Иная Эра: Закат

– Да ты врешь! – хохотнул рыжий, – тебя в жизни к Его Величеству не подпустят!

– Мне выпала честь говорить лично с ним, – гордо подняв голову, отчеканил одноглазый, – более того, Его Величество обещал поднять мне жалованье и назначить придворным слугой… Во!

Его друг расхохотался:

– Тебя слугой, ха-ха-ха, не смеши меня!

– Правда, что, не веришь?

– Нет.

К спорящим приближался гонец на вороной лошади, совсем еще юнец. Одет он был невзрачно, точно нищий. На плече его висела кожаная сумка, набитая письмами, а на спине лошади был прикреплен соломенный саквояж. Гонец заприметил тех двоих и, придержав лошадь, приблизился к ним.

– Добрые граждане, не подскажете, где мне найти этот дом? – юноша протянул листок одному из часовых.

Тот, держа его вверх ногами, долго разглядывал написанное. В конце концов он смущенно признался:

– Я не грамотный.

Лошадь громко фыркнула, выражая свое отношение к незадачливому чтецу, и пронзительно заржала.

– Уйми свою кобылу, – почесывая макушку, сказал часовой и передал лист подручному.

Второй часовой посмотрел на адрес и указал гонцу направление. Поблагодарив, парнишка развернул свою лошадь и поскакал меж улиц. Не прошло и нескольких минут, как он скрылся за поворотом. Часовые переглянулись, и одноглазый сказал:

– А я тебе говорю, пускали меня во дворец!

Громкий храп Грукхока заставлял картины дрожать, а посуду на кухне жалобно звенеть. Но этот ужасный шум не разбудил никого, кроме эльфа. Северный сидел на краю кровати, подбрасывая в кирпичный камин дровишки. В углу его спальни лежали подарки друзей. Эльф бросил взгляд на кровать, где спала Лилиан. Глубоко вздохнув, он продолжил размышлять о том странном чувстве беспокойства, которое смог вчера разглядеть в ее прекрасных глазах. Что же могло произойти? Может, что-то случилось на том задании? Размышляя над возможными вариантами, он услышал цокот копыт, приближающихся к его дому.

– Неужели посыльный?.. – подумал эльф, – но почему так поздно? Обычные письма в такой час не доставляют.

Хозяин дома накинул на себя длинный халат и поспешил к входной двери, дабы стук гонца не разбудил остальных. Выйдя на дорогу, вымощенную красным камнем, он поманил юношу к себе, когда тот чуть было не проехал мимо. Парень спрыгнул с лошади, достал письмо и вытащил из саквояжа длинный сверток.

– Вы хозяин этого дома?

– Да, а что тебе нужно, парень?

Эльф обратил внимание на лошадь. Она тяжело дышала, бока вздымались, а с морды срывались хлопья пены.

– Сколько ты в дороге? – спросил он юношу.

– Уже почти два дня. Я развозил письма, когда меня известили о новом адресате, которому нужно что-то срочно доставить. И вот он я.

– Хорошо, напои свою лошадь и можешь быть свободен.

Поблагодарив хозяина, гонец отдал письмо и сверток. Потом нехотя взобрался на кобылу и потрусил к ближайшему постоялому двору.

Эльф удивленно посмотрел на сверток, он уже догадывался о его содержании, но письмо его пугало. Странное беспокойство, которое он начал испытывать при приближении гонца, постепенно усиливалось. Поднявшись на второй этаж, эльф обнаружил, что Лилиан уже не спит. Девушка, облокотившись на подоконник, смотрела в окно.

– Гонец?

– Да. Я тебя разбудил? Прости… – виновато сказал эльф.

Лилиан с тревогой взглянула в его лицо. Но в глазах эльфа светилась только любовь.

– Вовсе нет, – ответила она, – я сама проснулась. А что он тебе доставил?

– Странный сверток и письмо с королевской печатью.

– Ого! Мой папочка вспомнил, что у тебя сегодня день рождения? – засмеялась Лилиан, – ну давай же скорее посмотрим, что он тебе прислал.

Она присела на кровать, закутавшись в одеяло, а рядом с ней присел эльф. Подумав, он отложил письмо и начал распечатывать сверток.

