За дверью. Часть 1

Савельев неодобрительно покачал головой:

– Уверяю вас, вы составили неверное представление о современном обществе.

– А мне кажется, что вы слишком много времени провели в подземной лаборатории и утратили связь с реальным миром. Конечно, если наблюдать за жизнью по телевизору, может показаться, что после демократических реформ народ стал жить лучше и счастливее. Это же вы будете думать, проезжая по городским улицам на автомобиле с мигалкой и полиционерским сопровождением. А вы спуститесь в подземку и посмотрите на настоящую жизнь! Послушайте разговоры людей, которым не хватает денег, чтобы купить детям фруктов или конфет. А ведь их – большинство.

– Это большинство не является достаточно влиятельной силой, способной влиять на мировую политику.

– А если найдется кто-нибудь, кто сумеет их объединить и повести за собой?

– Для того и существуют спецслужбы, чтобы… – Савельев осекся, взглянул на меня, и в его глазах я увидел страх. – Вы хотите сказать, что собираетесь…

– …Я пока ничего не собираюсь делать. ПОКА. Вначале я хочу отыскать тех, кто виновен в смерти моих родителей.

– В смерти ваших родителей? – эхом произнес Савелев. – Я должен был догадаться… Значит, это вы – ребенок Люца и Сильфиты?

– А раньше кем вы меня считали?

– Это неважно. Кое-кто ответит мне за то, что не предоставил полную информацию.

Я предложил:

– Назовите мне этого «кое-кого», и он ответит передо МНОЙ.

Савельев на несколько секунд застыл в раздумье, потом сделал отрицающий жест рукой:

– Нет. Простите. Но я могу предложить вам кое-что получше. Я прямо сейчас свяжусь с одной очень высокопоставленной особой. Она координирует деятельность КОЛО и ОЕП в разных регионах.

– Она?

– Да, ее зовут Гандолиза Лайс. Я лично знаком с ней еще со времен своей работы в Империке. Я могу обращаться к ней напрямую.

У меня замерло сердце. О такой удаче я не мог и мечтать. Я и раньше не сомневался, что распространение боблинского мирового порядка происходило из Империки. Теперь я получил возможность выйти на самый высший уровень управления истребителями магов.

Стараясь скрыть нетерпение, я нарочито равнодушно сказал Савельеву:

– Ну, что же, звоните! Хотя я не представляю, что это может изменить в моем отношении к вашему обществу.

Савельев вынул из внутреннего кармана пиджака свой мобильный телефон и тонким проводом подключил его к переговорному устройству на столе. Затем он по памяти набрал на телефоне длинный международный номер. Три гудка показались мне тремя часами ожидания.

Потом из трубки послышался женский голос:

– Алло. Господин Савельев, это вы?

Разумеется, Гандолиза Лайс говорила по-империкански. Но я понимал все ее слова. Должно быть, мои магические способности простирались в самые разные области. Ведь и в Мире магии я разговаривал с драконами, не нуждаясь в переводчиках.

– Это я, госпожа Лайс, – также по-империкански ответил Савельев. – У меня к вам срочное и важное дело.

После секундной паузы Гандолиза коротко спросила:

– Какое?

Савельев выдохнул:

– ОН у меня!

– О чем вы? Я не понимаю.

– ОН у меня. ОН сидит рядом со мной.Мы в моей лаборатории.

– ОН?… Кто такой ОН?… Боже! Уж не хотите ли вы сказать, что?…

– Вот именно! – победно воскликнул Савельев.

– Вы уверены? Вы АБСОЛЮТНО уверены?

– У меня нет никаких сомнений. Мне неудобно говорить при нем о тех испытаниях, которым мы были вынуждены его подвергнуть. И еще он ликвидировал трех наших лучших полевых агентов.

Я показал два пальца.

– Что такое? – спросил у меня Савельев.

– Я ликвидировал только двоих. Третьего вы сами отравили.

– Это не важно! Госпожа Лайс, я могу передать ему трубку.

– Мы поступим лучше. Настройте свой компьютер на передачу изображения. Я сейчас нахожусь в своем офисе. Ведь у нас самый разгар рабочего дня.

– Отлично!

Савельев вскочил со стула и подбежал к компьютеру. Маленький шарик начал свое движение вокруг экрана, и вскоре я увидел изображение темнокожей боблинки. Она сидела за письменным столом в кожаном кресле с высокой спинкой. Компьютер с видеокамерой, скорее всего, располагался непосредственно перед ней, так как спинка кресла занимала весь экран и не позволяла мне рассмотреть кабинет. Жаль. Я не мог открыть магическую дверь прямо туда – в сердце боблинского штаба истребителей магов.

Гандолиза Лайс рассматривала меня с нескрываемым интересом.

– Так вот вы какой, господин Калки, – наконец, выговорила она. – Вы говорите по-империкански? Я правильно вас называю – Калки?

Я кивнул головой:

– Все правильно.

