Sупер Хero

3

И вот я держу в руках свинцовый корпус генератора технеция, внутри которого скрыта необходимая мне радиация. Я прекрасно понимаю, что высвободить ее наружу будет намного сложнее, чем джина из бутылки. И тут не отделаться обычными потираниями корпуса ладонью или несколькими ударами об угол стола, как это было с внешним корпусом генератора. В комнату могли зайти в любую секунду, и мне срочно надо было что-то решать. Вдруг мне в голову пришла неплохая идея. Я вспомнил, что совсем рядом, немного дальше по коридору от двери с надписью: «ДВЕРЬ ДЕРЖАТЬ ЗАКРЫТОЙ!!!», находится туалет. Туда-то я и направился, быстро выскочив в слегка приоткрытую дверь, крепко прижимая к груди корпус генератора, чтобы, если кто и увидит меня со спины, не заметил бы то, что находилось в моих руках. Мне оставалось лишь надеяться на то, что в туалете никого нет. И мне опять повезло.

В отличие от комнаты с генераторами, в туалете было окно. Я понимал, что меня могли заметить, и времени у меня совсем мало. Поэтому я с ходу поставил свою ношу на подоконник, открыл окно, скинул на улицу корпус генератора, закрыл окно, быстро сел на пол, накрыл голову руками и пытался трястись всем телом, изображая сильный испуг. Спустя пару секунд в таком состоянии меня застал отец моего соседа по парте.

— Вот ты где!

Он сказал это так резко, что я подумал: всё, мне конец. Наверное, он видел, как я выбегал из комнаты с генераторами, держа в руках один из них. И от пришедшего осознания того, что я «спалился», испугался по-настоящему. Когда отец моего соседа по парте стал стремительно приближаться ко мне, я съежился от страха и стал трястись еще сильнее, чем прежде, ожидая неминуемого наказания с применением физической силы.

— Слава богу! Мы тебя обыскались!

Он подхватил меня на руки и понес к выходу из лаборатории.

— Ну всё. Успокойся. Мы потушили пожар. Больше нечего бояться.

После этих слов я понял, что мое наказание пока отменяется, и крепко обхватил руками шею отца моего соседа по парте, делая вид, будто очень рад тому, что он пришел за мной. Хотя нет, я и в самом деле был рад, но совсем по другой причине — о моих делах он явно ничего не знал.

— Скажи, почему ты прятался в туалете, а не побежал к выходу, как это сделали все твои одноклассники?

— Я… Я очень испугался. Наша учительница так сильно кричала и вела себя как одержимая демонами. Я побоялся, что она может кинуться на меня, когда я буду проходить мимо, и побежал в туалет. Я уже заходил сюда сегодня. Тут светло, чисто, дыма нет и есть вода. Я подумал, что буду здесь в безопасности.

— Одержимая демонами значит. Да уж, подходящее сравнение. Интересно, а откуда ты вообще знаешь об одержимых демонами?

— Как-то раз, когда я гостил у своей бабушки и деда, я случайно уснул в зале на диване, просматривая мультики по телевизору. Дед, видимо, не захотел будить меня и, сделав потише звук, переключил канал телевизора на какие-то ужастики. Мой дед большой любитель страшных фильмов. Когда я проснулся, на экране было название фильма на иностранном языке, и диктор тихо сказал: «Изгоняющий дьявола». Мне стало жутко интересно посмотреть его, и я сделал вид, что сплю дальше, чтобы дед не переключил канал. Он иногда оборачивался в мою сторону, проверить, сплю я или уже нет. Но в этот момент я просто закрывал глаза, и дед ни о чем не догадывался.

— Ну, хитрец! И как кино, понравилось?

— Очень страшно было. Я еле сдержался пару раз, чтобы не вскрикнуть. Зря я его посмотрел. Потом кошмары всю ночь снились.

— Да, такие фильмы лучше не смотреть в твоем возрасте.

— А с нашей учительницей сейчас всё хорошо?

— Да. Не беспокойся. Приехала скорая помощь. Хорошо, что больница рядом, за углом. Долго ждать не пришлось. Врачи сделали ей укол, и она успокоилась. Сейчас они, наверное, отвезут ее в больницу для обследования, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке.

