Швейный мастер

© Федор Михайлович Дубровский, 2024

ISBN 978-5-0062-6941-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Здравствуй, дорогой читатель. Приятного вам чтения моего первого произведения. Хорошего вам дня!

Действующие лица:

Зингер Гораздович Лагин – швейный мастер. В народе известен, как Медный Зингер.

Татьяна Лагина – мать Зингера. Любимая вещь – швейная машинка.

Горазд – отец Зингера. Товарищ Прохора.

Мачеха Ивана и Реи = жена Витомира, мать Петра и Павла.

Иван Витомирович Метафимия – «сын» Витомира. Один из наследников Витомира.

Алан – старец, рыбак. Старый друг семьи Горазда.

Знахун Бобо – знахарь. Он временно живёт на окраине города.

Андрей – восьмилетний мальчик, просивший милостыню возле храма.

Прохор Степанович – один из бандитов. Бывший шахтёр.

Себастьян – главный слуга и личный помощник Витомира.

Витомир Гадонович Метафимия – глава семьи Метафимии и консул империи.

Гадон Метафимия – бывший глава семьи Метафимии. Отец Витомира.

Рея – дочь Лилии и сестра Ивана. Робкая девушка.

Лилия – аборигенка. Имеет романтический интерес к Витомиру.

Петр и Павел – «сыновья» Витомира и мачехи Ивана и Реи. Наследники Витомира.

Швейный мастер

2

– Пап! Пап! Смотри, что я нарисовал! – закричал малолетний Иван.

Он побежал к черноволосому отцу, окруженному людьми, но его остановила мачеха.

– Ты что, не видишь?! Отец занят важными делами, не мешай ему, – сказала она строго.

– Но мне нужно к нему!

– Что у тебя в руках? – спросила она, резко вырывая листок из рук мальчика.

Там был нарисован стройный двухметровый мужчина без бороды и усов, со строгим лицом и карими глазами. Рядом с ним стояла какая-то женщина с двумя детьми – мальчиком и девочкой.

– Это ты хотел показать отцу? – рассмеялась она. – Ты хочешь насмешить отца!? Ты не достоин его внимания! Не достоин!

С этими словами она разорвала рисунок, смяла и выкинула.

…

Последняя фраза еще много раз повторялась в голове Ивана. Неожиданно его схватили за плечо.

– С тобой всё в порядке?

– Нормально.

Двое парнишек стояли на маленьком холме. Рядом с ним находился небольшой деревянный дом.

– Выходи чудовище! – крикнул Иван.

– Молодца, так его, – подхватил его друг.

Рядом бегали ребята, играющие в городки.

– Ты уже третий раз кричишь за час. Он, наверное, крепко спит, – сказал кто-то. – Давайте уже, как на прошлой неделе, воровать яблоки из чужого сада.

Иван подошел к говорящему и ударил его в живот. Тот сразу упал на землю, схватившись за ушибленное место.

– Не забывай кто тут главный, – сказал строго Иван, нахмурив брови.

– А когда выйдет чудовище? Мы уже целый час ждем его, – жалобно спросил кто-то.

– Не скули, а то врежу! – проговорил сурово Иван. – Он по-любому выйдет, только что-то задерживается. Интересно почему?

– Не помер ли?

– Да он живее … – недоговорил он.

На улицу выбежал юноша, в которого тут же полетела палка, брошенная другом Ивана. Увернуться тот не успел, поэтому она с силой врезалась в его плечо. Он не среагировал на неё, продолжая идти к своей цели.

– Эй! Страшила! Куда идешь? – язвительно закричал Иван.

Но ответа не последовало. Юноша продолжил идти в сторону города, как будто ничего и не произошло.

– Ты что глухой? – несдержанно спросил Иван.

Быстрыми шагами он подошел к молчаливому человеку и преградил ему дорогу.

– Ты что? Обнаглел? Я тут вообще-то с тобой разговариваю.

Прошло несколько секунд. Юноша поднял глаза на мальчишку. Сегодня связываться с этой кампанией ему совсем не хотелось, да и времени на уговоры не было. От пронизывающего взгляда голубых глаз Ивану вдруг стало страшно. Хулигану не первый раз приходилось смотреть на бледно-медное лицо этого человека, но сегодня что-то было необычное и зловещее. Холодок пробежал по спине у Ивана. Юноша оттолкнул его и молча пошел дальше. Иван был в замешательстве. Он не ожидал такого. Обычно этот человек не замечал их издевок, даже пытался их образумить. И так продолжалось два года до сегодняшнего дня.

