- -
- 100%
- +
– Закуришь? – спросил Николай.
– С удовольствием – прокряхтел я, вставая – Спасибо, что приехали.
– Раз платят – чего ж не приехать? – хмыкнул мужик, протягивая мне сигарету, а затем огонек зажигалки – Ну поздравляю. Рад?
– Рад – признался я, делая нервную глубокую затяжку и одновременно морщась от лезущего в глаза едкого дыма – А чего куча не горит?
– А ты сначала сухие хорошие дрова распалил, а потом уже сырое подбрасывать начал?
– Хм…
– А бензопилу зачем в березу воткнул?
– Да я пил вроде нормально – три до этого спокойно повалил. А тут эта вдруг как затрещала, наклонилась и… пилу зажало.
– А со лбом что?
– Вон то дерево напоследок хлестнуло пока падало.
– Молодец – подытожил тракторист – Начало бодрое. Скажи мне, мил человек… а раньше ты этим занимался?
Приподняв голову от упоительно вкусной банки пива, я обвел взглядом не слишком радостную и в буквальном смысле слова дымящуюся панораму, после чего спросил:
– А чем именно?
– Да всем вот этим.
– Ну… на корпоративных субботниках вычесывал газоны граблями.
– Вычесывал газоны граблями – повторил Николай – Ладно… тогда зайдем с другой стороны. Землю ты хорошую купил. А чего ты тут собрался городить?
– Для начала?
– Ну пусть для начала.
– Хм… Надо расчистить участок для машины, потом пойти вбок вон туда – я указал влево зажатой в руке банкой – Там тоже все расчистить, убрать пни и построить там сарай. Такой, чтобы прямо вместительный, потому что на первое время и сам в нем хочу пожить – пока дом строится.
– Дом?
– Ну да. Но где он встанет пока не решил и спешить не хочу – воодушевившись подкреплением в виде подоспевшего тракториста, а заодно приподняв настроение с помощью пива, я продолжил – Но тут у въезда, где я начал расчистку, потом должен встать гараж на две большие машины. Одной будет Форд, а другую, основную, еще не выбрал. Гараж желательно двухэтажный и…
– Двухэтажный? – перебил меня Николай и снова потянулся за сигаретной пачкой.
– Ну да. Но на втором этаже уже не гараж, конечно, а жилое помещение – тоже на первое время, пока дом не построился.
– То есть сначала ты хочешь поднять сарай и гараж?
– Да.
– Потом уже дом?
– Да.
– Хм…
– А что не так?
– Да все не так, парень. Вот гараж на въезде ты поставишь. А как потом будешь на участок стройматериал завозить? Ну ладно его через гараж протащишь. А бетономешалку если надо загнать к примеру – она как подъедет?
– Эм-м-м…
– Но как не крути, а начинать надо не с этого.
– А с чего?
– Да с того, что расчищать твой участок от леса надо от и до. Но сначала вызвать межевальщика и пусть вбивает свои колышки. Есть у меня знакомый. Пьющий, но быстрый. Завтра подъедет.
– Рубить березы подчистую?
– Подчистую! – отрезал Николай и повел перед собой рукой – Тут все молодняк кривой и накрененный к солнцу. Все они рано или поздно упадут. Может на землю, а может тебе на голову. И лучше от них избавиться сейчас, пока стволы тонкие, чем лет через десять, когда уже постройки стоять будут как твои, так и соседские. Опять же участок надо будет от пней освобождать, а потом и от корней, следом перепахивать – и как ты это сделаешь, если трактору развернуться негде будет?
– Ну…
– А как все здесь расчистим, то надо будет главную постройку ставить.
– Это какую же?
– Сортир! Ты гадить куда ходить собрался?
– Хм-м…
– Все под елки? Сел да тужься? Колени выше ушей, жопу то ли трава, то ли ежи щекочут…
– Я понял. Сортир дачный. Под него же яму копать надо?
