- -
- 100%
- +
Простите, секунду… Так вот, продолжаю.
Постучали в дверь, и воображение нарисовало, что это ты, Айн. Но зашли два незнакомых парня. Они говорили намёками, я не сразу поняла. Мне стало страшно. Хотела крикнуть – и не смогла. Они наполнили бокалы и выпили, мне уже не предлагали. Потом Раллиан посоветовал своим дружкам пойти покурить на террасу. Те понимающе подмигнули и удалились. И мой друг детства полез приставать. Я крикнула, но он зажал мне рот и порвал блузку. Я отскочила к входной двери, но она оказалась заперта. Ударила его сумкой, но что толку. За окном спиной ко мне курили двое, туда бежать было бессмысленно. Друг детства медленно подошёл и стал меня лапать. Я крикнула ещё раз. Он не обратил никакого внимания и потащил на диван, попутно отодвинув ногой накрытый стол.
…Извините. Вдруг я уловила движение чего-то зелёного и с ужасом увидела, что Раллиан вытаращил глаза. Вокруг его шеи обвился побег растения, что внезапно выросло и протянулось к нему с подоконника. Раллиан захрипел, выпустил меня и схватился за горло. На шум прибежали друзья Раллиана. Они стали ругаться, повалили меня на пол, один держал за руки, а второй… второй вдруг дико вскрикнул и тяжким мешком рухнул на мои ноги. Я увидела, как маленькое полосатое существо взлетело, сделало круг по комнате и вонзило жало во второго негодяя. Тот упал мгновенно. Часы отделились от стены: это было твоё полотенце, Яга. Пчела уселась на него, и оно вылетело в приоткрытую заднюю дверь.
У меня тряслись руки, я ничего не видела из-за слёз. Перешагнув через одного дружка и споткнувшись о другого, я подбежала к Раллиану. Сердце его не билось. Я убила его, уничтожила! Я убийца! Задушила своего самого старого и долгое время единственного друга! Я убийца! Очевидно, с мозгами его поработал чёртов Архалин, он же натравил на меня, на всех нас. Это он виноват! Мало ему было моего отца. Он заставил меня убить друга!..
* * *
Наутро ветер стих. Лахли сидела на коленях Айна с красными глазами, забыв про остывший чай, неподвижная и холодная. Она с трудом подняла голову.
– Лон, будь другом, слетай в дом Раллиана и разузнай, где его похоронят. Возле восточных ворот, единственный дом среди зелени. Если там никого, попробуй привести стража. Сможешь что-нибудь придумать?
– Да, Лахли. Уже лечу.
– Я пойду за Вороном. Сама виновата, что бросила его. Нет, Яга, лучше останься. Мы с Айном справимся. За прошлый вечер и за эту ночь я повзрослела не знаю на сколько лет. Больше на подобное не попадусь. Айн меня защитит, если что. Песок улёгся, нам, возможно, пора уже собираться в Вел-Маир.
– Я пойду с вами, – сказала Яга. – Не бойся, не стану ругать этого… Ворона. И бить почти не буду. Но нам нужно пополнить запасы. Как знать, сколько дней уйдёт.
– А я начну собираться, – сказала Миа.
Лахли грустно кивнула.
* * *
Айн первым переступил порог сомнительного дома. В нос ударил запах дешёвых духов, прокисшего вина и пыли. Лахли чихнула несколько раз.
Внизу и в коридоре никого не оказалось. Друзья поднялись по сравнительно чистой лестнице на второй этаж. Айн почесал затылок и открыл дверь.
Стройная большегрудая блондинка в одних шёлковых чулках с удобством сидела на диване, согнув колени и расставив пятки. Она была, наверное, на голову выше Лахли. Айн прошёл мимо, не оборачиваясь. Лахли с любопытством посмотрела на неё.
Блондинка поманила пальцем Айна. Друид заметил её, развернулся и подошёл к дивану. Лахли остановилась и спокойно ждала. Айн внимательно посмотрел женщине между бёдер, выпрямился и сказал:
– С виду всё нормально, но ты лучше покажись доктору. Не тяни. И эти носки слишком тебе давят.
Лахли хихикнула. Айн взял её за руку и пошёл дальше по коридору.
– Слабак! Баба! – раздалось вслед. – Тебе в соседний корпус, к парням!
– Хочешь туда тоже зайти? – поинтересовался Айн у Лахли.
– Почему бы и нет!
