- -
- 100%
- +
Оставшись одни, люди перебрались в оставшиеся от богов города и создали своеобразные карго-культы, превратившиеся со временем в известные нам религии. Позже провозгласившие уже себя богами вожди людей приписали себе строительство оставшихся от богов объектов, в результате до нас дошли сведенья о якобы построенных египтянами или индейцами пирамидах и прочих «циклопических» постройках. На практике они в лучшем случае сделали там косметический ремонт и начали использовать их по своему разумению, а в худшем – ограничились написанием на стенах историй о своих ратных и строительных подвигах, уподобившись пишущим на заборах трехбуквенное слово подросткам.
Покинув доступный нам пласт реальности, боги продолжили процесс нашего одомашнивания, сменив прямое управление на управление посредством контактов со значимыми людьми, являясь им в доступной их понимания форме. Сначала они являлись в облике ангелов или богоматери, как это было с той же Жанной д» Арк; потом в роли инопланетян и духовных учителей. Зачастую они загружали свои идеи непосредственно в сознания контактеров, как произошло с Теслой. Фактически, ни одно знаковое событие в истории Земли не обошлось без вмешательства богов в той или иной форме. Подробно об этом можно прочесть в книгах Жака Валле и Джона Кила.
Как я уже говорил, среди богов наблюдается конфликт интересов, в результате процесс одомашнивания осуществляется зигзагообразно, склоняясь то к мясному, то к молочному, а то и к декоративному одомашниванию, что серьезно отражается на судьбе человечества.
К счастью, переход богов к контактной форме управления позволяет нам вносить в него свои коррективы путем влияния на избранных богами контактеров. Понимание этого, а также последняя весьма серьезная заготовка мяса, вошедшая в историю, как Вторая мировая война, стали причиной учреждения Главной Санитарной Инспекции, в качестве упреждающе корректирующего процесс одомашнивания международного органа. Позже ГСИ стала контролировать всю значимую деятельность людей.
Какие будут вопросы по этому материалу?
– Скажите, а кто учредил ГСИ, и какие поставлены перед Инспекцией задачи? То есть, в каком направлении осуществляется воздействие на контактеров и прочих людей? – спросил номер 4.
– Учредители пожелали остаться анонимными, так что я не знаю, кто они. Что же до цели, то ее, думаю, можно сформулировать так: Изучение происходящего и наиболее эффективное на него влияние согласно нашим интересам, то есть создание наиболее благоприятных условий для нашей жизни и функционирования.
– Кого вы подразумеваете, говоря «мы»? – спросила номер 7.
– Мы – это мы. И пока вы с нами, вы одни из нас. Что же до мира во всем мире и счастья для всего человечества, то, безусловно, эти вещи не входят в сферу наших интересов. Как писал Ницше, остальные – это всего лишь человечество. Какое нам дело до них?
Еще вопросы есть? Нет? Тогда отправляйтесь на обед. Столовая находится на втором этаже. И помните: никаких разговоров между собой. За нарушение этого правила предусмотрено отчисление с курса со всеми вытекающими отсюда последствиями, – он сделал вполне недвусмысленный акцент на словах о последствиях. – Надеюсь, всем все понятно? Вот и отлично. Приятного аппетита.
После этих слов он вышел из аудитории.
Рисковать жизнью, – а в том, что отчисление грозило физическим устранением, никто из курсантов не сомневался, – никому не хотелось, поэтому они, сторонясь друг друга, отправились в столовую, которая была как две капли воды похожа на учебный класс. Еда уже стояла на столах: Вполне съедобный суп, перловая каша с мясом, хлеб, компот и булочка.
После обеда курсантов пригласили в кинокласс на третьем этаже. Это был шикарный кинотеатр с 15-ю удобными креслами и отличной многоканальной аудиосистемой. Стоя возле экрана, их ждала симпатичная женщина примерно сорока лет. Одета она была в идеально сидящий и выглядевший дорогим брючный костюм и туфли на высоких каблуках. Несмотря на изящно-хрупкое сложение и средний рост, она излучала силу. При виде ее Андрей почувствовал желание, словно подросток при виде молодой и сексуальной учительницы.
