- -
- 100%
- +
Глава 1
* * *
– Анита Дане —
В ярости скомкала проклятое уведомление о выселении, швырнула его на пол и от души по бумаге потопталась, попрыгала сверху, глухо рыча, словно бесноватая:
– Да чтоб ты превратился в противную блоху и жил в блохорятнике!
Пнула комок и, пыхтя от негодования, всё же подняла эту несчастную бумагу, которую некоторые личности использовали для отвратительного сообщения. Развернула и снова прочла уведомление примерно с тем же чувством, с каким прочла бы официальное извещение о моей грядущей казни. Письмо, написанное изящным слогом на гербовой бумаге, гласило:
«Уважаемая госпожа Дане!
Вторично уведомляем вас об утрате вами права пользования землёй, на которой построено ваше кафе. Право пользования вы утратили месяц назад. Продление невозможно.
Вам необходимо в кратчайшие сроки освободить и покинуть занимаемую вами землю, а именно – в течение тринадцати дней с момента получения настоящего вторичного уведомления.
Своё строение вы можете разобрать и унести с собой, либо мы сами позаботимся о сносе здания и выставим вам счёт за снос.
В случае отказа выполнять настоящее требование, мы будем вынуждены прибегнуть к принудительному освобождению занимаемого вами земельного участка.
Повторюсь, документ вступит в силу через тринадцать дней по распоряжению главы города графа Майкла Аддерли.
С уважением, секретарь главы города господин Адриан Скотт».
– Да кто ты вообще такой, Майкл Аддерли?! Откуда ты припёрся, новый глава города?! – прошипела я, злее тысячи оголодавших чертей. – Да как ты смеешь меня выселять с моей же земли?!
Я была в жутчайшей ярости.
Как этот зазнайка-новый глава смеет отбирать моё законное имущество? Он страх потерял? Запасся костылями и запасными челюстями?
Это какая-то шутка! Злой розыгрыш! Правда, же? Но не может этот бред быть реальностью!
Первое уведомление я восприняла как ошибку и без каких-либо задних мыслей спокойно и вежливо ответила в письме, которое отправила главе города, что земля принадлежит лично мне, и я никуда не собираюсь с неё съезжать.
У меня и документы все имеются, о чём я и сообщила, и указала дату и номер своего свидетельства о собственности на землю и дом-кафе, которые перешли мне по наследству от любимого дядюшки.
Но не тут-то было!
На следующий же день пришёл ответ, что нет никакой ошибки! Что занимаемая мной земля в принципе не может принадлежать лично кому-то, потому как она относится к заповедной зоне!
Какая к чертям заповедная зона?!
И вот сегодня следом за гадким письмом пришло повторное уведомление!
Угроз как таковых в письме не было, но они однозначно завуалированы, и я ощущала их всеми фибрами своей ведьминской души.
Гадство! Действительно, ну что за гадство?
Нет, это всё чепуха. Но рациональной частью своего разума я всё же осознавала, что отнюдь не чепуха. К сожалению, я прекрасно понимала, на что способен человек, обладающий властью, если он решит чего-либо добиться.
А ведь было, было у меня в последнюю неделю холодящее душу нехорошее предчувствие. Но ни карты Таро, ни стихии, ни моя ведьминская суть не дали хоть какой-то конкретики! Видимо, граф Майкл Аддерли обладает хорошей защитой, раз я не смогла «увидеть» ситуацию, а лишь чувствовала приближение неприятностей.
Но если этот Аддерли думает, что я подниму лапки и тут же помчусь выполнять его требование и уйду прочь из собственного дома, брошу своё любимое кафе, разберу его по кирпичику и преподнесу свою земельку этому гаду бессовестному, то он сильно ошибается и, очевидно, не имел ещё дел с ведьмами!
Он бросил мне вызов! В этот самый эпичный для себя момент, перечитав в сотый раз проклятое уведомление, я поняла, что всеми фибрами своей души уже ненавижу графа Майкла Аддерли.
Простым клочком бумаги этот мужчина умудрился довести меня до крайней точки кипения, когда поберечься придётся не только домочадцам и гостям кафе, но и всем жителям славного городка Мадленист.
Разглядывая препротивное уведомление на гербовой кремового цвета бумаге, хмыкнула. А ведь этот гад даже не потрудился сам его подписать, а поручил это дело секретарю.
Сжала уведомление в кулаке и безжалостно в страстях бросила его в огонь.
