Приключения отважного капитана Билли Бома и его друга – корабля Арго

– К рассвету? Ты же говорил, что он рядом.

– Я говорил недалеко. На обычном корабле ты бы добирался до него два, а то и все три дня, а я тебя домчу за одну ночь. Держи крепче штурвал, не теряй курс. Кстати, забыл спросить, ты умеешь ориентироваться ночью? – ехидно спросил Арго.

– Что? Да у меня по навигации «отлично»! Я один смог проложить курс от Лиссабона до Афин11, ориентируясь только по звёздам!

– Вот и прекрасно, значит ты справишься, тем более, что ночь будет ясной.

Солнце зашло, и небо усыпали миллионы звёзд. Это была прекрасная ночь. Свежий ветер гнал Арго вперёд, Билли Бом стоял на мостике и, любуясь отражением звёзд в воде, думал о том, как круто изменилась его жизнь: ещё вчера он сидел связанный в трюме «Долорес», а сегодня он капитан говорящего корабля, а завтра, сразу после того, как утолит голод, он отправится в удивительные путешествия, потом непременно найдёт настоящие приключения… Билли Бом всей грудью вдыхал ночной морской воздух и, забыв о голоде, мечтал. Ему хотелось одновременно и открыть новые земли, и вступить в схватку с пиратами, и спасти прекрасную принцессу, и даже победить какого-нибудь дракона. Желательно огнедышащего. Так в мечтаниях он не заметил, как настало утро.

– Капитан, мы будем брать этот корабль на абордаж12 или просто в него врежемся? – раздался громкий голос Арго, который вывел Билли Бома из состояния задумчивости. Он посмотрел вперёд и увидел, что Арго несётся наперерез большой яхте. За этой яхтой шло ещё несколько других поменьше. Билли Бом резко повернул штурвал влево, Арго заложил вираж и в последний момент сумел избежать столкновения. Парусники поравнялись и некоторое время шли бок о бок. Билли Бом взглянул на яхту и увидел, что за штурвалом, бросая на него гневные взгляды, стоит пожилой моряк, широкоплечий, немного полноватый, с окладистой рыжей бородой. Билли Бом состроил извиняющуюся физиономию, но моряк презрительно отвернулся.

– Ну и ладно, – обиженно сказал Билли Бом. Он, надо признаться, немного испугался, что корабли чуть не столкнулись.

– Да не переживай, – усмехнулся Арго, – я бы всё равно отвернул.

– В самом деле? – с наигранным удивлением спросил Билли Бом. – Спасибо, что успокоил, но прошу, в следующий раз, если я буду занят важными мыслями, предупреждай меня заранее, договорились?

Корабль промолчал. Но Билли Бому показалось, что сквозь шум волн он услышал усмешку Арго.

– Кстати, уже утро, где твой обещанный остров? Как он там называется?

– Капитан, имею честь представить прекрасный Госьедад! – спокойно сказал Арго, и Билли Бом увидел на горизонте очертания большого острова.

– Ура! – воскликнул Билли Бом. – Погнали, кораблик! Очень хочется кушать.

Арго не надо было повторять дважды, он выправил курс, поймал ветер и помчался к острову, быстро оставив за кормой все яхты. Через час они уже вошли в гавань. Над портом развевались флаги, чуть выше начинался город, а над ним, возвышался большой замок. Никогда Билли Бом не встречал такой странной архитектуры: казалось, что над городом высится не замок, а огромный великан, который навьючил на свои плечи десятки коробок, узлов, тюков и ящиков. Только вместо всей этой поклажи на замке громоздились самые разнообразные башни: круглые, квадратные, многоугольные, плоские и узкие, похожие на тарелки и на шахматные фигуры и при этом ещё и разукрашенные самыми разными красками и узорами. На некоторых был один шпиль, на других – несколько, на третьих не было вовсе. Среди этой пёстрой башенной неразберихи выделялась одна – высокая, как колокольня, и совсем серая. Даже шпиль на ней был серый.

