Потеряшка. Казус ютираннуса

А кто, скажете вы, нам всё это говорит? Так геолог один, из общества Герикона, представитель той самой группы учёных, над которой Герикон и главенствует. Это человек, его зовут Ларри Фукс, и он пойдёт с нами. На самом деле, данный геолог попал на эту планету не так и давно, по местным меркам, но оказался для Герикона настоящей находкой, так как был не кабинетным учёным, а самым настоящим полевым естествоиспытателем, который предпочитал всё «потрогать своими руками». Он то и рассказал мне, да и остальным членам команды, всё что знал об этом минерале, так как в архивах хоть и было описание, где его найти и как, но всё–таки, одно дело на бумаге прочитать, другое – знать. И уже тогда мне стало очень грустно, так как оказалось, что найти, добыть и притащить его туда, куда нам нужно, это уже само по себе проблема, помимо того, что нас будет ещё и стараться прибить всё население континента, на котором и находится этот самый вулкан. В своих записях, ученые, которых уже давно употребил в пищу один из Пожирателей, дали имя Коотанго этому вулкану, что в переводе с их языка означает – Надежда. Крепкие были ребята, и оптимистично настроенные. Насчёт оптимизма я с ними согласен, к тому же он вынужденный, тут хочешь не хочешь, а верить в хороший исход будешь, иначе просто жить смысла то нет, как и выход искать. Ну, если только вы не член ордена «Идущих в лоно». У тех то выход есть. Шучу. Хотя…

Так что не так с этим минералом, с таким чарующим, ну по крайней мере для меня, названием – фаратин? Да всё с ним не так. Со слов Ларри, на вид это обособленные пластинчатые кристаллы размером до ста пятидесяти микрометров, и это при том, что один микрометр, это одна миллионная доля метра. Вы спросите, почему нельзя было просто сказать, что это твёрдый такой порошок? Я спросил. Ларри посмотрел на меня как на идиота, так как с его то точки зрения он понятно всем всё объяснил, а порошок, это другое. Ещё, этот самый минерал обнаружен только в фумаролах кратера этого вулкана, и больше нигде. Вы спросите, что такое фумаролы? Я спросил. Закатив глаза, этот зануда–учёный–геолог, всё–таки ответил мне, что  фумаролы, это выделения горячего вулканического газа в виде струй и спокойно парящих масс из трещин или каналов, расположенных на дне и в стенках кратера вулкана. И этот самый газ, проходя и поднимая с недр различные вещества, которые и взаимодействуют со всем подряд, что только не встретят на своем пути, и образуют такой вот минерал, который является одним из соединений меди. Фуууух. Сказал! А главное запомнил это вот всё. И ещё – у него триклинная кристаллическая решётка. Не спрашивайте. Всё равно я лично ничего из вышенаписанного не понял. А спрашивать Ларри побоялся, ещё в лоб прилетит, ну или его инфаркт хватит от моей тупости, что тоже никому не нужно. Жаль его, хороший так-то мужик, просто чересчур умный, но это же не плохо, правда?

Единственное, что я сообразил, это то, что нам нужно будет лазать по вулкану, работающему, как я понял на постоянной основе, и заглядывать во все его дырки. А дырки эти к тому же воняют отвратно, так как идет выделение серных газов, так что необходимо будет использовать специальное защитное оборудование. То есть что-то вроде противогазов. И земля вокруг фумарол скорее всего горячая, очень горячая, и чтобы там иметь возможность хотя бы просто стоять, нужна особая обувь. К тому же ещё и ковыряться в фумаролах придётся, в поисках этого самого непонятного порошка, который помимо всего прочего, ещё и очень нестабильный, так как растворяется в обычной воде, то есть смывается дождём. Получается, и довезти его большая проблема. Поэтому этот самый Ларри Фукс с нами и едет. Пусть сам в этом вулкане и ковыряется. Я – пас. Я как талисман пойду. Я там по большому счёту и не нужен, но все сошлись в едином мнении, что без меня, экспедиция обязательно пропадёт. Пророчества, суеверия и непонятные расчёты Овимы, чтоб их. Потому и еду.

