Низвергнутый бог

– Ага, – кивнул я, уже с сожалением глядя на тонкую золотую материю своего нового белья.

Чего я обрадовался-то? Все равно все костюмы будут нами незамедлительно проданы при помощи неуемного торгаша Бома сразу же после мероприятия. Во всяком случае, мой костюм уж точно. Все по той же причине – боязни поисковых или иных заклинаний, вплетенных в ткань и украшения. Если мои компаньоны захотят оставить маскарадные облачения себе, то пусть держат их в личных комнатах. Правда, Кира законно возразила, что Неспящие не станут подставлять себя так легко – ведь проверить одежду можно у любого «местного» специалиста в одном из крупных городов Вальдиры, который мгновенно ответит, что именно содержит в себе столь пышный костюм. Одно дело, когда за тобой по пятам следует неимоверно прокаченный «тихушник» с реальным опытом подобных операций и совсем другое, когда в трусы банально вшивают магическое плетение. Но береженого бог бережет, … поэтому та же участь постигнет и именное приглашение с озорной Баронессой. Выкидывать его не буду, просто положу на полочку в личной комнате, и пусть лежит до лучших времен… еппа… полочки то нету…

Гисильду же я пригласил по наитию. Серый кролик. Пусть те, кто за мной приглядывают, теперь гадают, что это за девушка, и на кой черт я пригласил ее. Пусть проверяют на здоровье. Проверка много времени не займет, но все одно приятно – пусть побегают. На своем горьком опыте я уже убедился, насколько плотно меня пасут Неспящие. И посему надо юлить кормой. Сбить со следа вряд ли удастся, но хоть немного насолю им. Приятно ведь, когда живые игроки с пыхтением проверяют подноготную абсолютно рядовой «местной». Ведь вдруг она замешана в этом деле? Опять же, пусть Гисильда немного оттянется, отдохнет от работы в гостиницах.

Пока я прокручивал все это в голове, мое облачение закончилось. Меня мягко подвели к огромному зеркалу с золотой рамой. Оторопело я глядел на свое отражение. В зеркале отражался кто угодно, но только не Росгард. Столь великолепного костюма я никогда не носил ни в Вальдире, ни уж точно в «реале».

Роскошно, стильно.

Черный костюм с тонкой серебряной вышивкой, широкополая «пиратская» шляпа, на поясе перевязь с саблей, на ногах высокие замшевые сапоги, на глазах черная маска. Я снова стал Зорро – только на этот раз выглядевшим куда богаче. Что еще удивительней – я не чувствовал отторжения от сего костюма. Мне нравилось, как я выглядел. Никаких павлиньих цветов, никаких пышных шаровар или золоченых тапочек. Если добавить в качестве аксессуара подзорную трубу и убрать загадочную черную маску, то я вполне могу представить себя на мостике флагманского корабля, идущего под всеми парусами к затерянному материку. В общем, мой костюм выглядел как очень дорогая форма. На плечах имелся намек на погоны… хм…

– Классно выглядишь! – проинформировал меня знакомый голосок.

Повернувшись, я взглянул на Кирею и онемел. Елки…

Простое белоснежное платье с глубоким декольте, белая же вуаль на лице, перчатки из белого искрящегося материала и золотые туфельки. Кира выглядела как…

– Можно сразу под венец! – улыбнулась Беда. – Но вообще я богатая донна-пассажирка на захваченном пиратами судне!

Точно… Кира выглядела как невеста. Просто обворожительно. Я прямо в ступор впал. И не вышел бы из него, если бы не два тонких кинжала на поясе девушки и упоминание о донне…

Довольная произведенным эффектом, Беда придирчиво меня осмотрела и благосклонно кивнула:

– Тебе идет. Но я бы выбрала лучше!

– Верю, – поспешил я уверить ее. – Остальные что?

– Кэлен перебирает костюмы, остальные готовы… кроме Орбита.

– А он что?

– Пытается сделать выбор между малиновыми шароварами восточных мореходов и кожаной юбкой викингов с Ледяных Островов, – вздохнула Кира. – А сверху напялил белоснежный морской китель! В качестве маскировки – ярко-синий шарф на нижнюю часть лица! Ох…

– Во вкусе ему не откажешь, – согласился я. – Ну… пора на бал! Посмотрим на сильных мира сего… Кстати, а твои на бале присутствуют? Альбатросы?