– Остановись! Я тебе приказываю, иначе… Иначе я сожгу твой дом! – отчаянно закричал Иван.

Юноша остановился и повернулся к нему. В его взгляде теперь выражалось чувство, когда человек готов убить кого угодно.

– Не стоит детям играть со спичками, – спокойно сказал он. В его голосе звучала угроза.

Юноша прошел мимо мальчика и направился в центр города, а Иван стоял долго, обдумывая эти слова и необычное поведение старого знакомого. Мальчишки позади него стали подсмеиваться, но он не реагировал на них. Иван развернулся и, молча, пошел домой.

3

В центре города была ярмарка. На ней продавали разнообразные товары: фрукты, овощи, одежду и т. д. Там собралось много людей. Они разговаривали и толкали друг друга случайно из-за узких проходов. Один человек таким образом столкнулся с юношей, который носил большую шляпу на голове. Она упала на землю.

– Простите, сударь, что я вас задел, – сказал он, дотягиваясь до головного убора.

– Отдайте шляпу! – крикнул юноша, пытаясь побыстрее её надеть.

– Извините, дер…

Он взглянул на юношу. Страх и ужас застыли на его лице.

– Медный Зингер! Медный Зингер! Бегите! – закричал он, убегая от юноши. – Отрубите мне руку, чтобы я не заразился, умоляю.

Повисла гробовая тишина. Все смотрели на человека с бронзовой кожей, как на прокаженного.

– Уходи нечисть! Ты нас заразишь! – кричали люди.

Некоторые начали кидать в него камни.

«Как вы меня достали! – думал он, уворачиваясь от камней. – Всё одно и тоже каждый раз. Я же никого не заразил за 2 года!»

– Беги отсюда!

«С радостью! – думал он, протискиваясь через толпу. – Почему люди судят других, особо не задумываясь? Ведь в заповеди сказано:” не судите, да не судимы будете.»

Зингер подошел к лавке, где продавались части швейной машины. Но там не было продавца и товаров.

– Где она? – спросил он всех, – заболела?

И как обычно ему никто не ответил.

«Жаль, хотелось купить несколько деталей», – подумал Зингер и побежал к причалу.

Соленый и прохладный ветер дул с моря. Чайки громко кричали. Солнце медленно опускалось к горизонту. Многочисленные рыболовные лодки разных размеров были в гавани. Вот такой пейзаж открылся Зингеру, корчащемуся от боли из-за большой сутулости, появившейся в результате постоянной и долгой работы за швейной машинкой. Он сильно устал от бега. Все мышцы ныли и болели. Зингер постоял немного, чтобы вернуть ритм дыхания. За это время он успел насладиться этим пейзажем. У него не было времени прохлаждаться. Юноша ещё больше наклонил шляпу, чтобы его не узнали, но из-за этого мало что видел. Зингер нашел человека по имени Алан, сидящего на табуретке возле своей рыболовной лодки.

– Привет, Зингер! – радостно сказал он. – Как у тебя дела?

– Как обычно, неплохо.

Пожилой человек обнял его крепко.

– Я тебя целых 2 года не видел. Зачем пожаловал?

– Купить горбушу. Хорошо, что ты до сих пор тут рыбу продаешь.

– Держи, – сказал он, кладя рыбу в корзинку.

Он случайно увидел его бледно-медное лицо.

– Что с тобой? Ты же ничем не болел, был богатырем. А, щас ты хилый, горбатый, уставший, в лохмотьях. Что произошло? – изумленно спрашивал старик, глядя в его глаза.

– Да, многое, – ответил он холодно. – Ты не знаешь есть тут у нас знахарь?

– Есть, есть. Щас вспомню, как его, – говорил он, напрягая свою голову. – Вспомнил! Знахун Бобо. Он вроде на окраине города живет. Только недавно появился у нас. Иди к нему, подлечись. Чего ты так поздно обратился?

– Так получилось. Благодарю тебя за помощь! Кстати, можно в пятницу к тебе в гости прийти?

– Я только за! Может к тебе всё-таки. Хотел бы встретиться с твоей мамой. А где твой отец-работяга, не знающий покоя? В городе его не видать. Может работает за пределами города? Ему не свойственно бросать своего любимого ребёнка и жену.

– Пусть он горит в аду!

Зингер так стремительно убежал, что старец не успел ничего сообразить. Глаза Алана смотрели на юношу с непониманием.