Но, с другой стороны, я же просил себе время на передышку, и его получил, ну а теперь будь готов в ряды, как говорится. Хотя чего уж греха то таить, я вот совсем не против сунуться в новую авантюру, достаточно отдохнул, теперь уже хочу отдохнуть от обыденных дел по графству. Очень хочу. Что поделать, человек, а судя по моим товарищам, любое разумное существо, очень противоречивое по своей сути создание. И беспокойное.

Ещё о команде. Так как мы пойдём через порталы, показанные нам росами, то с нами пойдут и два их представителя. А именно сам Поток, и Ранко, которого воевода, при первой нашей встрече определил как подвижного малого. Ну, тот и правда был слишком шустрым, на мой взгляд, хотя, опять же на мой взгляд, это его качество нам будет очень даже полезно. Таким образом, у нас уже почти полностью сформировалась команда, в которую вошли: Я – попаданец Дим, Жданка, лекарь и моя жена, Импло и Химба, ну с ними всё понятно, Вайки с Бамом, как физическая охрана, геолог Ларри от Герикона, Поток с Ранко от князя росов, тоже по сути своей боевики, а также проводники по материку и активаторы врат, и Дван, который приведет с собой ещё и одного инсерца с четырьмя мадалами, которые будут выполнять функции не только тягловой силы, но ещё и охраны, являясь по сути, нашим самым сильным аргументом на случай боевых действий. Да, если так посмотреть, то самые бесполезные в этом во всем, это мы с Химбой, так что скорее всего тягловой скотиной придется быть именно нам, а вернее мне. Хотя я вряд ли утащу на себе те пятьдесят килограмм, которые нам обозначили как необходимый минимум, так что придется припрягать для этих целей Двана с Импло, которые хоть и бойцы первостатейные, в отличие от меня, но зато являются один другом, а другой мужем Химбы, так что прикроют её, взяв часть её обязанностей мула на себя. Шучу, конечно. Хотя…

Насчёт активации врат. Врата, предназначенные для перемещения внутри данного мира, а также для перемещения на его спутник, которую я упорно называл Старшей, делились на два типа. Были те, через которые мог пройти любой, знающий о их месторасположении, но существовали и такие, пройти через которые можно было только использовав своеобразный ключ, ментально, если так можно было выразиться, настроенный на какого-нибудь разумного. Причём количество таких разумных было строго лимитировано, и тот портал, с помощью которого мы хотели бы вернуться на материк лаори, как раз и позволял установить такие вот настройки только на двух разумных. Отсюда и количество росов, участников нашей экспедиции от князя. А устанавливали эти ключи, волхвы росов, так что отбояриться нам от их сопровождения не получилось. А насчёт Жданки, и её участия, не подумайте, что я вот такой редиска, то есть нехороший человек, и тащу свою жену навстречу опасности. Нет, я старался её отговорить. И если участие нашей четвёрки, что ходила в Дикие, тогда ещё земли, не обсуждалось, так как лаори оказались очень суеверны, и считали, что если тогда получилось, то есть большой шанс, что получится и сейчас, то Жданку мы попытались отговорить все, так как её то участие как раз и не являлось необходимостью. И я, и Вайки, и Химба с Импло, когда пересекались с ней в Эйенге, все. Не вышло. Попробуйте переубедить женщину в чём либо, если она решила, что ей это нужно. Но мы попытались. С другой стороны, я даже рад этому, всё–таки довольно длительное время мы будем вместе, что несомненно хорошо.

