Противоречивое, но реальное

Мышь приспособилась жить в земляных норках, скрываясь в них, но не всегда успешно в условиях открытой местности, на которую она вынуждена выходить для организации собственного питания, а также для воспитания и питания потомства, причем на этой местности ее поджидают многочисленные враги. Разнообразные угрозы для жизни требовали соответствующей реакции на них. Поэтому в ходе эволюции скорость обработки информации мозгом мыши приобрела соответствующую этим условиям жизни скорость, изменился и обмен веществ в сторону ускорения. В соответствии с этим ускорением быстрее стало происходить накопление критической массы нарушений работы клеток организма, которая приводит к гибели организма, установив к настоящему времени границу нормального функционирования организма полевой мыши от 0,5 года до 1,5 лет.

Белка по сравнению с мышью попала в более благоприятные условия для существования, поскольку живет в лесных массивах и перемещается в основном по ветвям деревьев. Угроз для жизни для белки в сравнении с мышью намного меньше, что сделало ее жизнь несколько спокойнее и соответственно не потребовало такой же, как для мыши, реакции на угрозы, а значит и скорости обработки информации. В результате, для белки граница накопления критической массы клеточных сбоев отодвинулась до 15-16 лет.

Еще дальше эта граница отодвинулась для стай шимпанзе, живущих в густых тропических лесах с разнообразной пищей перед носом и практическом отсутствии противников, кроме болезней, а также сравнительно редком нападении крупных хищников.

Тем не менее, в силу однотипной организации жизни этих млекопитающих, основанной на рефлекторно-инстинктивной деятельности, события, происходящие с ними за жизненный цикл, связаны практически только с питанием, размножением, воспитанием потомства и поиском наиболее благоприятных условий в окружающей среде. То есть число этих событий не может быть существенно различным за их жизненный цикл, поскольку ничем иным они не заняты.

Однако календарный срок жизни для них отличается в несколько раз. Из этого следует, что число событий за время их жизни не может определяться календарным сроком их жизни, а вот неодинаковая скорость обработки информации их мозгом явно связана с собственным временем их жизни. Именно по этой причине оно укладывается в различные интервалы календарного времени.

Таким образом, если смотреть на собственное время целого ряда организмов не с внешней стороны, или со стороны стороннего наблюдателя, что обычно и происходит, а как бы изнутри, или с позиции самого существа в его времени, то собственное время жизни любых организмов течет не ускоренно или замедленно для них самих, а примерно одинаково, что для таракана, что для мыши, несмотря на то, что центры ряда видов организмов могут обрабатывать информацию с многократно отличающейся скоростью.

Иначе говоря, «внутреннее» существование любого природного организма, точнее, его собственное время имеет примерно одинаковое содержание, заключающееся в однотипности действий всех существ на основе рефлексов и инстинктов – от планктона до приматов, – и это существование сосредоточено большей частью на питании, размножении и приспособлении к имеющемуся окружению.

Тем не менее, некоторое разница в функционировании организмов в собственном времени всё-таки имеется из-за различий их органов чувств и обрабатывающих информацию центров.

Начиная с деревьев-долгожителей и заканчивая приматами, органы чувств меняются в числе и усложняются, как и центры обработки информации. Поэтому возможность воспринимать в течение жизни большие объемы информации, а также справляться с большими по амплитуде колебаниями информационных потоков, растет от простейших организмов к самым сложным по организации телесной структуры. С этим усложнением число событий в собственном времени организма может несколько возрастать: например, млекопитающим, в отличие от деревьев, моллюсков и черепах, приходится воспитывать потомство, меняя тем самым содержание собственного времени.

Однако число событий за время жизни всех земных организмов (уплотнение его событиями) меняется незначительно, поскольку все организмы – от моллюсков до приматов – существуют в рамках инстинктивно –рефлекторной деятельности. не осознавая ее, то есть они не способны расширить сферу собственного сознания до самосознания, тогда как разница в показателях скорости обработки информации достигает многих порядков.

Следовательно, разница в календарных сроках жизни организмов, различие в скорости обмена веществ не означают ускорения или замедления самого внутреннего течения жизни, или собственного времени того или другого организма для него. Собственное время жизни каждого организма может отличаться только числом событий в нем, а не годами или днями.