4

Зингер с большой шляпой на голове шёл из центра города. Он был встревоженным и нервным в то время, как увидел небольшой деревянный храм. Колокольня была внутри этого здания. Колокол всегда успокаивал юношу, так как он вспоминал свое детство, его учёбу в этом храме и пребывание в нём, также общение со священниками и другими служителями церкви – всё это приносило ему огромное счастье. Его глаза устремились на вход церкви. Там сидел мальчик около 7 лет, голодавший на протяжение долгого времени. Юноша подошел к нему и спросил:,,Что ты делаешь?»

– Подайте на пропитание, ваше благородие, – сказал мальчик, указывая рукой на глиняную миску, где лежало несколько монет.

– Я не чиновник, а швейный мастер.

– Вы же мед… – недоговорил мальчик, взглянув на него.

– Не произноси это прозвище, мне оно не нравится.

– Простите, если я вас обидел или оскорбил.

– Ничего. Лучше расскажи, как ты дошел до того, чтобы просить милостыню.

– Не надо тратить на меня ваше драгоценное время.

– Не переживай, я никуда не спешу.

– Странный вы человек. Никто обычно не хочет разговаривать с такими как я. Вам что-то нужно от меня?

– Нет, мне хочется помочь человеку, который похож на меня.

– В каком в смысле?

Юноша присел, так чтобы его глаза смотрели прямо в душу мальчика.

– Пойми, я просто хочу узнать твою историю. Я знаю, как дети могут дойти до такого.

– Ладно… Мой отец ушел от мамы в один день, она была в шоке, и теперь ведет себя странно. Что с вашим лицом?

Лицо Зингера выражало злобу и гнев. Оно стало красным от бешенства.

– Ничего.

– Вот, и всё. Теперь прошу на пропитание себя и моей мамы.

– Держи оставшиеся деньги и перчатки, – он снял их со своих рук.

– Спасибо вам большое! – радостно сказал мальчик.

– Не за что. Не смей их продавать, мало денег получишь. А главное, ты скорее всего заболеешь, если ты их продашь. Для матери огромное несчастье, когда сын страдает.

– Так точно! – сказал он через слёзы. – Почему вы мне помогаете? Из-за вашей внешности люди вас ненавидят. Я думал вы презираете всех и меня тоже.

– Да, я их не люблю. Но, во-первых, нельзя всех людей равнять между собой, во-вторых, дети – это ангелы, которые спустились в наш грешный мир.

– Вы удивительный человек!

– Нет, я просто швейный мастер. Кстати, что ты умеешь делать?

– Ничего, а что?

– Ты готов работать до седьмого пота, заниматься всякой грязной и нечестной работой – все ради того, чтобы мама была счастлива?

– Да! – уверенно сказал мальчик без промедления.

Юноша погладил мальчика по голове.

– Молодец, как тебя зовут?

– Андрей.

– Прощай, Андрюша. Мы скоро встретимся.

– До свидания! В смысле мы скоро встретимся?

Но юноша ничего не ответил. Он опять пошёл дальше по своим делам, улыбаясь от счастья.

5

Зингер шел по тропинке, ведущей к знахарю.

– Парни! Видали горбатый идет. У него много бабла? Похож на бомжа немного, – сказал бандит двум другим на холме.

– Ты, дурак! Это же известный медный Зингер. Он лучший швейный мастер в нашем городе. У него точно есть бабки, – сказал главарь.

– Жалко его, но что поделать, нигде здесь не найдешь нормальную работу, – проговорил Прохор. – Есть так хочется, я уже неделю ничего не ел.

Три человека спустились с холма и подошли к Зингеру. Он тяжело вздохнул.

– Что от меня вам надо? Хотите дать мне заказ? – спросил Зингер.

– Нет! Гони деньги по-хорошему.

– У меня ничего нет, кроме рыбы.

– Не заливай, ты сечешь в швейном деле лучше всех в городе! Твои работы хорошо ценятся из-за красивых узоров. Ты быстро заказы справляешь, – говорил главарь.

– Дай бабло, жирный карась! – закричал шестерка, злобно смеясь.

– Сколько раз вам говорить, что у меня нет ни гроша, – ответил он. – Господи, прости этих дураков.

– Хватайте его! Обшмонайте! – скомандовал главарь. – Ты лучше о себе думай, святоша.

Он схватил Зингера за левую руку, при этом злобно смеясь, шестерка – за правую. Несчастного человека поставили на колени, придерживая его своими ногами. Прохор начал вытаскивать всё из карманов, но ничего не нашел.

– Черт, где бабки!? – недоумённо сказал вожак.