– Господа курсанты, – начала она, когда все заняли свои места, – ввиду того, что времени у нас мало, а научиться вы должны многому, обучения привычным вам способом здесь не будет, как не будет и ничего вроде экзамена. Вместо того чтобы вас учить, мы попросту загрузим всю необходимую информацию в ваше сознание. Побочными эффектами могут быть дезориентация, тревожность, нарушение сна, появление тех или иных навязчивостей. Все это в случае возникновения исчезнет самое позднее через пару недель после окончания загрузки информации. Еще один момент: вам будет казаться, что вы ничего не усваиваете. Не обращайте на это внимания. Когда будет нужно, необходимые знания сами всплывут в вашей памяти. А сейчас сядьте удобно, расслабьтесь и смотрите фильм.
Глядя на вереницу сменяющих друг друга янтр и фракталов, Андрей почувствовал разочарование: подобным дерьмом завален Интернет. Разве что здесь в качестве звукового сопровождения вместо мантр и слащавой музыки был чуть слышный гул. Зато кресло было удобным: в самый раз вздремнуть после еды…
Когда Андрей пришел в себя, было 7 часов утра, о чем сообщил разбудивший его динамик. Надо было вставать, приводить себя в порядок, подшивать или пришивать подворотничок. На все давалось 30 минут. Андрей ничего не помнил из того, что было после первых минут фильма. Голова, тем не менее, была в ясном, рабочем состоянии.
На завтрак была жареная картошка, залитая яйцами и отличный натуральный кофе. Это приятно удивило и обрадовало Андрея.
Первым уроком была огневая подготовка в учебном классе. Вел ее слегка инфантильного вида молодец в военной форме с майорскими звездами на погонах. Глядя на него, Андрей постоянно вспоминал «Ассу», и ему приходилось сдерживать улыбку. Майор тем временем вещал:
– Начну с того, что я был против включения в программу вашего обучения огневой подготовки по одной простой причине: Наличие оружия и мысль о том, что вы сможете при необходимости его применить, легко может стать для вас своего рода троянским конем. Одно дело стрелять по мишеням, другое – в живых людей, и совсем третье стрелять в тех, кто стреляет в вас. Поэтому мой вам совет: забудьте о том, что у вас есть оружие, а еще лучше заприте его после получения в сейфе. Так будет лучше, прежде всего, для вас. Ваше основное оружие – психологические навыки, интуиция, осторожность и искусство убегать. В том случае, когда вам предположительно потребуется стрелять, не стесняйтесь привлекать к работе бойцов. Стрелять вместо вас – их работа, так что не стесняйтесь, как не стесняйтесь и безбожно драпать в случае опасности. Вы нам нужны живыми и здоровыми, а не мертвыми, и уж тем более, не пленными. В этом наши с вами интересы совпадают. Это понятно? Тогда приступим к изучению вашего будущего личного оружия…
После огневой была физическая подготовка: Построение, затем бег: 5 километров ада для Андрея, который с детства терпеть не мог бегать. Когда они прибежали на живописную поляну, инструктор, молодой крепкий мужчина с волевым лицом и красивым телосложением, дал им немного отдышаться, затем, словно сговорившись с инструктором по огневой подготовке, выдал:
– Надеюсь, вы достаточно разумные люди, чтобы понимать, что за отведенное нам время вы не сможете овладеть никакими серьезными навыками самообороны, поэтому мы будем изучать с вами несколько простых, но достаточно эффективных приемов для того, чтобы отбиться от какого-нибудь пьяного наркомана. Против профессионала вы не выстоите и десяти секунд, поэтому считайте бег своим главным боевым навыком, и чем лучше вы будете бегать, тем больше у вас будет шансов умереть своей смертью.
Что же до приемов, отнеситесь к ним серьезно и постарайтесь отработать их до автоматизма, так как в бою вы сможете эффективно сражаться только в автоматическом режиме. Думать над движениями времени у вас не будет. Отдышались? Тогда приступим.
После основ рукопашной самозащиты был обед, затем сеанс в кинотеатре. Затем провал в памяти и пробуждение в семь утра.
