую надежду, несколько лет лежавшую в покое, вдруг передёрнула конвульсия.
– Они там каждый день происходят. Но редко те, которых ждёшь. Впрочем, редко – не значит никогда. Я знаю о твоей ситуации, поэтому и подумал, что, отправившись туда, ты сможешь решить многие свои вопросы. Или не решишь. Но это дополнительная возможность. Далеко не сто процентов. Настолько далеко, что не факт, что вернёшься живой. Даже сам факт возврата подвергается сомнению. И всё-таки это шанс. И хорошие деньги.
– Я согласна.
– Время передумать у тебя будет до тех пор, пока не подтвердишь своё участие Серому. Такой позывной у моего друга. Так что подумай, и, если окончательно решишься – звони.
Он продиктовал номер и, не прощаясь, прервал разговор.
Через минуту Дина разговаривала с его другом.
Глава 03
Её звонок застал Сергея в очень непростой ситуации.
Накануне в его загородном доме собралась довольно большая компания гостей, которые к нему самому никакого отношения не имели. Он вообще предпочитал одиночество, но, чтобы совсем уж не превратиться в угрюмого нелюдимого буку, он раз в один-два месяца сдавал свой дом под какой-нибудь праздник или корпоратив. Его загородная обитель была просторна, имела беседку с барбекю, мангалом и небольшой печкой. Баня, хотя скорее сауна, тоже имелась.
Самому всё это без надобности, семьёй он обзаводиться не стал. Когда-то рассматривал такую идею: вроде как надо построить сына, посадить семью, вырастить дом. Или как-то иначе надо было расставлять глаголы? Потом была пара неудачных сожительств (по-другому это совместное сосуществование он назвать не мог), в ходе которых он понял, что одному проще, спокойнее, предсказуемее и никакого стресса.