- -
- 100%
- +
– Во сколько конкретно,– тут же внёс уточнение Нойс.
Она на миг задумалась, припоминая,– где-то в десятом часу…
– Он один был?
– Нет вместе с кучером, они приехали на карете запряженной двойкой вороных.
– Хорошо, приехали они, что потом было,– жестом пригласил наёмник продолжить рассказ.
– Главный из них, похожий на свинью назаказывал столько, сколько и пятерым не осилить за раз, словно его неделю не кормили, набросился так на еду он. Сначала ему принесли харчо, он вмиг его проглотил, затем подали блинчики с мясом…
– Можешь пропустить подробности смены блюд, меня интересует, что случилось потом.– Перебил её Фрэнос.
Она недовольно зыркнула на него тёмными глазами, но, перечить не стала. – Набив утробу, свиноподобный молча направился наверх почивать, кучер пошёл спать в конюшню.
– У него была при себе сумка, какая или чемодан?
– Саквояж небольшой имелся, он постоянно держал его при себе, даже когда ел, поставил его, не на пол, а поклал себе на колени.
– Понятно. Ладно, дальше он поднялся наверх в номер… приглашая продолжить, молвил наёмник.
– Да именно так.– Поддакнула в свою очередь Сирен.– Потом через пару часов он попросил принести ему дополнительно еды наверх.
– Он, что так быстро вновь проголодался?– удивился Нойс, не представляя, каким троглодитом надо быть, чтобы так есть, как не в себя.
– Похоже на то. Синор Кранчик сказал тогда, что ещё никогда ему не попадались люди со столь отменным аппетитом. Он весьма радовался ещё тогда этому. Ах, если бы он тогда знал, чем это всё обернётся…
– Ты сама готовила ему?
– Кто же ещё?– как на кретина воззрилась она на наемника. – Я всегда делаю это. А синора Мила, разносит по столикам и принимает заказы. Вот только, что-то в последнее время она нехорошо чувствует себя…
Специалист по сугубо деликатным вопросом ощутил некую недосказанность в её словах, но так как самочувствие дражайшей супруги Йозефа Кранчика его в данный момент мало занимало, пропустил мимо ушей это обстоятельство. Кухарка тем временем продолжила свой отсчёт. – Он попросил кексиков полное блюдо, медовых пряников куль и молока кувшин. Синора Мила сказала, тогда, что сама отнесёт ему блюдо.
Неожиданно снаружи послышался стук копыт, ржание лошадей, мужские возгласы. Кухонное окно выходило вовнутрь двора, поэтому не было видно, кто пожаловал в гости к Кранчику. Кухарка тоже замерла внимательно прислушиваясь. Фред подавил желание пойти взглянуть, кого там принесло, за место этого он попросил её не отвлекаться, а ускорить рассказ.
– Итак, супруга Кранчика вызвалась отнести заказ?
– Да, она поднялась наверх, её руки были заняты довольно таки нелёгкой ношей, а тут как по заказу в коридоре оказался молодой постоялец, который предложил любезно помочь, подержать поднос покуда она постучится в двери и её не откроют. Только вот вместо того чтобы потом передать его обратно, он со всего размаха обрушил его на голову свиноподобного. Тот как завопит, словно свинью режут, ой, что тут началось, словами не передать!– кухарка взмахнула натруженными руками, вновь переживая перипетии вчерашнего вечера.– Молодой синор, оттолкнув в сторону ошеломлённую синору Милу, кинулся на постояльца и обрушил на его голову дубинку, оглушив. Затем смерчем пронёсся по комнате, перевернув всё верх дном. Покопавшись в найденных вещах и забрав какой-то пакет, он бросился прочь только его и видели. А такой приличный с виду молодой синор,– закачала осуждающе головой Сирен,– что и не скажешь, что он промышляет разбоями. Честное слово, совсем, не скажешь.
– Ты случайно не помнишь, как он представился?– задумчиво теребя слегка заросший щетиной подбородок
– Назвался Габриэлем, сказал, что возвращается домой с учёбы.
– Опиши его.
– Ну,– на миг призадумалась кухарка,– лет ему примерно двадцать. Темноволосый с узенькими усиками. Роста около пяти футов и шесть дюймов, худощавый. Элегантно, одет, носил болотного цвета тунику и верховые кожаные штаны.