— А кто же отведет нас обратно в школу?

— Я вас отведу. Не переживай. Всё будет хорошо.

Слава богу! Судя по всему, никто еще не видел, что я натворил, и пока меня ни в чем не обвиняют. Как хорошо, что я догадался спрятать поврежденный внешний корпус генератора и резиновые перчатки в пластиковый контейнер для мусора с желтой наклейкой и надписью «пластик», что стоял в дальнем углу комнаты, перед тем как переместиться в туалет.

Мои одноклассники встретили нас на улице восторженными кликами. Я до сих пор не могу понять: либо они были рады видеть меня целым и невредимым, либо они так встречали отца моего соседа по парте, несшего меня на руках, который, очевидно, выглядел в их глазах как настоящий герой. Ну да ладно. Тогда это было абсолютно не важно. А важным было то, что свинцовый корпус генератора технеция лежал где-то за углом здания лаборатории. И мне срочно надо было его как-то незаметно забрать и отнести домой. Но как это сделать? Я же не мог просто пойти и взять его на руки и нести с собой всю дорогу в школу на глазах у всех одноклассников и нашего нового провожатого. Мысли о том, что всё кончено, стали приходить ко мне в голову. Я представлял, как через некоторое время сотрудники лаборатории обнаружат пропажу и, сопоставив все факты, поймут, что кроме меня это сделать было некому. И после этого всё. Прощай, школа (после такого меня наверняка выгонят). Прощай, свобода. Прощайте, карманные деньги и, как следствие, прощайте новые комиксы. Да и старые у меня скорее всего отберут. Прощай, новый велосипед, который родители обещали купить мне этим летом, если я буду хорошо себя вести и хорошо учиться. И здравствуй, вечерняя школа, с ее хулиганами, которые будут пинать меня каждый день и отбирать мои деньги на еду. Здравствуй, домашний арест на несколько недель (родители всегда так делают, когда я в очередной раз набедокурю). Здравствуйте, скучные книги, которые родители наверняка заставят меня читать вместо того чтобы «пялиться в эти тупые журналы с картинками», как любит говорить моя мама, когда я читаю комиксы. Здравствуй, безрадостное будущее. Я уже почти смирился с тем, что меня ждут большие неприятности. Но неожиданно решение всех моих проблем возникло в лице моего несмышленого соседа по парте.

— Вот. Держи свой ранец. Я захватил его с собой, когда мы выходили из лаборатории.

Я еле сдержался, чтобы не расцеловать его на глазах у всего класса.

4

Как вы, наверное, догадались, внутренний корпус генератора технеция я принес домой в своем школьном ранце. Благодаря тому, что мы пошли на экскурсию, у нас было всего два урока в школе. Соответственно, мой ранец был практически пустой, за исключением двух тетрадей, одного учебника по русскому языку и пенала, находившихся внутри. На самом деле внутри ранца должен был находиться еще и учебник по математике, но я удачно забыл его дома на своем столе, после того как сделал все уроки. Так что свободного пространства внутри ранца оказалось как раз достаточно для того, чтобы поместить туда свинцовый корпус генератора. Только верхняя часть корпуса, с пробкой, будь она неладна, немного не вмещалась в габариты ранца, поэтому молния застегнулась с трудом, образовав в одном месте небольшой бугор. Это не сильно бросалось в глаза, так что я был уверен, что никто ничего не заметит. А переживал я только за то, чтобы молния не разошлась и ранец не раскрылся, обнажив трофей, унесенный мною из лаборатории. Случись это — и я никак не смог бы скрыть от одноклассников и, что еще хуже, от нашего провожатого то, что украл. Поэтому я старался идти очень аккуратно, минимизируя колебания ранца у себя за спиной, насколько это было возможно. Игру «кто первый добежит до ворот школы?» мне пришлось пропустить, что вызвало немалое удивление на лицах моих одноклассников, потому что в этой игре я принимал участие всегда, являясь бессменным фаворитом нового учебного года. Но никто вопросов по этому поводу мне не задавал. Наверное, подумали, что я еще не оправился после происшествия в лаборатории.