– Только я снаружи подожду.
– Айн, я пошутила. Сдались они мне! Давай уже быстрей найдём нашего Ворона.
– А вот и он!
В очередной комнате на диване мерно храпел Ворон, подложив под голову плюшевого мишку. Карманы мятых штанов были вывернуты. Айн растолкал его. Ворон резко сел и протёр глаза.
– Айн, Лахли! Сколько времени прошло? Девочка, с тобой всё в порядке?
– В порядке, дядя Ворон. А времени сейчас – утро следующего дня.
– Слава богам.
– Внизу ждёт Яга.
– Только не это! Голова так болит.
– Не переживай, она обещала тебя не ругать и сильно не бить.
– Коли так… ладно. Придётся идти.
Ворон пригладил волосы, заправил карманы, не особо удивившись, что в них пусто, и вышел. Послышались торопливые шаги по лестнице.
– Пойдём, – сказал Айн. – Здесь больше нечего делать.
– Ага. Между прочим, у той тётки грудь намного больше, чем у меня.
– Не всем же иметь эталонную внешность! Ой, кажется, ты можешь неверно понять эту фразу.
– Нет, Айн, – улыбка Лахли была полна признательности. – Я понимаю прекрасно.
* * *
Дорога вела вдоль реки. Вокруг раскинулась каменисто-песчаная полупустыня с чахлыми деревцами и колючим кустарником. На севере горы чуть колебались из-за жаркого воздуха. В приречной полосе плодородной земли росли пальмы и плодовые деревья, жители деревенек возделывали поля и пасли коз.
Путешественники вставали затемно и шли до позднего вечера. В самую жару старались держаться в тени.
На третий день горы приблизились, а река, уперевшись в скалы, после каменного моста разделилась на восточный и западный притоки. В полдень перешли на левый берег и устроились обедать под раскидистым каштаном.
– Скоро нам поворачивать, – сказал Ворон. – Через речку, в ущелье с приветливым названием Долина Смерти.
– Хорошо бы там тоже была вода, – сказала Лахли. – Тащиться по пустыне без травинки, под палящим солнцем – бр-р!
Она прикоснулась к увядшему гиацинту возле ног, и он на глазах выпрямился, потянулся к небу и распустил белый бутон. В ответ на удивлённые взгляды она вздохнула.
– Недавно обнаружила, что так могу. Может быть, Айн, я правда тебе пригожусь в восстановлении Рэа.
– Вместе у вас многое получится, да, – сказал Лон. – Если, конечно, вы выживете.
– Ой, иди ты, клювоголовый, – махнула рукой Яга. – Каркаешь похуже Ворона. Подумаешь, какая-то дурацкая долина смерти.
– Если бы нам угрожала только Долина Смерти! – вздохнула Миойи. – На хвосте у нас наверняка и Белый, и Велла. Остаётся надеяться, что они заняты друг другом.
– Как-то вяло воюют, – покачал головой Лон. – После осады Гунмора, считай, ничего не произошло. Если верить слухам и толкам.
– Почему его захватили, а не уничтожили, как, например, Алгию? – сказал Ворон. – Положили глаз на тамошние кузницы?
– Наверно, – кивнул Айн. – Мне всё это напоминает затишье перед бурей. Особенно сейчас, когда к Владычице вернулся рог.
– Что толку лясы точить, – отозвалась Яга. – Покуда живы, айда вперёд.
В очередной деревне дорога кончилась. Друзья отправились дальше вдоль реки, и жители проводили их изумлёнными взглядами.
На следующий день пора было сворачивать в горы. Зеленоватую реку пересекли традиционно по льду друида. Еле успели: лёд затрещал почти сразу, и его быстро унесло течением.
Углубились в каменистую теснину, из которой в реку выбегал небольшой приток. Но скоро он скрылся среди скал. Далеко вперёд уходила окружённая горами песчаная долина.
– Разумеется, всё идёт как по маслу, – проворчал Ворон.
– Не то чтобы совсем, – ответил Лон. – Смотри, там дальше табличка.
Через километра полтора покосившийся знак заметили и остальные. Полустёршиеся буквы ещё можно было прочесть. Надпись повторялась на фаинском, эрнском и эльфийском языках и гласила: «Назад! Минное поле Древних. Проверено: мины есть!»
– Что такое мины? – недоумевающе спросил Ворон.
– Тоже мне вояка! – фыркнула Яга. – Книжки надо читать.