– Ясно.– Нойс узнал в описании Малькома, молодой наёмник не изменял себе, надевая даже на дело щеголеватые наряды. Хорошо, хоть ума достало перекрасить волосы, хотя это мало чем-то могло помочь ему. Похоже, он умудрился вляпаться по самые уши.
Сирен продолжала говорить.– На лестнице ему встретился какой-то неизвестный господин.
– То есть он не являлся постояльцем?– не понял Фред, отвлекшись слегка на собственные размышления.
– Да, его никто не видел ранее, откуда он взялся и что делал тоже.
– Просто, вот так взял и появился из воздуха?– Насторожился наёмник.
– Выходит, что так.– Пожала плечами кухарка, прислушиваясь к голосам, долетавшим через закрытую дверь.– Между ними завязалась драка. Затем шарахнула так, что казалось, рухнет само здание и похоронит всех посетителей под собой. Благо трактир уже пустовал все поразъехались или поднялись наверх в свои номера и никого не зацепило волшебством. Затем ещё раздались два хлопка, послабее предыдущего и всё стихло. Синор сам имел возможность увидеть, что они натворили в зале.
– Только они двое? Или же были и другие?
– Вот этого я точно сказать не могу. Все забились по углам и молили светлого Мируса, дабы он защитил и уберёг. Синор Кранчик самый первый набрался мужества, осторожно спустившись вниз. Там уже никого не было. Кто-то подпалил конюшню. Началась кутерьма. Конюх вместе с кучером свиноподободного кинулись выгонять лошадей. Огонь быстро перекинулся на пристройку, где хранились хозяйственные вещи. Ох, и ночка выдалась, не дай Бог пережить вторую такую в жизни.– Закачала озабоченно головой Сирен.– Благо, что синор Кранчик в свое время отдельно построил их, а то весь гостиный двор сгорел бы.
В трактирном зале раздались шаги, заскрипела под ногами битое стекло. Кто-то с кем-то о чём-то негромко переговаривался. Фрэнос, предчувствуя, что время для разговора вот-вот истечёт, поспешно задал волновавший его вопрос. – Что сталось со свиноподобным?
– Да, ничего.– Пожала равнодушно плечами Сирен. Очухался примерно через часок, как раз его конюх успел собрать лошадок и запрячь их. В общем, смотались они быстренько и всё. Да и не до них было дел, тут так полыхало пламя, ужасть.
Больше она сказать ничего не успела, дверь на кухню распахнулась, и на пороге возник монах ордена намордников. Он был облачён в привычную серую сутану, подпоясанную широким кожаным поясом, приличествующим скорее воину, нежели служителю Бога. Впрочем, орден считался боевым, что не могло не повлиять на одеяние. Монах был ровесником Нойсу, с той разницей, что уже начал понемногу сидеть.
– Вы кем будете?– деловито осведомился он, обводя постным взглядом помещение кухни, за его спиной вынырнул другой серый чуть пониже и совсем ещё юный.
– Фрэдерик де ля Нойс,– отрекомендовался наемник, встав на ноги, – а это достославная синора Сирен.– Ответил он за неё, видя, как она резко переменилась в лице при виде намордников.
– Кухарка?
– Да,– в силу того, что Сирен никак не могла выйти из ступора, вновь ответил за неё Фред.
– А вы тот самый, кого ещё зовут Фрэносом?
Неожиданно влез со своим вопросом юный намордник, не стесняясь, рассматривая наёмника с ног до головы, словно он являлся редким экспонатам музея «Не нужных вещей». ( Вы спросите уважаемый читатель, почему ненужных? Ответ прост, нужные вещи не пылятся в музеях, а постоянно используются по назначению).
– Чезаре, умерь любопытство,– старший собрат пронзил его осуждающим взглядом.
– Прости брат… склонил голову юноша, признавая вину за собой.
– Вы я так понимаю постоялец?– уже обращаясь к Нойсу, спросил старший намордник.
– Нет, просто я не мог проехать, мимо завидев несчастие, постигшее это доброе заведение, решив остановиться, дабы разузнать, что произошло и при случае предложить свою посильную помощь. Положа руку на сердце, ответил Фред.– Но, теперь убедившись, что никому из присутствующих здесь не угрожает опасность, я, пожалуй, продолжу свой путь.
– Я думаю, ваш отъезд будет слишком поспешным, если вы немедленно покинете нас, не исповедавшись в грехах своих, у вас появилась хорошая возможность это сделать сегодня, не откладывая на потом.– Произнёс тоном, не терпящим возражений намордник.