Центры, обрабатывающие информационные потоки, поступающие в том или ином объеме и с той или другой амплитудой колебаний информационных потоков от множества рецепторов различных органов чувств, функционируют со скоростью, наиболее выгодной для существования в конкурентной среде соответствующих организмов. Эти центры вместе с рецепторами формировались многие миллионы лет, предоставив тем самым необходимые адаптационные возможности каждому основному виду организмов для борьбы за выживание, и вместе с тем разграничив срок их индивидуального существования в земной среде по календарному времени при сохранении не слишком различного по содержанию жизненного цикла для всех видов организмов, в основе функционирования которых лежат инстинкты и рефлексы, то есть для них действуют в качестве основных программы питания, размножения, адаптации и доминирования, и это собственное время жизни всех видов организмов отличается лишь числом событий, а не календарными сроками.

Некоторые отклонения от общей тенденции уменьшения календарной продолжительности жизни от деревьев-долгожителей вроде тисов и кипарисов до млекопитающих, в частности, для небольших деревьев, кустарника, различных трав и водорослей, живущих сравнительно недолго, объясняются высокой конкуренцией в сфере их существования, в результате которой им всё время приходится меняться, чтобы с большим или меньшим успехом закрепиться в той или иной нише для существования. Подобная ситуация требует быстрой смены поколений и их центры обработки информации вынуждены работать с повышенной скоростью. Именно этим объясняется разница в календарном сроке жизни кустов малины и кипарисов.

Тем самым изменение календарного срока жизни находится в обратной зависимости по отношению к изменению скорости обработки информации, которая эволюционно вырабатывалась как наиболее выгодная для организмов, находящихся в несхожих условиях существования, но при всем различии скоростей, объем поступающей за жизненный цикл каждого существа информации, трансформирующийся в итоге в число событий, не слишком разнится в силу однотипности этих инстинктивно-рефлекторно действующих существ.

Например, этот объем для домашней мыши, живущей в среднем 2 года, не слишком отличается от объема информации для кошки, живущей 15-20 лет, так же как и объем информации для гренландского кита, доживающего до 200-летнего возраста, практически совпадает объемом информации, поступающей в центры арктического тюленя, живущего 25-30 лет.

Однако объем поступающей за жизненный цикл информации, соответствующий числу событий за цикл, может различаться существенно, например, для организмов, находящихся в практически неизменной среде (океанские водоросли, моллюски), где мало чего происходит, и для травоядных млекопитающих, которым всё время угрожает нападение хищников.

Кроме того, амплитуда информационных потоков может сильно колебаться, что характерно, например, для бурной жизни насекомых, но не для крупных деревьев или моллюсков.

Поэтому, как ни парадоксально, долгожители по календарному времени – тис, секвойя, кипарис, – с которыми в течение их жизненного циклjа происходит минимум событий из их возможного числа, имеют самое обедненное по числу и интенсивности взаимодействий с окружающей средой существование.

Из приведенных выше примеров можно сделать еще один вывод: важнейшим фактором для адекватного функционирования организмов является способность их центров обработки информации, рассчитанных на определенную скорость ее обработки, справляться с объемом информации, поступающей за единицу времени, поскольку выход этого объема за границы возможностей центров обработки делает данный организм или даже весь вид живых существ недееспособным в части адекватности принимаемых решений, или откликов на воздействие внешней среды, что означает исчезновение этого вида с лица земли.

Как бы то ни было, но различная скорость обработки информации может менять календарный срок жизни организмов до такой степени, что число дней жизни бабочки-однодневки и домашней мыши различается в 700 раз.

В результате, в общей земной среде организмы различных видов занимают отдельные ниши, не мешая друг другу, но создавая, тем не менее, пищевые цепочки, удерживающие всю фауну и флору в состоянии относительного равновесия.

Видно также, что накопление критической массы ошибок в функционировании клеток организма зависит от скорости обработки информации соответствующими центрами каждого организма, отодвигая в рамках календарного времени прекращение функционирования (гибель) организма тем дальше, чем ниже эта скорость.

