Хозяйственная история графини Ретель-Бор, или Непросто графством управлять
- -
- 100%
- +
Вздыхаю и величественно опускаюсь в кресло. Именно на то место, где обычно сидела моя предшественница.
Тело помнит, как нужно садиться изящно и как держаться перед собеседником.
Это хорошо.
Парень стоит передо мной, опустив голову и собрав вместе ладошки у пояса.
Вид – виноватый и, несмотря на мои заверения, что не прогоню его, всё равно сквозит во всей его позе печаль.
– Скажи-ка мне, Омар, что так гневался главный повар? – спрашиваю парня.
Помощник повара переступает с ноги на ногу и начинает мять свою рубаху, которая и не рубаха уже, а заплата на заплате.
– На меня смотри, – приказываю ему.
Нехотя, но Омар поднимает на меня взгляд.
– Сильно спина болит?
– Нет, госпожа графиня.
– Эй! Иди-ка сюда! – кричу служанку, которая пытается шустро проскочить мимо открытых дверей, но я вижу девушку.
Она замирает на мгновение, а потом спешит ко мне.
– Слушаю вас, госпожа графиня, – кланяется мне миловидная служанка.
– Найди Элен и скажи ей, что я приказала срочно привести целителя. Только предупреди её, что целитель не для меня. Для повара. Поняла?
– Да, госпожа графиня, – присела она в поклоне.
– Иди и поспеши, – отправила её со своим поручением.
Парень с удивлением глядит на меня, будто перед ним не графиня, а, по меньшей мере, Богиня снизошла.
Усмехаюсь про себя и киваю ему на соседнее кресло.
– Садись. В ногах правды нет.
– Госпожа… – пытается он протестовать.
– Перечить смеешь? – добавляю грозы голосу.
Омар мотает головой и быстро садиться – без изящества. Просто – плюх в кресло и всё.
– Теперь рассказывай.
– Госпожа, только не серчайте, – начинает пылко говорить Омар.
– Омар, ближе к делу, – обрываю его.
Он вздыхает и повинуется. Начинает с виноватым видом говорить:
– Я люблю готовить, госпожа графиня. Мне нравится сам процесс, нравится, когда мои блюда приобретают вкус – сочный и такой, что закрываются глаза в блаженстве.
Улыбаюсь одними губами. Я ещё не забыла, что у меня зуба нет.
– Да ты романтик, Омар, – говорю с улыбкой.
Но парень не улыбается.
– Не могу вам этого объяснить, госпожа графиня, но поверьте, я знаю, что именно кухня моё призвание и мой дар. Я знаю, как нужно испечь хлеб, чтобы корка у него хрустела, а мякоть была не просто мягкой, а тающей как облако.
– Та-а-к… Ты создаёшь новые блюда, верно? – начинаю понимать. – Но главному повару твои эксперименты не нравятся.
Омар обречённо кивает.
– Верно, госпожа графиня. Осидий – уважаемый и опытный повар, но он не чувствует тесто, не понимает специи и смеётся, когда говорю ему, что мясо нужно резать вдоль волокон, дыбы оно сохранило гибкость и не разваливалось.
О-о-о… Кто-то тут призванный шеф-повар!
– Так-так, – воодушевляюсь я. – Расскажи-ка мне, дорогой Омар, какие рецепты ты придумал. Назови парочку, чтобы я понимала, насколько ты хорош, как говоришь.
Парень нервно сглатывает и, кажется, сначала думает отказаться говорить о своих рецептах, но напоровшись на мой взгляд, всё рассказывает.
– У нас много имбиря, госпожа графиня. Имбирь применяется в основном в целительских отварах. А я нашёл ему другое применение. Имбирный хлеб невероятно вкусный.
– Имбирный хлеб? – заинтересовалась я. – Это очень любопытно и интересно.
Мне тут же вспомнились имбирные пряники.
Что за темнота, а? Имбирь – это великолепный ингредиент для многих блюд! Омар – большой молодец!
– Продолжай, Омар. Мне очень интересно услышать о твоих умениях. А также поведай-ка, что ты в принципе умеешь готовить и из традиционного.
Должна же я знать, чем тут меня кормить будут.
И Омар начинает рассказывать, да так интересно, что мне сразу становится ясно: Омар – повар от Бога.
И вот что я узнаю, дорогие мои читатели.
Оторвитесь на секундочку от книги. Сходите за чашечкой чая или кофе, да печеньку не забудьте или шоколадку, потому, как сейчас, будет интересно. Немного экскурса по гастрономии средневековья.