– Взрывающиеся устройства, – объяснил Лон. – Наступаешь, и бац! тебя нет. За столько веков давно должны были проржаветь насквозь. Попробуй теперь угадай, где они зарыты в песке.
– Что будем делать? – сказала Лахли.
– Есть одна мысль, – задумчиво ответил Айн. – Мы можем послать вперёд самого везучего. А остальные пойдут по следам.
– Кто же это? – поинтересовалась Миойи.
– Ты, конечно.
– Что?! Ну спасибо, Райн, за доверие!
– Не забывай про свой зелёный Хаос. Мне кажется, настало время положиться на удачу.
– Гениальный план! Нерушимый, как Кристалия!
– Есть другие идеи? – сказал Ворон. – Научиться летать, как Лон, или лезть по этим отвесным горам? Или чья-то бесполезная магия наконец пригодится, как думаешь, Яга?
Друзья переглянулись. Миойи села и махнула лапой.
– Ладно, – проворчала она. – Налейте мне что-нибудь покрепче, если осталось.
Лиса одним глотком осушила полбокала виски.
– Имей в виду, Райн, – сказала она так грустно, что все вздрогнули. – Если я погибну, хиффиров некому будет спасать от Пещер Смерти. И тогда надежда на тебя, на то, что ты найдёшь в Неине и что придумаешь.
Наступило недолгое молчание.
– Пещеры Смерти, – проворчал под нос Ворон. – Рог Смерти, Долина Смерти. У кого-то всё в порядке с фантазией…
– Я в тебя верю, – сказал друид.
Миойи всмотрелась ему в глаза.
– Иронично!.. Ладно. Если вдруг кто хочет обнять меня на прощание, самое время.
После пяти крепких, продолжительных объятий Миойи чуть улыбнулась.
– Держитесь подальше. Я пошла.
Она мягко ступила на ровный жёлтый песок за табличкой. Казалось, даже змеи, ящерицы и суслики избегали здесь ходить.
Миойи прошла восемь шагов, ступая след в след. Обернулась, и ей все замахали. Она вздохнула, повернулась и шагнула чуть вбок.
Раздался глухой взрыв. Поднялась туча песка, скрыв лису из виду.
Айн вскрикнул и рванулся вперёд; Ворон удержал его за плечо.
Через долгих три секунды туча рассеялась. Посреди образовавшейся воронки лежала Миойи.
Друзья напряжённо застыли.
Миойи подняла голову и чихнула. Потом с трудом встала.
– Кажется, Райн, – сказала она, – и правда сработало. Я безошибочно нашла первую же мину. И, если честно, это несколько больно.
Айн выдохнул с облегчением: лиса выглядела невредимой.
– Пойду вперёд.
– Постой, – попытался возразить Айн, но, казалось, его никто не услышал.
Миойи чуть изменила траекторию.
Через пять шагов вновь громыхнуло. Сердце Айна стучало почти так же сильно.
Миойи встала и закашлялась.
– Как бы не войти во вкус.
Она направилась дальше.
– Стой! – крикнул Айн.
На этот раз Миа остановилась и посмотрела на него с непередаваемой смесью укора, волнения и задора.
– Кажется, я кое-что вспомнил. После второго взрыва точно. В общем, я постараюсь обезвредить этот порох, или что там внутри мин есть. Дайте мне полминуты.
Тишина зазвенела в ушах.
– Попробуй сейчас, – нерешительно сказал Айн.
Миойи кивнула и пошла вперёд по прямой. Вдруг она напряжённо остановилась.
– Что-то щёлкнуло под лапами! И ничего.
Шагах в ста пятидесяти стояла аналогичная табличка с предупреждением, а после начинался более каменистый грунт. Миойи рысью домчалась до неё, потом развернулась и, чуть сместившись, галопом прибежала к друзьям.
– Привет, – сказала она. – Райн, ты как наш эксперт по предсказаниям сверься со звёздами и пощупай мне рёбра. Кажется, в груди один сплошной хаос. И разреши тебя поздравить ещё с одним личным открытием. Когда же вернёмся к озеру Яги по зеркальцу, напомни мне хорошенько тебя покусать!
Весь оставшийся день шли дальше по ущелью, которое постепенно сужалось. Было тихо, лишь иногда слева, под горой гулко журчала невидимая река. К вечеру путешественники остановились перед входом в пещеру. Высоко в небе парил беркут.