Кроме того, накопление критической массы ошибок можно замедлить и даже почти полностью компенсировать (африканский грызун «голый землекоп», живущий в семь раз долее, чем аналогичные мелкие грызуны) на клеточном уровне. Однако в природе подобных долгожителей среди живых организмов немного – известно не более 15-ти, и почти все они относятся к низшим, – поскольку не вписываются в процесс адаптации живых существ в быстро меняющейся среде, и сохраняются только в условиях стабильности окружающей их среды.

То есть при одинаковой скорости обработки информации центрами организма и соответствующей ей темпу накопления критической массы ошибок на клеточном уровне календарный срок жизни любого существа определяется конкретным взаимодействием с окружающей средой: числом врагов, подверженностью болезням, качеством питания, индивидуальным интеллектом и т. п.

В отношении к скорости обработки информации, ее объему и амплитуде информационных потоков можно выделить три основных группы живых существ.

Распределенные по всему организму и простые по структуре центры обработки информации у крупных деревьев и медлительных океанских моллюсков функционируют сравнительно с теплокровными существами с низкой скоростью, что отражается в рамках календарного времени наибольшей продолжительностью их жизни, хотя принципиальное содержание (питание, размножение, адаптация к среде, конкуренция) их жизненного цикла не отличается от прочих организмов, разница состоит только в минимуме обязательных событий, происходящих за их жизненный цикл по сравнению с млекопитающими, что обусловлено меньшим объемом поступающей информации и незначительными колебаниями информационных потоков для долгожителей.

Млекопитающие живут в 3-10 раз меньше по календарному времени, чем моллюски, поскольку скорость обработки поступающей в их мозг информации больше, на что указывает увеличенный в сравнении с моллюсками темп их метаболизма, а более высокая скорость обработки информации, достигнутая млекопитающими в ходе эволюции, требуется им вследствие того, что объем информации, поступающей в их обрабатывающие центры, несколько увеличился за их жизненный цикл, как выросла и амплитуда колебаний информационных потоков благодаря более разнообразному образу жизни, при котором число событий как последствий взаимодействия млекопитающих со средой стало больше, чем для моллюсков или кипарисов.

Таким образом, в ходе эволюции специализация и усложнение органов чувств и центров обработки информации млекопитающих по сравнению с долгожителями-деревьями или моллюсками сделали возможным для них овладевать большими по объему информационными потоками, несмотря на значительные изменения в их амплитуде.

В результате, с одной стороны, рамки жизненного цикла млекопитающих по сравнению с рамками жизненного цикла моллюсков сузились в несколько раз в единицах календарного времени в соответствии с ростом скорости обработки информации, а с другой стороны, собственное время жизни млекопитающих в соответствии с увеличившимся объемом поступившей за него информации по сравнению с более древними моллюсками уплотнилось событиями.

Жизненный цикл насекомых в единицах календарного времени по сравнению с теплокровными животными в среднем еще короче, поскольку, как правило, интенсивно влияющие на них климатические и температурные условия среды, далеки от стабильности, сравнительно небольшие размеры насекомых, намного большая по сравнению с животными численность и соответственно конкуренция, а также значительное число врагов вынуждают насекомых ради собственного выживания и продления рода стремиться как можно быстрее реагировать на переменчивую обстановку, то есть с максимально возможной скоростью перерабатывать информационные потоки, колебания амплитуды которых могут быть значительными (следствием этого является повышенный расход энергии и рост скорости обмена веществ), и эта скорость может быть в среднем существенно больше (жук-олень живет несколько недель), чем у млекопитающих (полевая мышь живет один год), хотя общий объем информации, поступающей в обрабатывающие центры насекомых в течение жизни может быть меньше, чем для млекопитающих, в связи с чем, несмотря на календарную краткость в среднем жизни насекомых по сравнению с млекопитающими, количество их взаимодействий со средой, выражающееся в числе событий за их собственное время жизни, так же может быть несколько меньше, чем для млекопитающих: сравните число событий для порхающей бабочки-однодневки с числом событий для белки с ее более разнообразной жизнью, но не меньше обязательного минимума, связанного с питанием, размножением, адаптацией к среде.