Итак.
Самый обычный хлеб, который пекут на моей кухне, да и в принципе на кухне любой знати – это «суржик», выпекается из смеси озимой пшеницы и ржи. Но иногда выпекается хлеб из овса и ячменя.
Что интересно, очень часто хлеб используют в качестве тарелок – тренчеры.
Рыбка.
Ох, друзья! Омар такое мне рассказал о рыбе!
Если бы наш современный рыбак (со своими модными удочками, спиннингами, блёснами и прочей атрибутикой) попал в этот мир, то захотел бы остаться тут навсегда, потому как тут для него – рыбный рай.
Рыбы много.
Сельдь, осетры, лобстеры, лещ, линь, форель, карп, лосось, моллюски! И что любопытное, лобстеры могут стать обычной закуской бедняка, проживающего у моря.
Другой момент, что знать запрещает своим подданным ловить рыбу и охотиться, когда им заблагорассудиться. Выделяется простым людям определённый период, когда можно ловить рыбу и ходить на охоту. Это касается лишь земель, на которых находится человек. Иногда бедняки уходят далеко, за пределы графства, дабы добыть пропитание, только если попадётся с добычей кому – поди попробуй ещё, докажи, что ты поймал, например, зайца не на графской земле.
Бред.
Нужно обдумать и изменить этот дурацкий закон. На моих землях всё будет по-другому.
В общем, рацион бедного населения ограничивается либо солёной, либо маринованной рыбой. А ловить рыбу беднякам разрешается лишь в летнее время.
Тюленье, китовое и дельфинье мясо поставляются исключительно монаршей семье. Даже знать не может похвастать, что пробовала такие блюда.
У меня от одних лишь названий – дельфины, киты, тюлени… сердце вздрагивает.
Варвары!
Зажиточная знать может владеть собственными прудами и разводить в них карпов. Неслыханная роскошь!
А я тут же беру себе на заметку разжиться прудом и запустить туда карпов – размножаются они быстро. И на жарёху вкусная будет рыбка.
Интересный факт я узнаю: птиц-буревестников и морских уток называют здесь «рыбой». Логика такая – они рождены в море, а значит – рыба.
Понятное дело, что в приготовлении блюд используется огромное количество соли! Чтобы разнообразить меню, в ход идут различные соусы. Одним из самых любимых гарниров считается соус из поджаренной петрушки.
Любопытно.
Из мяса уважение и предпочтение отдаётся козам и овцам. Крупный рогатый скот не в почёте, так как та же говядина очень жёсткая.
Поросята тоже имеются в запасе.
И кстати, свиньи не содержатся в хлеву. Они пасутся на лугах на протяжении целого года – травы (свежей либо сухой) и желудей хватает с лихвой.
И свиньи по описанию Омара больше походят на диких кабанов. Защитить себя от диких хищников такие хрюшки могут без особых проблем.
Естественно, из любого животного ничто не пропадает зря – внутренности и кровь идут на изготовление пудингов. А ещё есть сало! Другой мир, другое время, но даже здесь сальце славится своей популярностью.
Охота. Если ловят человека за незаконной охотой, то такая провинность карается сурово – нанесением увечий или смертной казнью.
O tempora! O mores! (с лат. – «О времена! О нравы!»)
Дикие буйволы и олени также относятся к привилегии аристократов.
Зайцы и кролики не сильно почитаются у знати и относятся к категории крыс.
Ага! А ежей и белок есть, значит, нормально!
Что за дикость, вообще?
Мясо кролика великолепно! Диетическое и полезное!
Но вот птице уделяется особое внимание.
Готовы?
Сидите?
Если нет, то сядьте.
На банкетах и пиршествах подаются павлины, лебеди, фламинго, журавли, белые цапли, дрозды, голуби, совы, выпь, чибис, чайки!!! Их обычно располагают в центральной части стола для особых гостей. Порой праздничный стол может ломиться и радовать своих гостей от двадцати блюд из различной птицы!
Что за кошмар?!
Языки фламинго, верблюжьи пятки, мясо свиньи, откормленной сушёными фигами и утопленной в медовом вине, молоки мурен, мозги павлинов, гребни петухов и подобное – это норма любого стола аристократии.
Обращаюсь к памяти Изабель и отмечаю, что да, в графстве Ретель-Бор такие блюда тоже бывали. Но после отъезда графа, Изабель убрала из рациона вычурную и экзотичную кухню, оставив для себя только каши, похлёбки, да хлеб.