Признаюсь честно, нести рюкзак было очень тяжело. Лаборатория находилась примерно в двадцати пяти минутах ходьбы от школы. И мне казалось, что чем ближе мы подходили к школе, тем тяжелее становилась моя ноша. Я очень сильно вспотел. Мои ноги подкашивались, лямки ранца впивались в мои плечи, причиняя боль и большой дискомфорт. Мне уже тысячу раз хотелось просто остановиться и присесть на землю. Но я не мог себе этого позволить. Я не мог выдать себя. Поэтому, собрав волю в кулак, шел дальше, стараясь делать невозмутимый вид. Не могу судить со стороны, насколько вид был невозмутимым, но самое главное, что я добрался до школы, не вызвав к себе особенного внимания от отца моего соседа по парте, и смог наконец-таки снять и поставить на пол этот гребаный ранец. И вот, успев немного насладиться небольшой передышкой, я с ужасом подумал о том, что мне еще придется нести ранец всю дорогу от школы до дома. А это — десять минут ходьбы как минимум (это если мама не захочет зайти в продуктовый магазин, находившийся по пути). Но вероятность стать человеком-пауком, хоть она и была не высока, придавала мне сил, помогая преодолевать трудности, свалившиеся тяжеленным куском металла, напичканного радиацией, на мои детские плечи.

***

Перед тем как продолжить рассказ о моей попытке стать человеком-пауком, хочу заполнить образовавшийся пробел в повествовании, касающийся того, как мне удалось, не привлекая к себе внимания, засунуть в ранец внутренний корпус генератора технеция, который лежал на земле за углом здания лаборатории, относительно входной двери, возле которой находился я, весь мой класс и отец моего соседа по парте.

Поначалу я обрадовался тому, что нашелся предмет, благодаря которому я смогу незаметно доставить этот свинцовый сосуд с радиацией к себе домой. Но моя радость длилась недолго. После того как наш новый провожатый скомандовал всем построиться и приготовиться к походу в школу, я подумал, что это конец. Я не смогу вот так просто побежать за угол и забрать то, что мне нужно, без каких-либо объяснений. За мной мог кто-нибудь погнаться. А для того чтобы засунуть корпус генератора в ранец, мне потребовалось бы какое-то время. И вряд ли я успел бы это сделать, не попавшись на глаза моим преследователям. Но даже если бы за мной никто не погнался, после моего возвращения ко мне было бы много вопросов, адекватных ответов на которые у меня просто не было. Мне нужна была разумная причина для того, чтобы пойти за угол здания и находиться там еще какое-то время, которую я должен был озвучить отцу своего соседа по парте, чтобы он без всяких проблем и лишних вопросов отпустил меня туда, причем одного. В мою голову путного ничего не приходило, хотя мозг работал на максимуме, подкидывая десятки различных бредовых идей под давлением ограниченного времени, которого оставалось всё меньше и меньше. И, к сожалению, ни одна из них не была подходящей. Сгенерировать нужную мысль моему, работающему на пределе возможностей, мозгу помогла собака, пробегавшая мимо здания лаборатории. Это была какая-то страшная, грязная, облезшая дворняга. И я не пойму, чем она смогла привлечь к себе мое внимание. Но факт остается фактом — я стал за ней наблюдать. Дворняга шарила мордой в близрастущих кустах, очевидно в поисках чего-нибудь съестного. И ничего не обнаружив, видимо, решила оставить напоминание о том, что место проверено и ловить тут нечего, единственным доступным ей способом — подбежала к стене здания лаборатории, подняла заднюю лапу и пометила территорию. Дворняга оказалась кобелем. И вот этот кобель подкинул мне отличную идею.

Весь мой класс построился в две шеренги и уже был готов двигаться к школе. И я подумал, что нужно действовать прямо сейчас. Покинув построение, я подошел к отцу своего соседа по парте и попросил его отойти со мной на минутку для приватной беседы. Оказавшись с ним на безопасном от подслушивания расстоянии, я слегка неуверенным тоном объяснил, что очень хочу в туалет по-маленькому и наверняка не дотерплю до школы. На это тот ответил:

— Никаких проблем. Можешь сходить в туалет, который находится в лаборатории. Уверен, дорогу туда ты найдешь сам. А мы все подождем тебя здесь. Кстати, неплохо будет поинтересоваться и у твоих одноклассников. Может, еще кто захочет справить нужду.