– Что там дальше по плану? – устало спросила Миа. – Город подземных чертей или безобидный туннель, как в Рэа?
– Тише, – сказал Лон. – Прислушайтесь.
На фоне отдалённого шума воды все явственно услышали тихий, усиленный лёгким эхом храп. Через полминуты храп прекратился.
– Кто это? – насторожился Айн.
– Может, пограничник или странствующий торговец шапками? – предположил Ворон.
– Одним храпуном больше, одним меньше, – проворчала Яга. – Давайте уже ставить палатки и отдыхать. Миа еле на ногах стоит.
Так и сделали. На палатке Ворона привычно нарисовались настенные часы, показывая семь пятнадцать. Пчела уселась на плечо Лахли.
– Что это с полотенцем? – удивилась Яга. – Время вдруг правильно нарисовало.
Скудно поужинав, тревожно прикинули, насколько хватит запасов воды, прежде чем придётся убираться по зеркалу Яги. И есть ли от него толк здесь, в горах: её прошлое зеркальце работало только на равнине.
Ночью Миойи то и дело вздрагивала, на что Лахли, которой не спалось, ласково гладила лису по голове, и она успокаивалась.
Прохладным утром первой в пещеру зашла Миойи и повела носом по воздуху. Впереди узкий туннель заворачивал во тьму. Передвигались тихо: даже Лахли научилась ступать бесшумно, когда стала обращать на это внимание.
Подземный проход кончился внезапно. В глаза ударил солнечный свет, а сразу за выходом со скучающим видом стоял каменный гигант в серой тунике и штанах. Он был похож на встреченного во время путешествия по Айр-Ане, только чуть пониже. Поняв, что их заметили, друзья несмело вышли наружу.
Великан оживился.
– Закрыто, – сказал он раскатисто. – Чтобы пройти, нужно отгадать несколько этих… как их там. Что обычно угадывают?
– Загадки? – предположил Айн.
– Точно. Я начну первым.
– Погоди, – вмешался Лон. – Разве это твоя работа?
– Ты прав, нильвар на волшебном полотнище, – сказал гигант. – Но сфинкс слегка перебрал и спит уже второе десятилетие. Попросил меня поработать. Я стою здесь не смыкая глаз пятнадцать лет.
Он широко зевнул.
– Извините. Знаете что? Давайте сначала вы что-нибудь спросите. Только не сильно сложное, я новичок. К тому же очень хочется спать. Если хорошо поиграем, я вас даже не убью, пожалуй. Вы не хамите, не льстите и не трясётесь, как все до вас.
Гигант протёр глаза.
Друзья переглянулись. Миойи коснулась холодным носом уха Айна.
– Как ты тогда выразился? – прошептала она. – Игры, удача и творчество? Удачу вчера проверили, настало время сочинять.
Она лизнула друида в щёку и, не дожидаясь ответа, громко сказала:
– Хорошо. Говорить буду я. Дай мне минуту подумать, уважаемый.
– Даю минуту. Потом слушаю тебя, хиффира.
Миойи прикрыла глаза.
– Минута прошла.
Лиса кивнула гиганту и шепнула Айну:
– Из меня сочинитель ещё хуже, чем искатель мин. Ерунда какая-то пришла на ум, про дождик. Даже не загадка! Но выбора нет.
Миойи подняла голову и… запела. Не совсем складно, но так завораживающе, проникновенно и мелодично, что друзья обомлели.
Радуга – символ весны и веселья;Иволга встретила солнце свирелью…Вновь над долиною тучи сгустились,Гром не щадит позабытых святилищ.– Ты его усыпишь! – прошипел Айн на ухо. – Для него слишком сложно.
Гигант действительно зевал во весь рот. Лиса недовольно пожала плечами и продолжила петь:
Дождь барабанит по окнам и крышам,Спрятались в норах и кошка и мыши.Свежестью леса пропитана дрёма;Спи, мой родной, скоро будем мы дома.Гигант медленно сел, опираясь рукой о камни. Потом лёг, так что земля содрогнулась. И захрапел.
– Я же говорил!
– Прекрасная работа, Миа! – тихо воскликнул Ворон. – Усыпила гиганта и заодно Лона.
Действительно, нильвар сладко посапывал, удобно устроившись на полотенце рядом с пчелой. Миа потрясла его, но безрезультатно. Полотенце дёрнуло уголком, взмыло в небо и умчалось вдоль гор.