Фрэнос судорожно сглотнул, предприняв все же попытку отвертеться.– Покорно благодарю за такую возможность, но я предпочитаю исповедоваться исключительно у своего жреца.
– Тем не менее, я настаиваю, чтобы вы задержались, у святых братьев могут возникнуть к вам вопросы. Чезаре проводи синора Нойса,– распорядился старший намордник, дав понять, что этот вопрос решен и никакие возражение не будут приняты.
Юный послушник склонился в лёгком поклоне,– да, брат Маркус.– И тут же обратился к наёмнику, – следуйте за мной.
Выходя Фред отметил, как Сирен побледнела, стоило наморднику перевести на неё взгляд своих бледно голубых глаз.
– Я разорён. Конюшня сгорела, склад тоже, животные разбежались! А сколько убытков в зале? Половину столов придётся заменить на новые! Скамьи тоже годятся разве что на растопку в печь! Я банкрот! А сколько битой посуды спрашивается? Её вообще не сосчитать! Нет, я не переживу такую беду!
Кранчик высказывал своё возмущение командору ордена намордников. Наемник видел его уже в дальновидную трубу, в замке Жирдяя. Теперь у него представилась возможность более детально разглядеть этого человека в близи. Среднего роста, худощавый, но жилистый волосы светлые прямые до плеч, намордники все носили длинные волосы в отличие от всех других представителей различных орденов предпочитавших исключительно короткие стрижки. Его правильные благородные черты лица свидетельствовали о принадлежности к дворянскому роду. Лет ему примерно было сорок с небольшим гаком.
– Этими вопросами занимаются светские власти, а ордену не пристало лезть в мирские дела.– Вымолвил он несколько презрительно крутившемуся, словно собачка у него под ногами владельцу постоялого двора.
Они стояли чуть в сторонке от входа и остальных людей. Три гнедые, стреноженные лошади щипали травку возле сгоревшего склада.
– Но, что мне делать ваше святейшество Аэрон? Как мне быть теперь?– не унимался несчастный Йозеф, найдя объект для жалоб и не желая его так быстро отпускать.
– Благодарить Мируса, что не сгорела твоя гостиница целиком. Вот что!– теряя терпение, заявил намордник.– Поставь лучше свечку, а лучше не одну, в храме и помолись, как следует.
– Но, кто мне компенсирует убытки?– не мог никак успокоиться Кранчик, хватаясь обеими руками за взлохмаченные волосы на лбу.
– Спросишь это у дознавателей, они будут скоро здесь, а ко мне не приставай больше со своими жалобами. Чезаре, что у вас там?– демонстративно развернувшись к приунывшему Йозефу спиной, обратился он к своему подчинённому
Монах почтительно опустил голову и молвил. – Как вы велели командор, мы оглянули залу, где обнаружили пятно от «негасимого пламени». В данный момент брат Маркус опрашивает кухарку, а мне он велел сопроводить на выход Фредерика де ля Нойса, у ордена возможно к нему возникнут вопросы.
– Ожидаемая неожиданность знаменитый Фрэнос – наёмник и вор в одном лице. Наслышан, я, наслышан подвигами твоими…
Аэрон внимательно, но без той толики любопытства, с которым обычно смотрят на специалиста по сугубо деликатным вопросам, оглядел Фреда с ног до головы.
– Я тоже рад с вами познакомиться ваше святейшество.– Поклонился в свою очередь наёмник.
– Не называй меня так, я рыцарь командор ордена намордников Аэрон.
– Счастлив с вами познакомиться командор Аэрон.– Поправился тотчас Фред, не зная, за что ему привалило этакое неожиданное знакомство.
– Счастье синор Нойс весьма иллюзорно, на грешной земле его достичь практически невозможно. – Философски заметил командор, обозревая окрестности.
– Верному служителю священного ордена лучше знать.– Наемник, склонил голову в притворном согласии. И тут же не откладывая спросил в лоб. – Я хотел бы прояснит ситуацию, по какому поводу меня задержали?
– Давай пока будем считать, что пригласили на дружескую беседу.– Предложил вкрадчиво Аэрон. – Может, прогуляемся Фредерик, ты не возражаешь, если я тебя стану так звать, не пользуясь прозвищами?
– Да, конечно командор святого ордена…
– Называйте меня просто Аэрон.– Вновь внёс поправку намордник, увлекая его за гостиный двор на цветущий луг. Чезаре остался в гордом одиночестве, стоять у входа в трактир.