Так прошли первые пять месяцев. Андрей достаточно быстро привык к тому, что другие всегда оставались размытыми, и попросту перестал обращать на это внимание. Запрет на разговоры его тоже не сильно угнетал, так как болтать было некогда. Больше всего ему не давала покоя мысль о том, в качестве кого их готовят, о чем им никто не удосужился сообщить, а спрашивать было бесполезно. Все, что они считали нужным, инструкторы говорили сами, а сверх того курсантам знать не полагалось. С незнанием оставалось только мириться. В остальном в учебном центре Андрею нравилось. Он с удовольствием отрабатывал действительно простые, но позволяющие вырубить ненадолго противника приемы, стрелял и приводил в порядок свой пистолет. Да и бег вскоре перестал его угнетать морально, достаточно было в душе смириться с необходимостью бегать.
– Внимание! В вашем расписании занятий произошли изменения. В связи с чем после обеда вам необходимо будет собраться у учебного входа в административный корпус. Повторяю… – сообщило радио после подъема.
Построением командовал мужчина средних лет в спортивном костюме, с которым совершенно не гармонировали приличного размера живот и следы алкоголизма на плохо выбритом лице.
– Пришло время познакомить вас с межпиксельным пространством, сообщил он, построив курсантов в одну шеренгу.
– А разве между пикселями есть пространство? – удивился кто-то.
– Сейчас узнаете. Первое погружение мы совершим при помощи медитативного бега. Знаете, что это такое?
– Нет, – ответил хор голосов.
– Поясняю, медитативный бег – это очень медленный бег в расслабленном состоянии. В идеале при таком беге у вас не должно учащаться дыхание и подниматься пульс. Во время бега смотрите себе под ноги и ни о чем не думайте. Надеюсь, всем понятно?
Непонятливых среди курсантов не нашлось.
– Тогда направо и бегом марш. Медленней. Еще медленней. Медленней и расслабленней.
Медитативный бег понравился Андрею. Он погружал в приятное состояние, в котором мысли уходят на задний план, а по телу растекается тепло.
Андрей спохватился, только когда они выбежали на лесную поляну, посреди которой горел костер. Была ночь, и на безлунном небе ярко светили звезды. Было тепло и тихо, а где-то вдалеке чуть слышно шумело море. Это место было настолько родным и близким, что Андрею захотелось остаться здесь навсегда.
– Где мы? – спросил 12 или 13 номер.
– На месте стой! – приказал инструктор. – Добро пожаловать на Перекресток всех миров, – сказал он, когда курсанты остановились. – Наверняка вы не раз бывали здесь во сне, не подозревая, что это не просто образ из подсознания, а одно из ключевых мест доступной нам части мультиверсума.
Как выяснилось, реальность имеет множество слоев, и привычная вам вселенная – всего лишь один из них. Несколько слоев нам доступны, и мы научим вас чувствовать себя там, как дома. Другие слишком враждебны, чтобы пытаться туда проникнуть. О существовании третьих мы даже не подозреваем. Это место – точка пересечения их всех. По крайней мере, всех доступных. Сегодня вам предстоит закрепиться здесь на глубинном уровне подсознания. Для этого сядьте вокруг костра, спина должна быть ровной, и смотрите, желательно, не мигая, на огонь, пока он не введет в вас и не заполнит вас изнутри.
– А если не получится? – спросил номер 3.
– Продолжайте выполнять упражнение хоть до посинения, потому что иначе ваша ценность будет равна нулю.
У Андрея был опыт медитации на огонь, и он легко вошел в состояние, при котором свет кажется тягучим, как мед, но дальше… чем дольше он сидел, тем сильнее болела спина и затекали ноги. А еще глаза так и норовили закрыться. Андрей сопротивлялся, сколько было сил, затем ловил себя на том, что он практически спит. После этого он открывал глаза, менял позу и продолжал всматриваться в огонь.
Наконец, в районе сердца появился небольшой огонек. Пламя было настолько тонким, что Андрей застыл на месте, чтобы его не задуть. С этого момента все его внимание было приковано к внутреннему огню. И чем дольше он наблюдал за пламенем, тем сильнее оно разгоралось, словно внимание было его горючим материалом.
Когда пламя, вспыхнув, полностью охватило его «я», Андрей вскочил на ноги и бросился в костер.
После этого он проснулся в своей постели в 7 часов утра, ничего не помня из того, что было после этого.
Второе межпиксельное погружение проходило в учебном классе.
– Сегодня вы должны сами найти дорогу к Перекрестку миров, – сообщил инструктор. – Для этого сядьте удобно, расслабьте тело, закройте глаза и сосредоточьтесь на своем внутреннем огне. Когда это получится, попросите его перенести вас к вчерашнему костру.