Пламя тут же жадно накинулось на казённую бумагу и с удовольствием его поглотило, не оставив никакой памяти о себе, как будто и не было никакого уведомления об освобождении мной земли.
Злость всегда помогает. Но остыть мне не помешает. Я должна совершать последующие шаги осознанно и хладнокровно. На горячую голову серьёзные дела не стоит даже начинать.
Дядюшка ещё в детстве меня научил, что любое дело, даже если это война, не стоит начинать с ярости. Если, конечно, ты собираешься стать победителем.
Новый градоправитель определённо серьёзный оппонент, и мне следует подготовиться к кровопролитным переговорам (кровь, естественно, прольётся из вен Майкла Аддерли).
Неприятности никого не радуют, но закаляют не хуже, чем огонь закаляет сталь.
Взяла себя в руки, но на всякий случай ещё прочитала заклинание спокойствия, чтобы дух мой прекратил волноваться.
Злость и белую ярость тут же смыло моё заклинание так же, как морская волна смывает любую усталость.
Щёлкнула пальцами, и передо мной в мгновение ока появился серебряный поднос с серебряным чайничком, фарфоровой чашкой и дымящимся мятным чаем.
Заклинание заклинанием, но мята мне поможет собраться с мыслями.
Налила в чашку светлого напитка и вдохнула приятный аромат.
Села за свой рабочий стол, где царил идеальный порядок.
Только сделала первый глоток мятного чаю, как в кабинет без стука влетела моя помощница Айка, она же северная ведьма и моя лучшая подружка с приятными формами. Как говорит сама Аечка, хорошей ведьмы всегда должно быть очень много. И вот она громогласным голосом заявила с порога:
– Анита! Это какой-то кошмар!
Поморщилась и демонстративно потёрла ухо, чтобы Айка не орала, как стадо слонов в брачный период.
– В чём дело? – спросила хмуро.
Следом за подружкой в кабинет вальяжно вплыл ещё один мой помощник и самый лучший в мире кот – мой фамильяр по имени Дуду.
– Всё-у просто, Анита, – хмыкнул кот. – Просто кое-кто положил глаз на нашего уважаемого соседа аптекаря.
* * *
Этот кое-кто, конечно же, была Аечка.
Я понимающе улыбнулась. Айка уже три месяца страдала по нашему новому соседу аптекарю – достопочтенному господину Виктору Роулзу, который выглядел не как аптекарь, а больше походил на воина с северных земель. Большой, могучий и… ну да, ещё и вонючий, так как не жалел туалетной воды с ароматом свежего морского бриза и щедро ею поливался.
– Дуду! – рыкнула с угрозой в голосе ведьма и погрозила моему фамильяру пальцем.
Но кот никого в этой жизни не боялся. Даже меня. Мелкий бес имел бесстрашный и наглый характер, чем иногда доводил до бешенства даже нашего вечно невозмутимого повара.
– Аптекарь выпил литры любовных зе-улий, – продолжил Дуду сдавать подругу. – Но или Айка варить любовные эликсиры разучилась, и они у неё бракова-унные, или же аптекарь знает противоприворотные, в чём я ни ка-упли не сомневаюсь.
Айка залилась румянцем и отвела взгляд. Потом шаркнула ножкой и чуть виноватым голосом пропела:
– Анита, звезда моя, солнышко моё ненаглядное, может, ты поможешь своей любимой подружке в делах любовных, а? Твоё зелье точно-точно подействует, даже если господин Роулз и пьёт противоприворотные средства. Ну пожа-а-а-алуйста.
И сложила ладошки в молитвенном жесте.
Дуду запрыгнул на мой стол и, дёрнув длинным и пушистым хвостом, произнёс насмешливо:
– А что пото-ум будет с несчастным, когда ты с ним наигра-уешься?
Айка задумчиво нахмурилась, явно размышляя над вопросом моего фамильяра.
– Да, Аечка, что будет с господином Роулзом, когда ты встретишь свою настоящую любовь? Пустим его на ингредиенты? Ты ведь знаешь, что если я сварю любовное зелье, то обратного пути не будет.
– Знаю-знаю, некоторые твои зелья необратимы, – вздохнула подруга и обиженно хлопнула себя по бёдрам. – Он утром пришёл на чашку чая с молоком и на моё радостное приветствие не сказал ни слова! Ты представляешь? Он меня удостоил только кивка! Анита, неужели я, шикарная женщина, которая встречает дорогого гостя красноречием и пожеланиями прекрасного утра и отличного дня, вынуждена довольствоваться только кивком и мимолётным пустым взглядом?!