–Как скажите.
– Вот и славно. Ты встречался с Жирдяем и Жаром?
Вопрос-утверждение слегка озадачил наёмника, он не успел подготовиться к нему, как следствие немного замешкался с ответом.
– Может и так… осторожно произнёс он, мысленно готовясь к весьма неприятному и сложному разговору, несмотря на то, что носил он вполне невинное название «дружественный».
Видя реакцию Фреда, командор улыбнулся, на удивление улыбка у него была открытая и достаточно дружелюбная.– Тебе не следует опасаться ордена, мы друзья на самом деле. Конечно, если кто-то злонамеренно не причинит ему вреда. Ведь у тебя нет таких намерений?– Осведомился он, резко остановившись и заглянув в глаза Нойса.
– Нет. Что вы и в мыслях нет ничего подобного.– Поспешил отзвездится тот.
– Рад это слышать.– Удовлетворено кивнул головой Аэрон, приглашая продолжить прогулку. – А теперь возвращаясь к предыдущему вопросу Фредерик, дай мне правдивый ответ, ты заключал с ними соглашение или контракт, по-моему, это так зовётся в кругах ваших?
Откровенные вопросы командора намордников ставили в глухой тупик опытного наёмника. Как правило, он всегда имел заготовленные ответы на предполагаемые вопросы в различных ситуациях, и вот теперь впервые не знал, как ему быть, что отвечать. Намордники это не стражники, действующие в рамках пусть и не совсем идеального законодательства. В отличие от них служителям Мируса было достаточно только одних намеков, чтобы заключить человека для «покаяния» в башню, из которой, как показывала практика не выходят разве, что прямиком в ад. Поэтому он попытался как можно деликатнее, дать ответ на вопрос.
– Аэрон, вы не первый кто в течение недели интересуется моими контрактами.– И, к сожалению, вам, как и всем прочим, я вынужден сказать, что контракты не разглашаются. Часть сделки – анонимность.
Командор не останавливаясь ожёг взглядом Нойса, отчего у того вдруг взмокла спина и появилась предательская слабость в коленях.
– Я уважительно отношусь к людям, держащим слово. Но, мне не хотелось бы, чтобы между нами возникли недопонимания.– Аэрон согнул в локте руку, выпятил палец вверх.– Есть одна вещь, собственность ордена, которую у него похитили. И которую орден во что бы то ни стало должен вернуть обратно, и я нисколько в этом не сомневаюсь, вернёт…
– Насколько я знаю статуэтку, никто не крал, её обнаружили случайно.– Фред надеялся, что твёрдости в его взгляде достаточно, чтобы не пустить на волю страх. А наёмник понял, что боится этого человека, причём он ощущал буквально кожей волны страха исходившие от этого человека.
– Может быть, и так.– Не стал заострять внимание командор на словах своего оппонента.– Я хотел, чтобы ты правильно уяснил занимаемую позицию ордена.– Нагнувшись, он сорвал яркий цветочек и поднес его к носу. Вдохнув полной грудью его аромат, он продолжил. – Для нас, прежде всего главное чтобы не вырвалось на волю грозная сила Ушедших, запрятанная в их артефактах. В противном случае могут пострадать тысячи невинных жизней. Такое кстати, в истории уже случалось и не однократно. Дабы избежать последующих несчастий и бед, связанных с наследием Ушедших и, был создан орден, несомненно, сам Мирус так распорядился, назначив нас хранителями. Теперь ты надеюсь, понимаешь, отчего все вопросы, связанные со статуэткой так важны и любая связанная с ней информации должна быть передана незамедлительно нам. Наследие эпохи Ушедших должно пребывать только в надёжных чистых и проверенных руках служителей Мируса.
Нойс невольно опустил взгляд на руки Аэрона, они были жилистые с синими прожилками настоящие руки воина привычные к оружию. Если он командор ордена, то тогда у него должен иметься меч, интересно, где он его прячет, подумал, он невольно. Но естественно спрашивать намордника об этом не стал. Пауза стало затягиваться.
– Откуда ты родом? Мне кажется, я встречал уже где-то фамилию Нойсов, вот только не помню где и при каких обстоятельствах.– Совсем неожиданно спросил Аэрон.