– Побыстрее, – нетерпеливо попросила Лилиан, положив руки ему на плечи.

Приподняв одну бровь, эльф стал с бурным энтузиазмом распаковывать сверток. Как только бумага была снята, лицо эльфа выразило полный восторг.

– Укуси меня драмп! – в полном восхищении воскликнул эльф. – спасибо, Ваше Величество!

– Что это?

– Посох Диффермации! – глаза именинника сияли. В его руках лежал достаточно длинный изящный предмет. Трудно было однозначно определить его цвет и материал, из которого он был сделан. Первое, что приходило на ум, – сравнение с текучей радугой, испускающей радиальное сияние.

– Это настоящее сокровище. Он очень редкий и стоит целое состояние, – поглаживая подарок, прошептал Северный, – как только сверток попал ко мне в руки, я ощутил странные волны, исходившие от него. Обычные же посохи не излучают каких-либо аур или что-то в этом роде.

– Неужели? И на что он способен? – спросила с явным интересом Лилиан.

– Ну, многозадачность не его функция. Хотя с какой стороны посмотреть. Он может менять стихийные поля у различных элементов, преобразовывая их в нечто новое.

– Это, конечно, интересно, но как он работает? Милый, давай проверим прямо сейчас.

– Хм, почему бы и нет, – эльф распаковал подарок.

Посох был прекрасен: окутанный бирюзовым свечением, со странными спиралевидными бороздами, заканчивающимися на его вершине небольшим кристаллом синего цвета, он испускал странную ауру, проникавшую сквозь тело.

– А это точно не опасно? – прижавшись к эльфу, переспросила Лилиан, и он ощутил едва заметную дрожь в ее пальцах.

– Нет, – улыбнулся эльф и дотронулся до кристалла. В тот же миг раздался скрипучий звук и кристалл изменил свой цвет на бордовый.

– Что ты сделал?

– Я заставил его исполнять мою волю.

– У посохов есть разум?

– Нет, не у всех, только у самых необычных, странных или опасных. Ты же мне доверяешь?

– Конечно, всем сердцем.

– Ну, тогда смотри – одним движением руки эльф поднял в воздух содержимое бокала Грукхока, который стоял на комоде, и заставил его парить над журнальным столиком из стекла. Оружие начало пульсировать, издавая негромкое потрескивание. Яркая вспышка, вырвавшаяся из кристалла, озарила комнату. На месте порхающего вина образовалась горсть серых камней, которые с грохотом упали вниз. Стеклянный столик покрылся паутиной трещин.

Изумлению Лилиан не было предела. Она часто наблюдала, как ее избранник колдовал и использовал разные магические приборы, но такое она видела в первый раз.

– Браво! – вскрикнула девушка. – Это потрясающе, а на что еще способен этот посох?

– Я знаю множество необычных заклинаний, но, чтобы применять их, нужно погрузиться в определенный тип магии. Правда, нам сейчас не до этого. Да, милая? – сказал эльф, целуя Лилиан.

Девушка улыбнулась и прижалась к его надежному плечу. Ни с кем она не чувствовала себя так спокойно и уверенно.

– Должен тебе признаться, что Диффермация – это самый не любимый мною тип магических искусств. Я не очень часто пользуюсь таким оружием, но для этого экземпляра сделаю исключение и оставлю себе на память. Ведь это подарок от твоего отца, и надеюсь, что и будущего тестя, – эльф подмигнул красавице, и она шутя хлопнула Северного по макушке своей маленькой ручкой.

Повинуясь движению руки эльфа, посох взмыл в воздух, направился к ближайшим дубовым стойкам и занял там свое место. С первого этажа прогремел раздраженный крик орка:

– Что вы там творите? Дайте поспать!

Он был пьян, и его и так сложную для понимания речь невозможно было разобрать.

– Так, все, тише, давай читай письмо, – шепотом сказала Лилиан и притянула его.

Эльф с улыбкой повиновался. Вглядываясь в лицо любимого, Лилиан заметила, что радость, которая возникла у него при прочтении первых строк, вдруг сменилась негодованием, а затем и страхом. На лбу эльфа выступили капли пота.