Таким образом, ход календарного времени не совпадает с ходом собственного времени любого организма и не определяет его. Тем не менее, собственное время жизни каждого организма вписывается в календарное время, в рамках которого и кипарис, и мышь, и муха, вполне успевают в целом единообразно выполнить все свои жизненные программы, включая рост, питание, адаптацию к среде и размножение, то есть все они равнозначно и полноценно проживают свои жизни, независимо от их календарного срока.

Приведенные примеры показывают, что темп собственного времени жизни, или число событий для каждого организма за его жизненный цикл для самого организма определяется объемом информации, поступающей в его обрабатывающие центры, а не количеством дней или лет календарного времени, и не скоростью обработки информации центрами организма. Поэтому один год жизни полевой мыши вполне соответствует по насыщенности событий и числу решаемых ею задач 20-ти годам жизни кошки.

С позиции представления собственного времени живых существ как процесса получения и обработки того или иного объема информации, разница в календарной продолжительности жизни разнообразных видов организмов объясняется различной скоростью обработки информации в соответствующих центрах организмов. Производной этой скорости является скорость обмена веществ, а в основе эволюционного формирования и той, и другой скорости лежит поступление того или иного объема информации в соответствующие центры за весь жизненный цикл, а также те или иные колебания информационных потоков по амплитуде. Сам же ход календарного (астрономического, или внешнего) времени, для всех существ на планете с разным календарным сроком жизни остается практически неизменным.

VII

Человек, являющийся наследником приматов, и, стало быть, вынужденный подчиняться биологическим законам существования, тем самым не способен полностью отделиться от природной жизни.

Поэтому первичным фактором в текущей жизни человека, влияющим на отличие календарного срока его жизни, в частности, от срока жизни приматов, так же является скорость обработки поступающей информации его мозгом.

Если мозг примата, являющегося прародителем человека, весил 300-400 гр., то масса мозга человека в среднем к настоящему времени составляет 1350 гр., и он существенно усложнился. Значит, появилась и способность обрабатывать информацию с увеличенной скоростью по сравнению с приматами, и эта способность внешне также должна была как-то проявиться.

Эффективность работы мозга человека, то есть возможность обработки им большего в среднем за жизненный цикл объема информации по сравнению с приматами тоже должна была проявиться наглядно.

Предложенная здесь информационная концепция формирования собственного времени организмов предполагает в случае роста скорости обработки информации сокращение среднего календарного срока жизни человека по сравнению с приматами (шимпанзе) за период с позднего палеолита и до нынешних времен.

То есть календарная продолжительность жизни человека должна быть значительно короче по сравнению с самым близким ему по геному, структуре тела и процессам, происходящим в нем, приматом – шимпанзе (средняя продолжительность жизни шимпанзе составляет 55 лет).

Средняя известная календарная продолжительность жизни людей по некоторым странах Европы в XVIII и XIX веках такова.

Средняя продолжительность жизни в Германии на 1741 год составила 25,5 года, Голландии – 30,9 года. В Швеции за 1757-1763 годы средняя продолжительность жизни составляла 33,2 года. В середине XIX века она составила для Англии 33 года, Бельгии – 32 года, Голландии – 34 года, Франции – 39,2 года, а в России она составляла в конце XIX века 32 года [4].

Средняя продолжительность жизни Homo sapiens по эпохам такова: палеолит – 33,3 года, неолит – 20 лет, бронзовый и железный века – 35 лет, классическая Греция – 28, древний Рим – 28, доколумбовая Америка – 25-30 лет, начало XX века – 30-45 лет [5].

И только к настоящему времени средняя продолжительность жизни людей на планете составила 67 лет [5].

Приведенные данные показывают, что средняя продолжительность жизни Homo sapiens за несколько десятков тысяч лет, начиная с эпохи позднего палеолита и по начало XX века н.э., составила около 30 лет, то есть она почти в 2 раза меньше среднего срока жизни шимпанзе.