Сегодня мы с ней сидим на открытой веранде, скорее большом балконе, в своём доме, и обедаем. Вайки отправился встречать Двана, а я, хоть и хотел побыстрее увидеть друга, но решил побыть дома. Дван не обидится, а мне нужно многое было сделать, и с самого утра я этим всем и занимался. После нашего ухода за минералом, за главного, или как говорит Химба, за страшного, здесь останутся Ерофеич, как хозяйственник, и Саух, в лице командующего всеми вооруженными силами, вплоть до подчиненных Сукума. Правда у Сукума есть право голоса при обсуждении сложных вопросов, но надеюсь до этого не дойдёт. Я имею в виду, чрезвычайные обстоятельства. Всё вроде налажено, всё работает, а Ордену нападать на наше поселение, пока нас в нём нет, не имеет никакого смысла. Главная цель для них я, и мои близкие, устранение которых, по их расчётам сильно повлияет на меня, и не даст помешать приходу Пожирателей. Их пророчества указывают на то, что именно я и являюсь тем самым винтиком, который и поломает весь механизм, устроенный Пожирателями. Об этом нам удалось узнать от тех его членов, что попали к нам в плен. Так что поселению точно ничего не грозит, хотя пакость устроить могут, конечно, но тут и князь, и Луимба, обещали помочь, приглядывая за моим графством, посредством соответствующих структур, конечно. Да и мы с Сукумом кое–что спланировали, но тут как повезёт. Надеюсь выгорит, но об этом я тоже пока промолчу. Потом, всё потом расскажу.

Жданка пересказывала мне последние новости из Эйенга, о своём обучении, и в первую очередь о новинках моды и основных её тенденциях на этот сезон. Она, вдруг, оказалась страшной модницей, и не пропускала ни одну новинку в данной области. Я слушал в пол уха, уже по привычке изображая внимание, и периодически издавая соответствующие, на мой взгляд, звуки, выражаемые в междометиях и ответах вроде – «Угу», «Ну надо же!», «Отлично», «Думаю, да!» и «Ишь ты!». Судя по тому, что она периодически начинала улыбаться во весь рот, и лукаво на меня поглядывать, она давно уже раскусила мою, так называемую хитрость, но не обращала на это внимание. На то, это для особо одарённых поясню, что угукал я на автомате, погруженный в свои мысли, Жданка не обижалась совсем, так как понимала, что мне информация о том, что творится в модной индустрии, совсем вот не интересна, а вот ей нужно выговориться, хотя бы перед кем–то. Скорее, даже перед собой, ну а я очень старательно делаю вид, что участвую в разговоре. Так что ещё надо? Вот и не дуется она на меня, всё прекрасно понимая. Мудрая она не по годам, девушка. Понимает, что главное в семье, это спокойствие, и понимание. Особенно для мужчины. Ему важно хотя бы дома не воевать, борьбы ему хватает и вне его, а вот дом, это место, где можно и нужно расслабиться, отдохнуть.

Раздался громкий стук двери, и снизу проревел такой знакомый, но уже почти позабытый бас нашего друга.

– И где этот попаданец прячется? А ну выползай, всё равно найду. Дим, дрянь такая, к тебе друг–альт приехал, ну ты где? – Надо же, не забыл, как меня бабушка Услада иногда в сердцах называет. Приятно, чёрт подери. Не подумайте, что я зазнался, и вообще стал снобом из–за свалившегося на меня титула графа, потому что я не вышел встретить друга. Просто время его прибытия я точно не знал, многое зависело от того, во сколько он выберется с Эйенга, а наш балкон, на котором мы сидели, располагался на противоположной стороне дома от двора, и соответственно основных ворот. Зато вид здесь очень красивый: на протоки, лес вдалеке, и пасущихся на небольшом островке овец. Пастораль, одним словом. А вот кто входит в дом, тех не видно совсем. Специально так сделано, чтобы была возможность, хоть какая–то, но уединиться. Да и посмотреть за дверью и встретить гостя у нас всегда есть кому.

– Да здесь я, громогласный ты наш! Давай, поднимайся! Голодный же, наверное, с дороги? Мы тебя сейчас как раз и покормим.

– Ну, я всегда голодный, – сказал Дван, обнимая повисшую на нём мою жену, которая визжала от радости и, казалось, пыталась зацеловать его прямо сейчас до смерти. Тоже соскучилась, что и не мудрено, Дван отличный разумный, добрый, большой и надежный, да и дружим мы с ним уже очень давно, так что его невозможно не любить, и не скучать по нему.