Девушка заглянула через плечо любимого и прочитала следующие строки: «Дорогой будущий зять, позволь мне тебя так называть. С превеликим уважением поздравляю тебя, желать ничего не могу и не буду, так как ты сам всегда говорил, что добьешься всего самостоятельно. Я надеюсь, что вы еще в здравом рассудке, а количество выпитого вина соответствует разумным пределам. Надеюсь также, что с моей дочечкой все в порядке, а мой подарок дошел до тебя в целости и сохранности. Думаю, он придется по душе моему верному военачальнику.

Я долго выбирал тебе подарок и остановился на этом посохе, увидев, что у моего придворного мага потекли слюни при виде этого оружия. Тут я понял, что попал в точку. Владей и побеждай им своих и наших врагов.

А теперь давай поговорим о серьезных вещах. Сразу предупреждаю, что вынужден тебя огорчить. Ты наверняка знаешь, что совет королей хочет воссоединиться с другими высшими государствами, тем самым создав Первую Республику. Через два месяца мы соберемся подписать необходимые документы. Но ситуация осложняется тем, что не так давно наша разведка засекла лесных эльфов на границах Ординала, где их быть не должно.

Наши солдаты откопали множество трупов людей из соседних государств, которые имели несчастье оказаться на пути тех эльфов. Все они были уничтожены. Это был первый тревожный сигнал. За ним последовала смерть одного из вождей Пирмунта, который внезапно умер от неизвестной болезни, причиной которой лекари считают отравление. Следы редкого яда, которым был отравлен король Хтофр, впоследствии нашли в Вуденлэте. Я боюсь, что мой «старый» друг – король Лесного Королевства – решил убрать нас одного за другим, не дав построить крепкий союз.

Теперь к делу, ты и твой отряд отправитесь в Вуденлэт и разузнаете о планах короля Эрмантила. Все остальные подробности уже знает Лилиан. Надеюсь, это послужит целям укрепления наших королевств.

Ваш король, твой будущий тесть – Эдгарлир XII».

Эльф стоял в ошеломлении. Только сейчас он начал осознавать всю сложность и практически невыполнимость порученного. Постепенно сердце его стало наполняться страхом, а озноб пробежал по рукам, кожа, которая и без того белоснежная, стала прозрачно-синеватой.

– Что это значит? – он тяжело дышал, мысли путались у него в голове, – так ты знала?

– Да, – грустно сказала Лилиан, – после приезда я заехала к отцу, чтобы рассказать о результатах, но он был чрезвычайно встревожен. Государь ходил из угла в угол своей спальни, а матушка все пыталась его успокоить. Король сказал, что нас ждет сложное задание и изложил мне детали.

Вот что тогда увидел в ее глазах эльф: она боялась.

– Почему ты мне раньше не сказала?

– Я не хотела огорчать тебя, да и во время праздника не стоило обсуждать неприятные новости.

Эльф глубоко вздохнул.

– Почему твой отец не сказал мне это лично?

– Он боится и никому не доверяет, выгнал всех придворных и никого не пускает в свою комнату. Я сама с трудом прорвалась в его покои.

Хозяин дома встал с кровати и, подойдя к уже погасшим дровам камина, зажег его вновь, заставив свою руку покрыться пламенем.

– Ну что ж, – вздохнул он, – плохие новости нужно рассказать и всем остальным. Пойду попытаюсь их растолкать.

– Воды! – простонал потрескавшимися от жажды губами Грукхок, – зачем, зачем ты нас разбудил, жестокий и безжалостный начальник? – он уронил тяжелую голову на руки и застонал.

Все сидели за неубранным со вчерашнего дня столом и клевали носом.

– Опять ты нам что-то подмешал в еду, как в прошлый раз с этим твоим экспериментом, Таран? – икнув, сквозь дрему спросил Мартин.

– Не нужно оскорблять невинного человека, тем более, если бы я хотел… по-моему, во всем виновной это пойло из Хасанара, а там у них очень крепкие напитки, – несвязно (из-за зудящей боли в голове) отозвался из другой части комнаты Таран.

– Так… – прорычал Грукхок, – давайте выслушаем, что нам хочет сказать наш друг, – одним махом выпивая очередной стакан воды.