Похлебка…
Похлёбку тут жалуют все – и бедняки, и знать.
Похлебка может быть как густой, так и жидкой. Но не думайте, что похлёбка – это что-то вроде супа. Это простая пшеничная кашица, приготовленная на молоке. Простые крестьяне могут довольствоваться самым простым вариантом похлёбки – гороховой.
С фруктами очень сложно в моём графстве. Довезти их до нас крайне сложно. Поэтому и довольствуемся тем, что сами и вырастили – яблоки, груши, да ягоды.
С десертами тоже напряжёнка. Сахар – безумно дорогая специя.
У меня тут же истерично мигает лампочка в мозгу!
Сахар тут используется только тростниковой, тот самый – коричневый. А я знаю, как добыть сахар из свеклы! Уииии!
Мысленно потираю ручки. Да будут десерты! И варенье, и сладости всякие!
Омар мне очень нравится. Хороший парень и как я понимаю, он – великолепный повар!
Пока не стану резко менять устоявшиеся правила, но однозначно, вскоре заменю главного повара на этого чудесного парнишку.
– Омар, а скажи-ка мне, будь добр, а для кого готовит наш главный повар ежей с белками? Да и ты тесто на хлеб месил и немало. Неужто слуг будет кормить этими деликатесами? Или эти блюда для меня?
– Что вы, госпожа графиня! Как можно вас этими свиньями кормить! Это для гостёв! Господин управляющий так распорядился, – докладывает Омар.
– Гостёв? – переспрашиваю недоумённо. – Это кто же к нам приедет в гости? И почему меня никто не поставил в известность?
Начинаю злиться. Точнее, беситься.
– Так эти гости господина управляющего, госпожа графиня. Они каждный месяц приезжают к нам. Господин управляющий игрища устраивает. А вам не положено по статусу в игрищах участвовать. Вы – женщина.
Пропускаю мимо ушей про женщину, потому как меня интересует сейчас другое.
– Игрища? – хмурюсь всё сильнее. – Что ещё за игрища?
– Ну как же? Карты, деньги… – парень осекается, напоровшись на мой суровый взгляд.
Карты, деньги, два ствола?!
Всё, управляющий, тебе пришла хана!
Игрок, значит!
Моё графство проигрывать вздумал?!
Сжимаю пальцами подлокотники кресла.
В гостиную вдруг вбегает Элен, а за ней спешит неизвестный мне седой мужчина – белыйкак лунь.
– Графинюшка, деточка моя, что случилось-то? – спорогу причитает Элен.
– Госпожа графиня, как ваше здоровье? – интересуется, очевидно, целитель.
Но я на него даже внимания не обращаю.
Поднимаюсь с кресла, аки царица и командую:
– Осмотреть Омара и вылечить его!
Обращаюсь к Элен:
– Мамушка, немедленно веди меня к управляющему!
Целитель хлопает глазами. Видать, не ожидал, что его заставят лечить прислугу.
– Что стоим? Кого ждём? – рычу на него. – Вернусь, проверю! Чтоб Омар был как новенький!
– Изабелюшка, – ахает Элен. – Что с тобой, доченька?
– Ничего, – говорю сурово, вновь ощущая знакомое мне уже чувство. Вокруг меня воздух сгущается и становится холодным. – Идём к управляющему, Элен. Хочу поглядеть в его глаза бесстыжие.
Глава 5
* * *Изабель Ретель-Бор
Как, по-вашему, выглядит зажравшийся и вальяжно себя чувствующий в чужом доме управляющий?
Я представляю себе этакого мужичка с залысинами, огромным пузом, нечёсаной кустистой, грязной бородой и в загаженной одежде.
Не знаю почему, но вот память Изабель не открывает мне причин страха перед управляющим, а также не даёт картинку того, как выглядит сие чудище, по ошибке названное управляющим графского замка Ретель-Бор.
Словно блок стоит.
Едва я думаю об управляющем – я неосознанно начинаю испытывать какой-то первобытный страх, даже ужас. Но это чувство не моё.
Я никогда так не боялась, даже когда услышала смертельный диагноз и понимала, что мои дни сочтены, медленно умирала на больничной койке…
Страх был, конечно, но не такой, от которого ноги подгибаются, горло сжимается в спазме, разум истерично вопит: «Опасность!», а сердце заходится в бешеном ритме и норовит выломать рёбра, дабы выскочить из груди.