– Действительно, кошмар, – согласилась с подругой. – Думаю, не стоит он любовного зелья. Просто в следующий раз не желай ему доброго утра и вообще ничего не говори. Может, поймёт.
– А если нет? – не унималась подруга.
– Тогда перейдём к активным действиям, – резюмировала я.
– Это к каким же? – сделала стойку Айка, и её глазки загорелись ведьмовским энтузиазмом и жаждой действий.
– К тем самым, – ответила уклончиво. И предложила для примера: – Найдём тебе ухажёра, вызовем ревность твоего аптекаря.
– Он не мой, – фыркнула ведьма и воинственно сложила руки на выдающемся бюсте. – Сегодня он меня жутко разозлил, так что я ещё хорошо подумаю, делать его своим или пусть катится, откуда приехал.
Дуду дёрнул ушками и фыркнул в пышные белые усы.
– Чувствую, скоро за него замуж выйдешь. Ох, бе-удный мужчина.
– Я и замуж?! – воскликнула Айка. – Дуду, да за кого ты меня принимаешь? У меня даже цветы дохнут, хоть я их и поливаю с утра до вечера. А что же с мужем будет? Я не готова к такой серьёзной ответственности.
– Тогда зачем ты хочешь его заполучить? – поинтересовался Дуду.
Я погладила своего кота и ответила за Айку:
– Нам, ведьмам, необходимо чувство влюблённости – это раз. И два, – я подмигнула подруге, – всегда приятно поохотиться на понравившийся субъект.
– И чем сложнее охота, тем интереснее процесс! – расплылась в коварной улыбке Айка.
Дуду прикрыл глаза одной лапкой и с облегчением выдохнул:
– Как же хорошо, что я всего-у лишь кот.
– Ладно, пошла я работать, – сказала, успокоившись, ведьма. – Кстати, ты ведь письмо с утра получила? Если не ошибаюсь, оно пришло из администрации города?
Я уставилась на подругу горящими глазами. Сжала руки в кулаки и процедила:
– Проклятый градоправитель.
От моего заклинания спокойствия не осталось и следа. Уж очень сильна была моя злость на ситуацию и чёртова графа.
– Эй, эй! – заволновался Дуду и забегал по моему столу, активно шевеля усами. – Откуда столько ярости? Что эти смертники тебе написали?
– Анита, что случилось? – спросила обеспокоенно подруга и села в кресло напротив моего стола.
Я сделала глубокий вдох, потом выдох, устало потёрла пульсирующие виски и благодарно погладила фамильяра по гибкой спинке. Я позволила Дуду проникнуть за свои барьеры и забрать с себя злость и ярость. Сразу же почувствовала себя значительно лучше.
И потом я пересказала содержание утреннего письма.
– Животное, – с отвращением произнесла Айка и тут же добавила, глядя на Дуду: – Ты понимаешь, в каком я выразилась смысле.
Усы кота задёргались, жёлтые глаза ярко и опасно засветились. Вздыбив шерсть на загривке, он с шипением произнёс:
– Анита, только пожелай, и я обрушу на него весь свой гнев! От недографа не останется ни волоска, ни ноготка!
– Погоди вершить суд кошачий, – сказала спокойно, хотя внутри вновь начинала поднимать голову змея под названием злость. – Хочу лично встретиться с этим человеком и выяснить, с чего это меня решили лишить законной земли. А если и решили лишить, то пусть предоставят равноценную замену. И это, Аечка, сходила бы ты на рынок, да по торговым лавкам пробежалась, узнала бы все сплетни о новом градоправителе.
Дуду тут же понимающе мяукнул. Айка закивала и, прищурившись, высказалась, грозя невидимому градоправителю могучим кулаком:
– Всё-всё о нём узнаю, Анита! Всё его грязное бельё вытащим на поверхность и в рожу ему ткнём, чтоб не смел угрозы тут рассылать, да земельку нашу отбирать! А не поймёт, так нашлю на него проклятие чесоточное, спотыкательное и икоточное!
– Мелко-у, – фыркнул Дуду. – Я предлагаю схватить его и бросить в котёл с расплавленным свинцом, если не внемлет нашим слова-ум.
– Не выход, – покачала головой. – Вдруг следующий градоправитель тоже возжелает мою землю? Да и власти заинтересуются пропажей графа Аддерли. Нужно решать вопрос его же методами.