Когда Андрей сосредоточил внимание в районе сердца, огонь появился и начал скакать в груди, как обрадовавшийся появлению хозяина пес. Поиграв немного с пламенем, Андрей мысленно попросил огонь перенести его на поляну к костру, и буквально через секунду оказался на месте.
С этим упражнением справились только десять человек.
– Теперь позвольте мне переместить вас в другое место, – сказал инструктор. – Сосредоточьтесь на вашем огне.
– Может, подождем еще остальных? – предложил кто-то из курсантов.
– Бесполезно, – ответил инструктор. – Они оказались недостаточно способными.
– И что с ними будет?
– Сосредоточьтесь лучше на том, чтобы у вас все было хорошо, – оборвал его инструктор. – Приступаем к выполнению задания. Закрывайте глаза…
Когда глаза открылись, Андрей обнаружил себя в богато обставленной гостиной. Он с инструктором и еще с семью курсантами сидели на толстом ковре у камина, в котором горел огонь.
– Поздравляю с успешной сдачей экзамена на пригодность к обучению, – сказал инструктор присутствующим. С сегодняшнего дня и до окончания обучения этот дом станет вашим домом. Ваши комнаты на втором этаже. Сейчас их для вас готовят, а мы продолжим занятие.
Вы, наверно, уже решили, что межпиксельное пространство – это место, где существуют параллельные миры, о которых я вам говорил, но это далеко не так. Во-первых, миры совсем не параллельные, а иерархичные, в чем вы вскоре сможете убедиться на личном опыте; а во-вторых, межпиксельное пространство – это совсем не пространство, а многофункциональное высокоэффективное состояние сознания, позволяющее, в частности, перемещаться по уровням реальности. Прикладных функций у межпиксельного пространства бесконечное множество, и большинство из них вам предстоит открыть для себя самостоятельно. Сейчас я предлагаю вам освоить базовое состояние, регулярное погружение в которое невозможно переоценить. Межпиксельное пространство благотворно влияет на психику, восстанавливает и исцеляет тело, позволяет отдохнуть и набраться сил в кратчайший срок, а главное, запускает процесс эволюции вашего сознания. В этом плане базовое состояние – одна из наиболее эффективных практик по расширению и трансформации сознания. Ну да лучше один раз испытать, чем сто раз слушать мою болтовню.
Лягте удобно, закройте глаза, расслабьте тело и настройтесь на ваш огонь. Только в этот раз просто отдайтесь ему: пусть он делает все, что захочет.
Настроившись на огонь, Андрей мысленно произнес:
– Я твой.
В следующее мгновение внутреннее пламя охватило его тело. Сгорание в собственном огне приносило неописуемый кайф, а когда исчез последний атом плоти, Андрей превратился в свободное сознание, которое в следующее мгновение рассыпалось на миллиарды миллиардов квантов, заполнивших пространство всех миров. Андрей был самим Мультиверсумом, каждое движение каждой частицы в котором порождало неимоверное блаженство…
Его разбудил инструктор.
– Идите, вас ждут в вашей комнате. Это направо и вверх по лестнице на второй этаж. Комната номер 14.
В комнате его ждала та самая женщина, что беседовала с ними перед первым киносеансом. На этот раз она была в джинсах, серой ветровке и легких ботинках без каблуков.
– Привет, – сказала она. – С сегодняшнего дня и до окончания курса я буду твоим куратором. Сейчас одевайся, – она кивнула в сторону лежащих на кровати кремовых брюк, белой рубашки и кремовой ветровки. У кровати стояли легкие коричневые туфли. – Пора тебе познакомиться с Мелиополисом.
Одевшись, Андрей сел на кровать.
– Я готов, – сказал он, закрывая глаза и готовясь к перемещению.
– Готов, тогда пошли, – ответила куратор.
– Я думал, мы будем погружаться здесь, – растерялся Андрей.
– До города чуть больше 20 километров, так что, горе-дайвер, погружаться сегодня не будем. Поехали.
Когда они вышли из дома, Андрей пожалел, что им надо срочно ехать, настолько там было здорово. Дом был построен из белого кирпича и напоминал своей архитектурой петербуржский дворец. Был он трехэтажным, и все три этажа вплоть до черепичной крыши фасада были увиты цветущим большими красными цветами плющом. Во дворе были разбиты клумбы, а чуть дальше начинался парк с многовековыми на вид деревьями.
