Ведьмин раф и отпуск Дракулы

– Кто-то был здесь. – Теодор преградил ей путь рукой, не оборачиваясь. – Сейчас внутри никого, но на всякий случай я пойду первым. Держись позади меня.

– Уверен? – Дана привстала на цыпочки и попыталась выглянуть из-за его плеча. – Дверь же была заперта. И следов взлома нет.

– Боюсь, мы имеем дело не с обычным взломщиком, – задумчиво произнёс Теодор и снова принюхался. – Не могу точно разобрать запах. Его пытались замаскировать зельем. Сработали профессионально. Я бы даже сказал, филигранно, но я всё равно чую шлейф.

Дана почувствовала, как от его слов в животе возник неприятный тугой узел холодного страха. Так бывало с ней, когда она смотрела ужастик и понимала, что героиня вот-вот спустится в тёмный подвал, в котором засел страшный монстр. Только монстр сегодня был на её стороне, а вместо стылого подземелья впереди её ожидала тёплая квартира в сердце столицы.

– Это вампир? – сглотнув, осторожно спросила она.

– Нет. Человек. Мужчина. – Теодор фыркнул. – У него ужасный дезодорант из массмаркета. Такой никаким зельем не спрятать.

Дана удивлённо округлила глаза. Она и сама принюхалась, но не учуяла ничего, даже когда поднялась на носочках ещё выше и попыталась высунуться из-за Тео.

Её качнуло. Она не устояла, подалась вперёд и уткнулась носом в рубашку на плече вампира. Дана уловила знакомый запах корицы и медных монет вперемешку с альпийским кондиционером для белья.

– Ой. Прости, – краснея, выдавила ведьма. Она отшатнулась, не зная, куда деть руки от неловкости и собственной неуклюжести.

Это немного привело Теодора в чувства. Вампир оглянулся через плечо и, тонко улыбнувшись, велел ей смягчившимся тоном:

– Не отставай, милостивая сударыня. Наш гость мог оставить для меня подарочек в виде ловушки. Не хочу, чтобы ты в неё угодила.

Он наконец шагнул внутрь, и Дана скользнула следом.

Сработала система умного дома – в прихожей зажёгся приглушённый свет.

Контраст между шумным, пыльным июльским Арбатом и безупречной обителью вампира-кондитера оказался настолько разительным, что Дана невольно открыла рот и заозиралась по сторонам.

Никакого запаха чужого дезодоранта она так и не ощутила. Здесь тонко пахло кедром, натуральной кожей и холодным металлом. Никаких разбросанных кроссовок или небрежно висящих курток. У Тео вообще не было ни вешалки, ни обувницы, ни каких-либо тумбочек. Даже ложки для обуви она не увидела. Стены цвета маренго скрывали в себе встроенные шкафы. Создавалось стойкое впечатление абсолютного минимализма.

Справа от входа висело огромное зеркало в винтажной раме. Дана мельком взглянула в него и мысленно усмехнулась собственной нелепости: растрёпанная девчонка с розовыми прядями в волосах и испуганными серыми глазищами. А рядом с ней – опасный хищник. Его отражение было таким же чётким, как и её собственное. Ещё один миф из поп-культуры разбился вдребезги: вампиры прекрасно отражались в зеркалах.

Но кто же мог дерзнуть и вторгнуться в жилище настолько опасного создания?

На ходу Дана постаралась напрячь все свои скудные ведьмовские навыки и обратиться к единственному, чем успела овладеть. Получив от покойной тёти Предславы в наследство магический дар, первым делом она научилась чувствовать растения и даже общаться с ними. Эта особая эмпатия была доступна не всем ведьмам, но Дана прекрасно подружилась со своим фикусом. Домашние цветы были лучшими свидетелями, которые никогда не лгали. Однако в квартире Тео её магия наткнулась на пустоту: ни единого горшка, ни сухих букетов, ни даже чахлого кактуса на подоконнике. Пространство показалось ей абсолютно неживым в магическом смысле. У Теодора вряд ли вообще было время ухаживать за растениями, но Дана сочла это катастрофой. Ей не у кого было спросить, кто заходил в квартиру в отсутствие хозяина.