– Не слышала о таком, – качнула головой Кира, поправляя вуаль, скрывающую не столько лицо, сколько персональные навыки игрока. – Но сомневаюсь. Да и ладно! А вот и остальные…

К нам один за другим подходили компаньоны по приключениям. Их не узнать…

Бом в облегающем коричневом кожаном костюме, богато украшенном золотом. Слишком богато украшенном. Прямо ювелирная витрина. На поясе абордажная сабля угрожающего вида. На голове нечто вроде круглой кожаной же шляпы с низко опущенным козырьком, скрывающим орочьи глаза.

Док обрядился под боцмана. Даже свисток на груди имелся. И усы откуда-то взялись… Они, похоже, и выполняли роль маскировки.

Орбит… Это нечто неземное. Настолько неземное и яркое, что я поспешно перевел взгляд дальше.

Кэлен превратилась в роковую пиратку. Крайне сексуальный облегающий костюм, высокие сапоги, обилие колец на пальцах и огромная шляпа с плюмажем и короткой черной вуалью.

Крей… Коротышка стал рядовым матросом, судя по простой одежде. Но крайне боевым. Абордажный топор, повязка на левом глазу и ярко красная бандана.

Гисильда подплыла к нам во всем величии небесно-голубого платья, непонятно как державшегося на ее пышной груди, ибо декольте было настолько глубоким, словно портной решил сэкономить на пошивочном материале. Серебряная диадема в уложенных волосах, шея украшена жемчугом. Маскировочную деталь я не увидел, скорей всего, это была диадема, потому как лицо Гисильды было подернуто легкой дымкой, не скрывающей красоту девушки, зато надежно укрывающей ее имя.

Все в сборе. Только сейчас я заметил, что над нашими головами вообще нет никакой информации. Абсолютно пусто. Как в реальном мире. И не потребовалось придумывать себе загадочных псевдонимов. Видимо, организаторы решили, что лучше всего знакомиться так же, как и в «реале» – представляясь самостоятельно. Уверен, на мероприятии многие будут по привычке смотреть поверх голов, выискивая упоминание игрового ника и сопутствующей информации.

С легкими вспышками в зале появлялись новые гости, но мы не видели их – сработала система безопасности. Все, что удалось узреть, так это только смутные бесполые силуэты. Все верно, анонимность превыше всего. Какой смысл напяливать маскирующую вуаль, если за твоим переодеванием наблюдают чужие любопытные глаза?

Наши восемь приглашений, видимо, изначально были объединены в некую группу, и только поэтому не сработала безопасность. Радует, что Неспящие относятся к этому столь серьезно. Впрочем, о чем это я? Они, кажется, ко всему относятся серьезно.

В последний раз оглядев всю веселую братию, я тяжко вздохнул, взглянул на скромно стоящую поодаль служащую, и мы двинулись к широким двустворчатым дверям, ведущим в неведанное.

– Прошу прощения за назойливость, – мелодично пропела служащая. – Не забывайте сохранять в тайне свои настоящие имена и титулы. Ни при каких обстоятельствах не открывайте их. И не снимайте предметы тайного покрова ни в коем случае.

– А если это сделает кто-нибудь другой? – задал я логичный вопрос.

– Невозможно. Мощная магия надежно защищает каждого гостя, гарантируя сохранение в неприкосновенности предметов его костюма. Никто не сможет расстегнуть и пуговицы без вашего на то дозволения.

– Спасибо. – поблагодарил я за исчерпывающее объяснение.

– От лица клана Неспящих я желаю всем приятно провести незабываемый вечер в гостеприимных стенах Барад-Гадура. – склонила голову девушка. – Добро пожаловать!

Створки плавно и бесшумно распахнулись, открывая нам путь.

Я невольно замер, едва только бросил взгляд вперед.

Я увидел зал.

Колонный зал настолько большой, что я попросту не мог различить его окончания. Внутри гигантского помещения бурлила разноцветная толпа игроков и «местных». Я физически бы не смог сосчитать количество присутствующих, но их было очень много. Над головами собравшихся высились струи многочисленных фонтанов, под невыразимо высоким потолком лениво плавали самые настоящие облака золотистого цвета, с них беспрестанно шел дождь из золотых цветочных лепестков. Порывы гуляющего теплого ветра гоняли лепестки по всему залу, причудливо и прихотливо изменяя их путь. Но ни один лепесток не опускался ниже уровня в два метра, бесследно тая, словно снежинка. Повсюду бесчисленные столы с яствами, места, где можно посидеть. Широкие боковые двери открывают выходы на террасу, откуда слышится веселая зажигательная музыка и видны тысячи разноцветных «светлячков», витающих над головами гостей и изредка перемигивающихся друг с другом.