Подивившись на необычный замок, Билли Бом пришвартовал Арго у причала и побежал в ближайшую таверну. Съев четыре тарелки вкуснейшего рыбного супа, слопав целую курицу и закусив парочкой пирожных, Билли Бом, с трудом передвигая ноги, возвращался в порт. Когда он добрался до своего корабля, то увидел рядом с ним небольшую группу моряков. Подойдя поближе, он услышал, как они горячо спорили о том, является ли Арго тем самым кораблём, который обогнал все яхты королевской регаты или нет. Билли Бому стало любопытно и он подошёл поближе.

– Господа, я клянусь здоровьем короля, я видел на палубе этого корабля настоящего кровожадного пирата, его надо немедленно найти и арестовать, – говорил один.

– А я говорю, вы ошибаетесь. Корабль пиратов был чёрный, с десятком пушек. Они хотел напасть на короля, но я отпугнул их, и они пустились наутёк! – хвастался другой.

– Клянусь красотой принцессы Изабель, это вообще не тот корабль. Вы только посмотрите на него – этой посудине ни за что в жизни не догнать любимую яхту нашего дорогого короля, – отвечал третий.

В это время, сидевший в сторонке на деревянном ящике человек в накинутом на голову капюшоне, поднял руку, и все разом замолчали. Он что-то тихо сказал и все спорившие моряки бросились в разные стороны. Когда этот человек остался один, Билли Бом подошёл к нему и встал рядом. Они вместе смотрели на Арго.

– Красивый корабль, – сказал человек.

– О, да! – не без гордости ответил Билли Бом.

– И очень быстрый. Он обогнал лучшую королевскую гоночную яхту.

– Неужели? – спросил Билли Бом, расплываясь в улыбке от удовольствия.

– Да. – сказал человек и вдруг заявил. – Я хочу купить этот корабль!

Билли Бом даже растерялся от неожиданности.

– Не думаю, что капитан корабля будет в восторге от вашего желания. Этот парусник не продаётся!

– Чушь, продаётся! Всё дело в цене! – настаивал человек.

– А я вам говорю, что капитан «Арго» не продаст его ни за какие сокровища на свете! – крикнул Билли Бом.

Человек вскочил, скинул капюшон, и Билли Бом тут же узнал того самого бородатого моряка, в яхту которого он чуть не врезался. Моряк тоже узнал Билли Бома и нахмурил брови.

– Добрый день, – робко начал Билли Бом, – я приношу вам свои извинения за те неудобства, которые я мог причинить вам, когда Арго чуть в вас не врезался… То есть, не в вас, конечно, а в яхту… Кстати, очень красивая яхта! Такая стройная, быстрая. А на ней правда был король? А я – Билли Бом, капитан этого корабля… – и улыбнулся во весь рот.

Моряк некоторое время молчал, сверля его взглядом, а Билли Бом стоял, улыбался и разглядывал человека напротив. Густые брови были нахмурены, глаза метали молнии, но, казалось, что в густой рыжей бороде гуляла улыбка.

– Хочешь леденец? – неожиданно спросил человек и протянул Билли Бому небольшую коробочку, набитую разноцветными конфетами.

– Нет, спасибо.

– Значит, не продашь? – хитро спросил он.

– Не могу, – и тут Билли Бом почему-то соврал, – это корабль достался мне от отца, ему от моего деда… Это наша семейная реликвия, можно сказать член семьи… – и покраснел за своё враньё.

– Понимаю, – смягчился незнакомец, – но может быть ты позволишь хотя бы снять с него мерки, чтобы я мог построить точную копию?

– Мерки? Мерки, пожалуй, что и можно, если обмерщик не будет его сильно щекотать.

И тут бородач расхохотался. Смех его был таким искренним и заразительным, что Билли Бом засмеялся вместе с ним. Так они и стояли, хохоча на весь порт, пока не прибежал один из моряков.

– Ваше величество, капитана этого парусника нигде нет, – доложил он запыхавшись.

И тут только Билли Бом понял, что этот бородатый моряк был никто иной как король острова Госьедад. Он тут же замолчал, а король, наоборот, продолжал хохотать во все горло.

– Ваше Величество, – оробев, залепетал Билли Бом, – я право не думал на вас нападать… Простите меня… Уверяю вас, на борту Арго нет и одной пушки… Даже крохотной.