– Я же сказал у меня их нет, – спокойно ответил Зингер.

– И вправду, я ничего не нашёл, – подтвердил Прохор.

– Да возьми хотя бы эту дурацкую воблу! Хоть что-то пожрёшь, – обратился главарь к Прохору.

– Не надо, ему рыба куда нужнее, чем мне. Он худой, как щепка.

– Не позволю! – крикнул Зингер, пытаясь вырваться из сильных рук, но не получалось. – Это для моей мамы! Уроды!

– Ишь, кто-то у нас тут начал тявкать, – сказал вожак, ударив Зингера в лицо. – Ты здесь молчи, обрыган!

У него пошла кровь из носа. Он еле-еле начал дышать.

– Так его! – кричал радостно шестерка.

Он тоже начал бить его в правый бок, приговаривая: «Какой ты слабак».

– Молодец! А ты! – сказал строго главарь, обращаясь к Прохору, застывшему на месте из-за этого ужаса. – Чего стоишь столбом!? Ты чего мои приказы не выполняешь!? Ты страх потерял!?

– Я… Я… не буду участвовать в этом беспределе!

– Да ты у меня сейчас будешь харкать кровью! – бешено воскликнул он.

Вожак рванул к Прохору, позабыв на мгновенье про пленника. Зингер в ту же секунду укусил руку его шестерки. Насильник сразу отстранился от него. Потом Зингер стремительно бросился к главарю и начал его душить изо всех сил.

– По..мо..ги..те, – взывал о помощи бандит, пытаясь освободиться и спастись.

Он тоже пытался задушить своего противника. Оставшиеся воры были в шоке. Никто не ожидал таких действий от Зингера. Он использовал все человеческие возможности организма, чтобы задушить своего противника. Бандит испустил свой дух. Зингер посмотрел на его красное как помидор лицо, улыбаясь и смеясь над ним. Он, сильно шатаясь и тяжело дыша, подошел к своему обидчику.

– Никто не причинит вред моей маме! Никто! Хоть отец, хоть бандит. Никто! – иступлено кричал Зингер, смотря ему в глаза.

– Пощади! Будь милосердным! В заповедях написано не убивай. Что… ты делаешь?

Зингер схватил его лицо. Дальше он выдавил ему глаза с помощью двух больших пальцев.

– АААА! Мои глаза!

Вор отбросил от себя окровавленные руки Зингера и побежал куда-то.

– Монстр! Сатана! Антихрист! Дьявол! Чудище! – всё кричал он.

– С тобой всё в порядке? – спрашивал Прохор Зингера, давая ему рыбу. – Вот, держи!

– Я должен… найти знахаря. Знахун Бобо… Мама!

После этого юноша упал на землю. Перед тем, как потерять сознание, он думал про маму. Зингер был счастлив, ожидая, что скоро её встретит.

6

Зингер открыл глаза и увидел голубое бескрайнее небо. Вдруг он услышал сильный кашель человека.

– Мама?

Он пытался встать, но не смог.

– Проснулся? – спросил Прохор, сидя у костра. – Не напрягайся, ты сильно устал.

Он жарил рыбу, периодически поворачивал её. Зингер учуял приятный аромат.

– Что за запах? Похоже на рыбу. Ты, что жаришь мою горбушу!?

– Да, – ответил он не смутившись. – Ты на целые сутки отрубился, а рыба могла испортиться. Вот я её жарю. Скоро всё будет готово.

– Ладно, – сказал Зингер, с раздражением.

– Знаешь, я понимаю, что я несу ответственность за свои поступки, простить меня нельзя.

– Нельзя.

– Я так и знал, никакой человек не сможет это сделать!

– Нельзя забыть свой плохой поступок! Стань лучше! Иди только вперёд!

Прохор был в таком шоке, что даже открыл рот. Такое же состояние было у Зингера, который вспомнил эти слова. Они будто сами вылетели из его рта. Ему эти слова давно сказал отец, когда Зингер украл игрушки у слабовидящего ребенка.

– Чёрт…! – крикнул юноша раздражённо.

– Благодарю тебя за лучший совет в моей жизни! – сказал бандит, пожав ему руку. – Спасибо. Спасибо. Спасибо.

Прохор взял рыбу и подошёл к Зингеру. Больной двигал бровями и смотрел в пустоту.

– Ало? – спросил Прохор, толкая его. – С тобой всё нормально?

– Да… – замедленно ответил он.

Они начали есть рыбу, Зингер не спешил с этим, каждый раз задумываясь перед укусом.