Барад-Гадур умел встречать гостей с истинным радушием…

К нам подлетел служащий в черно-белом классическом костюме официанта и склонился в поклоне.

– Добро пожаловать! Желаете по бокалу выдержанного вина? Или искристого шампанского? Есть и светлый эль из тенистых эльфийских лесов! А для достопочтенных представителей гномов всегда найдется доброе темное пиво!

– Мне бы бокал антиохренина, – сипло ответил я, не в силах собраться с мыслями.

– О! Сто грамм водочки? – мгновенно сориентировался официант. – Прекрасный выбор! Сейчас организуем!

Это и правда оказалось «сейчас», то есть практически мгновенно. Официант повел рукой над пустым подносом и на нем появился запотевший бокал с бесцветной жидкостью. Через секунду бокал перекочевал в мою руку. Вот и мой «антиохренин». Будь я сейчас в «реале» – хряпнул бы не задумываясь. В Вальдире воздержался – кто знает, какими специфическими возможностями обладает сей цифровой напиток.

– Какой кла-а-асс, – протянула Кэлен, блуждающим взором восторженно оглядывая роскошные пенаты. – Рос! Спасибо! Никогда тебе это не забуду! Я полетела!

Задорный клич заставил пробудиться остальных моих компаньонов, и они тронулись с места, мгновенно исчезнув в толпе, словно камень, брошенный в воду. Теперь захочешь найти – не найдешь. Только если сообщениями. А двигались-то как – словно сомнамбулы. Или светлячки, которых неудержимо тянет на свет лампы.

Со мной осталась только Кира, успевшая обзавестись вычурным хрустальным бокалом с шампанским.

– Никогда на таких мероприятиях не был, – признался я вполголоса. – Не знаю, с чего и начать.

– Ни с чего, – отозвалась Беда. – Случайные гости здесь просто фланируют из стороны в сторону, пьют, едят, таращатся по сторонам, веселятся. Приглашенных специально рано или поздно подведут куда надо. Уж поверь, Рос, я знаю. С детства на таких вот вечеринках приходилось торчать.

– Трудное у тебя было детство, – вздохнул я. – Ну… пошли любоваться пошлой капиталистической роскошью?

– Хи… пошли, – кивнула девушка. – Кстати, а ты заметил, как мгновенно исчезла Гисильда? «Местная», а рвач не хуже реальных. Наверняка уже обворожительно улыбается и строит глазки какому-нибудь лорду. Строит будущее своим нехилым бюстом…

– Пусть строит, – хмыкнул я. – Все в наших грудя… э-э-э… руках. Кир, ты лучше меня разбираешься в этом позолоченном бардаке, тебе и руль в руки. Побудь поводырем – води меня, таскай за собой так, чтобы мы из толпы не выделялись, а я пока по сторонам поглядывать буду. Вдруг что интересное увижу.

– Ладушки. Тогда начнем с центра, – приняла трудное решение Беда.

– Это почему?

– Там всегда собираются самые яркие, шумные и бесполезные. Торопятся себя показать и других обосра… э-э… ну ты понял. Сильные мира сего таятся по темным углам. Так в обоих мирах, Рос. Поэтому именно там нам самое место – в самой середке.

– Себя показывать?

– Агась. Пошли! Разобьем весь хозяйский фарфор и вытрем пьяные рожи о шелковые шторы!

– Хорошая программа на вечер! – согласился я, прихватывая Киру под ручку. – Люблю все портить!

Предсказание Киры сбылось на все сто процентов. Избегая «темных углов», где и правда кучковались тихо говорящие личности всех рас и полов, мы фланировали от одного источника веселья к другому. Вслушивались в дурацкие шутки, любовались картинами и гобеленами, постоянно улыбались и, вообще, старались стать с этой великосветской тусовкой единым целым.