Из прихожей они прошли в основную комнату.

Просторный лофт с высоченными потолками и обнажёнными старинными балками сочетал минимализм с роскошью. Одну из стен очистили до старого кирпича. Огромные арочные окна были наполовину закрыты многослойными шторами блэкаут. Через приоткрытые просветы виднелись сверкающие на солнце золотые купола храма Спаса на Песках.

Дана старалась не отстать от Тео. Она едва успевала подмечать детали: громадный чёрный кожаный диван, пара потёртых строгих кресел и огромный дубовый стол. На нём идеальными стопками рядком лежали какие-то бумаги. Пробегая мимо, Дана успела заметить поразительно красивые эскизы многоярусных тортов с витиеватым декором. Изящные рисунки, которые никак не вязались с её представлениями о жизни вампира. Теперь она бы не удивилась, если бы узнала, что акварельных котиков и меню в «Мур-мур» рисовал сам Теодор.

В его квартире не нашлось места милым безделушкам. Ни единой пылинки не лежало на полированных поверхностях. На кирпичной стене висела лишь пара абстрактных картин. Одна из них своими ломаными линиями очень напоминала позднюю работу Пикассо. Быть может, даже оригинал.

Теодор не смотрел по сторонам. Он стремительно пересёк гостиную и распахнул тёмно-серые двустворчатые двери, за которыми обнаружился небольшой кабинет.

Дана вбежала следом за ним.

Здесь всё пространство вдоль стен занимали стеллажи от пола до потолка. Глянцевые кулинарные книги соседствовали на полках с солидными потрескавшимися томами на латыни. Посреди комнаты стоял письменный стол с резными дубовыми ножками. И снова кругом царил идеальный порядок. Ни одна книга не была сдвинута, стулья стояли ровно, ворс светлого круглого ковра чист.

Таинственный взломщик не тратил время на поиски. Он не вытряхивал ящики и не сбрасывал книги на пол. Тот, кто проник в квартиру вампира, точно знал, зачем пришёл и где именно лежит нужный ему предмет.

– Может, тебе показалось и никого тут не было? – Дана тяжело сглотнула.

– Не показалось. – Теодор подошёл к книжному шкафу слева от стола.

Не глядя он коснулся нижней полки и нажал на скрытую от глаз кнопку. Внутри громко щёлкнула пружина, и целая секция почти бесшумно выехала вперёд и в сторону, открывая взорам встроенный в стену сейф.

Его толстая дверца оказалась не заперта. Она с жалобным скрипом открылась следом за отъезжающим шкафом, будто умоляя не покидать в трудный час.

Никаких признаков взлома.

А внутри было пусто.

– Я так понимаю, тут ты и хранил мамин ларец? – осторожно спросила Дана.

Теодор застыл перед пустым сейфом, будто не верил своим глазам.

Его пальцы сжали край книжной полки с такой силой, что дерево треснуло, а Дана – вздрогнула.

– Это невозможно, – пробормотал вампир, хмуро глядя на пустой сейф. – Дело не в том, что меня не было дома со вчерашнего вечера… Дело в защите. Никто не мог вскрыть этот замок без следов взлома или магического отката. Этого просто не могло произойти.

Он подался вперёд, силясь разглядеть хоть какие-то признаки того, как именно сейф был вскрыт.

Дана подошла ближе. Ей сделалось ужасно не по себе от его тона.

Чтобы не мешать Теодору, она опустила взгляд на пол и вдруг заметила нечто странное. На тёмном дереве паркета, прямо на границе со светлым ковром, лежал обрывок красной нити. Дана наклонилась и подняла его.

