Бегущий За Ветром

Лишь роковая случайность привела в действие механизм оживления Валла-Вилле. Граф Афальстагский носил на руке старинный перстень, даже не догадываясь о его назначении. Охотясь в лесу, он оказался неподалеку от того места, где была похоронена голова древнего колдуна. Этой близости оказалось достаточно, чтобы дух Валла-Вилле смог выбраться в мир живых.

Однако ниточка, связывавшая мир живых и мир мертвых, была слишком тонка и ненадежна. Она возникала только тогда, когда перстень графа оказывался неподалеку от захоронения. Поэтому Валла-Вилле с помощью лживых чар постарался обмануть графа Афальстагского и заставить его действовать в своих интересах. Чем больше людей подпадало под действие заклинания Ледяного Дыхания, тем больше сил обретал дух Валла-Вилле. Но для полного возвращения из мира мертвых колдуну нужны были не десятки, а тысячи связанных с ним людских душ.

Бегущий За Ветром появился вовремя и сумел разорвать связь между мирами. Теперь проклятие Ледяного Дыхания утратило свою власть над людьми, а дух колдуна лишился возможности влиять на мир живых.

Бегущий За Ветром хорошо знал, как трудно окончательно уничтожить Валла-Вилле. Всегда существовала вероятность того, что где-то остались другие предметы, хранившие в себе силу колдуна. И потому он мог повторить свою попытку вернуться в мир живых. Точно так же могли возвратиться к жизни сотни могущественных колдунов из разных эпох, останки которых покоились на всех континентах плоского мира. И хотя вероятность этого возвращения была ничтожно мала, про нее нельзя было забывать и с нею приходилось считаться.

Бегущий За Ветром надеялся, что следующая встреча с духом какого-нибудь древнего злодея произойдет еще очень нескоро. А пока ему надо было окончательно уладить дела в Даниморе.

Герцог Кранцер два дня не находил себе места. Его соглядатаи донесли ему о странном исчезновении маркиза Дреусского во время попойки в его шатре у стен Даниманда. Затем неподалеку от города в лесу было обнаружено мертвое тело человека, который сам себя поразил кинжалом в сердце. Сантер, посланный герцогом на место происшествия, опознал в умершем атамана разбойников Шаризана.

Кранцера беспокоило то, что он не получал никаких вестей от Бегущего За Ветром и больше не мог отыскать следов его деятельности. Между тем время начала рыцарского турнира неумолимо приближалось. Соглядатаи герцога донесли ему, что граф Афальстагский наконец-то покинул свои владения и вместе со своими вассалами двинулся в сторону Даниманда. Свита и дружина графа были столь многочисленны, что превосходили королевскую армию.

Вскоре новые соглядатаи сообщили, что вместе с графом Афальстагским в столицу возвращается исчезнувший накануне маркиз Дреусский. Эта весть быстро облетела Даниманд и его окрестности. Вассалы и сторонники маркиза возликовали и вернулись к своему обычному времяпровождению: пирам, скачкам, тренировкам с оружием.

Радовало герцога Кранцера только одно: граф Гальтранский, его верный советник и помощник, быстро выздоравливал и уже мог садиться на коня, носить доспехи и крепко держать меч в руке. Король Далкор тоже поправился.

– Вот видишь, брат, – сказал Далкор Кранцеру, когда тот в очередной раз зашел справиться о его здоровье, – я же говорил, что не стоит придавать значения легкому недомоганию. Сейчас я еду осматривать место для постройки дополнительных трибун. Участников и зрителей на турнир прибыло так много, что плотники не успевают справляться с работой. Ты поедешь со мной?

– Извините, ваше величество, но у меня есть неотложные дела…

Далкор понимающе улыбнулся:

– Ты все еще выискиваешь следы готовящегося мятежа? Брось, я уверяю тебя, что никакой опасности нет! Ты чересчур серьезно относишься к делу, которое я тебе поручил. Тебе надо отдохнуть и расслабиться. И не забудь, что скоро в Даниманд прибудут герцог Гвардо-Корино и красавица Киарна. Портные уже сшили тебе праздничный костюм?