– И какими же? – спросила Айка.
Пожала плечами.
– Посмотрим из того, что ты узнаешь, – сказала в ответ.
Глава 2
* * *
– Анита Дане —
Айка умчалась на рынок. Дуду тоже решил провести беседу среди своего племени, а я отправилась на кухню. Но перед этим выглянула в основной зал кафе.
Все столики были заняты.
За барной стойкой расположилось тоже немало народу, ожидающих, когда освободится где-нибудь место.
И чтобы приятно провести время в ожидании, бармен – ловкий и словоохотливый гном достопочтенный господин Бен Кхарг – угощал гостей почти бесплатными коктейлями.
Потом я вошла в святая святых любого заведения общепита – кухню и услышала голос шеф-повара – господина Ирмаша Роумбауэрша.
Шеф орал:
– Добавьте сладости! Гномы любят сладкое, а не кислое!
И помощники шефа усердней сладили будущие десерты.
В воздухе витал чудеснейший запах выпечки, сахарной пудры, и жизнь уже не казалась такой серой, наоборот, она словно наполнялась жизнью.
– Анита, дорогуша моя, у нас всё есть! Докупать ничего не надо!
Ирмаш Роумбауэрш – кулинарный маг, волшебник и просто чудесный мужчина в самом расцвете сил – колдовал над своим фирменным вишнёвым тортом – специальным заказом для гномьей общины, в которую, кстати, входит и наш бармен.
Молодожёны из богатых семей завтра будут играть свадьбу, и все сладости гномы заказали у нас. А это честь, я вам скажу. Места, где что-то покупают и заказывают гномы, имеют своего рода знак качества.
Я имела идеальную репутацию. Жители Мадлениста любили моё заведение, из пригородов тоже заезжают ко мне на чашку ароматного ежевичного чаю или терпкого плотного кофе с можжевеловым сиропом и густой пеной, которую можно есть ложкой. Помимо напитков, моё кафе угощает посетителей салатами, супами, обедами по-домашнему.
В общем, всё у меня хорошо.
Было. До момента прихода нового ставленника на пост градоправителя.
Отмахнулась от дурных мыслей. Думать о плохом на кухне – дурной тон.
– Это замечательно, что у вас всё есть, господин Ром.
Да, я сократила фамилию Ирмаша из Роумбауэрша до Рома, потому что пока выговоришь все буквы, уже забудешь, что сказать-то хотела. Ирмаш был только рад сокращению-прозвищу «Ром».
– У меня и готово почти всё, – подмигнул он мне и отправил в рот ложку с приготовленной глазурью для торта.
А потом гаркнул на своего помощника, подсунувшего эту самую сладость шефу, да так громко, что вся кухня затряслась:
– Дон! Глазурь на переделку! Живо!
– Но, шеф! Глазурь идеальная… – запротестовал помощник, глядя при этом на меня, словно ища поддержки.
Но я и бровью не повела и заступаться не стала. Кухня – это вотчина Ирмаша. Господин Ром принимал наслаждение едой за наслаждение жизнью. Шеф-повар познавал жизнь через кухню всего нашего славного мира Лантан, но остановил свой выбор на кондитерском искусстве и нисколько не жалеет. Хотя и другие блюда готовит так же потрясающе. Поэтому именно он тут хозяин и знает, как правильно готовить блюда.
– Эта глазурь идеальна для эльфов и тех, кто сладкое не жалует! – завёлся с полоборота господин Ром. – А мы торт готовим для гномов, дурья ты башка! Гномы любят сладкое, а не пресное! Ты что же, хочешь, чтобы наше заведение стали обходить все стороной из-за твоей пресной почти несладкой глазури?!
– Нн… не-е-ет… – протянул юный повар и шмыгнул носом. – П-п… простите, шеф. Я всё исправлю…
– Чего ты нюни разводишь?! – продолжил гневаться Ирмаш. – А ну, нормально отвечай, как я учил! Вырабатывай командный голос, ели хочешь однажды шеф-поваром стать.
– Всё сию секунду переделаю, шеф! – громко и звонко отрапортовал Дон.
– Ну вот, другое дело, – расплылся шеф в доброй и хитрой улыбке. Потом щёлкнул пальцами и отправил заготовки в печь.
– Господин Ром, упаковок для торта и всех пирожных хватает? Аечка позаботилась? – решила уточнить.
