Федеральный инженер

— Что тогда он тут делает?

— Охотится? — вопросом на вопрос ответил пилот. — Они же полудикие, охотятся, корешки какие-то собирают. Не знаю, я сильно не интересовался.

— А к людям как относятся?

— К людям? Да нормально. Ничего такого вроде не было. А вы куда?

Инженер выскользнул из своего кресла и направился к выходу.

Спрыгнув в траву, Андреев не спеша двинулся к месту, где скрывался кукс. Зачем, он и сам себе сейчас ответить не смог бы. Любопытство. Тем более, абориген тоже не сбежал в страхе, а остался наблюдать — у них было что-то общее.

Примерно на полпути Алексей поднял руки на уровень головы и чуть развёл в стороны, показывая, что оружия у него нет, но кукса он видит.

— Я вас подстрахую, — донесся голос Пабло через нейроимплант.

— Не вздумай стрелять!

— Ладно, — пилот был слегка разочарованн.

Когда до деревьев оставалось метров пятнадцать, зелёная фигура отделилась от ствола и также неспешно направилась навстречу. Руки кукс держал подобно Андрееву. За спиной у него виднелся то ли лук, то ли какое-то похожее приспособление. Ростом абориген был выше, но сильно худее. Кожа обтягивала сухие мускулистые конечности. Лицо — Алексей сразу понял, почему их прозвали куксами — было морщинистым; безволосым бровям очень подходило выражение «бровки домиком». В целом, при взгляде на лицо складывалось впечатление, что он вот-вот заплачет, а пока лишь куксится. При этом, несмотря на морщины, было понятно, что абориген вовсе не стар: двигался он мягкой уверенной походкой лесного охотника и абсолютно бесшумно.

Они остановились, не дойдя друг до друга трёх метров. Несколько секунд стояли молча, рассматривали, изучали. Андреев подал голос первым:

— Ты говоришь по-нашему?

Кукс едва заметно шевельнул плечами.

— Говорю. Понимаю.

Голос его был тихим и каким-то шелестящим, не человеческим. Возможно, похожесть на людей была только внешней, а голосовой аппарат сильно отличался. Но услышав ответ, Алексей расслабился. Кукс знает людей, знает язык и готов общаться.

— Алексей, — инженер протянул руку.

Кукс внимательно посмотрел на кисть человека, перевёл взгляд на лицо, но руки не подал. Возможно, просто не знал этой традиции. За столько лет жизни рядом с людьми… С другой стороны, Пабло не видел разницы между именем и фамилией Андреева, а тут — целый инопланетянин.

— Швысс. Уходящий.

«И имя у него какое-то змеиное» — решил Алексей про себя.

Некоторое время они просто стояли, глядя друг на друга. Алексей отметил, что покрывающая кожу аборигена сеть капилляров едва заметно мерцает. Гигантский сутулый светлячок…

Невольно появилась мысль: «А что дальше?». И кукс решил этот вопрос максимально легко: он просто развернулся и пошёл в сторону леса. Его слегка косолапая походка никак не вязалась с той стремительностью и лёгкостью, с которыми он спрятался чуть ранее. Несколько секунд, и абориген растворился среди деревьев. Андреев остался на просеке один. Контакт с иной цивилизацией состоялся. Странный и какой-то бестолковый.

Вернувшись в флайер, инженер плюхнулся в кресло. Пабло спрятал пистолет под панель управления и насупившись произнёс:

— Вы к ним так больше не ходите. Мало ли? Мне шеф сказал вас беречь.

— А что мне угрожало? — Андреев повернулся к Свенсону.

— Мало ли… — повторил пилот, запуская двигатель. — Они же дикие, недоразвитые, тупые.

— Пабло, ты вот знаешь язык куксов?

— Нет конечно, шутите? — засмеялся пилот.

— А он наш знает.

Смех прервался. Свенсон задумался. Флайер стрелой взмыл в небо.

Вторая ночь на планете прошла не менее спокойно и умиротворённо. Свет далёких и близких звёзд лишал темноту плотности, делал её более прозрачной, но спать абсолютно не мешал. Сны Алексею не снились уже давно — имплант тщательно регулировал работу мозга, не давая стрессам прошедшего дня влиять на отдых. Да и не было особых стрессов. Благодаря флайеру, они смогли отснять ещё две опорные точки, а потом Валентайн вызвал Пабло на базу, поэтому последняя съёмка перенеслась на следующий день.