Уже через три часа я понял, что стать с этим сборищем «единым целым» мне не удастся. Меня буквально воротило от ухмыляющихся рож натужно, пыжащихся и старающихся показать всю свою важность. Куда не плюнь – везде пуп земли стоит. Ох, не мое это… я человек простой. Как в ад попал. Голова гудела от гомона и хохота, кулаки начинали чесаться от желания врезать очередному слюнявому вельможе в его жирное рыло. Чесались, а сделать ничего не мог. Великие Боги! С каких это пор я, находясь в онлайн игре, не могу врезать по роже кому захочу? Вот это дела-а-а…

Как бы то ни было, время медленно, но тянулось. И вскоре мы наконец-то дождались первого события, заслуживающего внимания.

Мягкая музыка, витавшая в огромном зале все это время, незаметно утихла. С облаков обрушился вертикальный вихрь золотистых лепестков, накрывший собой небольшое возвышение в виде цельного куска янтаря. Когда лепестки рассеялись, на возвышении оказалась одинокая фигурка девушки в длинном золотистом платье и с копной пышных черных волос, разбросанных по плечам. На шее цепочка, поддерживающая нечто ослепительно ярко сияющее. В прическе поблескивала изящная золотая диадема, чем-то напоминающая небольшую корону.

– Красиво пришла, – пробурчала Кира, крепче стискивая мой локоть. – Выпендрежница!

– Завидовать нехорошо, – нравоучительно заметил я, не отрывая взора от столь импозантно прибывшей Черной Баронессы.

– Еще и диадему напялила! – возмущенно пыхтела Беда. – Правительница…

– Ты мне и без диадемы нравишься, – успокоил я девушку.

– Правда?

– Угу, – заверил я и встрепенулся, заметив, как Баронесса подняла руку вверх. – О… щас на нас снизойдет откровение свыше, ща нам объяснят, как правильно пользоваться туалетной бумагой…

– Рос! – фыркнула Кира. – Блин! Не смеши! Опошлил такое прибытие…

– Да у нас директор в детском оздоровительном лагере так делала. – фыркнул я в ответ. – Поясняла, как отрывать, как складывать и как…

– От имени всего клана Неспящих я рада приветствовать всех собравшихся! Мы рады гостям! Мы рады друзьям! – мелодичный и хорошо поставленный голос Черной Баронессы мягко разносился по всем громадному залу. Достигал каждого из присутствующих, но не было даже намека на эхо. Полное впечатление, что она стоит рядом и проникновенно нашептывает мне прямо на ухо, едва не касаясь его губами. Это что за магия такая? А без нее явно не обошлось.

Лучезарно и искренне улыбаясь, глава клана Неспящих источала благодарности, комплименты, легко и непринужденно шутила, ничуть не смущаясь всеобщего внимания. Увидь я столько направленных на себя взглядов, помер бы минут через пять.

Баронесса говорила около пятнадцати минут, мастерски закончив свою речь искрометной шуткой и скромной надеждой, что все присутствующие и дальше будут чтить своим снисходительным вниманием сию скромную обитель. Даже такому в подобных делах профану, как я, было ясно, что над речью работали долго и упорно, оттачивая каждую фразу.

Сделав небольшую паузу, Баронесса обвела всех по-прежнему сияющим, и несколько загадочным взглядом. Она явно собралась сообщить нечто неординарное.

В своих ожиданиях я не разочаровался. Голос девушки прозвенел и отозвался в моей голове многократно повторенным эхом:

– Вскоре предстоит большое путешествие. Изматывающее путешествие, в конце которого мы окажемся у берегов затерянного материка Зар’граада! Строятся морские армады, верфи работают день и ночь. Плетутся интриги, заключаются союзы, ведутся ожесточенные споры. Клан Неспящих верит в командную игру. Верит, что, когда мы стоим плечом к плечу с другими кланами, нам удается даже невозможное. Клан Неспящих многим протянул дружескую руку с предложением союзничества. Но не все согласились. Многие еще колеблются в своем выборе. И это их право! Найти верную сторону – дело нелегкое. Я, как глава клана Неспящих, могу сказать лишь одно – выбор за вами! А на правах устроителя веселого праздника хочу поблагодарить за визит Великого Навигатора, почтившего своим вниманием наш скромный дом. Да-да, вы не ослышались. Навигатор отозвался на мое приглашение и сегодня он здесь! Веселится вместе с нами. Уверена, многие уже перекинулись с ним парой словечек, а то и посмеялись вместе над какой-нибудь смешной историей. Ахой, Навигатор! Я рада, что ты с нами!