– А что для тебя дом? – спросил он, обращаясь к Прохору.

– Интересный и сложный вопрос. Дом – это просто коробка из дерева, глины и камня? Или другое сооружение, сделанное руками человека? Или шахта, которая тебя убивает медленно, но верно? Каждый по-своему ответит на этот вопрос. Но для меня дом – это то место, где мне хорошо. Например, здесь.

Прошла пара секунд.

– Кстати, а что для тебя дом? – спросил Прохор.

– Это место, где я нахожусь с мамой, – ответил он моментально. – Помоги мне добраться до дома. Прошу.

– Хорошо.

Зингер был счастлив, но это чувство было видно только в глазах. Он давно не получал помощи. Прохор взял за его плечо.

– Где ты живёшь?

– На юге, рядом с полем.

– Весь день на это уйдёт. Ты готов?

– Да.

Они начали ковылять к заветной цели.

7

Они подошли к частоколу, высотой около трех метров. За ним стоял деревянный двухэтажный дом с красивыми ярко-голубыми наличниками. Рядом с домом было небольшое поле, которое давно не обрабатывали.

– Вот ты где живешь! Это же дом Горазда и его жены. Ты их сын?

– Да, благодарю что ты довел меня сюда, – он встал перед ним и поклонился. – Прощай!

– Подожди, а где они!

Но Зингер ничего не ответил, закрыл калитку и вошёл в дом.

– Странно, – сказал Прохор, отходя от частокола. – Где его отец? Он всегда работал в различных местах. Вроде, пропал около двух лет назад.

Собравшись с мыслями, Зингер вошел в дом. В прихожей он снял своё пальто и повернул налево. Рядом со швейной машинкой сидела его мама. Её зеленые глаза сверкали, как изумруд. Она никак не изменилась за трое суток. Женщина безэмоционально смотрела на Зингера, входящего в комнату.

– Привет, моё золото! Ты поздно вернулся домой. Почему?

– Много чего произошло в последнее время, мамочка, – сказал Зингер.

Он подошел к маме и обнял её.

– Опять эти объятия! Ты с самого рождения любишь это делать. Какой нежный и чувствительный ребенок!

Она обняла его в ответ и начала гладить по голове.

– Расскажи, что произошло?

– Да так, ничего особенного.

– Я вижу, что ты улыбаешься. Это значит что-то хорошее произошло.

– Я радуюсь, потому что нахожусь рядом с тобой.

– Растрогал. Когда я увижу внуков? – спросила она, при этом смеясь.

– Ну не начинай.

– Хорошо, хоть кого-то встретил?

– Мальчика – Андрея. Подсобил ему и в дальнейшем буду помогать.

– Какой ты добрый!

Зингер начал сильно сжимать её.

– Ты чего? Мне больно, – сказала она, не пытаясь вырваться из его рук. – Почему ты плачешь?

– Надо, идти вперед. Надо. Надо, – повторял он неустанно.

– Посмотри в мои глаза. Ты разве готов?

Он взглянул на неё сквозь слёзы. Зингер не мог долго смотреть в её добрые глаза, не выражающие никакой злости. Дальше упал на колени рядом с ней.

– Прости меня за боль. Прости, глупца. Я больше никогда не причиню тебе вреда!

– Хорошо. Давай шить?

– Да!

Они начали работать, но Зингер был в печали. Даже работа его не радовала, что никогда не случалось. Трещина на швейной машинке стала больше. Итак, они работали до утра.

– Отец, почему ты это сделал? – спросил он, смотря на маму.

Совесть Прохора замучила. Он захотел дать деньги, полученные в результате обыска трупа главаря, Зингеру. Этот человек вернулся к своему привалу и отправился в город.

8

– Святой отец, я согрешил перед Господом.

– Ясно, сын мой, – сказал он через деревянную ширму.

– Я живу в обеспеченной семье. У меня очень достойный отец и мачеха. Но на меня мало обращают внимание в отличии от двух младших братьев и сестёр. Каждый раз мачеха мне говорила, что мои труды малозначительны, и я ничего не добьюсь. При этом я не мог пожаловаться отцу, так как она могла повредить моей младшей сестре, рождённой моей мамой.

В тот момент он заплакал.

– Я пытался честно догнать двух братьев, которые получали больше знаний. Но не смог! И впал в отчаяние. В мою голову пришла мысль, что надо создать банду. Я это сделал, чтобы почувствовать себя значимым и вымещать накопившуюся злобу на других.

Иван перестал плакать.