– На два кольца – кивнул Николай – А чтобы зря копальщиков туда-сюда не возить, пусть сразу колодец начинают рыть там, где их прутики водную жилу покажут. Но только подальше от сортира – сам понимаешь. И вот как эти две основные постройки у тебя появятся, между делом выбери где у тебя дома точно не будет, что-нибудь с краю, да ставь туда бытовку.
– Кого ставить?
– Бытовку – терпеливо повторил Николай – Прямо хорошую длинную бытовку, но не как камни или пни, как некоторые не слишком умные ставят и даже не на блоки бетонные, а на сваи. Раз жить собрался, то бытовку выбирай с душевым отсеком с краю. Тэн потом повесишь – звякну знакому электрику, он тебе всю проводку раскидает как надо, когда бытовку установят. Мужик дельный, кстати, но торговаться не любит, ты учти – сколько заявит, столько и плати, а лишнего он просить не станет.
– Понял.
– Возражения есть?
– А сарай?
– Для чего?
– Инструменты там…
– В бытовке! – отрезал Николай – Если по уму устроишься, то там места для всего хватит. Жилое помещение отсечешь перегородкой, за ней кухонка, отдельно обустроишь кладовку под инструмент и прочее, а сбоку душ. Ну а как у тебя на участке появятся бытовка, сортир и колодец с погружным насосом и трубой до душа и раковины, начинай думать о заборе и воротах. А вот опосля этого, глядя на ровное поле, размышляй о доме и гараже. Есть возражения?
– Прямо вот нету – признался я, глядя на опытнейшего мужика – А хоть пару берез оставить можно?
– Можно – милостиво разрешил Николай и, пыхнув дымом, добавил – Но только тех что покрасивше и по углам. Так что? Если согласен, то с утра я тебе пильщиков сюда пригоню, а затем и сам на тракторе приеду пни корчевать. Но сначала надо о цене сладиться.
– Давайте договариваться! – твердо заявил я, вставая и сминая в кулаке банку – И мне бы еще бензопилу из березы выдернуть…
**
Укутавшись в плед, я не спал до трех часов ночи и как выяснилось, сделал большую глупость. Интернет не ловил, поэтому я просто читал один из многочисленных детективов в любимой читалке – куда было загружено немало потенциально интересных книг, как всегда отложенных на потом. Ведь куда соблазнительней посмотреть начало нового сериала или пересмотреть пару сезонов старого. Но сеть здесь не ловила, поэтому я открыл книгу про крутого и максимально жесткого частного детектива и… провалился в чтение и читал пока меня не сморил сон. Но кто же мог знать, что у здешних утро может начаться в семь утра – вернее не утро, а уже рабочий день, раз незадолго до семи утра в боковое окно внедорожника громко и долго застучали, без малейшей деликатности требуя меня проснуться и высунуться наружу. Вздрогнув, я подпрыгнул на разложенных сиденьях, выпутался из пледа и ошеломленно уставился в окно, за которым переминалось двое мрачноватых мужчин во всем каких-то средних – щетина, прически, одежда и даже рост и свисающие с плеч сумки с торчащими из них горлышками пластиковых бутылок. Еще ничего не поняв, я приоткрыл дверь, поежился от ворвавшегося внутрь холода и вопросительно взглянул на того, кто разбудил меня своим стуком.
– Андрей – представился он, затем кивнул на второго – Антон. Мы вальщики. От Николая. Платить ему. Нам не надо.
– А-ага… – ответил я – Понял.