Ужинал Андреев снова один и уже в гостинице. Без изысков, стандартным сетевым набором из чего-то жидкого с чем-то растительным, искусственного мяса с порошковой пастой и большого стакана чая. Обошлась еда вдвое дешевле кулинарных изысков из «Есть-Пить». Андроид-портье бесшумным призраком забрал со стола посуду и скрылся. Алексей повернулся к окну. Снова тихая и безлюдная серая ночь. Удивительно, но и сегодня он не встретил никого из местных. Понятно, что сотрудников администрации, куда его вернул Пабло, тоже надо бы считать местными, но воображение рисовало более колоритных шахтёров и разработчиков — брутальных реднеков с лопатами и пистолетами, в ковбойских шляпах… Он даже поморщился от собственного стереотипичного мышления. Шахтёры — не чета трудягам трёх-четырёхсотлетней давности — мало занимались ручным трудом. Да, любой из них мог и заступом помахать, и заряд в карьере разместить, но зачем, когда есть отличные, хоть и старые уже роботы Дженерал Интерстеллар Машинери? Над их стоянкой они с Пабло пролетали, возвращаясь с последней точки. Огромные жёлтые машины стояли рядами на опушке леса, готовясь вторгнуться в недра планеты. Недра, оказавшиеся под запретом до особого распоряжения Совета директоров.

Небосвод прочертила падающая звезда. Метеоритной защиты у планеты ожидаемо не было. Бледно-оранжевой полосы, вчера рассекавшей Млечный путь надвое, тоже не наблюдалось. Что это могло быть? Остатки какого-то неудачливого астероида, распылённого случайным собратом по системе? Хвост залётной кометы? В этих областях Дальнего космоса, а, фактически, центре Галактики, всё ещё оставалось слишком много явлений, не объяснённых современной наукой. Даже вот эта Актив 4 Бета. На заре межзвёздных полётов найти подобную планету было бы непередаваемым счастьем для всего человечества: девственно чистая близняшка Земли — пусть и не перенаселённой после войны, но уже изрядно побитой жизнью. А потом, после открытия «кротовых нор», «червоточин», «межпространственных аномалий» или просто Дыр, оказалось, что кислород, вода и флора с фауной не так уж редки. Настолько не редки, что около десятка из них уже были без всякого пиетета уничтожены в череде последних войн, вспыхивавших то тут, то там. Уничтожение продолжалось бы, если бы к власти не пришла Федеральная Комиссия Умиротворения — сила, возникшая на границе человеческих систем, стальным плугом вспахавшая и корпорации, и Независимых.

Андреев сидел за столиком и обдумывал своё нынешнее задание. Впервые достаточно простая миссия затягивалась больше, чем на пару дней. Что может быть проще: прилететь, выпустить чуть ли не от космопорта своих дронов разметки, получить нужные данные, тут же передать их в Федеральное Агентство и быстренько свалить? И кто мог даже заподозрить, что частный флот, пусть и одной из крупнейших, но негосударственной корпорации может просто взять и заблокировать целую звёздную систему от любого контакта с внешним миром? Без уведомлений, согласований и прочих процедур: бац — бесполётная зона. И чёрта лысого спутник связи теперь доберётся до червоточины, чтобы нырнуть в неё, и, мгновенно миновав многие и многие сотни световых лет, выплюнуть пакет сообщений с Актив 4 Бета в сторону ближайшей станции связи в Солнечной системе, получить новые сообщения уже для колонии и вернуться через червоточину. Только так — челночный бег через складки пространства. Или радиосвязь, затягивающая диалог на тысячелетия.

И подкопаться невозможно. «ФИН Корп» в своём праве. Если у федерального правительства нет средств на колонизацию, то они есть у частного капитала. А вместе со средствами автоматически образовывается перевес прав над обязанностями…

Из головы не выходила встреча с аборигеном. Кукс Швысс. Слишком много шипящих… Он явно не боялся людей, хоть и пытался скрываться. Ещё и Уходящий… Откуда он знает язык? Обычно, просвещением аборигенов занимались волонтёры религиозных организаций, насаждая в головы гуманоидов с новых планет не только алфавит, но и собственные взгляды на мир. Получается, на Актив 4 Бета есть миссионеры? Ну, а почему им тут не быть? Планету открыли не год назад, выглядела она на первых порах вполне перспективно, вот и нашлись желающие записать очередной дикий народ в свой единственно верный культ.

Кстати, и Валентайн, и Пабло упоминали каких-то сектантов. Не их ли просветительской деятельности результат наблюдал Алексей сегодня на опушке? Могли бы и научить куксов за руку здороваться, просветители недоделанные…