– Костюм? Наверное… Не знаю…

– Как же так, брат? – с добродушным упреком произнес король Далкор. – Как же можно пренебрегать таким важным делом? Ты должен произвести хорошее впечатление на Гвардо-Корино. От этого зависит твоя жизнь.

– Моя жизнь, как мне думается, сейчас зависит не от красоты костюма.

– А от чего же? – искренне удивился Далкор.

Герцог Кранцер очень хотел объяснить своему брату, какая опасность угрожает их семье и всему Данимору. Но он помнил об обещании, данном Бегущему За Ветром. Кроме того, он понимал, что король Далкор – не тот человек и не тот правитель, который сумеет защитить себя и свой трон. Поэтому Кранцер промолчал. Да и король, похоже, вовсе не ожидал от него какого-то определенного и подробного ответа.

На следующий день в Даниманд приехал герцог Гвардо-Корино с дочерью Киарной. Встреча знаменитых гостей была обставлена со всей возможной торжественностью и великолепием.

Гонцы за несколько часов оповестили короля Далкора о приближении кортежа герцога Гвардо-Корино. Дворяне со своими слугами, под развевающимися знаменами, выстроились у главных ворот Даниманда, образовав разноцветный живой коридор. Король со своей королевой и братом – герцогом Кранцером, выехали из ворот одновременно с подъезжавшими к городу всадниками и повозками гостей.

Было произнесено много учтивых пышных фраз, было пожато множество мужских рук и поцеловано немало женских ручек. И королевская семья Данимора, и гости из герцогства Гвардо пришлись друг другу по душе. Герцог Кранцер был поражен красотой юной герцогини Киарны. К его большому сожалению, герцог не мог уделить общению с гостями много времени. Выполнив все положенные этикетом формальности, он вернулся в свой дом, где его уже ожидали вести о скором прибытии в столицу графа Афальстагского и маркиза Дреусского, возглавлявших мощное войско.

Главари готовящегося мятежа прибыли в столицу этим же вечером, накануне начала рыцарского турнира. Король, разумеется, не вышел за ворота города, чтобы встретить своих вассалов, но дворян для приветствия графа Афальстагского и маркиза Дреусского собралось больше, чем для встречи герцога Гвардо-Корино. Герцога Кранцера все это очень беспокоило. Доверенные соглядатаи донесли ему, что граф Афальстагский поставил свой шатер и поднял свой штандарт рядом со ставкой маркиза Дреусского. После этого главные заговорщики отправились в королевский дворец, чтобы поклониться своему сюзерену – королю Далкору.

Герцог Кранцер быстро вернулся во дворец короля, где был самый разгар праздничного пиршества во славу герцога Гвардо-Корино. Далкор ласково упрекнул своего брата в пренебрежении гостями и незамедлительно усадил его за стол рядом с красавицей Киарной. Вскоре глашатаи объявили о прибытии во дворец двух наиболее влиятельных дворян Данимора: графа Афальстагского и маркиза Дреусского.

Герцог Кранцер испытующе разглядывал обоих дворян, пока они произносили положенные этикетом приветствия. Граф Афальстагский показался ему очень уставшим и задумчивым. Маркиз Дреусский, наоборот, выглядел бодро и весело. В их словах, как и следовало ожидать, не прозвучало ничего, что изобличало бы их, как мятежников. Наоборот, оба они еще раз поклялись в верности королю Далкору и правящей династии Данимора. Король в ответной речи поблагодарил своих вассалов и предложил им занять достойные места за королевским столом.

Киарна, наклонившись к Кранцеру, тихо произнесла:

– Должно быть, жизнь в вашей стране полна радости и спокойствия. Трон вашего брата опирается на верных и благородных дворян. В нашей стране, увы, верность вассалов свом сюзеренам осталась только в преданиях.