Это ненормально.
Что ж, сейчас посмотрю на этого человека.
Элен, судя по всему, тоже боится управляющего.
Вхожу в кабинет этого мерзавца и что я вижу!
Мужчина сразу появляется в поле зрения.
Ростом он выше двух метров, сложен так, что с лёгкостью переломает кости. Мускулистый. Сплошные мышцы прорисовываются даже через плотную ткань его одежды. Пластины начищенной до блеска кольчуги прикрывают его сердце и жизненно важные органы. Сапоги из мягкой кожи с металлическими вставками, высотой до голени чуть скрипят. Одежда к моему удивлению чистая и кажется, новая.
На шее толстая золотая цепь. На цепи сияет золотом орден просто гигантского размера – больше двух моих ладоней!
Длинные пальцы мужчины унизаны массивными перстнями.
Под кольчугой рубаха малинового цвета. Брюки – коричневые. На поясе в богато украшенные ножны, меч длинный вложен. Рукоять такая мощная, что однозначно не поместится в моей ладони.
Его светлые, пшеничного цвета волосы вымыты и лежат крутыми волнами.
Лицо суровое и жёсткое. Нос с ярко выраженной горбинкой.
Всё в управляющем подавляет размерами. Весь его вид со вскинутым упрямым и мощным подбородком так и говорит: пощады не будет, маленькая графиня.
Его взгляд мне ясен – этот человек привык повелевать. Он прекрасно себя чувствует в моём замке и считает себя истинным хозяином. Но откуда такая вольность?
Я мысленно пинаю своё инстинктивное желание сбежать.
У меня даже эта неведомая сила исчезает, словно она, увидев этого представителя рода мужского, грохнулась в обморок.
– Госпожа графиня? Что вы здесь делаете? – в голосе управляющего звучат нотки пренебрежения и недовольства.
А я смотрю на эту махину, раскрываю изумлённо рот, демонстрируя управляющему отсутствие переднего зуба и нервно сглатываю.
Кстати, о зубах…
Я просто в шоке.
У этого великана зубы… вы не поверите… ЗОЛОТЫЕ!
Как это возможно?!
Хлопаю глазами, и в голове у меня возникает мысль: «А случаем, этот управляющий не родом с Земли? Скажем так, прибыла его душа в этот мир и в это время прямиком из лихих девяностых и поселилось в этом мощном теле».
Малиновая рубаха, золотые зубы, золотая цепь на шее той…
Истинный бандит, мать его!
Но вряд ли это так.
Просто я не ожидала, что он такой… большой и совсем не боится меня.
И с чего я вообще решила, что смогу справиться с ним в одиночку?
– Мне доложили, что сегодня в замок приезжают гости, – говорю спокойно, хотя, сказать по правде, вся моя храбрость в мгновение ока испаряется. – Но вы лично мне не доложили об этом. Что за повод звать гостей? Я не распоряжалась.
Управляющий, имя которого я не могу вспомнить, смотрит на меня так, будто перед ним сейчас возникла маленькая мышка и заговорила человеческим голосом.
– Госпожа графиня, гости приезжают лично ко мне. Вас они не побеспокоят, впрочем, как и всегда, – отвечает он насмешливо, сверкая золотыми зубами в свете зажжённых свечей и пламени в очаге камина.
Кабинет управляющего утопает в полумраке. Слюдяные оконницы задёрнуты толстыми шторами. Ощущение, что сейчас ночь.
Элен стоит позади меня и молчит. Я спиной ощущаю её животный страх и желание скорее отсюда сбежать.
Подавляю в себе страх, которым наполнено тело и сознание моей предшественницы и понимаю, чтобы справиться с управляющим, мне необходима мощная поддержка.
Поэтому, я беру себя в руки и заталкиваю подальше желание стребовать объяснений здесь и сейчас и также спокойно говорю:
– И как же долго пробудут в моём замке ваши гости? – спрашиваю его и делаю акцент на словах.
Управляющий сверкает хищной улыбкой и делает ко мне шаг.
– Госпожа графиня, позвольте, но вас не должны интересовать мои заботы. В отсутствии вашего супруга, графа Ретель-Бор, я – глава и я принимаю решения всего и вся. И я удивлён, что вы вдруг заинтересовались моими делами.
– Не думаю, что графу понравится подобное поведение… – произношу всё тем же ровным тоном, хотя внутри всё уже кипит от ярости.
