- -
- 100%
- +
Хальблут уже не видел, как Гарри и Пересмешник синхронно ударили друг друга ногой. Раздался ужасный грохот, словно кто-то невидимый в огромном пустом цеху бросил один кусок рельсы на другой. И, если в случае с вышибалами после такого удара Гарри те моментально были сбиты с ног, то сейчас произошло всё в точности до наоборот.
Гарри вскрикнул от боли и, отлетев в дальний угол бара и сломав своим не худым телом несколько столов, с грохотом упал на пол, где оставался лежать неподвижно, буквально выпав из реальности и, точно так же, как Хальблут, потерял сознание.
Глава 7
Пересмешник повернул тело Гарри лицом вверх и, поочередно дотрагиваясь рукой то до головы, то до сердца парня, довольно защелкал языком, словно ему удалось обнаружить хорошо спрятанную от чужих глаз тайну. А когда Пересмешник таким же образом прикоснулся к правой ноге Гарри, то вообще пришёл в неописуемый восторг. Он быстро откинул в сторону шляпу и освободил свое изуродованное оспой лицо от шарфа, слегка поглаживая тонкими пальцами волосы, собранные на затылке и стянутые пестрой лентой в некое подобие «конского хвоста». Затем мужчина медленно закатал рукава, внимательно рассматривая нанесённые на своих руках древние символы, и, соединив ладони вместе, произнёс вслух несколько фраз, значение которых знал только он.
Гарри застонал, и еле заметная человеческому глазу тонкая оболочка начала отделяться от его тела. Пересмешник сделал новый пас правой рукой, словно начал наматывать невидимый канат на левую руку, а Гарри в этот момент закричал ещё сильнее и неестественно изогнул тело. Можно было только догадываться, какая боль пронзала его всего. Казалось, ещё чуть-чуть, и жизнь навсегда покинет добродушного толстяка. Гарри судорожно открыл рот и, словно рыба, и начал быстро хватать воздух. Правда, с каждым вдохом он это делал всё реже и реже, пока, наконец, полностью не перестал дышать.
Но закончить смертельный ритуал Пересмешнику не удалось. Внезапно за его спиной выросла из ниоткуда фигура Хальблута с мертвенно-бледным каменным лицом и, точно такими же, стеклянными не моргающими глазами. Два огромных полупрозрачных крыла за его спиной бесшумно раскрылись и заполнили собой практически все свободное пространство бара. Не дожидаясь, пока Пересмешник обернётся, парень резко взмахнул крыльями и наотмашь ударил его прямо по рукам.
Пересмешник от боли затряс перебитыми конечностями и быстро попытался отпрыгнуть в сторону — подальше от опасности, с которой ему ещё не доводилось иметь дела. Он вытянул переломанную руку в сторону Хальблута, словно щит, и что-то прошипел, в надежде защититься.
Но парень нанёс ещё один мощный удар крылом, и обидчик Гарри тотчас рухнул на пол, как подкошенный, закатив глаза под лоб.
— Интересно, почему ты это не смог повторить, если так искусно умеешь подделывать чужие навыки! Или не всё тебе подвластно? — Хальблут, все ещё с опаской поглядывая на Пересмешника, словно пушинку, поднял с пола Гарри и, расталкивая по бокам крыльями столы и стулья, перенёс его в сторону — подальше от опасного незнакомца.
Глава 8
— Гарри, Гарри! Ты живой? — Хальблут приподнял голову друга и налил в рот немного пива.
Как только янтарный напиток проник в горло, парень открыл глаза и, слегка кашлянув, сам сделал из бокала глубокий глоток, облизывая при этом сухие губы.
— Чуть душу из меня не вытянул! Вот па…
В ту же секунду Гарри замолчал и сжал растрескавшиеся губы посильнее, чтобы больше ничего не смогло с них сорваться. Парень, хоть и побывал одной ногой на том свете, но решил, что это не такой уж и весомый аргумент для самого страшного ругательства, которое он только знал. Все эти годы работы в баре Гарри сам, на добровольных началах, следил за чистотой речи посетителей, и ему вдруг стало за себя очень стыдно: он чуть не нарушил данный ещё в детстве самому себе обет блюсти не только свою честь, но и речь. И, если с чревоугодием, на которое Гарри давно махнул рукой, он практически проиграл бой, то в остальных аспектах повседневной жизни всё ещё был на высоте.