– Тогда садись, а я попрошу, чтобы и на тебя накрыли, – я так и не научился говорить распоряжусь, отдам приказ и тому подобное. Нет, в связи с деятельностью в графстве, так и без проблем, а вот в доме, обращаясь к тем, кого многие бы посчитали прислугой, именно, что просил. Дело в том, я искренне считал, что они помогают мне, и даже не мне, а бабушке Усладе, и никак не находил в себе силы что–либо приказывать. Да, и, если честно, просто–напросто не успевал. Вот и сейчас, только я поднялся:

– Сиди, сынок, обедай себе спокойно, я распорядилась уже, – словно из воздуха материализовалась моя домоправительница.

– Спасибо, бабусь, – только и мог сказать я.

– Приехал, значитца, орясина такая, – это уже она к Двану, – что ж так долго не появлялся–то? Исхудал вон весь, чем тебя только там в ентих, тьху ты, диких землях и кормили–то! Сразу видно, что подножным кормом питался, вон кости одни торчат, да мех потускнел! Ну ничего, я за тебя теперь возьмуся, вмиг стати свои прежние вернешь.

Где она это увидела, что он исхудал, так как на мой взгляд Дван даже поправился немного? Или я просто отвык от него? На любого другого разумного, будь тот даже иканф какой, мой друг альт только вызверился бы за такое обращение, но тут даже и бровью не повёл. Он ещё когда в прошлый раз был здесь, привык вот к такому обращению, и даже умилялся, когда она меня «негодным мальчишкой», например, называла. И даже гордился тем, что она к нему не иначе как «орясина», или «оглоед» и не обращалась. Вот как у неё так получается? Её закидоны даже князь росов Велислав терпел. Вернее будет сказать, что тоже находил их милыми и не обижался.

Побурчав ещё немного, и проконтролировав, как и чем её подопечные накрыли стол, она, шуганув перед этим их для порядка, покинула нас, направляясь по своим многочисленным делам.

– Ну, давай, дружище, рассказывай, – пройдя обряд обнимашек и похлопывания по спинам друг друга, и уже усевшись за стол, обратился я к Двану, – а где Импло с Химбой?

– Завтра подтянутся, последние указания своим замам раздают, – кряхтя и накладывая себе еды на тарелку, сразу огромной горкой, ответил мне альт, – я им напоминал твою поговорку, что перед смертью не надышишься, но разве они меня послушают? Важные стали, деловые. Государственные деятели, поди ж ты, – подняв указательный палец, потешно изобразил он Ерофеича. Надо же, не забыл. Меня эта его пародия, жутко позабавила, а Жданка так даже неприлично громко рассмеялась, вмиг также опознав пародируемого бывшего нашего старосту, а теперь также, большого государственного деятеля. Ну, в рамках нашего графства, конечно же.

Тут на веранду забрался Кучум, который с утра непонятно, где шлялся, и улёгся рядом с ногой Двана, толкнув его боком. Альт аж покачнулся, но наклонился и почесал собаку за ухом.

– Тоже соскучился, зверь, – казалось Дван только теперь стал окончательно доволен приёмом.

– Привел мадалов? – обратилась к нему уже Жданка.

– Не, своим ходом добираются, не через портал, – уже с набитым ртом ответил ей альт, – с ними же и Ларри прибудет. По идее, завтра уже должны быть, наверняка сейчас как раз по болотам вашим передвигаются.

– Ну и отлично. Значит мы готовы?

– Да разве к этому можно быть готовым, Дим? – зыркнул на меня глазом здоровенный учёный, и по совместительству воин, – но по возможности, да, готовы. Кстати, вам всем, я имею ввиду тех, кто у него в последний раз гостил, и особенно тебе Дим, Герикон с Овимой огромный привет передают, и пожелание, чтобы всё гладко прошло. Они реально переживают.