– Брось, – сквозь смех сказал король, – и не извиняйся. Ты ни в чём не виноват. Да, ты сорвал мой победный финиш в трёхдневной гонке, придя в порт раньше меня, но не сажать же тебя за это в тюрьму! Это мне надо было сообразить, что ты меня просто не видишь. Ты же не видел меня, верно?

– Да, ваше Величество, парус закрывал мне обзор, но как только Арго сказал мне, что мы идём прямо на вас… – начал Билли Бом.

– Кто тебе сказал? – вдруг перебил король.

– Мой корабль… Арго…

И король опять начал хохотать пуще прежнего.

– Корабль! Ему подсказал корабль! В жизни не слышал ничего нелепее и смешнее! Ты определённо мне нравишься, парень. На, держи! – Король всучил ему коробочку с леденцами, а потом, хлопнув Билли Бома по плечу, сказал. – Приглашаю тебя на ужин, отметим знакомство, – и, махнув рукой придворному, смеясь, зашагал вверх по дороге в сторону разноцветного и разно башенного дворца.

Повинуясь распоряжению короля, к Билли Бому подскочил придворный. Он был одним из главных королевских вельмож и, глядя на Билли Бома, сказал со смешанными чувствами пренебрежения и учтивости:

– В связи с тем, что правитель славного острова Госьедад, властитель вод и неба, защитник народа и гроза врагов, покровитель моряков и учёных, вдохновитель поэтов и художников, величайший и светлейший король Просперий Второй оказал вам честь быть приглашённым к его королевского величества ужину, то извольте быть готовым ровно к половине седьмого вечера. За вами прибудут носилки. И не забудьте привести себя в порядок, – закончил придворный, смерив Билли Бома презрительным взглядом с головы до пят.

Когда вельможа, круто развернувшись на каблуках бросился догонять своего короля, Билли Бом поднялся на борт Арго. Он совершенно не представлял, что ему делать: радоваться тому, что пригласили на ужин во дворец или немедленно, подняв якорь, убраться прочь подобру-поздорову? Так и не придя к какому-то решению, Билли Бом засунул в рот леденец и решил спросить совета у корабля:

– Арго, а ты знаешь, чью яхту ты чуть не протаранил? Короля этого острова – Просперия Второго! Он, кстати, пригласил меня на ужин.

– Капитан, – прервал его парусник, – у меня отличный слух, я слышал всё. Во-первых, хочу тебя поблагодарить, что не продал меня. А во-вторых, позволь попросить, пожалуйста, никогда больше никому не рассказывай о том, что я могу говорить. Тебе же не нужны неприятности?

– А какие из-за этого могут быть неприятности? – не понял Билли Бом.

– А такие, что если какой-нибудь не очень хороший король, богач или просто злодей узнает о моих способностях, то, скорее всего он захочет завладеть мною, а ты в этом случае станешь преградой у него на пути. А так как плохие люди обычно не церемонятся, то тебя могут побить, посадить в тюрьму, убить или что-нибудь в этом духе. Я вполне доходчиво объяснил?

– Да, я понял, – пробурчал в ответ Билли Бом, – так что, нам лучше убраться отсюда?

– Зачем?

– Ну, я же проболтался про тебя.

– Да, но король решил, что ты шутишь! – воскликнул Арго. – Он скорее всего подумал, что у тебя такое своеобразное чувство юмора. Так что, вот тебе мой совет – приведи себя в порядок и будь готов к назначенному времени. Не каждый день короли будут приглашать тебя на ужин. Считай это первым приключением. Самое главное – ничего не бойся и будь самим собой. Сходи в город и купи себе подходящий костюм, – так закончил свою речь Арго, и Билли Бом снова отправился в порт.

Ровно в половине седьмого он был готов. Темно-синяя капитанская куртка, украшенная серебряным шитьём, узкие белые штаны, белый кожаный ремень с золотой пряжкой и высокие черные кожаные сапоги – таков был наряд Билли Бома. У трапа Арго уже стоял паланкин13. Его принесли двое носильщиков, таких тощих, что Билли Бому стало их жалко.

