Психе. Экзистенциально-психологический анализ психического. Патопсихология. Экзистенциально-психологический анализ

Но с другой стороны психический атрибут феномена одиночества в особых случаях может стать сигналом-предиктом экзистенциального криза и даже катастрофы.

Экзистенциальная изоляция вызвана непреодолимым разрывом между Я и Другими.

Одним из величайших парадоксов состоит в том, что развитие самосознания усиливает тревогу изоляции.

Эта пустынность окружающего мира является мерой нашего интеллектуального достоинства, для которого вообще служит хорошим мерилом степень нашей способности переносить и любить уединение, на фоне которого «он понимает свою любовь к себе».

« Любовь – не просто результат чего-то влияния, а активное стремление к счастью человека, коренящееся в способности любить».

Фром.

Любовь входит в эмоциональную составляющую духа, в понимании экзистенциального сознания, как и его атрибуты бытия: чувствование,

предпочтение, ненависть и воля, имеющие изначально априорное содержание.

Мартин Хайдеггер вывел категорию бытия-в-мире ради меня категорией «забота», а бытие за-пределами мира, как бытием существования ради нас как имманентная любовь. Только тогда человеческое существование не только имеет множество модусов бытия и потенциальности бытия Мы в смысле любви.

Бытие человека сводится, к всеобщему, к жизнеспособности как производительной единице, к тривиальности наслаждения в сфере психического.

Чувства психического измерения касаются двух областей переживаний:

Отражают телесное состояние, его силы, потребности и сохранение витальных инстинктов.

Переживание моего бытия – в- мире.

Бытийствуя индивид расщеплён в своей сущности – это аксиома экзистенциальной психологии. Как бы он не мыслил себя, мысля, он противоречит самому себе и всему остальному. Все вещи он видит в противоречиях, как результат экзистенциального сущности и трансценденции (в отношении к бытийности).

В соответствии в своей сущности – движении к изменению, индивид в сознании данного движения открывает некую двойственность: мир не окончательно таков, какой он ему представляется.

Мартин Хайдеггер в своём феноменологическом анализе ввёл феномен амбивалентности бытия, как онтологическую необходимость, стигмат экзистенции и одновременно её атрибут.

Осознавая , индивид всегда должен соотносить то, что в поле сознания и того, что больше бытия-в-мире, то есть в его трансценденции. Оно интуитивно, не несёт качеств понимания, то есть понятности. Самосознание собственного тела и своих «первичных» потребностей выражает постоянную заброшенность в настоящее инстинктивно- интуитивное, но в тоже время характеризует базис индивидуального бытия как центрированность, которая и имеет свою феноменологическую представленность как персональность.

Иллюзорность как знаковость экзистенции, её принципа, обязана интуитивному чутью в отношении иерархии ценностей, конгруентности, которые должны подтверждать истинность в диалоге «внутреннего» и «внешнего» через понимание запроса-ситуации, соотнесённой с совестью, как понятность для реализации, с чем и формирует свой мир и своё бытие. Отсюда, диалог надо понимать как амбивалентность, как онтологический процесс и как реальность в психической сфере к которой соотносится личность в диалоге.

Обсессии. Это навязчивости, как осознаваемые феномены потерять контроль над ценностями и смыслом бытия. Зажигая своё жизненное пространство рядом с другими, находясь в зависимости от приятия со стороны других, индивид находится в постоянном диалоге и сомнении, которые становятся потребностями, но как навязчивости, в силу своей значимости, как должествование.

Условием целостности и сохранности личности остаётся постоянное осознание своего способа конструирования мира, как условие обретения на этой основе открытости по отношению представляющим возможностям, то есть свободе, как будущему, которое может случиться. В результате внутреннего осознания происходит внятие внешнего мира и предвидения будущего…

Общеизвестно, что включение личности в пространственно-временную реальность, как психическую категорию происходит через самосознание своего тела, через его атрибут самочувствие, как постоянное присутствие в поле сознания. Этот феномен постоянно присутствует в бытийности , имеет множество психических знаков содержания, инициально реагирует на любые изменения экзистенциальной жизни в феноменах депривации: иллюзии временного отделения Я от «тела». При затруднении экзистирования, личность как существующая «сама по себе», испытывает

угрозу своей целостности и уникальности. Страх собственной деперсонализации ведёт к изменению тонуса и степени отношений в бытийности, сфере ценностей своей сущности, удаляясь в самосознании в «неопределённость подлинности», «от близости к чуждости».

Феноменология этих состояний сопровождается нарастанием

экзистенциальной тревоги, вплоть до состояния страха.