– Айка всё сделала, можешь не переживать. Гномы получат свой заказ в идеальном виде и потом пальчики оближут! – он причмокнул пальцы и подмигнул мне со словами: – Кстати, раз ты, дорогуша моя сладкая, зашла сюда, то давай по кофейку.
– Давай, господин Ром. Не откажусь, – улыбнулась ему и расположилась за столиком в его личном кабинете.
Повар снял колпак и наколдовал свой фирменный и любимый напиток. Горький и чуточку неожиданный – чёрный кофе с шоколадом и сливками, щепоткой листьев можжевельника и крутой пенкой. М-м-м…
Выпив кофе, Ирмаш вдруг достал из-под стола форму для яиц.
– Анита, солнце ясное, смотри, владельцы фермы, где мы покупаем яйца, теперь выращивают зургатурских кур. Это новая порода.
Он открыл форму, и я увидела не белые и рябые яйца, а с бирюзовой и синей скорлупой.
– Они и на вкус другие, не только на цвет, – проговорил он заговорщически. – Они не согласились продавать яйца только нам, заразы жадные, но зато я узнал, где достать этих кур.
– Ирмаш? – насторожилась я.
– Я вот что подумал, – хмыкнул он, – мы можем выращивать зургатурских, ещё каких-нибудь редких и обычных кур.
Я тут же выдала:
– Ни за что!
– Анита, подумай о бесплатных яйцах, – настаивал Ирмаш.
– А ты подумай о «волшебном» запахе и жутком шуме! И где мы разместим твоих курочек? Нам придётся построить курятник. Расходы на содержание кур будут явно больше той суммы, которую мы сэкономим на яйцах. Поэтому нет.
Он постучал пальцами по столу, задумчиво подперев подбородок другой рукой, и потом сказал:
– Одну курочку. Она будет жить здесь в качестве домашнего любимца, а твой Дуду за ней приглядит.
– Мой Дуду её проглотит, – передразнила его.
– Двух курочек. Вдвоём они смогут отстоять свою жизнь от нападок твоего фамильяра.
Я возвела глаза к потолку и выдохнула раздражённо:
– Ты ещё предложи гусей с утками завести, да свиней в придачу! Нет, Ирмаш, мы не будем заводить кур. Ни двух, ни одну.
Мой тон был непреклонным.
– Вредина, – фыркнул господин Ром и, улыбнувшись, закрыл форму. – Ладно, я понял, нет, так нет. Тогда рассказывай, что стряслось. На тебе лица нет.
Я вздохнула и сказала:
– Стряслось, Ирмаш. Наливай ещё кофе.
* * *
– В кабинете градоправителя —
Кабинет главы города находился на последнем этаже администрации и, по сравнению с другими отделами, выглядел строго и солидно, не по-королевски, как было при прошлом градоправителе, который очень любил роскошь.
Декораторы ободрали со стен зелёно-золотые обои, оставив лишь лепные высокие потолки и огромный камин. Стены под обоями были каменными.
Инкрустированный пол выполнен из нескольких пород дерева, доставленных из самого эльфийского государства – Эаолоннса.
Кресла и диваны для гостей – глубокие, мягкие и очень удобные – были заменены на один строгий диван и несколько кресел, далеко не таких удобных, как прежние.
От бывшего хозяина остался массивный письменный стол, выполненный из северной породы дерева, доставленной из страны Ноберторн.
Кругом царила идеальная чистота и безошибочно мужская атмосфера, которой полностью соответствовал истинный хозяин этого кабинета.
Лишь одна настольная лампа освещала кабинет градоправителя.
В круге мягкого магического света мужчина выглядел отстранённо-мрачным. Градоправитель работал с бумагами, и даже в этой неблагодарной канцелярской работе в графе Майкле Аддерли чувствовалась физическая мощь, первозданная мужская сила, собранная и сдержанная, от того и более опасная. И поверьте, вам не захотелось бы встретиться и схлестнуться с этим человеком. Стать его врагом может только безумец. Хотя и попробовали некоторые полезть на рожон, но быстро зубы обломали.
Граф за несколько недель навёл среди чиновников зачистку. Было уволено с постов и отправлено в столицу с конвоем несколько десятков казнокрадов, взяточников и других, превысивших свои полномочия.