Ответил я так односложно, потому что боролся с сокрушительной по силе зевоте. Сонливость быстро уходила на холодке, голова тоже свежела, но продолжить разговор мне не дали – представившиеся мужики уложили на мокрую траву принесенные с собой бензопилы и топоры, сгрузили туда же остро пахнущие бензином сумки с бутылками и задумчиво побрели по моему участку, вертя головами и обсуждая что-то не слишком понятное. Мне пришлось напрячь уши и сонные мозги, чтобы расслышать и понять, что речь идет о том «куда валить, где палить, где складывать и где границы». Впихнув ноги в кроссовки, я уже было побрел за ними, но понял, что во мне они не нуждаются абсолютно. Так что я просто вернулся к машине, с щелчком откупорил банку последнего энергетика и сделал большой вкусный глоток, после чего заторопился к ближайшему дереву, чтобы опорожнить мочевой пузырь.
Вот и новое деревенское утро в моей жизни…
Интернет благословенного уровня LTE я «раздобыл» на уже знакомом перекрестке, где запарковался на облюбованном месте у магазинов. Сбегав за кофе и припасами, я с помощью пшеничной чиабатты, солидного куска сливочного масла, пары щепоток соли и пластикового ножа соорудил себе гигантский бутерброд и принялся завтракать, ожесточенно расчесывая места укусов пожравших меня насекомых и зудящие царапины от колючих растений, одновременно просматривая подборку информационных каналов в Телеграм. Люблю я кормить желудок и мозги всякой тяжелой пищей…
Наевшись, сходил еще за одной порцией кофе, залез в поисковик, вбил запрос и без малейших затруднений отыскал кучу контактов нужных мне специалистов. Изучив их резюме, выбрал ближайшего – перед этим сверился с картой – и набрал номер. Через четверть часа мы договорились, что он постарается приехать сегодня до пяти вечера, чтобы вернуть меня в лоно цивилизации с помощью устойчивого интернета. Все для этого необходимое он привезет с собой, а стоимость составит двадцать семь тысяч рублей – были варианты подешевле, но я выбрал что-то среднее. Под конец Вениамин, как звали мастера, поинтересовался точно ли у меня на участке есть электричество. Хлопнув себя по лбу, я сдавленно заверил, что все в порядке – а нифига не в порядке, щитка у меня ведь нет и этот момент я прохлопал. И едва закончив первый разговор, я набрал второй номер, задал пару вопросов и меня перебросили на поселкового электрика, который мгновенно меня ошарашил вестью, что у него сегодня выходной и вообще электрощитки надо заказывать заранее, привозят в течении недели, а потом он уже их вешает на столб и подрубает.
То есть сегодня никак нельзя?
Ответ был отрицательным. Сегодня никак. Не слишком хорошо говорящий по-русски мужичок уже закруглял беседу, но я успел задать тот самый звучный вопрос «А может как-нибудь все же можно решить так, чтобы прямо сегодня и срочно?». На том конце недолго помолчали, потом снова заговорили уже совсем другим деловитым тоном…
Через десять минут я уже выруливал на дорогу, ведя внедорожник обратно к строительному магазину в раздел электротоваров. Лицо еще, казалось, горело от ледяного умывания из наспех приколоченного к обреченному дереву умывальника, кофеин будоражил кровь, а желудок согревал гигантский бутерброд. Настроение было просто отличнейшим. Глаза были заняты дорогой, а голова уже обдумывала планы на сегодняшний день – а их было немало: посмотреть как чистят мой участок, замотивировать добрым словом и деньгами электромонтера, чтобы качественно и быстро повесил мне щиток, потом установка всего нужного для интернета… Еще надо не забыть рассчитать с трактористом Николаем – или местным боссом, тут уж хрен поймешь, но мужик он явной ушлый и своего не упустит. Ну и присмотреться бы к тем домиками в огромном дворе строительного магазина – видел я там и садовые туалеты, и готовые бани и вроде как те самые столь нужные мне бытовки.
Ну а ближе к ночи мне на заправку, а затем в город – только что пришло сообщение, что кто-то хочет посмотреть мою квартиру на предмет покупки, плюс что-то внутри меня звучно требует срочно загнать внедорожник к сведущему в старых Фордах автомеханику – пусть старичка осмотрят как следует и обслужат по полной программе. А то тревожит меня его изредка возникающее нежелание заводиться…
Глава 4
Глава четвертая.