Дереализация окружающего мира по иллюзорным механизмам с потерей

бытийных представлений в психической сфере заполняются ложными фантазиями прошлого.

Феномен дереализации пространственно-временной реальности при нарастании угрозы экзистенциально сущности обязательно создаёт эффект собственной деперсонализации с отдалением внутримирного сущего от экзистенциального бытия с нарастанием иллюзии раздвоения личности. В самопознании происходит встреча с собственным Я и т.д. Эти процессы уже относятся к патопсихологии и не являются темой данного исследования.

*

«Мир» сам есть конститутив присутствия. Ближайший мир обыденного присутствия это окружающий мир. Его присутствие выражено в категории подручного, что определено сознанием и чьё отсутствие переходит в модус навязчивости, как реакция на экзистенциальность, её трансцендентность.

Принимая во взаимодействии, аутентичные решения и воплощая их, индивид одновременно и реализует и творит себя как экзистенция, а психическая жизнь выступает как атрибут бытия сущности.

Экзистенциальная сущность индивида означает «жить с внутренним согласием по отношению к жизни или бороться за него» и в то же время – «существовать»…делать всё возможное для изменения реальности, что бы внутреннее согласие стало возможным в будущем.

Как свободный субъект каждый человек в своей изоляции и одиночестве творит свой мир, «но чтобы получить какую-либо истину о себе, я должен пройти через другого. Другой необходим мне для моего существования так же, как и я для моего самопознания».

Диапазон охваченности индивида коллективным образом жизни, вовлечённость его сущности коллективным подсознанием понятен через психическую жизнь.

Индивида можно понимать как групповое «существо», – с одной стороны,

или как «единицу» группы. Выполняя ролевую функцию, он идентифицирует себя с интересами группы, и этим признавая свою личную заинтересованность в единении. С другой стороны – группа сознательно, либо бессознательно вырабатывает «кодекс», основанный на единстве основных индивидуальных целях каждого члена, заинтересованности друг в друге на основе симпатий и эмпатий, что соответствует представлению о «духовном коммунитете» В.Вундта.

«Дух есть общное произведение человеческого общества».

По мнению В. Вундта « субстракт духовного коммунитета», базирующегося на единстве психических процессов индивидов, таких как воля, чувства, представления и цели возникает по механизму суггестии и индукции, определяющих их объединение.

С рождения психическое бытие проходит в «группах», в которых он научается реализовать себя и в то же время оформляет свои границы возможностей, определяемых его экзистенциальной сущностью.

«Психическое бытие не имеет отношения к личному бытию, так как личность дана как совершитель интенциональных актов, связанных единством

смысла». Отсюда, понятие «жизнь» выступает как особый образ жизни, относящийся к категории психического бытия, в котором всё подчинено и определено системой отношений.

«Человек – всего лишь узел отношений. И только отношения важны для человека». А.С. Экзюпери.

Схематично индивид проживает несколько периодов – самопроектов:

«Я-Ты», «Я-Они», «Я-Мы». Индивидуальность включает в свой психический мир ареал самопроектов как психические переживания, которые выступают категориями социализации индивида и раскрывают многообразие способов бытия.

Абсолютной категорией социализации индивида выступает Язык. Миропроект оформляется через язык содержанием существования.

Такие атрибуты экзистенциального бытия как забота, мирность, подручность, наличность обязывают проговаривать бытийность голосом-речью.

Следующим этапом в понимании основной темы выступает представление о «психическом первообразе» возникшем на фундаменте жизненного опыта

многих поколений, ставшим всеобщим, свойственным всем людям.

В индивидуальном сознании психический первообраз представлен в латентных предрасполагающих к известным идентичным реакциям.

Паттерны – предмет исследования психологов, которые понимают их как осознанный опыт, который проявляется в возможностях, как побуждения и сила, как побуждённые значимостью и, которые объективизируют «резервуар инстинктивной энергии».

В общепринятом понимании психика выполняет важную функцию защиты и охраны наличного бытия и мы должны рассматривать её как представителя и стража витального состояния человека. Её задача, по мнению некоторых авторов, следить за выживанием и самочувствием человека, то есть констатировать бытие.

Основные функции психики:

а). Отражение и контроль витального состояния, которые подразумевают основные потребности: общее самочувствие, чувства, соответствующие определённому состоянию, настроение, удовольствие или неудовольствие.

б). Сохранение информации в чувстве: включают эмоциональные состояния, настроение, удовольствие или неудовольствие, привыкание, склонности, свойства личности.