Пока Андрей любовался видом, куратор села в машину и завела двигатель.
– Давай быстрее, – поторопила она.
– Твое задание предельно просто, – рассказывала она по дороге. – Тебе надо просто погулять по городу, осмотреться, зайти куда-нибудь поесть. Короче говоря, сыграть роль одинокого туриста. Открой бардачок.
Там лежал конверт, в котором Андрей нашел несколько довольно-таки странного вида купюр и похожее на мобильный телефон устройство с одной единственной кнопкой на передней панели.
– Что это? – спросил Андрей, имея в виду купюры.
– Здешняя валюта. Пиастры.
– Пиастры? Мы что, в Испании? – удивился он.
– Мы в Мелиополисе. И здесь ходят только пиастры, причем далеко не те, что закапывали карибские пираты на необитаемых островах. Мелиополис – это матрица городов. Любой город одна из бесчисленного множества его проекций. По отношению к нашей, его реальность доминирующая, а это означает, что его язык, деньги и так далее для нас первичны. На практике это выглядит следующим образом: Если ты заговоришь с кем-то в нашем мире на языке Мелиополиса, его сознание трансформирует этот язык в родной. Если ты попытаешься расплатиться с ним пиастрами, они превратятся в наиболее привычную для него валюту. При этом обратная трансформация невозможна, и наши рубли или баксы так и останутся рублями и баксами, а твой русский ни под каким видом не трансформируется в здешний язык. Ты должен это помнить всегда, что бы ни дай бог себя не выдать.
– Подожди, но как я закажу еду, если я не знаю язык? – опомнился Андрей.
– Ты его знаешь. Он заложен в твое сознание. Дождись только, когда обратятся к тебе, и ты автоматически заговоришь, но только с акцентом, так как мышцы твоего лица не привыкли к здешней артикуляции. Поэтому с сегодняшнего дня тебе надо как минимум час в день читать вслух местные книги или газеты и смотреть телевизор, повторяя слова за диктором. Чем лучше будешь тренироваться, тем быстрее избавишься от акцента, и если сейчас он ничуть тебе не помешает, то, когда ты будешь на задании, он сможет тебя выдать. Знаешь, сколько шпионов пропало из-за, казалось бы, ерунды?!
– Читал где-то об этом.
– Тогда ты должен понимать, какой может быть цена мелочей.
– Как тебе эта улица? – спросила куратор, когда они подъехали к живописной, вымощенной тротуарной плиткой улице, по которой гуляли люди. Она напомнила Андрею Пушкинскую улицу Ростова.
– Она кажется такой обычной, – ответил Андрей, привыкший к тому, что в Городе всегда было что-то волшебное.
– Ну так, когда ты приходил в Город во сне, ты приходил в сон Города, а это его явь, – пояснила куратор.
– Куда? – не поверил своим ушам Андрей.
– В сон Города. Мелиополис наделен сознанием, и подобно другим сознаниям он может бодрствовать, а может видеть сны. И еще, не ведись на его обыденность. В любой момент Город может повернуться к тебе другой гранью, и тогда все вокруг вмиг станет неузнаваемым. Так что не спеши с выводами. Когда нагуляешься, нажми кнопку на мобильнике. После этого старайся оставаться на месте, и вскоре за тобой придут. Все понятно?
– Вполне.
– Тогда вперед. Действуй.
Андрей вышел из машины и медленно пошел, куда глядели глаза. Местами улица один в один была похожа на Пушкинскую, и Андрея так и подмывало свернуть в сторону Дона, дойти до Большой садовой, сесть в автобус и поехать домой. Пройдя несколько кварталов, он заметил милое открытое кафе. Едва он сел за стол, подошла официантка.
– Что желаете? – спросила она на певучем языке.
– Пирог с печенью, чизкейк и кофе.
Поев, он расплатился, оставив щедрые чаевые, и вышел. Побродив еще минут сорок по городским улицам, он отыскал свободную скамейку, сел и нажал на кнопку мобильника.
Через 15 минут к нему подошел мужчина.
– Ты четырнадцатый? – спросил он.
– Я, – ответил Андрей.
– Пойдем.
Потихоньку Андрей начал обживаться в Мелиополисе. Он много гулял по улицам, заходил в магазины и кафе. Сходил несколько раз в кино.