Следующие два дня пролетели со скоростью света – по сути я их даже не заметил, равно как и какой-либо усталости. Может и правы те, кто утверждает, что не ведает усталости тот, кто дела делает в охотку, делает их для себя, а не «для дяди» и имеет жесткие временные рамки – а время меня поджимало и сильно. Поэтому я крутился как белка в пылающем колесе.
Я распродал остатки имущества из квартиры, выручив сорок тысяч с копейками. Последние вещи, явно никому не нужные по причине своей ветхости, вытащил на улицу и аккуратно разместил неподалеку от помойки – балконный столик, советская тумбочка без дверки, свернутый старый матрас и сломанная раскладушка, велосипедная рама и одно колесо, чуток поржавелая гладильная доска и другие не представляющие ценности предметы. Когда я вынес на улицу пару пакетов с мягкой рухлядью советских времен, собранную с антресолей, где я к своему удивлению еще откопал советский сифон для газирования воды и коробку с заправочными железными баллончиками, меня встретили двое старательно улыбающихся мужичка так сильно воняющих перегаром, что их выхлоп чувствовался за метров пять. Один из них для чего-то поклонился – как самураи в японских фильмах и протянул руки к пакетам. Я отдал, а второй, подойдя чуть ближе, тихо и хрипло спросил, скребя желтыми ногтями седую щетину на правой щеке:
– Есть еще что тебе ненужное, а нам нужное? Мы сами вынесем тихонько – ты только подъезд открой и дверь укажи.
Взвесив все за и против, оценив их «стать молодецкую» я кивнул и через двадцать минут из прихожей исчезли все составленные там коробки и пакеты, пропали и банки с домашними многолетними закрутками, а принявший от меня тысячу рублей безмолвный пьянчуга, продолжая отвешивать поклоны, попятился через порог и исчез, оставив после запах чего-то спиртового и вроде как можжевелового. С этими шустрыми алкашами я чуть не допустил ошибку – они уже тянули руки к «святым» для меня коробкам, стоящим у двери, но я вовремя их остановил, а позднее отнес эту ношу в машину и бережно разместил в салоне припаркованного у подъезда внедорожника. В коробках лежали семейные фотоальбомы; ставшие ненужными документы; любимые мной книги; мамины простенькие украшения; несколько икон; какие-то сувениры, привезенные нам с морей; пара моих детских поделок и все то прочее, что и превращало любую семью именно что в семью, а не просто в сухую и пресную «ячейку общества». Причем немалая часть всего этого была давно мной перегнана в цифру, но с оригиналами я расставаться не собирался.
Еще я провел три «рум-тура» или хрен пойми, как они называются – то есть встретил заявившихся потенциальных покупателей, хвостиком бегающих за девушкой риэлтором. И никому из них я не понравился своей неуступчивостью, так как не повелся на их сетования по поводу старых ремонта, сантехники, кухонного гарнитура, входной двери и обшарпанности подъезда, равно как и не согласился уменьшить цену на пару миллионов рублей. От этой нездоровой наглости я даже немного ошалел – был готов, что попросят уступить там тысяч пятьсот, но чтобы сразу пару миллионов… А последний покупатель, чуть картавый мужик лет за пятьдесят, постоянно вертящий на пальце ключи от БМВ, в слишком тесной для него кожаной куртке, на не совсем чистом русском предложил мне сбросить три ляма и он сразу же рассчитается наличными. Я улыбнулся и отказался. Не слишком довольная моим поведением риэлтор поджала губки и, цокая каблучками, удалилась. Я выждал, когда она выйдет в подъезд и, удивляясь собственной наглости, позвал ее обратно, после чего тихо и вежливо, но твердо напомнил ей те условия, на которых согласился ей доверить мою квартиру – никаких скидок. И пусть следующие покупатели это знают. Выслушав меня, она постояла неподвижно несколько секунд, наконец ожив, убрала упавшую на лицо черную прядь, медленно кивнула и ушла.