— Вот ты скажи, — наконец Гарри выдавил из себя пару слов и, слегка приподнявшись, присел у стены. — Пересмешника наняли, кто бы мог подумать! Слушай, а как ты его одолел? Я, кажется, пропустил много интересного? С ним, вроде, ещё никто не мог совладать, а тут такое… Мне даже на миг показалось, что я его однажды где-то встречал…
Пересмешник лежал в неестественной позе с раскинутыми в стороны руками неподвижно и с удивлением смотрел на друзей, до сих пор не понимая, как такое с ним могло произойти.
— Да ударил разок чем-то… Чем попало, — Хальблут посмотрел на свою руку с кастетом, потом на Пересмешника.
— Чем попало — не получится. Нужно что-то посерьёзнее твоей железки. Это же Пересмешник! Он повторит один в один не только голос, но и твоё умение. Видал! — Гарри ткнул указательным пальцем на правую руку Пересмешника, на которой был надет точно такой же кастет, что и у Хальблута. — Это демон-подражатель, правда, в человеческом теле. Он, как я вижу, всё-таки уязвим.
Гарри поднялся и выглянул за дверь, после чего сразу её прикрыл.
— Сколько же их там ещё? Стоят и ждут чего-то…
— Они ждут Пересмешника. Никто не знает, что он у нас на полу валяется. Пора им показать, что ждет всех остальных, если они не уберутся прочь, — Хальблут взял демона за одну ногу и, провожаемый изумленным взглядом Гарри, потянул по полу на улицу.
Как только обмякшее тело Пересмешника оказался в поле зрения молодчиков, послышались вопли изумления, и вся толпа сделала несколько шагов назад. Они даже не попытались атаковать Хальблута, воспользовавшись своим численным преимуществом. Никто из них не понимал, как можно победить того, кто смог одолеть самого никогда и никем непобедимого воина из преисподней.
Глава 9
Гарри только сейчас заметил, что на спине у Хальблута появилось нечто невероятное: на ней были два огромных полупрозрачных, сложенных вместе крыла, слегка касающихся своими кончиками земли. И хотя Хальблут вел себя точно так же, как и раньше, не замечая своей ноши за спиной, но что-то в его движениях и на лице явно поменялось. Взгляд — он стал совсем другим, и, если раньше на нём всегда читался некий азарт, то сейчас он выражал абсолютное спокойствие и полную уверенность в своих силах.
Кстати, о силе. Гарри и раньше знал, что Хальблут обладает невероятными способностями, но сейчас он увидел такое, что заставило его полностью усомниться в одной вещи: а человек ли вообще Хальблут? Он так легко вытянул из бара Пересмешника, словно тот был тряпичной куклой и, не прилагая видимых усилий, и бросил под ноги стоящим в темноте вышибалам, будто мешок, набитый соломой.
Гарри, немного хромая на правую ногу, вышел вслед за Хальблутом и встал сбоку от него, всё ещё продолжая рассматривать крылья своего друга. А Хальблут тем временем вглядывался в темноту и пытался увидеть самого главного. Командира, так сказать, так как знал, что у нападавших мозг совершенно не способен откликаться на быстро меняющееся течение боя и адекватно реагировать на это. Крепкие кулаки — да. Мозг — нет.
— Уходим! — раздался хриплый голос позади всех. — Эти двое снаружи. Остальное — не наша работа.
Из темноты к Пересмешнику приблизились руки и потянули к себе, аккуратно придерживая болтающуюся из стороны в сторону голову непобедимого до сегодняшнего дня демона. Как только Пересмешник оказался в руках у своих, толпа моментально растворилась в темноте, а Гарри и Хальблут так и остались стоять вдвоём перед баром, изредка переглядываясь друг с другом и пожимая в недоумении плечами.
— А что это он там говорил, когда мы с тобой сюда вышли? — Гарри почесал затылок.
— Не знаю, — едва успел ответить Хальблут, как вдруг входная дверь резко закрылась перед его носом, словно кто-то невидимый стукнул по ней ногой, а ещё через минуту за дверью раздался чудовищный взрыв.
Бар в мгновение ока разлетелся на сотни тысяч кусков, и Гарри откинуло взрывной волной на несколько метров. Но это было ещё не всё. Крылья Хальблута словно чувствовали, что сейчас что-то должно произойти нехорошее и за секунду до взрыва прижали к себе пытавшегося вырваться и открывшего от удивления рот Гарри. Они плотно обернули двух друзей, как паук свою добычу, нитью, из-под которой, словно в замедленной съемке, Гарри и Хальблут увидели, как их бар, где они столько лет проработали вместе, сравнялся землей, и от него практически ничего не осталось.
Часть третья
Глава 1
1666 год. Замок барона Готфрида.