– Это уже не важно, – ухмыляется этот гад и снова наступает на меня, но я не отступаю. Не дождётся. – Граф мёртв, госпожа графиня. И вы находитесь в моей воле, и воле Его Величества короля. Как только Его Милость примет решение о вашей судьбе – я обязательно дам вам об этом знать. А до тех пор продолжайте жить, как жили – незаметно и очень тихо, как и подобает благородной госпоже.
– Что ещё за решение? – настораживаюсь я.
Управляющий раздражённо вздыхает.
– Госпожа графиня, извольте, вы что же забыли? Король подберёт вам жениха или же решит отправить в монастырь до конца дней ваших. Но не пугайтесь, я написал королю и предложил несколько кандидатов вам в мужья – все они люди благородные и богатые. Через три месяца король получит моё послание и примет своё милостивое решение.
У меня нет слов!
Так и хочется заорать и затопать ногами!
Но я выдерживаю взгляд этого чудовищного человека, аристократично киваю ему и говорю всё тем же тоном истинной госпожи:
– Благодарю вас за содействие, но хочу напомнить, что муж мой, граф Ретель-Бор не объявлен мёртвым. Его не нашли и есть большая вероятность того, что он жив и совсем скоро вернётся домой.
– На всё воля Инмария, госпожа, – отвечает с завуалированной издевкой управляющий.
Как же его имя?! Изабель, не время от меня прятать информацию об этом гаде!
– Вы правы, на всё Его воля, – произношу я и усилием воли выдерживаю мужской взгляд. – И прошу не забывать об этом.
Резко разворачиваюсь и, не говоря больше, ни слова, иду к двери. Элен облегчённо выдыхает и спешит за мной.
Но меня вдруг останавливает голос управляющего.
– В вас что-то изменилось, госпожа графиня.
Поворачиваю голову и ледяным тоном заявляю:
– Я перестала бояться.
– Зря… – слышу тихие слова управляющего.
Едва оказываюсь в безопасности, как ощущаю возвращение ледяной силы.
И я понимаю, почему она покинула меня в момент разговора с этим опасным человеком. Моё тело умнее меня. Я бы раскрылась. Обязательно бы раскрыла свои способности. А управляющий об этом знать не должен.
Моё положение в данный момент – хуже, чем птичье.
И ещё эта воля короля…
Не хочу я замуж. И в монастырь не имею желания отправляться.
Но монарху будет всё равно на мои хотелки.
Сжимаю руки в кулаки и судорожно думаю. Элен что-то говорит, охает и ахает, но я не слышу её, так как занята своими думами.
Мне срочно нужно что-то предпринять. Я дитя другого мира и мира продвинутого. Ко всему прочему я многое умею и знаю, да и по профессии я инженер.
Что мне сделать, чтобы заинтересовать своей персоной короля и самой влиять на свою судьбу?
Построить небоскрёб? Запустит самолёт? Отправить людей в космос?
Эй! Ну-ка мозгами шевели лучше! Какие, к чёрту, небоскрёбы и самолёты? Надо что-то проще придумать и воплотить в жизнь, но такое, что повторить без моей помощи не смогли бы.
Голова сразу же идёт кругом от обилия мыслей и идей.
Но я также понимаю, что идеи идеями, но без команды они останутся пустышкой.
Первоочерёдно, мне нужно составить план всего того, что я реально смогу привнести в этот мир.
Потом, я соберу команду. Мне понадобится много людей. И не только тех, кто будет воплощать в жизнь мои идеи. Мне также необходима своя личная дружина.
Придумать всё просто. А вот реализовать, как и людей нужных найти – это крайне сложный вопрос.
* * *Изабель Ретель-Бор
– Госпожа, ваш слуга более не имеет ран, – говорит мне целитель недовольным голосом.
Омар переступает с ноги на ногу и смотрит на носки своих башмаков.
– Хорошо, – киваю и говорю: – Благодарю вас за работу.
А потом возникает мысль, быть может, за эту услугу нужно целителю заплатить? Если нужно, то сколько? И где мне взять денег? Или он в принципе находится в штате и получает зарплату?
Память Изабель ничего не рассказывает и не подсказывает по этому поводу, потому как, снова повторюсь, девушку не интересовал замковый быт и то, как в принципе живут, точнее, будет сказано – существуют здесь люди.
А я не могу так, не знать, как всё устроено.
Ой, беда-а-а…
– Госпожа графиня, простите своего верного слугу, но могу я просить вас боле не вызывать меня на подобные случаи? – произносит целитель.