Это была обычная хлопковая нитка, которой могли пришить пуговицу или заштопать дыру в носке. На ней даже имелось три аккуратных узелка на одинаковом расстоянии друг от друга. Только Тео не носил красных рубашек, не говоря уже о ярких носках. Да и вряд ли штопал вещи сам. Скорее уж выкидывал и покупал новые.

– А… – начала было она.

Мобильный телефон Теодора завибрировал в его кармане так громко и резко, что они оба вздрогнули.

Вампир достал смартфон и посмотрел на экран.

– Это Людмила. – Он принял вызов и нажал на громкую связь. – Что…

– Тео, возвращайтесь. Сейчас же. – В голосе Матери шабаша прозвучала такая отчётливая паника, что Дане стало страшно. – Здесь Иван Хельсин. С ордером.

– Дед…

– Им нужен ты. Прошу. Скорее.

– Сейчас буду. – Теодор сбросил звонок и быстрым шагом направился к выходу.

Дана машинально сунула обрывок красной нити в задний карман джинсов и бросилась за ним. Вампир двигался с такой скоростью, что на секунду ей показалось, будто он вообще забыл о её существовании.

– Тео! – заорала Дана, едва поспевая за ним. – Не беги так! Иначе я ноги себе переломаю!

– Прости. – Он немного замедлил шаг. – Я… задумался.

– Что вообще происходит?

Она нагнала его на лестничной клетке. Он захлопнул дверь и направился по ступеням вниз.

– Не знаю, – хмуро бросил через плечо. – Но точно ничего хорошего.

– Кто такой этот Иван Хельсон?

– Хельсин, – поправил Теодор. Он снова чуть задержался, чтобы она смогла поравняться с ним. – Глава Ордена охотников в России. Генерал, если быть точным.

– Это плохо? – Дана почувствовала, как по спине пробежал неприятный холодок. С генералами она знакомств никогда не водила, но предполагала, что визит столь важной шишки среди охотников на нечисть не сулит добра. – Что ему от тебя нужно?

– Не представляю. Но он почти никогда не выезжает на дело сам. Если Хельсин покинул кабинет, значит, всё предельно серьёзно.

Они выскочили из полумрака подъезда, и Дана в порыве эмоций схватила Теодора за запястье, заставляя его притормозить.

– Тео, думаешь, это как-то связано с ларцом? – тяжело дыша, спросила она. Ей пришлось запрокинуть голову, чтобы заглянуть в его напряжённое лицо. – Кому он вообще мог понадобиться, чтобы ради него решиться на кражу?

Кадык Тео заметно дёрнулся. Вампир посмотрел на неё сверху вниз. При свете солнца в вишнёвых глазах мелькнул яростный алый отблеск.

– Тому, кто отлично знает, где я живу и как открыть все мои замки, очевидно, – глухо отозвался он.

– Ты меня прости. – Дана вцепилась в него чуть крепче, чувствуя под тканью рубашки тепло его тела. – Но я просто не понимаю: зачем кому-то вообще понадобилась шкатулка твоей мамы? Что внутри?

Теодор накрыл её руку своей ладонью. Его большой палец успокаивающе погладил её кожу.

– Там главная слабость моего деда, – понизив голос, ответил вампир. Он наклонился к ней, сокращая расстояние между ними. Облизал губы, подбирая слова. – Но боюсь, что это лишь крошечная толика проблемы, Богдана. Всё дело в самом ларце…

Он осёкся. Из-за угла с радостным визгом вылетела стайка детей на самокатах. Теодор инстинктивно потянул Дану на себя, спасая от столкновения.

Она снова уткнулась в него носом. На сей раз в грудь в области сердца. Дана могла поклясться, что слышит его частое живое биение, которое никак нельзя было назвать тишиной в груди мертвеца. Быть может, в очередной раз сработала её невербальная магия. Или просто ей почудилось от волнения? На секунду она потеряла связь с реальностью, но Тео уже отстранился. Он вытащил из кармана тёмные очки, чтобы спрятать за стёклами полыхнувшие багрянцем глаза, и решительно потянул её за руку.