– Ну что ж, друзья, вынужден прервать праздник. Я получил известие о следующем нашем задании. Мы будем расследовать дело об убийствах, предположительно совершенных лесными эльфами. Но боюсь, если мои опасения подтвердятся, нам придется отправиться, – хозяин дома сделал короткую, но значительную паузу, – в Вуденлэт.

За этой фразой последовали изумленные взгляды друзей, в их глазах промелькнул страх. Грукхок громко выругался.

– Но ведь это же верная смерть! Неужели они не понимают, что мы не выберемся оттуда. Я понимаю, что приказ сверху, но это – самоубийство!

– Нам придется это сделать. Ты сам знаешь, что лесные давно что-то замышляют против людей.

– А из-за чего весь этот переполох? Я, может, не все знаю? – вмешался Мартин, – слышал, что лесные эльфы очень опасны, но почему все их так боятся?

– В давние времена, может еще до пятого цикла, лесные эльфы являлись непобедимым народом, даже морские им подчинялись. Лесные проводили страшные ритуалы крови над животными, с помощью которых завоевали полмира. Когда же их власть стала рушиться из-за частых войн с другими народами, а силы ослабели, эльфы потеряли былое могущество. Но по сей день лесные эльфы остаются самыми опасными, непредсказуемыми и жестокими из всех эльфийских рас. Никто из их леса не возвращался живым. А кое-кому стоило бы знать историю Мархаэля – чересчур спокойно объяснил Янис.

Мартин опустил глаза, стараясь не показывать своих мыслей. Все замолчали и погрузились в раздумья.

– Смиритесь, таков приказ! – прервал наступившую тишину эльф, – все детали операции знает Лилиан, – друзья устремили свои глаза на нее, – она их расскажет.

Девушка, которая все время сидела с потерянным видом, наконец, подняла свой взор на друзей. Ее глаза наполнились слезами.

– Простите, что раньше вам не сказала, я не могла возразить… – она не договорила, горькие слезы скатывались по ее личику. Эльф в ту же секунду подоспел к ней, обнимая, положил правую руку ей на голову.

– Ладно тебе реветь, ты не виновата, у короля просто поехала крыша, – неуклюже попытался утешить ее Грукхок, но уловил еле заметное движение руки эльфа, которое связало ему язык.

«Лилиан, это я, не пугайся, ты ни в чем не виновна, сейчас нет смысла плакать, как однажды мой учитель сказала: «Слезами горю не поможешь». Ничего плохого пока не случилось, и я обещаю, что с этого задания мы все вернемся живыми. Вытри слезы, милая, и знай: мы не держим на тебя зла», – услышала она голос любимого в голове.

– Да, – произнесла она, – прости.

Эльф отпустил ее, убрав руку с головы девушки и одобрительно кивнув.

– Ну что ж, давайте к делу, – произнесла Лилиан, вытирая рукавом слезы, – я принесу карту, и мы все обсудим.

Сзади послышалось громкое мычание орка, который что-то пытался сказать.

– Ой, прости меня, Грукхок, – виновато посмотрел на него эльф и сделал быстрый жест левой рукой.

– Тьфу! – еле ворочая языком, сказал орк, пытаясь справиться с внезапной немотой, – ты серьезно опробовал на мне заклятие «молчания»? Я тебе что – какой-нибудь подопытный кролик? Ну, берегись, жестокий эльфишка, я тебе это припомню! И вообще, в следующий раз просто попроси меня замолчать. Хорошо?

Друзья рассмеялись. Вскоре Лилиан принесла карту Южных земель, разложила ее на столе и начала излагать подробности плана.

– С тех пор как люди захотели объединиться с государствами нелюдей, смерть поселилась в домах тех достойнейших представителей кланов, которые были посланы на переговоры. Их гибель была похожа на несчастные случаи, но мы стали замечать, что эта случайность превратилась в закономерность. Каждый раз на территории, где должны были проходить переговоры, наши разведчики всегда замечали воинов лесных эльфов. Недавно мы получили известие о смерти вождя фарпингов, который был отравлен особым ядом. Его состав включал в себя травы, которые произрастают в Вуденлэте. Я думаю, что вы все уже поняли сами.

Лилиан обвела друзей грустным взглядом.