Произнесенные мной слова Гандолиза Лайс, видимо, восприняла на своем родном языке.

Савельев произнес:

– Госпожа Лайс, я уже изложил Калки наши взгляды на развитие цивилизации. К сожалению, он придерживается другого мнения. Впрочем, именно это мы и предполагали.

Я решил взять инициативу в свои руки:

– Я хочу знать, кто виновен в смерти моих родителей!

– Это непростой вопрос, – сказала Гандолиза Лайс. – Решение о ликвидации было принято без моего ведома, на уровне руководства колосским региональным управлением ОЕП. Сейчас этих сотрудников нет в живых. Извините…

У меня в глазах потемнело. Слова Гандолизы Лайс одним махом перечеркнули все, к чему я стремился. Я не сомневался в том, что она сказала правду. Но потом я воспрянул духом – ведь было еще кое-что важное, что мне предстояло выяснить.

– Госпожа Лайс, мне бы хотелось получить все документы, касающиеся смерти моих родителей.

– Зачем это вам? – насторожилась боблинка.

– Надо! – отрезал я.

– Эти документы являются государственной тайной Империки. Они затрагивают стратегические интересы нашего государства… Но я могу их вам предоставить в обмен на ваше согласие сотрудничать с нами.

– А как же истребители магов?

– То есть сотрудники Общества Естественного Прогресса? Я прикажу им оставить вас в покое.

– Не уверен, что полковник Треск выполнит этот приказ.

– Если он откажется подчиняться, то будет ликвидирован.

– А если я откажусь с вами сотрудничать?

– Ответ очевиден.

Я решил схитрить:

– Вначале я хотел бы убедиться, что нужные мне документы все еще существуют, что вы не попытаетесь предложить мне подделку. Передайте мне документы, а потом я дам ответ на ваше предложение.

Гандолиза Лайс твердо сказала:

– Для нас эти условия неприемлемы!

– Тогда я достану документы сам. Если вы уничтожите документы, я все равно узнаю правду. Я – маг по крови. Вы, видимо, еще не поняли, с кем имеете дело!

– Вы не первый маг, который отказывается с нами сотрудничать, – ядовито улыбнулась Гандолиза Лайс. – И вы знаете, что происходит с теми, кто вторгается в сферу интересов Империки.

– Ваша сфера интересов – весь ваш Изначальный мир?

– Ну почему же только один мир? Наши ученые уже научились создавать проходы в другие миры. Уж вам-то должно быть об этом хорошо известно. Как видите, ваше сотрудничество или отказ от него ничего не решают. Наука даст нам то, в чем отказали маги – власть над всеми мирами!

– Интересно посмотреть, как вы будете экспортировать свою «демократию» в Мир Магии…

Я сказал это и тотчас же прикусил язык. Я внезапно понял, что боблины Изначального мира легко найдут общий язык с хозяевами магических энергий. Ведь цели-то у них общие: власть, нажива, присвоение чужого труда и общих богатств.

Я обратился к Савельеву:

– Вы обвиняли магов в стремлении к безраздельному владычеству. Но разве сами вы не участвуете в порабощении народа?

– Это не порабощение, это прогресс! – ответил человек, но в его глазах промелькнула легкая тень сомнения.

Гандолиза Лайс отчеканила:

– Господин Савельев, вы должны немедленно ликвидировать Калки! Он представляет угрозу интересам Империки и всей нашей цивилизации.

Я широко улыбнулся:

– И как же вы собираетесь меня ликвидировать?!

Савельев быстро протянул руку к переговорному устройству и нажал на одну из кнопок. Потом он нажал на нее еще раз, потом еще и еще.

– Не трудитесь! – сказал я. – Ваши охранники в коридоре не могут сдвинуться с места. Подошвы их комбинезонов слились с полом в одно целое. Им не скоро удастся выбраться из своих скафандров.

В глазах Савельева я увидел ужас… Ужас, смешанный с уважением.

Гандолиза Лайс, считавшая, что находится в безопасности на другой стороне планеты, крикнула:

– Все равно ты не сможешь выйти из подземного бункера!

Я ответил ей своей замечательной насмешливо-угрожающей улыбкой и открыл магическую дверь на хорошо знакомую мне набережную в Москве. Я не собирался указывать моим противникам, в какой мир на самом деле намеревался отправиться. Москва служила лишь пересадочной станцией.

Савельев и Гандолиза Лайс в оцепенении глядели на дверь, за которой виднелись металлическая ограда набережной, река, дома на другом берегу.

На прощание я сказал:

– Разговор с вами многому меня научил. Я понял, что бессмысленно сражаться с отдельными людьми, боблинами или оборотнями. Я объявляю войну всей вашей системе лжи, несправедливости и подавления личности. Либо вы измените свои планы, либо я разрушу все, к чему вы стремитесь. Я ИДУ ВО ГНЕВЕ СВОЕМ!

Я вышел за дверь и покинул Изначальный мир.