После дневного заседания суда инквизиции два стражника не спеша вели в подвал закованного в цепи и слегка побитого для устрашения «колдуна», приговорённого к сожжению на костре за свои способности наводить мор на скотину крестьян из близлежащих деревень. Но улыбка на лице обречённого на смерть говорила о том, что он вообще не был опечален таким поворотом событий, а, скорее, наоборот. Колдун даже умудрялся насвистывать пастушью песенку, но выбитые передние зубы и слегка разрезанный кончик языка не слушались этого странного исполнителя, и свист периодически срывался на шипение, чем смешил двух конвоиров и заставлял их приседать на корточки. От смеха те иногда не то, что не могли идти, но и просто — пошевелиться.
— Хватит, Гарсон! Уморил! — один из стражников одной рукой вытер обильно льющиеся от смеха слёзы и сопли, а второй ткнул мечом Гарсону в бок. — Ты что, хочешь нас своим свистом загнать в могилу? Но, думаю у тебя вряд ли это получится! А вот посмотреть, как ты завтра превратишься в груду пепла, это мы с удовольствием. Правда, Франк?
Стражник по имени Франк ещё приходил в себя после очередного приступа смеха и в ответ на вопрос напарника суматошно закивал головой, издавая похожие на конское ржание звуки.
— Ну, вот и пришли! Франк, открывай решетку! Хватит скалиться!
Стражник подошёл к крепостной стене, в самом низу которой была вмонтирована стальная решетка, служившая и окном в подвал и дверью заодно, и снял с неё огромный замок.
— Признайся хоть нам напоследок. Ты воду отравил в реке? Почему коровы сдохли, а?
Колдун изменился в лице и злобно прищурил глаза. Смех стражников моментально прекратился, и те, выставив от испуга перед собой мечи, сделали несколько шагов назад.
— Но, но, но! Только попробуй против нас использовать свои штучки! Проткнём, как барашка! Пикнуть не успеешь!
Пленник было открыл рот, намереваясь что-то произнести, но, поразмыслив несколько секунд, устало махнул рукой. Затем Гарсон смиренно подошёл к решётке и прыгнул в каменную яму, мягко приземлившись в ней на тюк с соломой, которая, хоть и недолго, но служила пленникам этого подвала и кроватью, и постелью. И, конечно, домом для крыс.
— Завтра вы все увидите, на что способна наука! Вы все пожалеете, что со мной связались! — раздался голос из подвала, но наверху его уже никто не слушал.
Глава 2
Гарсон неподвижно стоял спиной к стене до тех пор, пока его зрение полностью не адаптировалось к темноте. После яркого солнечного дня тёмный подвал моментально ослепил нового гостя и, если бы не вытянутые вперёд руки, то парень, сделав только пару шагов, тут же крепко приложился головой об острые каменные колонны.
— Они думали, что на этом всё закончится. Вынесли приговор, даже не выслушав меня. Ну, я вам ещё покажу.
Гарсон присел на корточки и глубоко вставил в рот указательный палец. Его тело несколько раз содрогнулось в конвульсиях и на пол изо рта выпал небольшой металлический предмет.
— А вот он, мой талисман, мой ключ! — Гарсон поднял с грязного пола железку и вставил в замочную скважину на кандалах.
Раздался щелчок, и цепь, слегка качаясь, повисла на правой руке. Через мгновение раздался ещё один щелчок, и кандалы упали Гарсону под ноги.
— Я не для того провёл слишком много времени в монастыре с тайным писанием, чтобы меня вот так просто можно было убить. Если люди не понимают силу знаний, то я своим примером покажу, кто главный на этой земле: их бог — или мой!
Парень присел на каменный пол и принялся железной отмычкой очерчивать вокруг себя круг, тщательно выводя по его краям иероглифы, похожие на неизвестных животных. Железяка противно проскрипела после начертания последнего знака, а Гарсон, довольный, что он ничего не упустил из вида, закрыл глаза и пробормотал несколько фраз, которые, по его мнению, должны будут помочь ему выбраться из заточения.
Прошло достаточно много времени, но ничего происходило. Только лишь писк крыс периодически нарушал гробовую тишину в подвале, а сам парень, от досады громко ударив себя по лбу, вновь прочитал заклинание. Только на этот раз уже громко — и вслух. Расцарапав ладонь куском железки, он щедро полил кровью все нарисованные символы.
— Всё никак не успокоишься? — в дальнем тёмном углу пропищал детский голосок. — Алхимия и служение Тёмному Господину — не одно и то же. Когда ты, наконец, это поймёшь?
Гарсон от неожиданности дёрнулся и выронил из рук отмычку, но, быстро совладав со своим волнением, подобрал железку и медленно встал на ноги.