– Очаровательная госпожа Киарна, мне очень приятны ваши слова. Но я не хотел бы вводить вас в заблуждение, скрывая истину. В Даниморе произнесенные красивые речи зачастую не соответствуют мыслям людей.

– К сожалению, так происходит везде, где существуют зависть и жадность. Но, мне кажется, эти два благородных дворянина говорят искренне. Граф Афальстагский недавно пережил какое-то потрясение, какой-то внутренний надлом. Он выглядит изможденным, потому что переосмысливает свою жизнь и, кажется, видит в своем прошлом множество ошибок. Теперь он просто не может лгать.

– Вы так думаете? А маркиз Дреусский?

– Маркиз Дреусский, как мне кажется, совсем недавно одержал важную победу. Он доволен собой и готов к новым славным деяниям.

– Я бы очень хотел, чтобы его прошлые и будущие победы были совершены для пользы Данимора и короля Далкора. В противном случае, его удачи могут обернуться нашей бедой.

– Ваши слова делают вам честь, герцог Кранцер, – с улыбкой произнесла Киарна. – Вы, несомненно, очень преданы королю и своей стране. Вы должны согласиться со мной, что дело мудрых правителей – поддерживать честных и верных вассалов, и наказывать тех, кто своими делами вредит государству и его жителям.

– Воистину, это так, – согласился Кранцер. – Я необыкновенно счастлив, что вы обладаете не только несравненной красотой и глубоким умом, но и имеете взгляды на жизнь, схожие с моими.

Киарна потупила взор и слегка покраснела:

– Ваши комплименты смущают меня, герцог. Я редко покидала наш родовой замок, и изучала жизнь больше по книгам, чем на своем опыте. А о ваших подвигах рассказывают легенды.

– О моих подвигах? – удивился Кранцер.

– Я имею в виду ваш прошлогодний поход на другую сторону нашего мира. Один из участников тех событий, маркиз Алио Гондазо из Карлена, некоторое время изучал библиотеку в нашем замке. От него я узнала о том, как вы защитили наш мир от вторжения армии демонов.

– Вообще-то на самом деле все происходило не совсем так…

– Да, я знакома и с той историей, которую слышало большинство людей. Но маркиз Алио Гондазо поведал мне и о вашем мужественном решении вовремя отказаться от похода, и о бунте барона Убарена, и о том, как вам помог Бегущий За Ветром.

– Вы прекрасно осведомлены, герцогиня. Маркиз Алио Гондазо должен был бы вам рассказать о том, что моя роль во всех событиях была не так уж и значительна.

– Позвольте с вами не согласиться! Вы сумели осознать опасность, грозившую нашему миру, и, несмотря на сопротивление непокорных дворян, отказались от планов завоевания чужого мира. Позвольте мне считать вас дальновидным и мудрым правителем, в первую очередь заботящимся не о собственной славе, а о благе своего народа.

– Благодарю вас за ваши слова, герцогиня! – горячо произнес Кранцер. – Я пока не считаю себя их достойным. Но я буду очень стараться, чтобы соответствовать вашему мнению обо мне.

Молодой герцог посмотрел прямо в глаза прекрасной юной герцогини и увидел в них нечто очень для себя важное.

Если до встречи с Киарной герцог Кранцер не горел желанием участвовать в рыцарском турнире, то после королевского пира он вернулся в свой дом и лично проверил оружие и доспехи. Эти заботы и мысли об очаровательной герцогине на некоторое время отвлекли Кранцера от невеселых дум о возможном мятеже.

Но с наступлением утра беспокойство вернулось. Всю неделю, пока продолжался турнир, герцог Кранцер оставался настороже. Однако, к его немалому удивлению, искры мятежа загасили именно те, кто совсем недавно пытался их разжечь. На пирах маркиза Дреусского звучали тосты за здравие короля Далкора, его жены королевы Аграноры и сына, принца Даркана. Воинственные вассалы графа Афальстагского, выплескивая свой боевой пыл на турнирных поединках, также больше не помышляли о сражении с королевскими войсками.