в). Мобилизация защитных механизмов, с включением влечений, уровня активаций, коппинг-реакций.

Индивид постоянно находится в ситуации бытийности, синтеза прошлого в будущее через мгновение настоящего и таким образом осуществляет себя через психическое бытие. Отражая действительность через психические акты, он отражает витальное состояние с его потребностями, настроением, общим самочувствием, удовлетворением или неудовлетворением. Чувственное восприятие интроецируется вовнутрь, определяя физическую основу индивида в её исполненности, а с другой стороны определяет экзистирование, выражая присутствие сущности в мирности. Психика как «представительный орган» констатирует присутствие, выделяет, представляет в экзистенциальном сознании бытие Я индивида и другого мира. Фактичность самосознания представлена самочувствием, как телесной составляющей, принадлежностью к бытийности, как присутствие.

В конечном итоге процесс переживания продолжается и трансформируется в «самопереживание» с отнесением «чужого» через осмысление и интеграцию в свой «жизненный проект». Это важная категория экзистенциального анализа, как метаморфоза, через феномены осознания, в «поле сознания», самость экзистенциального сознания.

Жизненный проект обозначает всё, что вмещает смысл единства ценностей охвата сущности индивида в его экзистенции. Переживание ценностей прямо связано с базовыми ценностями смысла жизни. Ценности выживания можно отнести к трансценденции смысла жизни, то есть абсолютной категории, которые некоторые авторы относя к «архитипам». Их надо понимать и как паттерны нажитого опыта, которые имеют эмоционально окрашенный атрибут экзистенциального ожидания как феномен и поэтому несёт не только онтологический, но и антропологический признак – отсюда и однотипность аффективно-шоковых и многих поведенческих реакций. Смысловая близость или удалённость переживаний определяет и организует пространственность мира его психической жизни в её диалогизме и темпоральном представлении как экзистенциальные категории.

Описательная психология и психоанализ выделяют феномен «зеркала» как атрибут психической жизни в поле сознания, на котором, в зависимости от ситуации бытийности разыгрываются сцены отношений, формируется будущее, в диалоге с совестью и нравственности для поиска решений.

Экзистенциальная бытийность в психическом проявлении, в решении конфликтной ситуации, определятся достаточной возможностью Я, предыдущем опытом отреагирования.

Переживание иногда проявляется только переживанием события, но так же самого себя в этом событии. Поэтому событие понимается как осознанный экзистенциал, не только как бытийность, но и как отношение к своей сущности, определяя её значимость и свободу.

В опасности, жизненно важные переживания сигнализируют психодинамическими аффектами, такими как боязнь, беспокойство и другими психическими реакциями, запуская в движение адаптационные системы, компенсаторные механизмы.

«Мы познаём мир и саму необходимость продвижения по Пути через игру оппозиций, открывая для себя все бесчисленные ньюансы нашего опыта».

Лао-цзы.

Методологически, антропология выделяет важную категорию психического существования – психодинамику.

Психодинамика динамически отражает жизненные условия существования человека, мобилизует силы, которые необходимы для защиты жизни и одновременно выступает как связывающее звено между душевным существованием и телом, витальным бытием, то есть в экзистенциальном анализе она – это репрезентация в переживании и выполняет функцию связывающего звена между (ноэтическим) психическим и физическим измерением человека.

Весь период экзистенциальной жизни индивид создаёт некоторые ценности психической жизни как атрибуты смысла существования. Это престиж, власть, нежность, любовь, которые по мнению Ницше и Къеркегора более важные, чем собственное выживание. При угрозе целостности сущности индивида возникают экзистенциальные кризы, которые приводят к изменению психической жизни её функционирования. Особенностью их является не обязательная зависимость от места и времени воздействия угрозы. Кризисы могут возникать в следствии сатурации (накопления) негативных, личностных, онтологически значимых угроз, которые не обязательно затрагивают основные инстинкты индивида, но могут определяться его морально-нравственными принципами.

Формально, по времени и силе экзистенциальные кризы можно разделить на 2 типа:

Первый тип: экзистенциальные «взрывы». Это форма быстрого реагирования на субъективно значимую угрозу. Психически это картина аффективно-шоковой реакции. Клинические варианты психических нарушений хорошо описаны. Нарушается общее течение психического реагирования на жизненную ситуацию. Аффект страха парализует психическую деятельность с отказом личности управлять поведением в данной ситуации.