Я ждал, что он предложит мне именно такой вариант действий, который, естественно, меня не устраивал, и был готов к этому. Сделав самый жалостливый вид, на который только был способен, я попытался объяснить, используя свой детский словарный запас, что в силу произошедших событий до сих пор нахожусь в немного шоковом состоянии и что не хотел бы вновь оказаться в том месте, где эти неприятные события произошли.

— И что же ты предлагаешь делать?

— Можно я схожу за угол?

— За угол? Это не совсем прилично. Будет очень некрасиво, если тебя кто-нибудь увидит.

— Я спрячусь где-нибудь в кустах или за деревом. Там меня никто не заметит. Пожалуйста!

— Ну, хорошо. Иди. А я пока поинтересуюсь у ребят, не хотят ли они сходить в туалет.

— Спасибо! Я быстро.

— Давай, беги уже.

И я побежал. Я очень быстро побежал. Я побежал так быстро, как только мог. Потому что понимал: меня могут увидеть через окно те одноклассники, которые захотят пойти в туалет, который находится в лаборатории. Так что если я вовремя не успею засунуть корпус генератора в свой рюкзак, то рискую оказаться в неудобном положении. Мне бы этого крайне не хотелось.

Завернув за угол здания лаборатории и оказавшись возле нужного окна, я испытал легкий шок, не увидев нигде поблизости нужного мне предмета.

Неужели его обнаружили и забрали назад в лабораторию? Но я не видел, чтобы из здания кто-нибудь выходил. Да и если бы корпус нашли, то наверняка бы уже устроили разбирательства по поводу того, как он оказался на улице. И я был бы первым и, наверное, единственным подозреваемым. Меня бы уже точно допрашивали. Так что я немного успокоился и начал поиски корпуса генератора. Логически помыслив, я предположил, что, имея округлую грушевидную форму, корпус мог укатиться в сторону от места падения на некоторое расстояние. И, исследовав близрастущие кусты, быстро обнаружил пропажу. Я подумал, что шарил по кустам в поисках корпуса генератора словно тот кобель в поисках еды. Только вот территорию я метить не стал. Хотя пописать было бы не лишним перед долгим походом в школу. Но времени на это у меня уже не оставалось. Я и так неприлично долго провозился, засовывая этот чертов контейнер с радиацией, чем-то напоминавший мне термос, в свой рюкзак. Было очень неудобно, ведь мне нужно было держать в руках корпус генератора и еще как-то раздвинуть стенки ранца, чтобы поместить его внутрь. Эх, вот если бы у меня был помощник, тогда я справился бы с этой задачей в течение шести секунд. Но хотеть не вредно. Это выражение применимо и к напарнику, и к желанию пописать. Пришлось приспосабливаться и задействовать свое левое колено, чтобы раздвинуть стенки ранца. Слава богу, у меня всё получилось. Да, и, кстати, возвратившись к месту построения, я невзначай поинтересовался у отца моего соседа по парте, все ли вернулись с туалета и можем ли мы идти в школу.

— Желающих посетить туалет не было. Ждали только тебя. Итак, все на месте? Выдвигаемся!

Хорошо, что никто из моих одноклассников в туалет не ходил. Не знаю по каким причинам, но тем лучше для меня. Это значит, что никто ничего не видел.

5

Прошло несколько дней с тех пор, как я принес домой свинцовый корпус генератора технеция. Я прятал его под своей кроватью. Это было единственное место, куда моя мама заглядывала реже всего — один раз в месяц, когда проводила генеральную уборку. А так как генеральная уборка прошла три дня назад, у меня оставалось много времени для сбора необходимого инвентаря, чтобы вскрыть корпус. Под инвентарем я подразумевал молоток, зубило, ножовку по металлу, отвертку и плоскогубцы. Этих инструментов должно было быть достаточно для выполнения задачи по извлечению радиации из свинцового плена.