– Да я бы тоже переживал, – услышав его последнюю фразу сказал, только что присоединившийся к нам Вайки, усаживающийся сейчас за стол. Мудрая бабушка Услада, заранее всё просчитав, организовала место за столом и для него, – всё–таки дело всей их жизни, а она у них ой какая длинная.

– Ты прав, Вайки, ты прав, – задумчиво проговорил Дван.

– Ну, а ты как, – встряхнув его за плечо, спросил Вайки, – все их бумажки по сто раз пересмотрел, везде порылся?

– Да ну тебя, – даже немного обиделся Дван, – Хотя что с тебя, солдафона старого, взять то? Не понимаешь ты, Вайки, это же история этой планеты за несколько десятков тысячелетий. Это же невероятная возможность своими глазами заглянуть в такое вот далекое прошлое. И пусть там в основном описаны способы борьбы с организаторами этой ловушки, но можно и выхватить из скупого текста множество мелких подробностей, рассказывающих о быте и нравах, особенностях строения тела и разума разумных, извини за тавтологию, живших здесь до нас. И кстати, оказалось, что ловушки эти могут настраиваться на разные миры и планеты, меняя жертв через определенные промежутки времени. А ещё…

– Ну, понеслась, – Жданка, смеясь, взяла Двана за руку, – дайте нашему ученому другу возможность поговорить об открытиях, и его уже не заткнуть. Дружище, что ты основного–то нарыл.

Как вы заметили, моя жена в этом мире уже успела многого нахвататься у меня, особенно, что касается моего сомнительного стиля в разговорной речи. Ну а как без этого, я тоже кое–что у неё почерпнул, например, терпимость к недостаткам других людей, и не только людей.

– Есть кое–что, – чуть отодвинув тарелку, и откидываясь на спинку стула, ответил ей Дван, – тут такое дело друзья. Я, вместе с ребятами Герикона, его учеными, нарыл, как выразилась наша неподражаемая Жданка, в чём я, кстати, вижу плохое влияние на её речь супруга–недотёпы, ещё один, скажем так, ингредиент, который поможет нам в борьбе с Пожирателями. Ох, не нравится мне это слово, но предпочитаю применять его, чтобы не вносить путаницу в термины. Правда нам за ним придется на Тар сходить. Это тот спутник планеты, который Дим называет Старшей.

– Да…, – и тут Вайки выдал тираду, состоявшую из нескольких слов, как русского, так и языков альтов и лаори, которую при всём своём желание, в связи с её безупречной структурой и красотой, я здесь привести не смогу.

– Да, Вайки, придётся, нам любой аргумент в сражении с ними необходим. Понимаешь, это как с богом сражаться, хотя они и не боги естественно, но вот по силе, особенно если сопоставить их с нашими, то на уровне. Для нас они совсем в другой весовой, и всяческих иных, категориях находятся. Это, представь, если бы ты зашел в загон с однодневными цыплятами, величиной с половину твоего кулака, и вдруг, они попытались бы на тебя напасть. Велик у них шанс тебя победить?

– Я понимаю, Дван. Всё понимаю, – обводя нас всех глазами ответил лаори, – но, как же не хочется туда лезть.

– Ну, это то как раз понятно, – вмешался в разговор я, – но полезем же. Куда деваться, мы то ладно, но наши дети, и другая разумная мелочь, что ещё толком не успела пожить, ради них же стараемся.

– Да, кстати, – покашлял в кулак Дван, поглядывая на Жданку.

– Даже не начинай, – привстав, и щелкнув того по носу ответила ему девушка, – только после того, как разберемся с этой бедой. Иначе я смысла никакого в этом не вижу. Да и как ему, ребёнку я имею в виду, в глаза то смотреть, и объяснять, что мы вот тебя родили, а ты поживи пока чуть–чуть, а потом тебя сожрут. Так что, повторюсь, даже не начинай.