– Пожалуйста, не вмешивайся, что бы сейчас ни произошло в кофейне. – Его просьба напоминала приказ, от которого ей стало неуютно. – Я поклялся твоей тёте, что буду тебя защищать.

– Не командуй. Я могу за себя постоять. – Дана вскинула подбородок. Она изо всех сил старалась идти с ним в ногу через залитый солнцем двор.

Теодор коротко усмехнулся и крепче сжал её ладонь.

– О, я знаю. Поэтому и прошу. Просто постой в стороне и дай мне время во всём разобраться. А потом я отвечу на любые твои вопросы.

– Обещаешь?

– Да.

Они подошли к служебному входу в «Мур-мур», но Теодор даже не посмотрел на знакомую дверь. Возле чёрного входа, перегородив часть узкого переулка, замерли два огромных тонированных внедорожника. Никаких мигалок или логотипов. Даже номера неслужебные.

Теодор провёл Дану мимо. Они обогнули здание и вышли на Арбат к главному входу.

От привычной летней идиллии не осталось и следа. Немногочисленные клиенты с веранды испарились, бросив на столиках недопитые лимонады и недоеденные десерты. Уютная вывеска «Мур-мур» с кошачьим хвостом выглядела нелепо, потому что у дверей стояли двое коротко стриженных мужчин в городской тактической одежде. Они молча перекрывали вход.

При виде Теодора мужчины расступились, позволив войти.

Колокольчик над дверью пронзительно звякнул.

Ещё с улицы Дана услышала, как Веселина что-то настойчиво доказывает кому-то. Но стоило Дане и Теодору переступить порог зала, как разговоры мгновенно смолкли и в кофейне повисла тяжёлая тишина. Её нарушало лишь мягкое шипение патефона, на который никто не обращал внимания.

В центре зала стоял мужчина, в котором Дана признала того самого Ивана Хельсина. Ошибиться было просто невозможно.

Генерал Ордена совершенно не походил на типичных охотников за нечистью из городских легенд. Ему явно было далеко за пятьдесят, но в его высокой широкоплечей фигуре чувствовалась суровая закалка. По-военному короткая стрижка, массивный упрямый подбородок и обветренная кожа с несколькими росчерками шрамов на лице. Каждый из них хранил собственную жуткую тайну, и самый розовый, извивающийся от левого виска к уголку губ, наверняка имел наиболее свежую и непростую историю. В рубленых чертах его лица Дана увидела прагматика и солдата, которому не свойственны ни сострадание, ни многословность. Пронзительно-серые глубоко посаженные глаза Хельсина напомнили ей тусклую оружейную сталь.

Одет он был подчёркнуто строго, функционально и сообразно московскому пеклу, в тёмно-оливковое поло с коротким рукавом, плотно облегающее широкую грудь, армейские брюки и ботинки. Мощные, покрытые застарелыми шрамами предплечья выдавали в нём человека, привыкшего решать проблемы физически. Из-за жары генерал даже не пытался маскировать своё снаряжение: поверх поло красовалась наплечная кобура.

Хельсин стоял прямо, заложив руки за спину. Тяжёлым взглядом равнодушно мазнул по вошедшей Дане. Будто в ведьмах вовсе не видел угрозы, оттого и не имел в сопровождении целой толпы штурмовиков.

Рядом с генералом обнаружился лишь один из его людей.

Руслан Гончаров. Тот самый молодой охотник, с которым Дана тепло простилась после душевного разговора минувшим утром. Она считала Руслана другом, поэтому совершенно растерялась из-за того, насколько внезапно он возник в кофейне. Мог хотя бы позвонить ей. Но…

Дана коснулась заднего кармана на джинсах и с ужасом поняла, что оставила телефон в кухне, когда общалась с Тео. Даже если Руслан и звонил ей, толку от этого не было. Дана попыталась поймать его взгляд, но Гончарова больше занимали остальные обитатели кофейни. Вернее, её гости.