Но все эти дела заняли не так уж много времени. А вот с внедорожником повозиться пришлось! В большинстве мест, куда я звонил и справлялся насчет диагностики и ремонта выявленных проблем в старом Форде Экспедишн хмыкали в трубку и завершали разговор, а остальные назначали такой ценник, словно я собирался у них музейный раритет ремонтировать. И только с не знаю уже какой по счету попытки я дозвонился до человека в Кашире – городке Московской области, считай на самой ее южной границе и совсем недалеко от купленного мной участка. Задумчиво хрипловатый голос уточнил у меня модель и год выпуска, задал еще с десяток вопросов, после чего предложил подъехать к нему и тут на месте он все осмотрит и послушает. В прошлом такие машины чинил, но Форды к нему уже давно не заезжают – сейчас все больше китайцы. Данный им адрес меня не слишком сильно впечатлил – какой-то еще советских времен гаражный массив. Но я поехал. Не знаю, что меня подкупило в голосе собеседника, но я запер квартиру, уселся за руль и, петляя по заставленным машинам дворам, молясь, чтобы никого не зацепить, выдвинулся в новое путешествие.
До Каширы добрался без проблем, а вот там пришлось чуток попетлять, но я все же добрался и остановился в гаражном тупике, куда выходили распахнутые двери сразу четырех гаражей. В каждом из боксов стояло по машине, в сторонке у стены притерся распотрошенный кроссовер, а из сумрака ближайшего гаража появилась массивная фигура в желтом комбинезоне и, вытирая пальцы тряпкой, зашагала ко мне. Моросил противный дождик, но я без колебаний выбрался из салона и пожал протянутую ладонь. Окинув взглядом мой машину, бородач в желтом комбинезоне, вкусно пахнущий водкой и копченой колбасой, поинтересовался:
– Так на что жалуешься?
Мне потребовалось минут двадцать, чтобы перечислить все замеченные недуги стального гиганта. Меня внимательно слушали, иногда бормоча себе под нос слова вроде «стартер», «коробка», «реле» и прочие, а когда я закончил, был вынесен безапелляционный вердикт:
– Бросай машину здесь, а ключи мне оставляй. Ближе к вечеру займусь, но сколько займет сейчас сказать не возьмусь.
– А я?
– Ну здесь же тебе ждать, верно? – хмыкнул бородач в желтом комбинезоне, в то время как за его спиной пара парней, чем-то смутно на него похожих, деловито шагали к кроссоверу – Бери такси и езжай. А я как осмотрю, то позвоню и все обскажу – и цену в какую тебе встанет ремонт.
– А ремонт все же нужен?
– Посмотрим. Сказал же – позвоню, обскажу. Ну что? Оставляешь или уезжаешь? Ты решай прямо щас – а то следом за тобой хозяйка одного Кашкая звонила и ко мне на постой набивалась. У меня редко свободные стойла бывают.
– Оставляю – решил я, не собираясь отдавать свою удачу какому-то Кашкаю – Задаток нужен?
– Не нужен – отрезал бородач и протянул ладонь, на которую я уронил ключи от машины.
– У меня там пара коробок с ценными для меня вещами – семейные фото, всякие мелочи. Я бы оставил и…
– Забирай из машины все! – отрезал механик – Выгребай все до последней монетки из подстаканника. А то были случаи…
– Так… – выудив из кармана смартфон, я открыл приложение по вызову такси, одновременно прикидывая, как там вообще дела у меня на участке и что там сейчас должно происходить по плану, если эти планы сбываются – Понял. Тогда я прямо сюда такси вызову и перегружу. Не проблема?
– Не проблема – величественно кивнув, он накинул на голову покрытый масляными разводами капюшон, подбросил на ладони ключи и зашагал обратно к гаражу. Вскоре он растворился в его сумраке и оттуда гулко повторил – Я позвоню…
**
Поле.