– Послушайте, друзья, – сказал он, – я сам сегодня видел, как ваш король пешком отправился во дворец, а так как я большой поклонник его Величества, то и я пойду на своих двоих. Показывайте дорогу.

Радостные носильщики, подхватив паланкин, побежали вверх по дороге. Билли Бому пришлось тоже припустить, чтобы не отстать от них. Поэтому, изрядно запыхавшись, он прибежал во дворец раньше времени. Как только он вошёл в ворота, его тотчас повели по длинным запутанным коридорам, по бесчисленным лестницам, переходам, в конце концов привели в большой зал, в котором стоял длинный стол, накрытый к ужину, оставили одного и велели ожидать. Билли Бом смог, наконец-то, перевести дух и оглядеться. Высокий потолок был расписан сценами морских сражений. Вдоль стен были расставлены древние латы, копья, алебарды и прочее оружие. На комодах, подставках и специальных полках – всюду стояли модели парусников. Напротив входа у стены возвышался огромный шкаф, сверху донизу уставленный памятными кубками. «Это, наверное, награды короля за победы в гонках», – подумал Билли Бом. Одну стену зала от пола до потолка занимали портреты в тяжёлых дорогих рамах. Он насчитал их больше тридцати. На всех были изображены очень важные сановники и военачальники. “А это, надо понимать, предки короля. Или родственники”, – размышлял Билли Бом. Потом его внимание привлёк портрет молодой девушки, который висел в самом центре. Портрет была написан столь искусно, а девушка на нём была так красива, что он невольно залюбовался.

– Нравится? – внезапно раздался за его спиной голос.

Билли Бом резко обернулся и увидел короля.

– Да, нравится, – ответил Билли Бом, – а кто это?

– Это моя дочка Изабель. Ну, давай к столу, Билли. Можно я буду называть тебя Билли? – спросил король. – Я так устал произносить все эти титулы, звания, должности, а иногда хочется просто сказать: «Эй, Антонио!», или «Привет, Хосе!»

– Да, пожалуйста, – сказал Билли Бом, – а я вас тогда буду называть Капитан.

Услыхав такую дерзость, король сначала вскинул бровь от негодования, но подумал, и снова расхохотался. Билли Бому очень нравился смех этого весёлого короля Просперия Второго. Они сели за стол и начался ужин. Сначала Билли Бом неловко молчал, не зная, о чём говорить с королём, но Просперий Второй сам начал беседу:

– Первый раз на Госьедаде?

– Да, – робко ответил Билли Бом.

– Ну и как, нравится?

– Пожалуй, да. Замок у вас очень интересный. Я таких раньше не встречал.

– Это всё наша королевская традиция. Каждый, кто вступает на трон, должен построить башню. Места уже не хватает, а всё равно надо. Сам понимаешь, вкусы у всех разные, вот и получается такой архитектурный бардак. Я выстроил башню-маяк.

– Серую? – догадался Билли Бом.

– Ага. Только не решил ещё, в какой цвет красить. Может подскажешь?

Они принялись обсуждать варианты покраски башни-маяка и пришли к мнению, что лучше всего будет покрасить её традиционными бело-красными полосами. Потом поговорили о парусниках, о том, как лучше управлять кораблём, о тактике в гонках. Во время беседы Билли Бом то и дело бросал взгляд на портрет Изабель. Затем разговор перешёл на путешествия, великие географические открытия, приключения. Неожиданно король сказал:

– Вот честное слово, Билли, будь моя воля – я оставил бы трон и отправился куда-нибудь!

– Так в чем же дело, Капитан? Бросьте всё и давайте со мной. Для меня будет честь – ходить по морям вместе с вами.

– Не могу… Я всё-таки король. И потом, на кого оставить управление королевством? Оно хоть и не большое, но хлопотное.

– А на дочку? То есть, принцессу…

– Нельзя. По законам острова только мужчина может быть королём. Вот выдать бы Изабель замуж за хорошего человека, оставить ему всё королевство в приданое и пусть правит. Но у неё нет женихов. Понимаешь, она у меня… – и король замолчал.