В самом затенённом углу «Мур-мур» разворачивался совершенно иной спектакль.

Влад Дракула невозмутимо восседал в кресле, закинув ногу на ногу, и лениво помешивал кофе в изящной чашке. Но вряд ли пил. Скорее, просто нашёл чем занять руки. Кофе ему наверняка принесла Леся. Бледная кикимора сейчас мелко тряслась, стоя за барной стойкой. Двое телохранителей неподвижно возвышались с обеих сторон от графа. А напротив Дракулы сидела сюрреалистически спокойная Элоиза, которая, вероятно, была вынуждена нарушить приказ из-за охотников. Она не обращала ни малейшего внимания на вооружённых охотников в зале и с совершенно скучающим видом ела панакотту с малиной, элегантно отправляя нежное суфле в рот десертной ложечкой с длинной ручкой. Её полностью устраивало как угощение, так и поданный кикиморой раф.

Дана и Теодор вошли в тот момент, когда Веселина объяснялась с главой Ордена. Возле неё стояла Людмила. Вид у рыжей ведьмы был напуганный. Витан же переместился подальше от охотников и теперь взирал на зал, сидя на барной стойке. Усы и шерсть у кота топорщились, а глаза едва не метали молнии. Леся возле него смотрелась крошечным перепуганным воробышком.

– Иван Дмитриевич, – холодно бросил с порога Теодор, – сказал бы, что рад вас видеть, но врать не в моих правилах. Какими судьбами? Вряд ли отпуск моего эксцентричного деда оказал мне честь лицезреть вас лично.

Дана затаила дыхание.

Влада Дракулу сложно было назвать просто «эксцентричным дедом» в привычном понимании. Однако её поразило то, как Теодор без колебаний выступил на его стороне, хотя тёплыми их отношения назвать было просто невозможно. Вероятно, Ивана Хельсина Тео не переваривал куда сильнее, чем своего дедушку.

Тем временем между фигурой Хельсина в центре зала и расслабленным Дракулой в углу Дана уловила такое напряжение, что ей стало не по себе. Будто её с головой окунули в цистерну с химическими отходами. Ядовитую ненависть старых врагов, чья вендетта не нуждалась в лишних словах, не распознать было невозможно.

С появлением Теодора все взгляды в кофейне скрестились на нём.

Иван Хельсин даже бровью не повёл на иронию Тео. Его тусклые глаза лишь на мгновение задержались на кондитере, а затем снова намертво впились в расслабленную фигуру Дракулы в углу зала.

– Моё присутствие здесь строго необходимо, Крамер, – сухо ответил генерал, после чего предоставил право говорить Руслану, коротко обратившись к нему приказным тоном: – Гончаров.

Молодой охотник сделал шаг вперёд. В своей чёрной футболке, подчёркивающей рельефные мускулы, и камуфляжных штанах, заправленных в тяжёлые армейские берцы, он выглядел собранным и пугающе опасным. На его загорелой шее тускло блеснул медальон-жетон.

Руслан вытащил из внутреннего кармана сложенный лист бумаги.

– Ордер на задержание Теодора Крамера, – чётко прочитал он. От его утреннего дружелюбия не осталось и следа. – Сегодня ночью в три часа пятнадцать минут на пересечении Большого Могильцевского и Большого Власьевского переулков в сквере Мигеля Идальго был обнаружен труп оперативного сотрудника Ордена – сержанта Родиона Ветрова. – Руслан слегка поморщился, и Дана поняла, что убитый был не просто его коллегой, но, возможно, и другом. – Признаков борьбы или применения холодного оружия не обнаружено. Однако, согласно заключению экспертов, сержант Ветров подвергся иссушению. – Гончаров оторвался от бумаги и добавил жёстче, глядя на Теодора с обжигающей ненавистью: – Его кровь выжата до капли. До состояния, близкого к мумии.