– Возможно в старых летописях?– высказал своё предположение Фред, чуть польщенный таким вопросом.– Мой род достаточно древний. Его корни уходят в те далёкие времена, когда Бурляндия входила в состав Тяжёлой империи. Трезубец и меч на фоне белом фоне, олицетворяющий заснеженные горы запечатлён на гербе первого основателя рода Гаронна де Нойса. Согласно фамильным рукописям он с небольшим отрядом в неполную сотню удерживал целый месяц перевал «Руорка», осаждаемый мамуками, покуда не подоспело подкрепление. Заслужив тем самым славу и звание рыцаря.
– Славный подвиг. Я смотрю, ты неплохо знаешь историю своего рода?
– Каждый дворянин обязан знать её и помнить.– Уверенно заявил Нойс, про себя добавив, даже если он наемник и вор.
– Где находиться родовые земли?– остановившись на краю луга, поинтересовался Аэрон.
– Надел пожалованный императором находиться, точнее находился под Бухантусом. Перед распадом империи, как вы знаете из истории вех, случилась революция. Мой предок стал на сторону одной из коалиций, которая уступила в кулуарной борьбе за власть. Вследствие чего земли и родовой замок были отобраны и переданы ближнему окружению нового короля.
– Кто тебе всё это рассказал?
– Дядя, у него сохранились архивы семьи.
– Он живёт в Пьянтузе?
– Нет.– Фред не настроен был называть место проживания единственного оставшегося у него родственника.
– Ты слишком, скрытен.– Недовольно заметил намордник, развернувшись, чтобы идти обратно.– Впрочем, учитывая специфику твоей профессии я, это вполне понимаю. Но всё же хочу вернуться к вопросу связанному со статуэткой. Ты намерен её разыскивать и дальше?
– Я намерен выполнить контракт,– немного резче, чем собирался, ответил Нойс командору, из-за чего тот слегка поморщился.
– Да, именно выполнить контракт. Я ни в коем случае не хочу препятствовать тебе, орден намордников не претендует на лавры королевских дознавателей, служа только одному Мирусу, но считаю своим долгом предупредить тебя, что мы заявляем на этот артефакт собственные претензии. Каждый добропорядочный подданный Его величества обязан сообщить представителям ордена информацию о месте нахождения статуэтки, а также передать её саму в руки братьям в случае завладения ею. Те, кто будет замечен в укрывании запретного артефакта, подвергнется праведному божьему наказанию.
– В лице рыцарей-командоров?– уточнил на всякий случай наемник.
– Именно так.– Отрезал Аэрон и сделал шаг в обратном направлении.
– Понятно,– только и смог ответить Нойс, в который раз удостоверившись, как удобно прикрываться Богом для собственных целей и нужд.
– Я рад, что ты это понимаешь. Ведь это так на самом деле?– командор намордников не угрожал в открытую, но всем своим видом показывал, что пощады в случае отказа от сотрудничества от него не стоит ждать.
– Я услышал, что вы мне хотели донести достославный командор Аэрон.– Дал в свою очередь понять наемник, что принимает и осознает всю личную опасность, связанную с сокрытием статуэтки.
Со стороны, откуда приехал Нойс, двигалась почтовая карета. Хорошая возможность добраться до города для тех людей, что лишился лошадей вследствие пожара. Шлейф пыли гусеницей тянулся, извиваясь за ней, словно старался догнать и поглотить ее. Оба собеседника застыли, рассматривая быстро приближавшуюся карету с запряжённой в ней четверкой гнедых лошадок. Фред по-прежнему продолжал ощущать неосознанную опасность, исходившую от намордника, списывая ее в большой мере на устоявшуюся вот уже веками репутацию безжалостного ордена, нежели представителям которого в действительности являлись таковыми. Хотя и недооценивать их себе, он никак не мог позволить, учитывая столь великое множество историй и слухов гулявших постоянно вокруг серых. Что ж в любом случае ему вскоре должна была представиться великолепная возможность проверить, на самом деле они такие страшные или же это просто очередной миф и не задарма жующие хлеба имиджмейкеры ордена.
Тем временем они подошли к тому месту, от которого начали свою непродолжительную прогулку. – Я надеюсь, Фредерик ты сделаешь правильные выводы из всего услышанного и будешь сотрудничать с орденом?– обратился Аэрон то ли с угрозой, то ли с предложением к нему.