– Идёмте скорее, – проговорила Яга. – Пусть его спит пятнадцать лет или дольше. А ну как кошмар приснится?
Друзья обошли гиганта и осмотрелись. Перед ними лежало обширное плато, окружённое кольцом гор. Каменистую почву покрывала скудная трава, кое-где даже были заросли чахлых деревьев. После пустыни здесь было чудо как хорошо. Под гору текла река – из центра равнины, где белела отдалённая крепость.
На обед остановились посреди рощицы корявого кустарника, чьи листья выглядели ненамного живее колючек. Крепость виднелась уже хорошо. Это был замок, окружённый круглой стеной и широким рвом, сообщающимся с рекой. Поднятый мост охраняли двое высоких стражей в синих кольчугах и с обнажёнными синими мечами. Рядом лежали луки и колчаны стрел. В остальном крепость выглядела необитаемой.
– Сомневаюсь, что эти болваны добровольно опустят мост, – проворчал Ворон. – Может, подразнить их? Или пристрелить колдунством?
– Не видно никаких рычагов от моста, – возразила Миа. – И судя по их снаряжению и вообще по этому месту, вряд ли ты их удивишь простой атакой. Ещё тревогу поднимут.
– И Лон удрал, как всегда вовремя, – проворчала ведьма.
– Ты сегодня в ударе, лиса, – сказал Айн. – Может, возьмёшь их лисьей хитростью?
– Я бы с удовольствием поиграла, вместе с вами. Но во что?
– Что мы вообще знаем про эту бледную хибару? – задумалась Яга.
– То, что это древний эльфийский замок, – сказала Лахли, – специально спрятанный в безлюдных местах, окружённых легендами.
– Из легенд мы слышали только трындёж про золотого тушканчика. Или сурка, не суть.
– А это мысль! – воскликнул Ворон. – Точно, золотой хорёк! Пусть же он к ним вернётся и поводит за нос.
Все повернулись к Лахли.
– Что?.. Вы что! Какой из меня хорёк? Я могу обернуться только бобром, пусть даже и золотым.
– Ну пожалуйста, Лахли, – сказала Миойи. – Я уверена, получится.
– Для хорька я буду ужасно толстая!
– Нисколечки!
– Думаете?.. Вот ведь. Что мне нужно сделать?
– Давай подумаем, – сказал Ворон. – Приблизиться, чтобы они хорошо тебя видели, и прыгнуть в ров. Через пару минут вынырнуть, но уже в нормальном цвете хорька, как будто ты всё золото оставила на дне. Бежать обратно к нам и надеяться на лучшее.
– А если они нападут?
– Мы прикроем, – сказал Айн.
– Ну ладно… Пока отвернись, я не хочу, чтоб ты меня видел бобрихой.
* * *
Лахли медленно вышла на открытое место и ещё раз беспокойно посмотрела на свои лапы. Вроде бы похоже на золото, но какой-то ненатуральный оттенок. Нужно добавить меди! Нет, серебра. А лучше платины. Ну так, удовлетворительно…
Из кустов сзади раздался нетерпеливый шорох. Лахли сердито хмыкнула и неуклюже зашагала ко рву, не сводя глаз со стражников. Те её заметили и заговорили друг с другом. Лахли напрягла слух.
– Смотри, смотри! Золотой хорёк! Из той легенды!
– Да ладно тебе! Ух ты, точно золотой!
– Гляди, какое пузо отожрал на деньгах народа! Сколько же в нём сокровищ!
– Это самый жирный золотой хорёк на свете!
Лахли оскалила зубы, остановилась и зарычала. Но усилием воли сконцентрировалась на цели и бросилась в ров. Раздался громкий всплеск.
Просидев на дне, наверное, минуту, она выползла на сушу и покосилась на стражей.
– Эй, этот хорёк забыл оставить во рве золото!
– Стреляй, стреляй в него, пока не удрал!
Лахли торопливо скатилась обратно в ров. На этот раз она поменяла цвет шерсти на бурый с полосами и вылезла, трепеща, что вот-вот засвистят стрелы.
– Теперь он без золота.
– Но и без щуки! Щуку не поймал.
– Пёс с ней, щукой! Давай быстрей ныряем!
– Только не с этого берега, тут ловушки.
Лахли поспешила в рощу и больше стражей не слышала. Напоследок она обернулась и увидела, как опускается мост.