Всеобщий рев изумления едва не обрушил стены. Народ закрутил головами по сторонам, жадно ощупывая взглядами чужие лица. Даже слившиеся в единое целое голубки сейчас с внезапным подозрением косились друг на друга. Тихо матерясь про себя, я усиленно делал то же самое: пялился по сторонам, стараясь придать лицу побольше удивления.

«Я рада, что ты с нами»?!

Какого хрена?!

Она не сказала «рада, что ты СЕГОДНЯ с нами»!

Она сказала «рада, что ты с нами»! А эту фразу можно понять, ой как двояко! Твою так…

И все понимают, что Баронесса не лжет. Потому как не станет рисковать репутацией клана. Не сейчас, так потом, правда всплывет. Обязательно всплывет. И репутация Неспящих окажется подпорчена столь наглой ложью. А ведь здесь не только игроки – здесь еще и ничего не забывающие высокопоставленные «местные». У многих из «местных» вельмож имеются обязательные «амулеты правды», чья работа завязана на подсказках всеведущей игровой системы. А система никогда не лжет. Уже сейчас «местные» жадно пялятся на свои амулеты, и вскоре им откроется истина – Баронесса не солгала, Навигатор и правда, здесь. С нами… мать твою!

Вон неизвестный мне смуглый и практически обнаженный чувак приложил к уху громадную морскую раковину и напряженно вслушивается. Вот его рот изумленно приоткрывается и, круто развернувшись к толстопузому соседу, он коротко кивает. На толстопузом богатая набедренная повязка и уйма украшений вкупе с чем-то сильно напоминающим коралловую корону. Не иначе правитель какого-нибудь океанического островка. Царь и бог в одном лице. А вот ухоженный старик с короткой седой бородкой медленно отрывает взгляд от загадочно мерцающего камня. И этому «смска» пришла, … а подобные артефакты есть не только у «местных», но и у игроков, которым часто приходится вести переговоры.

Подтверждения начали сыпаться одно за другим.

Правда – Навигатор здесь. Правда – Навигатор здесь.

Сенсация дня прозвучала. Пара десятков человек прижалась спинами к стенам и застыла в неподвижности. Это не иначе как вездесущие журналисты, торопящиеся как можно скорее передать сенсацию в свои газеты и вестники Вальдиры.

Дождавшись, пока общее удивление немного спадет, а шум снизится до тихого перешептывания, Черная Баронесса подняла над головой бокал с шампанским и совсем другим, наполненным печалью голосом произнесла:

– Друзья! Все вы знаете, что эта ежегодная традиция празднования в стенах Барад-Гадура зародилась на следующий день после последней и самой ожесточенной битвы у Кровавых Рифов. Здесь собралось много доблестных воинов, принимавших участие в той памятной битве. Многие тогда были союзниками, многие противниками. Все достойны восхваляющего тоста за проявленное мужество и упорство. Все без исключения! Но сейчас я прошу поднять ваши бокалы в честь Озорного Ветерка. Воин и друг, бывший неотъемлемой частью нашей дружной семьи. Частью нашего клана. Частью нашей жизни. В честь того, кто в тот день, несколько лет назад, отдал свою жизнь без остатка ради победы… в честь того, кто сделал невозможное и не сдался до самого конца! В честь того, кто погиб в обоих мирах! Ветерок! Мы помним тебя! Любим и скорбим!

– Любим и скорбим! – оглушительный рев пронесся по залу, в воздух взмыло множество рук с бокалами и кубками. С некоторым запозданием к тосту присоединились и остальные, в том числе и мы с Кирой. Похоже, первыми отреагировали члены клана Неспящих.

Озорной Ветерок? Я не знаю такого. Но если он был частью клана Неспящих – это игрок.

Погиб в обоих мирах – тут и думать нечего. Игрок погиб в реальном мире. За ним пришла настоящая смерть, а не ее жалкое цифровое подобие.

– Благодарю за столь доброжелательное и пристальное внимание! – звонко выкрикнула Баронесса, проводя по щеке рукой. – Да наполнятся вновь наши кубки! Да не кончится веселье в этих стенах! И пусть с каждым пребудет удача!

Коротко склонив голову, Баронесса улыбнулась напоследок и исчезла во взметнувшемся вихре золотистых лепестков. Лепестковый смерч вопреки моим ожиданиям не исчез, а метнулся вперед, достиг середины зала и буквально взорвался, сплошной цветочной пеленой разлетевшись во все стороны. На доли секунды зал затянуло непроницаемой взору пеленой. Еще миг, и меня поглотило золотое буйство, рука Киры разжалась, перед глазами замелькал веселый калейдоскоп, и я почувствовал, как непреодолимая сила увлекает меня в неизведанную даль.