И вновь, как в случае с Жаром Типусом и Жирдяем Фрэнос был поставлен в неловкую ситуацию.– Вы, предлагаете, простите за прямоту шпионить для вас?– выдал наемник, давно вертящийся у него на языке вопрос.
– Ну, не надо быть столь категоричным,– командор усмехнулся одними уголками рта, хотя перед этим, на миг в его глазах промелькнула искорка гнева. – Просто я пытаюсь тебя уберечь от нежелательных последствий.– Как можно доброжелательнее попытался объяснить он.– Пойми, что я хочу тебе донести, артефакт в независимости у кого он будет находиться, в итоге окажется всё ровно в наших руках. Мы могли бы, к примеру, вырвать раскалёнными клещами у тебя имя заказчика, но нас не интересуют имена. Ты понимаешь это?– в его голосе прибавились властные нотки.– Мы найдём её у тебя, Жирдяя, твоего нанимателя или мага и заберём себе. Сам Мирус укажет нам дорогу к ней…
– Но, если все, так как говорите, почему бы вам не сесть по коням и прямиком не помчаться к обладателю артефакта?– Нойс понимал, что дерзит, играя почти, что с открытым огнем, но удержать себя от колкого замечания не сумел.
– Типичный вопрос неофита.– Констатировал Аэрон, похоже, разговор с наёмником начал забавлять его, усмехнувшись теперь уже по-настоящему, он развёл руками. – Бог не компас, который можно в любой момент вынуть из-за пазухи и узнать где север. Это откровение доступное только адептам ордена намордников,
– Командор, признаюсь честно, мне все эти разговоры со статуэткой порядком достали,– неожиданно сам для себя выпалил Фред,– я вот всё хочу, спросить, вас да не решаюсь…
– Ну, же смелее, мы тут и находимся, чтобы найти ответы на вопросы.– Подтолкнул его Аэрон жестом руки.
– Хорошо. Я никак не могу взять в толк, что такого ценного в этой самой древней статуэтки? Из-за чего разгорелся весь сыр-бор? Почему вдруг всем она стала так необходима? И если она такая опасная, то зачем идти на такой риск, наживая себе врага в лице ордена Намордников? Ради чего, в конце концов?
– Наследие Ушедших.– Командор резко переменился, напустив на себя задумчивый вид, не потрудившись даже согнать с лица севшую мошку.– Загадки, оставшиеся не раскрытыми до сих пор. Наверняка ты что-то слышал о них. Сложно найти в королевстве человека, который бы не знал об их существовании. Но одно дело слухи и басни, рассказанные у костра или в таверне за кружкой скрутиловки и совсем другое факты. А их практически не осталось. Кроме загадочных артефактов, которых невозможно подогнать под некий перечень определяющий суть и назначения. Каждый предмет Ушедших уникален в своём роде и служит какой-то определённой цели. Причём суть магической составляющей разнится как солнце и луна. Также по-своему они отличаются, друг от друга неизменной только остаётся мощь, сосредоточенная в них. Вот почему орден скрупулёзно отслеживает все, что связано с наследием давно минувшей эпохи. Попади такой артефакт в руки безумного чародея или человека, слабо разбирающегося в сложных магических инструментариях, и что случится тогда, знает один Мирус…
– Вы знаете, что может произойти, если задействовать эту статуэтку?– пользуясь, случаем, раз пошел у них такой откровенный разговор в лоб спросил Нойс своего собеседника.
– Это тайна, которая доступна только высшим сановником ордена.– Дипломатично ушел намордник от вопроса, явно не желавший распространяться на эту тему.– Скажу лишь,– посчитал все же заметить он,– что сила этого артефакта очень велика, и ни в коем случае нельзя активировать её, ни в коем!– закончил он громко.
– Слава Мирусу, что дон Жирдяй вместе с Цугубером не успели пробудить её к жизни.– Под нос себе буркнул как бы невзначай Фред.
– Тебе кто-то это сказал? Откуда такая информация?– рыцарь прищурился, словно гончая почуявшая дух жертвы.
Фрэнос специально сформулировал, таким образом, вопрос, чтобы выяснить, что известно командору, чем занимался хозяин замка и маг и каких результатов они достигли, так как ни барон, ни чародей так и не удосужились рассказать ему как о предназначении, так и том, что они собираются делать со статуэткой.
– Это просто мысли вслух!– отмахнулся наемник.– Просто я подумал, что дон Жерард пригласил известного чародея к себе в поместье не только ради оценки её стоимости, хотя могу и ошибаться.