Феноменологически картина характеризуется актуализацией в поле сознания смысла жизни, чувства свободы и др. Феномен чувства времени становится зависимым от ситуации. На передний план выступает инстинкт самосохранения. Все остальные инстинкты на острие реакции теряют своё значение в поле сознания. Защищая базовые ценности, индивид начинает поиск выхода и выбора защиты целостности сущности индивида.

Второй тип экзистенциального криза – реакция на сатурированные фрустрации, которые в экзистенциальном сознании понятийно не находили своей значимости по механизмам вытеснения, но через некоторое время переросло в новое качество на бессознательном уровне и стало представлять угрозу экзистенциальной сущности индивида.

Обычно основным фактором для формирования этого типа кризиса является изменения экзистенциального пространства (миропроекта) или изменение социальной роли индивида. Измена, предательство, ложные обвинения, внезапная болезнь и многие другие моменты бытия индивида приводят к формированию нового формата психического реагирования.

В зависимости от структурирования и дифференцированности своей сущности индивид онтологически умеет решать кризисные ситуации:

1-ый вариант – экзистенциальный «скачок». Это снижение экзистенциального уровня присутствия с сохранением целостности экзистенциальной сущности, самоценности, но снижается чувство собственного достоинства и изменяется место в социальной иерархии.

Психический компонент этого состояния проявляется обычно снижением эмоциональной жизни, снижением интересов и витальных потребностей, появлением навязчивых состояний, общим фоном тревожности с элементами подозрительности и конфликтности. Снижается общая интенциональность, пересматриваются основные критерии смысла жизни и т.п.

2-ой вариант – модификация экзистенциальной жизни с изменением основных категорий сущности индивида и его феноменологического мира. Этот экстремальный вариант характеризуется невозможностью выйти из психотравмирующей ситуации, с потерей свободы экзистирования и потерей социальной роли вообще. Р. Мэй предположил возможность блокирования (bloking-off) действий и понимания при крайних нарушений экзистенциального функционирования.

Переживание никогда не проявляется только переживанием события, но так же переживанием самого себя в этом событии. Поэтому событие понимается как осознанный экзистенциал, не только как бытийность, но и как отношение к своей сущности, определяя её значимость и свободу в этот эксклюзивный момент.

В опасности, жизненно важные переживания индивида сигнализируют психодинамическими аффектами, такими психическими реакциями как боязнь, беспокойство, нарастанием тревожного фона.

Психодинамические реакции как психические проявления наблюдаются в личностно-экзистенциальном анализе базовых мотиваций:

1-я позиция по отношению к бытию, (по степени выраженности.

Тревога – бегство – борьба – ненависть – паралич.

2-я позиция по отношению к жизни (ценность жизни). Депрессия – отступление – исполнение – ищущая отношений: бешенство – истощение, пессимизм, апатия.

3-ья позиция по отношению к себе (оценка самости). Истерия – отдаление – «оправдание» – гнев – диссоциация.

4-я позиция по отношению к тому, что имеет смысл в жизни (открытость для будущего). Зависимость – занятие позиции «это временное» – провокация – цинизм, возмущение – ступор (оглушение).

Фактор предварительного заключения под стражу являет пример изменений экзистенциального состояния, которые по остроте и неожиданности приводят к крайним психодинамическим реакциям, которые в дальнейшем называются психотравмами, являясь очевидными проявлениями стресса.

Осознание нарушения привычного бытия, острое ощущение потери свободы и личного будущего, рефлексируются психодинамическими реакциями тревоги, острым синдромом ожидания, неопределённости будущего с тенденцией к формированию страха, подозрительности, формированием идей отношения, чувством одиночества, стыда, обиды, вплоть до состояния ужаса.

Фактор закрытого информационного и объективного пространства с элементами депривации, после аффективно-шокового переживания ареста создают у индивида феномен «остановившегося времени», бесперспективность существования при чувстве отсутствия будущего, то есть того чем определяется понятие экзистенциального криза.

Меняется уровень мотивационно-личностного реагирования, включаются процессы адаптации, во вновь открывшемся пространстве. На новом уровне формируются новые межличностные отношение на основе изменившихся интенциональностей.

В систему реагирования включаются психосоматические механизмы стресса – напряжение практически всех систем организма с нарушением гомеостаза.

За «фасадом» общей тревожности формируется новая бытийность, которая через «первичный проект», как экзистенциал присутствия, создаёт новый уровень экзистенции для уменьшения угрозы сущности индивида.

*

20 век в своей массовости физического и психического травматизма войн и катастроф, далеко выходящих за пределы обычной жизни, в силу своей непредвидимости и тяжести выявил необходимость изучения социально-медицинского феномена, который получил название: посттравматическое стрессовое расстройство.