– Нам приказано первым делом отправиться в те места, где были совершенны убийства. Осмотреть нужно и леса, в которых были замечены эльфийские воины. Ты, Таран, – кивнула девушка все более и более хмурившемуся алхимику, – проведешь анализ улик. Результаты помогут нам напасть на след убийц. После мы должны встретиться у приграничных постов в Вуденлэте и получить дальнейшие указания. Не хочу вас расстраивать, но, вероятно, нам придется проникнуть в «Солнечный сад».

План был абсолютно невыполнимым и должен был закончиться в лучшем случае возвращением отряда без каких-либо результатов. А в худшем…

Грукхок в порыве гнева грохнул пудовым кулаком о стол, который натужно заскрипел. Таран громко ругнулся, вспомнив всех эльфийских предков, а Рассел, который всегда был очень молчалив и сдержан, жестко прошелся по поводу «мудрости» королевской власти.

– Они лишь заботятся о своей шкуре и кошельках. Плевать им на солдат, тем более на простых людей. Главное – только «благополучие» государства, как они говорят. Блеф!

– Как можно придумать столь провальный план? Это же самоубийство! – рявкнул орк.

Эльф посмотрел на Лилиан и понял, что она подавлена. Хозяин решил взять ситуацию в свои руки.

– Всем тихо! – рявкнул северный эльф, и его невероятно усиленный голос прозвучал будто рык льва или другого свирепого животного. Грохот заполонил дом, ставни распахнулись сильным холодным ветром, образовавшим ледяные узоры на стеклах и погасившим все свечи.

– Я понимаю ваше недовольство, но приказа мы ослушаться не можем, – его голос опять стал нормальным, – я всем обещаю, что мы вернемся живыми. Все до одного!

Друзья переглянулись. Мартин тяжело вздохнул, а Таран кивнул головой в знак согласия.

– Ладно, ничего мы поделать не можем, – выдохнул Грукхок, – собираемся, как решили, в намеченном месте.

Все согласились и, понурив головы и взяв свои вещи, попрощались.

Северный обнял Лилиан за талию и отвел ее в дом. Там девушка упорхнула на кухню, чтобы приготовить им по чашке горячего отвара из листьев шипы, прекрасно возвращавшего силы и бодрость, а эльф, усевшись в глубокое кресло напротив окна, унесся мыслями в недалекое прошлое.

Величавый мраморный замок возвышался над городом Моунфут, но, несмотря на впечатляющие размеры и красоту, не он производил неизгладимое впечатление на путников, впервые попавших в эти места. Над городом возвышалась еще более величественная гора, носившая то же название. Она нависала над крышами домов и мраморными бастионами королевского замка, как бы оберегая город своими каменными крыльями.

Уже несколько дней герольды, сбив все подметки на красных сапогах, по всем окрестным городкам и селам разносили весть о пышном торжестве. Король и королева давали бал в честь совершеннолетия своей дочери. Были приглашены все: начиная от окружных старост и заканчивая принцами крови из других королевств. Мероприятие должно было быть воистину грандиозным и незабываемым. Специально для этого король разослал письма всем знаменитым поварам мира, дабы те соизволили хоть как-то накормить всю эту ораву гостей. И не прогадал. Столы ломились от блюд.

Мраморные полы были тщательно вымыты, мозаичные окна блестели, а прекрасные гобелены красовались на стенах. Король даже подарил выходной день простым гражданам, чтобы те тоже смогли выпить за здоровье прекрасной принцессы.

Северный также был приглашен на прием. Сам того не ожидая, король лично пригласил его, таинственно намекнув на некий сюрприз. Эльф никогда не бывал на столь пышном празднике и не знал, как себя вести. Подобрав подходящий костюм, который был подарком его матери и сшит специально для него, эльф выглядел превосходно. Белый камзол с цветными пуговицами сидел на нем как влитой, а золотые запонки на рубашке поблескивали, отражая сотни свечей, которые горели в огромных витых люстрах и канделябрах. Идеально выглаженные светло-голубые брюки отлично сочетались с темно-синими кожаными туфлями на небольшом каблуке. Эльф хотел еще взять трость, но передумал, считая, что на балу она ему только помешает.