Он снял достаточно приличную квартиру в тихом районе, открыл счет в банке… Осталось завести друзей, и его вполне можно было бы считать жителем этого города, но друзей заводить было запрещено. Устав от прогулок, он шел домой, где по несколько часов в день до хрипоты тренировался в произношении. Перед сном он погружался в межпиксельное пространство, которое с каждым разом очаровывало его все сильней. С другими курсантами он больше ни разу не встречался.
Утром 28 ноября его разбудил звонок в дверь.
Открыв, он увидел куратора.
– Твое обучение подошло к концу. Тебе присвоено звание санитарного инспектора. С сегодняшнего дня приступаешь к работе, – сообщила она.
– Где?
– В ростовском отделении ГСИ. Но сначала тебе надо вернуться в учебный центр. Знаешь, как это сделать?
– Нет, – признался Андрей.
– Закрой глаза, войди в межпиксельное пространство, затем позволь твоему вниманию зацепиться за что-то в своем там доме и когда оно зацепится, прикажи ему тебя туда перетащить. Понятно?
– Вроде бы.
– Тогда переодевайся в форму и действуй.
Закрыв глаза, Андрей представил себе будивший его по утрам динамик над кроватью, и когда тот отчетливо появился перед глазами, Андрей ощутил, как хватается за него чем-то похожим на воображаемые щупальца, выходящими из района пупка. Решив, что это и есть внимание, Андрей приказал ему перенести себя туда и в следующий миг оказался на кровати в своем домике.
– Курсант 14, немедленно явитесь в учебный класс, – отреагировал на его появление динамик.
– Уже иду, – ответил Андрей и вышел из дома. На улице было слишком холодно для Х.Б., к тому же шел моросящий дождь, и Андрей побежал в учебный класс бегом. Там его ждал мужчина, который читал им вводную лекцию на первом занятии. Он сидел за учительским столом. С другой стороны стола стоял пустой стул, куда он пригласил сесть Андрея.
– Курсант 14, поздравляю вас с успешным окончанием обучения и присвоением вам звания санитарный инспектор. Сейчас вам надлежит явиться на склад, сдать форму и прибыть по указанному на визитке адресу, – он протянул Андрею визитную карточку. – Там назоветесь ожидающему вас человеку. Дальнейшие распоряжения будете получать от него. Это ясно?
– Вполне.
– Тогда выполняйте.
– Это все? – вырвалось у Андрея.
– А чего вы еще хотите?
– Ну не знаю… удостоверение, например.
– Удостоверение – это потенциально компрометирующий артефакт, поэтому у нас нет удостоверений. Только разовые пропуски и только в случае необходимости. Вам понятно?
– Понятно.
– Тогда вперед.
Путь на волю проходил по тем же кабинетам, что и в учебный лагерь, но только в обратном порядке. Сначала Андрею пришлось раздеваться перед барышней на складе, затем идти через пустой медицинский кабинет в душевую, принимать душ, затем в раздевалку, где на том же самом месте сидел тот же самый охранник.
Открыв шкафчик, Андрей обомлел, найдя там комплект чистого белья, старые джинсы, туфли, драповое пальто и зонт.
– Это самое подходящее, что мы у тебя нашли, – пояснил охранник.
– Вы были у меня дома?
– Ну да, платили по счетам, присматривали за квартирой, да и одежду тебе надо было привезти. Не идти же тебе на улицу почти в летнем. Не волнуйся, мы не шалили, так что дома у тебя порядок.
– Ладно, – ответил Андрей, оделся и вышел, пройдя мимо вахтерши.
У ворот, как и было обещано, ждало такси. Сев в машину, Андрей назвал адрес.
Андрей еще ни разу не сканировал пространство. Необходимые навыки предположительно ждали своего часа в глубинах его подсознания, и их надо было извлечь при помощи техники «вопос-ответ». Для этого, войдя в транс, необходимо четко сформулировать вопрос и мысленно «проглотить» его, отправив как можно глубже в подсознание. Затем нужно отвлечься от вопроса и заняться чем-нибудь другим. Позже, когда информация будет обработана подсознанием, ответ вынырнет в сознание. По мере практики на обработку вопроса будет уходить все меньше и меньше времени, и вскоре между вопросом и ответом практически не будет паузы.