И звучит его просьба не вопросительно, а скорее утвердительно, будто он меня вежливо посылает с будущими приказами лечить здешних слуг.
Делаю лицо кирпичом. Хочу сначала сказать, что будет так, как я решу, но потом в голову приходит мысль всё свалить на гадского управляющего, и отвечаю целителю:
– Это уж не вам решать, милейший. Но ежели вас что-то не устраивает – милости прошу, ступайте и жалуйтесь моему управляющему. Быть может, он заинтересуется вашим крайне сложным и не терпящим отлагательств, вопросом, оторвётся от своих дел насущных, от игрищ и уделит вам своё драгоценное время и внимание.
По тому кислому выражению лица, которое появляется у целителя сразу после моего предложения, я понимаю, что управляющего боятся не только в замке.
И что в нём такого загадочно-устрашающего?
Быть может, он титул какой носит? Или имеет некие привилегии от самого монарха?
Ох, и нечисто как-то дело с этим малиновым типом с золотой челюстью. Но как бы выяснить всё и не попасться?
– Простите… Нет в том нужды беспокоить господина управляющего, – тушуется целитель. – Я не в упрёк вам сказал, госпожа графиня. Просто я удивлён вашей просьбой, потому как Омаров отец сам целитель, хоть и не имеет грамоты на использование дара своего. Но сына своего он бы поправил от этих скудных ран.
Отец Омара – целитель?
Что ещё за грамота? Это что-то наподобие диплома или разрешения на деятельность?
Ох, Изабель! Ну, вот на кой чёрт ты днями и ночами молитвы зубрила, а миром своим не интересовалась!
Нет, молитвы – это тоже хорошее дело. Я теперь знаю заковыристые славословия, которые сама бы вовек не запомнила. Есть такие в моей памяти, которые могут даже службу верную сослужить в каверзных ситуациях, спокойно имисмогу оправдать странности своего поведения. А некоторые в моей памяти и вовсе древние, и даже позабытые, но Изабель живо интересовалась и находила даже такие, как исихазм[2] и селиха[3].
– Я знаю, – говорю спокойно. – Но это заняло бы время, а Омар нужен на кухне. И как вы сами сказали, отец его не имеет грамоты. Тогда Омару пришлось бы мучиться долго.
Целитель кланяется и вежливо произносит:
– Вы слишком добры к слугам своим недостойным, госпожа графиня.
– Инмарий нам поручил помогать ближнему своему и не проходить мимо того, кто чувствует боль и страдает, – отвечаю, ссылаясь на Бога.
На этом наши пикировки завершаются, и целитель уходит.
Киваю Омару и говорю:
– Возвращайся к своим делам. Выполняй поручения главного повара, не перечь ему, а свои идеи записывай… Кстати, ты умеешь читать и писать?
– Да, госпожа графиня. Я обучен грамоте, – отвечает юноша.
– Хорошо. Как вернёшься на кухню – сделай несчастный вид и не говори, что раны твои вылечены.
– Как скажете, госпожа.
Смотрю на парня и решаюсь спросить:
– Далеко отец твой живёт?
– Нет, госпожа графиня. В Виселках.
«Виселки» – деревня, до которой добираться часа три.
Хорошо хоть об этом Изабель знала.
– На днях навещу твоего отца, – огорошиваю Омара.
Тот вскидывает на меня испуганный взгляд и открывает в немом крике рот.
– Хочу потолковать, – успокаиваю его. – Пусть расскажет, почему грамоты нет. Совершил преступление какое, или причина в другом…
– Мой отец – честный человек, госпожа! – тут же вступается за родителя Омар. – Грамоту ему не пожаловали, потому как гильдии целителей не по нраву пришлись идеи моего отца.
Это уже любопытно.
– Вот об этом мы и поговорим с твоим отцом. А ты не переживай. Я только помочь хочу, – говорю Омару. – Всё, ступай и передай повару – хочу похлёбку из кролика с овощами. И готовить ты будешь. Пусть только кто другой попробует руки свои грязные в мою еду сунуть – оторву и сожрать заставлю.
Омар вдруг удивляется:
– Но кроль же – еда не для госпожи!
– У каждого свои недостатки, – отвечаю ему. – Всё, иди. Не люблю пустую болтовню.
Омар удаляется.
Я же возвращаюсь в свою опочивальню. Голова пухнет от мыслей и переживаний. Всё оказывается не так и радужно, как я изначально себе представила.