– Что с ней? Больна? – осторожно спросил Билли Бом.

– Наоборот. Здорова, как бык, – неожиданно угрюмо сказал король, – совсем замучила капризами. Извела меня всего. Ингода мне кажется, что в неё вселились бесы.

– Этого не может быть! – воскликнул Билли Бом. – Принцесса Изабель настолько красива, что должна быть необыкновенно доброй и милой!

– Так и было, когда она была маленькой. – Просперий Второй тяжело вздохнул и вдруг начал рассказывать. – Однажды, много лет назад, во время морской прогулки её мама – королева, кормила чаек, случайно упала за борт и утонула. Я тогда был в отъезде и ничего не мог сделать… – король смахнул слезу. – Изабель страшно горевала. Я изо всех сил старался утешить дочку и исполнял все её желания. Однажды, чтобы немного развлечь, решил взять с собой на регату14. Мы вышли из порта, попали в небольшую волну, и тут Изабель страшно испугалась. Она вцепилась в мачту и кричала так, что у меня волосы стояли дыбом… Пришлось вернуться обратно. С тех пор она даже смотреть не может на море. Она оказалась заперта на этом прекрасном острове, как в клетке. Я выворачивался наизнанку, чтобы она чувствовала себя свободной: построил разные парки, проложил дорожки в горах, приглашал артистов и музыкантов… Но у меня ничего не получилось. Изабель очень скоро поняла, что ей никогда не выбраться с этого острова. От этого она стала злой, вспыльчивой и не терпящей возражений девушкой. Чуть что не так – устраивает скандал, истерику или бежит на чердак серой башни и не выходит оттуда по несколько дней. Это я виноват, что она такая, – печально закончил король.

– Неужели никто никогда не предлагал принцессе Изабель руку и сердце? – воскликнул Билли Бом.

– Понимаешь, Билли, – вздохнул король, – тех немногих принцев, которые приплывали сюда в поисках её руки, она высмеивала, обижала и прогоняла. Некоторых даже била. Принцы – они все очень нежные и ранимые. И потом, никто не хотел становиться королём такого крохотного государства, как остров Госьедад. Ах, если бы у меня были крылья, – вдруг мечтательно воскликнул Просперий Второй, – я бы обнял мою любимую дочь и улетел куда-нибудь на большую землю, и путешествовал бы с нею до старости…

Тут за дверью раздались крики, шум, грохот мебели. Король вскочил, заметался по залу, а потом, с неожиданной для своей комплекции ловкостью, спрятался под стол.

– Это она! – зашептал он из-под стола. – Идёт сюда, кажется… Слышишь? Да, сюда…  Как нарочно, у неё сегодня приступ вспыльчивости, злая ужасно. Что сейчас будет… Обо мне ни слова! Такая разбойница, – прошептал он Билли Бому, странно улыбнулся и скрылся под скатертью.

Дверь распахнулась и в зал вбежала молодая девушка. Она, не замечая Билли Бома, начала бегать вокруг стола и кричать:

– Папа, мне всё осточертело! И этот остров, и этот замок, и это море! Я не могу больше всё это видеть! Папа, ты где? Тебе всё равно не удастся от меня спрятаться.

Тут она заметила Билли Бома.

– Эй, ты, где король? Ну, чего молчишь? Ты немой?

А Билли Бом стоял и смотрел на неё, как зачарованный. Сердце бешено стучало в груди, руки дрожали, ноги стали ватными. А всё потому, что принцесса Изабель показалась ему во сто крат прекраснее, чем её изображение на портрете. Она не была писаной красавицей, но в ней было столько жизни, столько страсти, что это никого не могло оставить равнодушным. Вот и сейчас она стояла перед Билли Бомом, разгорячённая бегом. Грудь поднималась и опускалась, сжатая тесным платьем. Тёмно-рыжие пышные волосы растрепались и сбились назад. Принцесса запыхалась, и её рот был полуоткрыт, но потом губы сжались и лицо стало строгим. Изабель в упор смотрела на него своими изумрудными глазами и Билли Бом понял, что влюблён в неё без памяти. Первый раз в жизни, но, как ему тогда казалось, навсегда.