Общий праздник доблести, храбрости и чести объединил дворян Данимора. Рыцари сражались с рыцарями в индивидуальных поединках на копьях и мечах. Группы рыцарей вместе со своими слугами организовывали массовые сражения. С раннего утра и до захода на поле возле Даниманда раздавались воинственные возгласы, слышался стук копий и мечей о щиты, звучали фанфары в честь победителей. От разноцветных флагов, конских попон и рыцарских доспехов рябило в глазах. Жители Даниманда и многочисленные приезжие со всей страны завтракали, обедали и ужинали прямо на трибунах, не желая пропустить ни одного мгновения великолепного зрелища.

На турнире никто не был убит или серьезно покалечен. А синяки, шишки и вывихи только свидетельствовали об отваге и презрении к боли. Прекрасные дамы награждали своих рыцарей нежными поцелуями не зависимо от того, победили те или оказались поверженными на землю. А затем победители и побежденные вместе пировали, поднимая чаши, кубки и кружки за прекрасный Данимор и за великого короля Далкора, устроившего для них этот великолепный праздник. И не было на турнире ни обид, ни ненависти, ни зависти.

Сам король Далкор два раза выезжал на поединки и дважды побеждал своих противников. Наградой королю были восторги подданных и восхищение королевы Аграноры, которая вместе с маленьким принцем сидела на роскошно украшенной королевской трибуне.

Герцог Кранцер три раза преломлял копья со своими противниками, известными и славными рыцарями Данимора, троекратно удерживался в седле и трижды подъезжал к трибуне, чтобы посвятить свои победы герцогине Киарне.

Окрепший и вернувший свою былую силу граф Гальтранский сбил с коня барона Дабернота. В качестве символического выкупа он потребовал у побежденного клятву никогда не взимать плату с тех, кто проезжает по его владениям.

В конце турнирной недели уставшие, но чрезвычайно довольные рыцари в помятых и поцарапанных доспехах в последний раз выехали на поле, чтобы воздать честь королю Далкору. Герцог Кранцер уже почти перестал опасаться мятежа, но все равно, в целях безопасности, выстроил возле королевской трибуны верных воинов.

Король Далкор поблагодарил своих вассалов и своих подданных за мужество, храбрость и верность Данимору. Рыцари ответили своему королю ликующими криками и клятвами в верности. На этом турнир завершился. Его участники начали постепенно покидать Даниманд, чтобы вернуться сюда через год на следующий турнир. Некоторые дворяне сразу отправлялись в свои владения, другие ехали в гости к своим старым и новообретенным друзьям, третьи задерживались в городе и в палаточном лагере, чтобы отметить окончание турнира праздничными пирами.

Герцог Кранцер заехал в свой дом в Даниманде, чтобы принять ванну и переодеться перед очередной встречей с Киарной. Но не успел он отдать соответствующие приказания, как Сантер доложил ему о том, что с ним хочет встретиться маркиз Дреусский.

– Маркиз пришел в мой дом? – удивился Кранцер. – Интересно, что ему нужно?

Он распорядился проводить маркиза в свои личные покои.

Когда нежданный гость вошел, Кранцер поднялся ему навстречу:

– Рад вас видеть, маркиз Дреусский! Признаться, я удивлен вашим визитом.

– Почему это так удивляет тебя? – открыто улыбнулся маркиз Дреусский. – Я же обещал тебе, что мы скоро встретимся, только выглядеть я буду несколько иначе. Я пришел сообщить, что смертоносные заклинания развеяны, и мятежа можно не опасаться.

На несколько мгновений герцог Кранцер замер с открытым ртом и вытаращенными глазами. Затем он радостно вскричал:

– Так это же ты! Я должен был догадаться!

– Я же просил тебя держать свои догадки при себе и ни с кем ими не делиться! – еще шире улыбнулся Бегущий За Ветром. – Я – маркиз Дреусский, и останусь им до конца своих дней.

– Это же просто замечательно! – воскликнул герцог. – Значит, мы будем часто видеться и общаться.