Всё что мне было необходимо, находилось в одном месте — в гараже моего деда. Именно туда я и хотел попасть. Но как мне оказаться там без деда? Если бы я сказал ему, что мне надо взять что-нибудь в гараже, ну, например, молоток для уроков труда, то он непременно захотел бы пойти со мной. И вовсе не для того, чтобы мне помочь найти то, что нужно. Просто он никогда не упускал возможности лишний раз полюбоваться на свой раритетный мотоцикл. Иногда, находясь возле «Урала», дед клал свою руку на бензобак и делал такое выражение лица, будто ангела увидел. Глаза смотрели в одну точку, а на устах застывала легкая улыбка. Наверняка предавался каким-нибудь воспоминаниям или мечтам. В общем, летал где-то в облаках, как маленький. А на все мои вопросы в тот момент отвечал как-то односложно: «да», «нет», иногда «может быть» или «не знаю». Дед мог пребывать в таком состоянии минут десять, а то и все двадцать. Бывало и так, что мне надоедало ждать, пока дед вернется в свое нормальное состояние, и я уходил домой. Оставлял его одного, наедине с мечтами. Да, хоть и могло показаться, что если мне повезет и дед, в тот момент, когда мы окажемся в гараже, снова погрузится в свои старческие фантазии, то я без проблем смогу спокойненько вскрыть корпус генератора, но это совершенно не так. Я был уверен, что звук, возникнувший от удара металлом по металлу, выведет любого человека из состояния погружения в себя, даже моего глуховатого дедушку. Конечно, я мог бы просто забрать из гаража все необходимые мне инструменты. Дед бы ничего не заметил, я уверен. Но где мне тогда заниматься вскрытием? На улице? Нет, это не вариант — слишком высока вероятность быть замеченным кем-нибудь. Мне свидетели не нужны. Дома? Тоже не вариант. Я просто не смог бы спрятать весь инвентарь от моих родителей. Даже придумывать объяснения о нахождении всех этих предметов в моей комнате не хотелось. Мама поняла бы, что я лгу, вывела меня на чистую воду, и мне пришлось бы ей рассказать обо всем. И опять бы меня наказали, выкинули все комиксы, отвели к врачу на эти дурацкие беседы о том, «что реально, а что нет». Знаем, было дело. Снова проходить через это мне вообще не хотелось. Так что единственным местом, где я смог бы вскрыть внутренний корпус генератора, не привлекая к себе внимания, был дедовский гараж. И я должен был оказаться там один. Точнее, только я, радиация, томящаяся внутри свинцового корпуса, и пойманный мною паук. Кстати, говоря о последнем, паук находился в спичечном коробке уже третий день. Как бы он не помер там в скором времени. Ловить нового мне не очень хотелось. Тем более, не факт, что попадется такой же крупный. В общем, времени оставалось не так уж и много, как мне казалось поначалу. Мне срочно нужен был план действий.

Ключ от гаража был прикреплен к связке ключей, которую дед всегда носил с собой. На связке был брелок в виде красного мотоциклетного шлема. Так как связка была не большая, она легко помещалась в кармане дедовских брюк. Даже приходя домой, дед никогда не клал ключи на тумбочку, что стояла в прихожей, как это делала бабушка. Поэтому достать ключи можно было, наверное, единственным способом — подождать, пока дед уснет в своем кресле, просматривая очередной ужастик по телевизору, и незаметно забрать их из его кармана. Но меньше всего мне хотелось бы копаться в кармане дедовских треников. Мало ли что я мог там найти. Не знаю почему, но это действие у меня ассоциировалось с каким-то извращением. Так что необходимо было завладеть ключами другим, исключающим прикосновения к деду, способом.

Как оказалось, никакого способа придумывать не пришлось. Мне как всегда повезло. А моему деду — нет. И поверьте, этому обстоятельству я не очень обрадовался.