– Веселое далеко не будь ко мне жестоко, не будь ко мне жестоко, пожалуйста, не будь, – пробормотал я, благо была такая возможность.

Ответом были веселый смех и тихое обещание:

– Не буду.

Полыхнула вспышка перехода, в лицо ударил поток теплого ветра с одуряющим цветочным ароматом. Открыв глаза, я увидел мягко сияющий хрусталь под ногами. Сквозь его прозрачную толщу виднелась медленно текущая внизу огненная река лавы – настолько далеко внизу, что раскаленный поток казался тонкой алой полоской на серо-черном фоне. Зал совсем небольшой, в форме хрустального ромба. В центре холм из янтарного песка, на вершине коего растет раскидистое зеленое дерево, усыпанное белоснежными цветами, печально колышущимися на легком ветерке. По воздуху плывут белые лепестки, мягко оседающие на хрустальный пол. Вокруг цветущей магнолии толстый ковер из опавших лепестков. У выпирающих из земли корней лежит небольшая прямоугольная плита из обычного серого камня, покрытого глубоко выбитыми и неразличимыми с моего места словами. В ушах слышен легкий и незнакомый мне песенный мотив.

– Могила, – непроизвольно понизил я голос.

– Могила, – согласилась со мной стоящая рядом Баронесса. – Помнишь песню Александра Морозова «В краю магнолий»? Она была его любимой. Он вечно ее напевал себе под нос.

Чуть склонил голову, Баронесса тихо пропела:

– Озорной Ветерок… – дошло, наконец, до меня.

– Он самый, – вновь кивнула девушка. – У него могила в двух мирах. Одна «там» – хоть и ухоженная, но очень обычная. И одна здесь – с вечно цветущей магнолией в окружении хрустальных стен. Могила в «реале» – полна. Могила здесь – пуста. И, похоже, только ты один знаешь, где сейчас покоится «серебряный туман» Ветерка.

– В своей речи ты упоминала Кровавые Рифы. Место, где кланы сошлись в битве за обладание табличкой с заклинанием. – нарочно не обращая внимания на крайне скользкий вопрос, спросил я.

– Кровавые Рифы… – задумчиво протянула Баронесса. – Значит, еще не прочитал книгу? Да уж. Там многие были. И я была. Бесы устроили настоящую бойню. Будь в Вальдире кровь игроков, то Рифы полностью бы оправдали свое поэтическое название. Само место, сам ландшафт предполагал идеальные условия боя для всех рас, включая ахилотов. Чередующаяся мешанина из камня и воды, подводные проходы, мелководье и острые как бритвы скалы, рваными лезвиями вздымающиеся высоко вверх. Если взглянуть сверху, то Кровавые Рифы выглядят как неправильной формы огромный дырчатый блин, небрежно брошенный посреди океана и щедро утыканный острейшими иглами. Не подлететь, не спрыгнуть. Между пиками сверкают молнии, повсюду клубится густой серый туман. А молнии… стоит только приблизиться летающему существу ближе, чем на триста метров, и с одного из зазубренных пиков ударяет невероятно мощная молния, гарантированно испепеляя и наездников, и животное. Молния, от которой нет защиты – божественная и крайне злобная магия. Только вплавь или пешком. И по этому затуманенному кошмару бегут озверевшие игроки, пытающиеся выжить и при этом не сбиться с пути в запутанном лабиринте. Повсюду норы, трещины, истекающие водой… Туман настолько густой, что противника видишь только когда столкнешься с ним. От дружеского огня погибло просто немеряно игроков, отправленных на возрождение собственными сокланами. Серой пелены не было только наверху. И когда с воем задираешь голову, чтобы послать проклятье небесам, видишь реющих там белоснежных ангелов, отстраненно наблюдающих за кровавой бойней, разворачивающейся под подошвами их золоченых сандалий. Десятки Бесов слетелись понаблюдать за крысиными бегами… Да… невольно вспомнишь слова из старой доброй песни Арии. Помнишь?

Эй, жители неба, кто на дне еще не был?

Не пройдя преисподней, вам не выстроить рай!

Эй, жители дна, гром смеется над вами!