Хельсин перестал играть в гляделки с Дракулой и обратился к Тео несколько суше и спокойнее, чем его молодой подчинённый:

– Подобный уровень чистого иссушения – это почерк высшего вампира, Крамер. Причём весьма сильного и голодного. А поскольку вы единственный представитель этого вида в данном секторе, у нас есть все основания полагать, что вы нарушили пакт.

Дракула в своём затенённом углу чуть слышно хмыкнул. Он элегантно звякнул ложечкой о стенки кофейной чашки, чем мгновенно привлёк внимание генерала. Снова.

– А ваше присутствие в Москве, граф, делает вас следующим подозреваемым, – бросил Хельсин, не поворачивая головы. – От вас всегда разит свежей могилой.

Влад Дракула наконец перестал издеваться над напитком. Он медленно поднял взгляд на генерала. В его глазах отразилось нечто настолько угрожающее, что всего на миг Дана отчётливо увидела в нём того самого беспощадного монстра из пугающих легенд, перед которым трепетали целые народы.

– А ваше присутствие, Иван, неизбежно отдаёт безнадёжностью, – скучающим, но пробирающим до костей тоном парировал Дракула. – Прежде чем врываться сюда с нелепыми обвинениями, вам стоило бы свериться с расписанием частных рейсов. Я был в воздухе где-то над Европой, когда ваш мальчик испустил дух. Проверьте, во сколько приземлился мой самолёт, если, конечно, ваши аналитики умеют пользоваться часами.

Хельсин поджал губы и коротко бросил:

– Увести его.

Дана не сразу осознала, что именно происходит и о ком идёт речь. Она даже испугалась, что сейчас охотники вздумают арестовывать графа, его телохранители возмутятся и в кафе начнётся резня, но…

Руслан шагнул к Теодору, снимая с пояса тяжёлые наручники. Металл покрывала синяя вязь подавляющих магию гравировок. Когда молодой охотник оказался совсем рядом, его взгляд на долю секунды пересёкся со взглядом Даны. В глубокой зелени его глаз промелькнула тень сожаления, но лицо осталось профессионально холодным.

Теодор не сказал ни слова. Он не стал сопротивляться. Даже не попытался оправдаться или возмутиться. Лишь молча вытянул руки.

Наручники лязгнули на запястьях вампира.

Этот звук словно надломил что-то в сознании Даны. Оцепенение схлынуло. Кровь горячей волной прилила к лицу. Она резко рванула вперёд, преграждая охотникам выход из кофейни.

Патефон взвизгнул и окончательно затих. А Витан спрыгнул со своего дозорного места на барной стойке и под столами прошмыгнул к ней, очутившись у её ног.

– Тео ни в чём не виноват! – выкрикнула Дана. – Он всю ночь проработал в кухне кофейни! Он со вчерашнего вечера был здесь! У нас нет камер наблюдения, но я уверена, есть миллион способов это подтвердить! – Она почувствовала, как от ярости и бессилия дрожит голос. Дана круто развернулась к застывшим плечом к плечу старшим ведьмам. – Вы так и будете стоять столбами и ничего не скажете?!

– Золотце, не надо. – Домовой по-кошачьи потёрся о её ноги, словно пытался успокоить, но Дана не обратила внимания.

– Мы Общество защиты чудовищ или кто?! – отчаянно воскликнула она, в упор глядя на побледневшую Веселину.

Старица шабаша сделала глубокий вдох и как можно терпеливее произнесла:

– Богдана, успокойся. Мы немедленно свяжемся с юристами Ордена. Силой мы проблему не решим. Теодора должны сопроводить на допрос. Это закон.