Ох, и жарко было в администрации первую неделю. Головы только так и летели. Чиновники пытались скорее скрыть следы своих преступлений или скрыться сами, но не вышло: граф не от красного словца потомственный инквизитор – преступника «видит» сразу и скрыться от него невозможно. Он пустит по следу своих призрачных гончих и те, дабы угодить своему хозяину, с удовольствием приволокут пошамканных, обслюнявленных и покрытых слизью-слюнями от призрачных существ нерадивых воришек.
Его Величество знал, кого отправить на место бывшего градоправителя, погибшего на охоте. Тот-то был мягок в делах и словах, на многое закрывал глаза, вот и развелось ворья среди слуг народа.
Но теперь всё будет по-другому.
Граф Майкл Аддерли – мужчина спокойный, суровый, но справедливый. А это страшнее всего, потому как грехов-то скопилось множество у большинства «высоких» личностей.
Эти мысли пронеслись в голове секретаря нового градоправителя Адриана Скотта.
Молодой человек приближался к массивному столу, слегка постукивая каблуками по натёртому воском полу.
Мгновение секретарь смотрел на склонившуюся над столом фигуру. Поскольку фигура не двигалась, он кашлянул и произнёс со всей учтивостью:
– Простите, ваше сиятельство, уже ночь, и все ушли. Я всю свою работу выполнил. Могу я быть чем-то ещё вам полезен?
Граф поднял взгляд от документов.
У мужчины было худощавое, но аристократического типа лицо с умными и внимательными серо-синими глазами. Сейчас у него оказался утомлённый вид, словно человек вымотался, и ему крайне необходим отпуск.
– Нет, Адриан, на сегодня ты свободен, – произнёс градоправитель немного озадаченным тоном. – Я думал, ты давно ушёл вместе со всеми.
Секретарь неуловимо улыбнулся и ответил:
– Я могу уйти только тогда, когда вы сами меня отпустите, ваше сия…
Граф оборвал его на полуслове, резко вскинув правую ладонь.
– Я же просил, без титулов.
– Простите… – стушевался молодой человек, – господин градоправитель.
– Благодарю, Адриан.
Он встал с кресла, потянулся и захлопнул папку с документами.
– Идём, я подброшу тебя до твоего дома. И запомни, ты волен уходить с работы в тот момент, когда рабочий день завершён, если я сам не попрошу тебя остаться дольше. Хорошо?
– Я вас понял, – кивнул секретарь и пошёл собираться.
* * *
– Майкл Аддерли —
Доносы, жалобы, просьбы, угрозы, снова доносы…
Прямо какая-то эпидемия доносов случается, когда начинаешь душить всех казнокрадов и взяточников в тугом кулаке.
Чтобы свои преступления «скрасить» и представить их в наименьшем неприглядном свете или вовсе получить снисхождение, а то и помилование, чиновники начинают сдавать своих же коллег, да так активно, что сразу можно и растеряться от наглости местных властей.
Работа в администрации перешла в работу и на дому, а ведь скоро рассвет.
Я отложил перо и прикрыл глаза.
Без малого двадцать лет являюсь инквизитором – разоблачителем самых отъявленных негодяев, скрывающих свои преступления под видом благих дел, и их же карателем. Только статус инквизитора позволяет выносить приговор преступникам на месте, без судебных тяжб и разбирательств.
Двадцать долгих лет верной службы короне, и что в итоге? После покушения я получил магическое увечье, не позволяющее мне во всю силу использовать свои умения и дар, и теперь я уже не инквизитор, а градоправитель.
Вместо сложных дел, розыска и раскрытия тайн, я сижу в кабинете и читаю доносы.
Если кто-то считает, что работа градоправителя – это веселье и праздный образ жизни, то он сильно ошибается.
Нет неблагодарнее работы, чем бумажная.
Где теперь риск и опасность? Остались в прошлом, в воспоминаниях и книгах о делах великих инквизиторов.
В делах я всегда безупречен, как и все инквизиторы, и не найти более неподкупных во всём мире.
Со всем беспорядком я решил разобраться быстро и максимально бесшумно. Не стоит волновать жителей города, хотя волнение всё равно пошло.
Слухи быстро расползаются, особенно, когда это касается власть имущих.
Помимо ворья были в управлении города огромные прорехи и грубые ошибки. Кроме всего этого, городу требовалась модернизация, улучшения, как с внешней стороны, так и изнутри. Многие указы Его Величества не были реализованы. Какие-то трактованы совершенно иным образом, что привело к грубейшим нарушениям. Например, дарованная земля, относящаяся к заповедной, нескольким гражданам города за сомнительные заслуги.