Исполосованное колесами черное поле с торчащими из него толстенными обрывками корней, перекошенными и еще ровно сидящими пнями, с тремя большими кучами тлеющего пепла и натужно рычащим над одним из пней трактором – вот что представилось мои глазам, когда такси доставило меня к въезду на участок. Из всех многочисленных деревьев осталось все две высокие ровные березы, стоящие на разных сторонах моей земли. Вся остальная поросль была безжалостно снесена, ветки обрублены, бревна попилены на длинные отрезки и свалены штабелем у выглядящей перепуганной лесной стены – растущей уже не на моей земле. К слову сказать вплотную подъехать не получилось – на подъездной дороге стояла машина с манипулятором, который прямо сейчас медленно опускал покачивающуюся на тросах обшитую вагонкой и блестящую металлом бытовку.
Выгрузив коробки, я разместил их непонятно кем и когда притащенном паллете, прикрыл от дождя курткой и, ежась от холодных капель, мелкой рысцой направился к месту, где в прошлый раз оставлял под подаренным Николаем трактористом обрывком пленки некоторые вещи. Все было на месте и вскоре я сменил кое-как отстиранные от грязи кроссовки на резиновые сапоги и уже в них, оскальзываясь на жирной черной грязюке, почапал поближе к самому интересному – туда, где на торчащие из земли шесть металлических свай опускалась покачивающаяся бытовка. Остановившись рядом с Николаем – а кто тогда за штурвалом корчующего пень трактора? – я поручкался и продолжил наблюдать, заодно оценивая свое приобретение.
В том крупном строительном магазине я выбрал через их сайт из того, что имелось во дворе прямо сейчас. Мне предлагали куда больше вариантов, но там надо было ждать от трех дней до недели, а мне ждать не хотелось. Поэтому я выбрал дачную бытовку длиной в шесть метров, а шириной в два с небольшим, договорившись о ее доставке, а потом позвонив Николаю и попросив сразу подготовить неподалеку от будущих ворот место под установку домика. Мы обсудили с ним варианты установки – бухнуть в грязь, шлепнуть на кирпичи, опустить на бетонные блоки или же водрузить на металлические сваи – и я выбрал последний. И вот бытовка неспешно опускается, два давешних мужика лесоруба бесстрашно крутятся рядом, подталкивая постройку в нужную сторону. Наконец строение зависло над самой землей, со стуком опустилось на первые сваи и наконец улеглось на остальные. Тросы ослабли, и бытовка замерла. Прямо торжественный момент… переминаясь в жидкой грязи я смотрел на свое временное пристанище…
– Торопишься ты – недовольно проворчал Николай – Нагнетаешь тут…
Впрочем, в его ворчании не слышалось слишком уж большого осуждения – ведь я уже рассчитался с ним за все оказанные услуги и загрузил новыми на несколько дней вперед. Забор, ворота, туалет, колодец, разводка электричества, работы внутри бытовки – и это только часть достаточно срочных дел, каждое из которых я оплачивал лично Николаю, а как он расплачивался с исполнителями я уж не знаю.
– Тут приходили здешние строители – добавил тракторист, швыряя окурок в лужу – Жаловались, что мы их хлеб перебиваем.
– И что?
– Как пришли – так и ушли – сплюнув туда же, где с шипением утонул окурок, он подкурил следующую сигарету – Проблем нет.
– И хорошо – кивнул я, глядя, как забравшиеся на крышу бытовки рабочие снимают крюки с тросами – А внутрь уже можно?
– Можно – кивнул Николай – Если не жалко там все в грязи изгваздать.
Посмотрев на покрытые грязной жижей сапоги, я с недоумением спросил:
– А как тогда?