Феноменологически массовые катастрофы, как и войны, обладают коллективной индукцией психотравмы, крайней насыщенностью и влиянием первичного аффекта, длительной диссоциацией психической деятельность, преобладанием в психической деятельности коппинг-реакций.

К диссоциации психики приводит не сама травматическая ситуация, а устрашающий смысл и всеобщий охват угрозы и открывает картину «невозможного ужаса».

Насилие над личностью с чувством беспомощности и безнадёжности по своей силе достигают выраженности экзистенциального криза с переходом на уровень «архаических защит». Наступает регресс личности, вплоть до снижения когнитивных способностей, снижением волевых интенций и утраты любых контактов с реальностью.

Фактор времени трансформирует новую бытийность, и изменяющимися качествами интенциональности, вектором в будущее и отношением к себе.

Психологизация психотравмы на личностном уровне привело к созданию множества классификации переживаний. Примером классификации «собственной работы горя» по фазам предложил Дж. Боулби:

1 фаза – «оцепенение» с переживанием гнева и страдания.

2 фаза – «острой тоски» и поиска утраченного объекта.

3 фаза – дезорганизация и отчаяние.

4 фаза – «реорганизация» с новой степенью адаптации.

Одним из специфических феноменов, описанных З.Фрейдом, является состояние «навязчивого повторения» ситуации, так как психическая травма не может существовать без памяти воспоминаний, патологических паттернов повторений и ассоциаций. Отсюда, может развиться «страстное влечение к переживаниям фабулы психотравмы по психодинамическим механизмам с переносом на текущие события из-за снижения интенционального механизма присутствия сущности в бытии индивида.

Экзистенциальный анализ предполагает, что в «истории жизни» индивида имманентно присутствуют стрессовые ситуации и многие носят характер психотравмы. Они определяют защитные паттерны поведения и выбора его бытия. Психическая жизнь индивида наполнена реминисценциями психотравмирующих ситуаций и являются стигмами формирования личности.

Феноменология экзистенциального скачка невозможна без понимания феномена «озарения», как нового экзистенциального состояния, когда присутствие приобретает качество «предвидения», личностного открытия с переоценкой своей сущности на новом уровне. Обычно эти состояния создают эффект счастья с переоценкой смысла жизни, исключительным чувством свободы.

При видимой понятности причинно-следственных принципов психотравмы и стресса, палитра заинтересованности всех категорий, определяющих экзистенциальную сущность индивида в психической его жизни находит своё присутствие.

Методологически мир, в котором осуществляется бытие индивида в его психическом присутствии можно разделить на три сосуществующих составляющих:

Umwelt – мир объектов и вещей, существующих независимо от нас – это невидимая в абсолюте целостность, в которой индивид экзистенциально реализуется, куда направлена его интенциональность и через «психе» видит и понимает окружающий мир. По сути своей он объективен, но субъективен экзистенциально, так как сущностно трансцендентален через волю, а самосознательно не может быть полностью присутственно адекватен индивиду. Отсюда, понимается амбивалентность экзистенциирования как онтологическая категория его бытия.

Mitwelt – структура отношения с другими индивидами. Это наиболее чувствительная и значимая сфера, в которой индивид экзистенциально реализует себя, подтверждает свою сущность, находит себя как «желающего, хотящего, думающего и верящего». Над индивидом давлеет субъективный

интерес как трансценденция сознания. Он думает и существует «внутри сущностно, отстраняясь от объективности. Осознавая мир отношений, у индивида формируются атрибуты ответственности за свои поступки, интенции должествования и т.п. – оформляются фундаментальные категории экзистенциального сознания совести и вины. Психическая жизнь ярко представлена в противоречиях, столкновениях индивидуального и коллективного сознания, личного и общественного.

Индивид находится в поиске самого себя, смысла своего существования и использует себя как объект, в психическом присутствии, отходя от своей сущности, чем создаёт условия для стресса.

Eigenwelt – структура, отражающая внутреннее отношение с самим собой.

Это структурообразующая, фундаментальная структура, определяющая целостность индивида. Она сущностно трансцендентальна как самость, осознаваема на уровне категории «Я», фундирует такие категории психического бытия как «жизнь – смерть», «пространство – время», «забота», «тревога», «воля», «одиночество» и многие другие. Это те категории психической жизни, которые как атрибуты экзистенциального бытия обязательны как присутствие сущности в экзистенциальном сознании в категории «Я – есмь».