Волшебник отрицательно покачал головой:

– Я должен тебя огорчить: маркиз Дреусский скоро покинет Данимор. Покинет навсегда. У маркиза есть семья, которая совсем не является его семьей. Маркиз и раньше-то не слишком хорошо обращался со своей женой и детьми, а сейчас они стали для него совершенно чужими. Отъезд маркиза в дальние края, несомненно, их обрадует. У его жены есть любовник, с которым она начнет жить открыто, а у его старшего шестнадцатилетнего сына будут титул и наследство, о которых он сейчас втайне мечтает. А маркиз Дреусский уедет в далекие южные края, к теплым морям и пальмам на песчаных пляжах. Вряд ли он когда-нибудь вернется в Данимор.

– Я понимаю… – поник головой герцог.

– Хорошо, что ты это понимаешь. А понимаешь ли ты также, что сам навсегда останешься в тени своего брата-короля? Через сотню лет времена его правления назовут «золотым веком» Данимора. О короле Далкоре будут слагать хвалебные песни, в которых вряд ли упомянут его младшего брата – герцога Кранцера. А сам герцог Кранцер и его потомки будут служить сыну Далкора – будущему королю Даркану. И никто не узнает, что именно тебе обязан своей жизнью и король Далкор, и его семья, и все королевство.

– Я-то считаю, что мы все обязаны жизнью тебе.

– Но ты первый почувствовал угрозу, герцог Кранцер. И только потому ее удалось вовремя предотвратить. О моей роли во всех событиях знаешь только ты. А мера опасности и твоя предусмотрительность известны только мне. Но все жители Данимора за свое процветание и благополучие будут благодарить короля Далкора. Ты готов с этим смириться?

– Я не понимаю, к чему ты это говоришь. Я люблю своего брата, уважаю его жену, и мне нравится маленький принц Даркан.

– А герцогиня Киарна из рода Гвардо? Она тебе нравится?

– Киарна потрясающе красива и необыкновенно умна. Говорят, что она похожа на свою знаменитую прабабку, ради которой герцог Гвардо-Гвелли сражался с колдуном Вих-Дар-Лохаром.

– Они совершенно не похожи, – с грустью усмехнулся Бегущий За Ветром. – Они не похожи ни внешне, ни внутренне. Именно поэтому я уверен, что с Киарной тебя ждет долгая и счастливая жизнь.

– Спасибо. Из твоих уст эти слова звучат очень обнадеживающе!

– Эти слова произнес маркиз Дреусский! – напомнил волшебник. – Ты сам должен определить, насколько они окажутся пророческими.

– Кажется, я понял, зачем ты затеял этот разговор. Ты хочешь сказать, что каждый из нас живет своей жизнью и делает свое дело. Я охраняю трон Данимора. Ты сохраняешь порядок во всем мире. Мы должны хорошо выполнять свою работу и не думать о наградах и славе. Так?

– Ну, примерно так. И еще я хотел добавить, что каждый из нас, как и любой человек, должен быть доволен тем, что поручено или даровано ему судьбой. И потому, герцог Кранцер, ты обретешь счастье вместе с Киарной и со своим королевством, а я буду счастлив, путешествуя по всему миру. Поэтому я пришел к тебе, чтобы попрощаться.

– У меня на конюшне тебя дожидается твой замечательный конь, – сказал герцог Кранцер.

– Спасибо за заботу о моем скакуне. Но мне он больше не нужен. Пусть этот конь послужит тебе и даст хорошее потомство.

– Как же ты отправишься в путешествие без коня?

– Ну, во-первых, у маркиза Дреусского есть свои скакуны. А во-вторых, там, куда отправляется маркиз, кони не нужны. Там нужны надежные корабли, крепкие канаты и прочные паруса.

– Счастливого тебе пути… маркиз Дреусский!

– Счастливой тебе жизни, герцог Кранцер!

Бегущий За Ветром и герцог Кранцер крепко пожали друг другу руки и расстались, чтобы никогда больше не встретиться.