– Говорю же тебе – торопишься ты. Сначала лес валят, потом корчуют, перепахивают, чтобы корни выдернуть, потом выравнивают, боронят, засевают газонной травой и уже через месяц думают, что тут и где ставить и строить. Земля подсохнет, травой порастет, ходи себе в удовольствие.
Я пожал плечами:
– Время поджимает.
– Оно и видно.
– Мне бы коробки закинуть…
– Коробки закидывай. Ушки в двери уже есть, замок по твоей просьбе я купил навесной. Ну а нам тут еще работы на день-два – пни тяжело поддаются.
– С грязью можно что-нибудь поделать?
– Хе! С этой-то кашей, да еще и в дождь? Ну… можем заказать паллетов, набросать перед бытовкой, сверху порченными дешевыми досками прикрыть… ну или высыпать в грязь самосвал щебня, хотя это встанет в копейку.
– Начнем пока с паллетов – улыбнулся я – И досок.
– Торопишься ты – повторил Николай.
– Тороплюсь – снова признал я и удивленно рассмеялся – Вот сам не знаю почему – но прямо тороплюсь. Так я коробки закинув в бытовку и поеду обратно в город. Главное такси суметь сюда вызвать.
– А твоя машина где?
– Загнал на диагностику.
– В Москве?
– Нет тут рядом – в Кашире. В гаражах там один дядечка бородатый.
– В желтом комбинезоне?
– Ага. Знаете его?
– Он мужик толковый. Раньше в запоях постоянных был, но сейчас зашился. Дело свое знает и в деньгах не обманет. Сыновья у него тоже не безрукие. Не то что мои…
– А ваши?
– В Москву подались. Хотят в офисах сидеть и кнопки тыкать – буркнул Николай и на этот раз неодобрения в его голосе было куда больше – Учатся сейчас в университетах, а я их учебу оплачиваю уже какой год. Хрен бы и копейку дал! Но жена как комар над ухом…
– К-хм…
– Хотя старший все же меня радует. Как отсидел свое, так вроде за ум взялся – поднимает сейчас одну ферму полузаброшенную. Как у тебя закончу к нему поеду – хочет старый коровник развалить пока он сам не рухнул. Потом познакомлю вас. Вы похожи.
– Чем же?
– Торопливостью – проворчал Николай и, швырнув окурок в лужу, зашагал к манипулятору, где о чем-то спорили его рабочие и водитель – Пойду рявкну. А то по роже его вижу, что хочет больше денег. А хер ему!
**
На этот раз с вызовом такси с глушь не повезло – приложение промурыжило меня минут сорок, все обещая вызвать машину и радостно сообщая, что есть несколько машин рядом, но чуда не случилось и я остался без такси. Да и пофиг – вот честно пофиг. Дождик закончился, усилившийся ветер разогнал тучи, в носу буквально взрывались ароматы освеженной дождем природы, и я никак не мог надышаться, шагая по поросшей травой обочине поселковой дороги. За спиной рюкзак с девайсами, в связке ключей в кармане добавился еще один от бытовки, на уже невидимом отсюда участке продолжал рычать двигателем трактор, а к этому звуку добавилось тарахтение бензопилы – после разговора с пришедшим познакомиться соседом Михаилом выяснилось, что граница моей земли проходит чуть дальше и надо свалить еще с десяток высоких толстых берез. Мне было жалко березы, но мужики пояснили, что рано или поздно это делать придется и лучше озадачить тяжелую технику корчеванием пней сейчас, чем когда я посажу газон и клумбы, а по всему этому проедется колесами трактор, оставляя за собой глубокие борозды. После этих резонов возражений не осталось, и я едва успел дойти до конца подъездной дороги, как услышал за спиной стон падающего дерева. И никакой печали я не ощутил – да жалко красавицу березу, но мне почему-то было скорее радостно. Наверняка похожие ощущения испытывали мои далекие предки из крестьян, когда отвоевывали у леса очередной метр для будущего поля под пшеницу или гречиху…