— Верю только в силу науки! Никто и ничто не сможет меня в этом переубедить! А ты кто такой вообще, что смеешь меня учить?
— Я? Я — это твои тайные желания. Я — это твой смысл жизни. Я твой внутренний голос, который звучит из моих уст.
— Если ты такой всезнающий, тогда скажи, чего я так страстно желаю? И тогда, может быть, я тебя послушаю!
Детский голос замолчал, словно тот, кто находился в темноте, в уме перебирал все желания в мире, чтобы выбрать и произнести только одно, самое важное.
— Бессмертие, — прошипел голос.
У Гарсона подкосились ноги, и он, услышав ответ, упал прямо в центр начерченного им же самим круга, который при этом начал слегка светиться зеленым и издавать странные поскрипывания.
Глава 3
— Откуда ты узнал? Кто тебе сказал, что я ищу способ стать бессмертным? Никто об этом не знает, ни одна живая душа! — прошипел Гарсон, всё ещё пытаясь совладать с собой. Однако его поведение говорило об обратном: слова, произнесённые из темноты, полностью вывели мужчину из состояния душевного равновесия.
До этого момента спокойный и расчетливый, он внезапно забился в истерике, и с его губ начали слетать слова проклятий в адрес всех, кого он только мог вспомнить.
— Кругом одни предатели! Никому нельзя верить! Никому! Стоило мне создать философский камень, как меня тут же схватили. Но я покажу вам! Я покажу, чего вы все стоите. Вы — грязь под моими ногтями, вы — сажа на…
— Успокойся! — детский голосок прервал надвигающееся умопомешательство алхимика. — Я не для того с тобой здесь веду беседу, чтобы ты совсем спятил.
Гарсон замолчал, перестал дёргаться, и к нему снова вернулось самообладание. Мужчина хитро приподнял правую бровь, и из-под лба вопросительно посмотрел в темный угол:
— Чем могу быть полезен?
— А что, если я предложу тебе бессмертие в обмен на одну услугу?
— Бессмертие? Ты? Мне? Я сам его смогу скоро предлагать всем желающим за большие деньги!
— Это да, сможешь… Сможешь, если только ты будешь знать нужное заклинание. Твой философский камень бесполезен без заклинания, как бесполезны материалы без знания о том, как их применить. Кто из людей мог предположить, что руда, найденная в пещере, под воздействием огня может стать железом? А железо — мечом? Без знаний это был один из миллиона камней, а со знанием он превратился в грозную силу.
— Постой, постой! О чём ты? Я знаю заклинание!
Гарсон достал из кармана небольшой камешек, ничем не отличающийся от других таких же камней, и одной рукой ловко подбросил его перед собой, а другой, точно так же, не глядя на него, ловко поймал. Из угла раздался детский смех, а обескураженный Гарсон вновь задёргался. На его лице непроизвольно начали сжиматься мышцы, а зрачки у глаз разъехались в разные стороны.
— Ладно-ладно, — голос из темноты перестал смеяться и, поменяв свой тембр с детского на старческий, произнёс: «Скажи его!».
Гарсон ударил себя по щеке и через какое-то время вновь пришёл в себя, закатывая при этом рукава.
— Смотри, я вскрою себе вену, и кровь сама остановится! Я произнес заклинание, как только камень оказался у меня в руках! И я докажу тебе, что я уже бессмертный!
Гарсон со всей силы воткнул кусок своей железяки в вену на шее и радостно посмотрел в темный угол. Кровь тут же фонтаном брызнула на пол и совсем не собиралась останавливаться. Мужчина через несколько секунд запаниковал и, зажимая рукой рану, умоляюще залепетал.
— Проси, что хочешь, только спаси меня! Я не должен умереть! Я…
Голос из темноты грозно произнёс:
— Повторяй в точности, что я скажу! Слово в слово! Река времени потечёт вспять…
— Река времени потечёт вспять…
— Отныне и до конца времён.
— Отныне и до конца времён…
— И её воды не коснутся меня!
— — И её воды не коснутся меня, — прошептал еле слышно Гарсон и упал замертво. Кровь продолжала вытекать из раны на шее, а из раскрытой руки на пол покатился ничем не примечательный камешек, который при использовании правильного заклинания мог подарить своему обладателю вечную жизнь в теле человека. Правда, при этом стоит добавить — не всегда в своем.
Глава 4
В соломе у стены что-то начало копошиться, и на свет показалась огромная рука. Она, как голова змеи, слегка покрутилась, словно смотрела в разные стороны, и, убрав лишнюю солому, вытащила на свет божий такую же огромную голову.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.