– Всё, извини, подруга, – вскинул ладони Дван, – мой косяк, сам виноват. Тьфу ты, тоже уже как Дим разговаривать начал. Ладно, а я тебе подарок привёз, и не этому вот гадскому Диму, а только тебе.

И с этими словами, он, покопавшись в небольшой сумке, что принёс с собой, и которую бросил на пол у стола, достал небольшую, ну по сравнению с его лапами, шкатулку, и торжественно, судя по лицу конечно же, так как другой рукой он уже подтягивал себе тарелку с едой поближе, вручил её Жданке. Та, распахнув глаза, приняла её и тут же открыла, а затем завизжав так, что мы с Вайки аж головами затрясли от звукового удара, кинулась обнимать Двана, крича о том, какой он лапочка, и вообще молодец большой, не то, что некоторые. Ну, это она напрасно, я ей тоже подарки дарю, когда вижу, ну и цветы там всякие, как же без этого. Но, Дван, конечно, переплюнул в разы любой подарок, который я мог бы ей подарить даже в принципе.

В шкатулке, сделанной из дымчатого, полупрозрачного камня, изнутри обшитой материалом, похожим на первый взгляд, на бархат, лежал комплект из диадемы и сережек, невероятный по красоте исполнения. Серебристый метал, напомнивший мне платину, был причудливо сплетён в некий растительный узор, с тончайшими нюансами и искусным исполнением, а центром композиции, и в диадеме, и в сережках, были камни. На сережках поменьше размером, а на диадеме величиной с перепелиное яйцо. Камни словно искрились внутри, и создавалось ощущение, что постоянно меняли цвет. Невероятно красивое зрелище сами по себе, а в обрамлении металла они выглядели ещё круче.

– А то я вам на свадьбу и не подарил ничего, – немного смущаясь пробасил Дван, – да и не приехал даже, о чём прошу прощения.

– Да ладно, дружище, мы всё понимаем, – поддержал друга я, – а за подарок, огромное спасибо, уж угодил, так угодил.

– Это да, я такой! Могу, чего уж. Кстати, Жданка, – попробовал обратить на себя внимание девушки Дван, которая уже отлипла от него и рассматривала подарок, периодически охая и повизгивая, – такого украшения точно ни у кого нет на этой планете. Вместе с Гериконом и Овимой специально для тебя подбирали. Они и для Химбы передали подобное по эксклюзивности, только другое, конечно же. Этому украшению около пятидесяти тысяч лет, и изготовлено оно мастерами, жившими здесь задолго до нас, и представляющих собой расу, добившуюся самого большого технологического прогресса здесь, и сумевшую очень даже неплохо напихать Пожирателям, да так, что те не появлялись здесь с десяток тысяч лет. Внешне, судя по описаниям, они были очень похожи на вас, росов, или как говорит Дим, людей. Вот только не люди были точно, так как кожа у них была синего цвета, и ростом они были около трёх метров, то есть даже выше нас, альтов. Ну и соответственно, телосложением покрепче. А эта диадема принадлежала одной из принцесс одного из их королевств, в которую был влюблён король соседнего с ним государства, и по его заказу его изготовили, как подарок ей, пока она ещё совсем мелкой была. Он, ждал, когда она вырастет, чтобы взять её в жены.

– Как красиво, и как романтично, – умилилась Жданка, – спасибо тебе Дванушка огромное. Очень красивый и щедрый подарок, я даже представить не могу его стоимость сейчас.

– Пустое. Ты того заслуживаешь.

Потом мы дожидались приезда Ларри с инсерцем и мадалами, и много разговаривали с Дваном. Как оказывается сильно я к нему прикипел здесь, и эта вот отлучка показала, насколько мне дорог этот, двух с чем-то метровый и поросший жёлтым мехом, верзила. А завтра приедут Импло с Химбой, и мы все наконец–то воссоединимся. Старая наша команда, которая, конечно, обросла уже новыми членами, но главное то, что все из той самой четвёрки, отправившейся в Дикие земли за реликвиями лаори живы, и даже планируют новую авантюру.