Мы с дедом возвращались домой из гаража. А ходили мы туда под предлогом того, что мне необходимо научиться пользоваться ножовкой по металлу, якобы для уроков труда. Я подумал, что будет неплохо разведать обстановку в гараже, потренироваться резать металл ножовкой и, самое главное, посмотреть, как открывается замок. Это был навесной замок закрытого типа, где доступ к дужке полностью исключен. Форма корпуса замка препятствовала попаданию воды в механизм секрета. Такие замки я никогда не открывал, поэтому попросил деда позволить мне его открыть, ну и закрыть соответственно. Оказалось, всё просто. После поворота ключа необходимо было всего-навсего вытянуть дужку из замка, ухватившись пальцем за кольцо, вставленное в головную часть дужки. Закрывать замок было куда труднее. Мне не сразу удалось вставить дужку в корпус замка между петель гаражных дверей. Но всё же со второй или третьей попытки я справился и был абсолютно уверен, что смогу сделать это снова без чьей-либо помощи. Ну и вот, пошли мы с дедом домой. Я был доволен проведенной разведкой и практикой. Дед был доволен тем, что я был доволен, или тем, что вытер пыль со своего «Урала». В общем, не важно. Все были в хорошем настроении. Мы приближались к подъезду дома, весело рассуждая о том, как было бы здорово отправиться в путешествие на мотоцикле. Естественно, в основном рассуждал дед, а я просто ему подыгрывал. Ничто не предвещало беды, был прекрасный весенний вечер, солнце светило ярко, птицы пели на деревьях, ну и все в таком духе, как вдруг дед поскользнулся на банановой кожуре и упал. Да, да. Поскользнулся на банановой кожуре. Не часто такое увидишь вживую. Блин, поначалу я даже рассмеялся. Дед был ну прям как Чарли Чаплин в кинофильме «У моря». Мы смотрели его вместе с бабушкой пару недель назад, когда я оставался у них с ночевкой. Конечно, фильм мне тогда не очень понравился, вероятно из-за того, что он был черно-белый. Да и Чаплин этот, в маленькой шляпе, больших башмаках, с тросточкой и с нелепой походкой, не очень меня впечатлил. Местами смешной, в общем-то, он не походил ни на одного из известных мне супергероев. Да и выбора того, что смотреть, у меня особо не было. Телевизор был один. Так что вечером мне приходилось смотреть то, что смотрят мои старики.

Когда я услышал вскрики и стоны, мне стало совсем не смешно. Дед лежал, распластавшись на асфальте лицом вниз. Его левая рука была вытянута в сторону, а правая находилась где-то под ним. Быстро сообразив, что дед скорее всего сломал руку, я помчался в подъезд, забежал на третий этаж и рассказал бабушке о случившемся. Она вызвала скорую, и деда увезли в больницу. Не рассказал я бабушке только об одном. Кожура от банана, на которой поскользнулся дед, была от того самого банана, которым бабушка угостила меня накануне нашего похода в гараж. Я ел его, пока мы с дедом спускались по подъездной лестнице. После выхода из подъезда почти доеденный банан случайно выскользнул из моих рук и упал на пол. И хотя плод банана находился в кожуре и наверняка не испачкался в пыли, я всё равно побрезговал его поднимать и просто пошел дальше. А дед этого не видел, потому что шел впереди меня. Возвращаясь обратно из гаража, дед очевидно был увлечен рассуждениями о путешествии на «железном коне» и чаще смотрел на меня, чем под ноги. Так что в плохом положении дел у деда я винил только себя. Совесть заставляла мои глаза блестеть. Я еле сдерживал слезы, когда мы с бабушкой, стоя возле подъезда, провожали взглядом машину скорой помощи, увозившую деда в больницу. Но, как говорится, нет худа без добра. Автомобиль скрылся из вида, и мы собрались заходить в дом, как вдруг боковым зрением я заметил какой-то предмет, лежавший под лавкой, которая находилась слева от входа в подъезд. Подойдя поближе, мне стало видно, что это была связка ключей с брелоком в виде красного мотоциклетного шлема.

6

На следующий день, после неудачной игры деда в «Чарли Чаплина», я сказал маме, что хотел бы сегодня переночевать у бабушки и побыть с ней денек. Ведь ей сейчас грустно там одной, пока дед в больнице. А со мной будет повеселее. Маму немного удивило мое предложение, поскольку обычно я не горел желанием гостить у деда с бабкой, а особенно оставаться на ночь. Но она не стала возражать. Даже наоборот, сказала, что это хорошая идея и что я большой молодец.

— Какой у меня благородный и хороший сын. Я надеюсь, что ты таким образом не отлыниваешь от выполнения школьных домашних заданий.

— Мама, ну как ты могла так подумать. Я сейчас сложу уроки в портфель и всё сделаю у бабушки.