– С юристами? Закон? – Дана всплеснула руками. – Вы издеваетесь?

Хельсин смерил бунтующую девчонку ледяным взглядом, в котором сквозило откровенное раздражение, после чего перевёл его на Старицу.

– Новенькая? – сухо поинтересовался генерал. – Объясните ей, что невиновным бояться нечего. А за сопротивление при аресте мы можем посадить её под замок, чтобы остыла и научилась соблюдать субординацию.

Дана уже набрала в грудь побольше воздуха, собираясь высказать генералу всё, что она думает о субординации в целом и лично о нём, но тут Теодор вполголоса попросил:

– Пропусти нас.

Она повернулась к нему. Вампир смотрел на неё с непроницаемым спокойствием, но в глубине его тёмно-вишнёвых глаз билась немая просьба не усугублять ситуацию.

– Всё будет хорошо, – добавил он мягче.

От досады Богдана скрипнула зубами с такой силой, что заныла челюсть. Нехотя, буквально заставляя себя делать каждый шаг, она отошла в сторону от двери.

Её полный жгучей ненависти взгляд впился в Руслана. Она смотрела на него так, будто была готова разорвать на куски голыми руками прямо сейчас. Ещё утром этот хитрец мило с ней болтал, называл «розовой» из-за причёски, улыбался своей опасной улыбкой и просто втирался в доверие, а после даже не удосужился прислать короткое сообщение с предупреждением о надвигающейся катастрофе.

Но Руслан остался абсолютно невозмутим под её уничтожающим взглядом. Он лишь слегка подтолкнул Теодора к выходу из кофейни.

Звякнул дверной колокольчик. Тяжёлая дверь закрылась за спинами охотников, которые увели Тео. Внутри воцарилась убийственная тишина.

Голова Даны закружилась от накатившего ужаса, но тут мечущийся взгляд внезапно зацепился за силуэт в тёмном углу кофейни.

Влад Дракула всё ещё сидел там. Расслабленный и невозмутимый.

Не раздумывая ни секунды, Дана бросилась к его столику. Две двухметровые тени телохранителей мгновенно шагнули вперёд, но граф небрежным взмахом руки велел им отступить.

– Вы же можете это остановить! Наверняка можете! – выпалила Богдана. Она оперлась ладонями о край его столика и подалась к нему так резко, что заставила Элоизу отодвинуться с толикой брезгливости. Дане было всё равно. Она уставилась прямо в бездонные глаза древнего монстра, позабыв о всяком страхе. – Вы же Дракула! Вас боится весь мир, не говоря уже о каком-то Ордене! Скажите им, что это ошибка! Объясните, что Теодор не убивал этого охотника! Что он не питается живыми людьми, только донорской кровью, чем так сильно вас раздражает!

Влад медленно, с наслаждением сделал крошечный глоток остывшего кофе. Затем он поставил чашку на блюдце так аккуратно, что та даже не звякнула.

– Теодор сам выбрал жизнь среди людей и ведьм. – Его бархатистый тон вдруг пробрал Дану до самых костей. – Он променял величие на фартук и сладкую выпечку. Решил стать слабым и доступным для нелепых законов.

– Его наверняка подставили! – в отчаянии воскликнула Дана.

– Тем хуже для него. – Дракула чуть склонил голову набок. – Если он не способен разобраться с подобной мелкой неприятностью сам, значит, в его жилах моей крови нет. Такой наследник мне не нужен.

Богдана почувствовала, как отвисает челюсть. Она набрала полную грудь воздуха, но так и не придумала ни единого цензурного возражения, поэтому промолчала.

Влад Дракула грациозно поднялся.

Элоиза словно только этого и ждала. Она аккуратно промокнула губы салфеткой и встала следом. Влад сунул руку во внутренний карман своего безупречного костюма, достал хрустящую пятитысячную купюру и небрежно бросил её на стол рядом с пустой креманкой из-под панакотты.