Шагнув на первую ступень замка, он испытал легкое волнение. Магу редко предоставлялась возможность выходить куда-то в люди. Но оглядевшись, он заметил, что многие юные девушки украдкой поглядывают на него из-под невинно опущенных ресниц. Набравшись смелости, эльф вошел в главный зал, где его уже встречал придворный мажордом, одетый в праздничный камзол с зеленым бантом. Они пожали друг другу руки.

– Добрый вечер, а я думал, что вы будете не один, мой юный друг, – блеснув моноклем, поприветствовал его придворный.

– Так получилось, – слегка смутившись, сказал эльф, пожав плечами, – это же никак не помешает…

– Конечно нет, господин, – фыркнул мажордом, широким жестом предлагая гостю пройти в зал, – наслаждайтесь сегодняшним вечером. Король пригласил лучших музыкантов из Хасанара, говорят, что один их певец может подделать голос любого человека. Кстати, король вас уже ждет.

Зайдя в зал, эльф застыл от изумления. Он еще никогда не видел столько народа в одном месте. Дорогие сверкающие наряды знатных дам, блеск украшений, обилие золота на костюмах придворных абсолютно ошеломили скромного мага. Гости шушукались, сплетничали, выпивали и смеялись. Как оказалось, это был бал-маскарад. Все гости были в масках. На эльфа смотрели причудливые, смешные, злобные и таинственные личины. В центре зала на возвышении, полуразвалившись на троне, сидел король и увлеченно разговаривал с одним из приглашенных. Эльф поспешил к нему и, согнувшись в почтительном поклоне, поцеловал сиятельный перстень.

– А, мой мальчик, – затянул подвыпивший король, – как я рад тебя видеть! Виола, это тот молодой человек, который победил во всех магических состязаниях и уже скоро поступит ко мне на службу, – обратился он к королеве. – Помнишь, я тебе говорил?

– Да, я помню, дорогой. Только он уже служит у тебя, – ответила королева, с полуулыбкой глядя на гостя. – Мне очень приятно с вами познакомиться, – продолжила она, протягивая затянутую в перчатку руку для поцелуя.

Королева Виола славилась своей необычайной красотой. Черты лица были несколько странными, что придавало женщине совершенно необыкновенный шарм. Многие шептались, что в крови королевы есть несколько капель нечеловеческих рас. Ее платье, сшитое из серебряных нитей, подчеркивало ее все еще изящную фигуру. Длинные темные волосы волнами спадали на плечи.

– Мне тоже, королева, – эльф поклонился.

– Ну что там у тебя? Как дела… твои дела? – король отхлебнул из золотого бокала и, икнув, спросил – как поживает твоя матушка?

– Она умерла, Ваше Величество, уже год назад.

– Мои соболезнования, – при этих словах он даже не посмотрел в его сторону, – а что ж ты стоишь тут со мной лясы точишь? Не желаешь ли ты потанцевать? – король хлопнул в ладоши.

И в это же мгновение оркестр из скрипок и духовых заиграл воистину гениальную музыку, а с балкона полился упоительный голос хасииса. Его пение тронуло эльфа.

– Ваше Величество, я, право, не знаю. Мне не приходилось…

– Да ладно, иди! Смотри сколько здесь прелестных дам, – он расхохотался, но вскоре, уловив гневный взгляд жены, с сожалением развел руками.

Эльф повиновался. На какое-то время музыка утихла. Все девушки, заметив, что красавчик, о котором все так долго говорили, наконец, решился на танец, оживились. Барышни встали в два ряда, прикрывая улыбки веерами и пряча лица за масками. Когда же Северный приблизился к ним, то подошедший дворецкий предложил ему тоже надеть маску. Принеся несколько на выбор, он подал их эльфу. Северный выбрал, как ему показалось, самую непримечательную: белую, разделенную чертой ровно пополам и закрывающую все лицо. Надев эту странную маску, эльф продолжил свой путь.

Проходя мимо девушек, Северный улавливал их взгляды, блистающие в разрезах маски глаза, но они не вызвали в нем ответного чувства. Все смотрели на юного мага как на забавную игрушку или выгодную партию. Некоторые без стеснения заигрывали, жеманно лепеча какие-то глупости. Это вызывало у эльфа брезгливый озноб.