Подобную разницу в календарной продолжительности жизни человека и шимпанзе можно объяснить повышением за несколько миллионов лет – со времени появления гоминидов – скорости обработки информации изменившимся мозгом новых существ примерно в 2 раза.

Вместе с изменением скорости обработки информации человеческим мозгом его возросшие возможности позволили обрабатывать и больший объем информации за жизненный цикл при существенно увеличившейся амплитуде колебаний потоков информации. Это отразилось и на числе, и на качестве событий жизни человека, то есть в среднем число происшествий увеличилось, круг общения, сфера деятельности расширились, количество и качество запросов по сравнению с теми же факторами в жизни шимпанзе в природных условиях возросло благодаря укрупнению и усложнению его мозга, но все эти выросшие в числе события укладывались примерно в один и тот же интервал (календарный срок жизни) – около 30 лет – до середины XX века.

Получается, что увеличившееся число событий за жизненный цикл (объем информации) практически не сказывалось на календарном сроке жизни человека вплоть до середины XX века, но, тем не менее, сделало его собственное время жизни наиболее плотным из всех земных организмов.

Другими словами, почти в 2 раза меньший интервал календарного времени человеческой жизни сравнительно со календарным сроком жизни приматов стало «вмещаться» больше разнообразных информационных потоков, то есть жизненный цикл человека, календарно сократившись, стал многократно насыщеннее по сравнению с жизнью приматов, изменившись количественно и качественно.

Объяснение этому факту может быть только одно: появления у человека самосознания, спровоцировавшего его культурное и технологическое развитие.

Увеличение интервала календарной продолжительности жизни человека в среднем к середине XX века до 45 лет, а к нынешнему времени – до 67 лет объясняется только успехами здравоохранения в профилактике и лечении большинства известных болезней, в том числе и на клеточном уровне, что существенно отодвинуло границу накопления критической массы нарушений функционирования клеток. Кроме того, улучшение питания населения снизило показатели смертности в детском и продуктивном возрасте.

Борьба же за еще большее увеличение продолжительности жизни уже столкнула науку и медицину с непреодолимым барьером болезней мозга (Альцгеймера и Пика), появляющихся около 65 лет, который есть следствие накопления критической массы ошибок в работе клеток мозга. Возможность компенсировать эти нарушения отсутствует из-за недоступности для любого вмешательства в работу слишком тонких и во многом случайных связей и взаимодействий миллиардов нейронов мозга. В частности, вряд ли возможно «очистить» каждый нейрон от продуктов метаболизма, накопившихся в нем за всю прошедшую жизнь человека.

VIII

Резюмируя, отметим главное.

1. Конечный срок жизни любого организма изначально определяется накоплением критического числа сбоев в сверхвысокочастотной голографической основе организма, отражаясь в дезорганизации функционирования клеточных структур живого существа и его последующей гибели, которая является лишь порогом для его вечного обновления.

2. В основе различий календарного срока жизни основных видов организмов – растений, насекомых, млекопитающих – лежит не интенсивность метаболизма, не их размеры или форма, а скорость обработки сведений, поступающих от органов чувств в центры организма, обрабатывающие информацию. В соответствии с этой скоростью календарный срок жизни различных видов организмов колеблется в широчайших пределах.

3. Продолжительность жизни каждого отдельного организма в рамках жизненного цикла определенного вида, достигнутого в ходе эволюционного развития, зависит от эффективности взаимодействия этого организма с конкурентной внешней средой.

4. Темп жизни любого организма, то есть число событий в его собственном времени, определяется не календарной продолжительностью жизни, не скоростью обработки информации соответствующими центрами, а задается объемом информации, поступающей от его органов чувств в центры организма, обрабатывающие ее.

Именно этот информационный процесс формирует, в частности, и собственное время жизни человека со всеми происходящими в нем событиями, то есть оно насыщается осознаваемыми человеком происшествиями в зависимости от объема поступающей информации. Другими словами, длинная годами жизнь, в которой мало чего происходит, содержательно оказывается короче жизни, укладывающейся в меньшее число лет, но в большей степени уплотненной осознанными решениями и деяниями.

Библиография

1. Низовцев Ю.М. Чудеса в решете. 2016 [Электронный ресурс]. Режим доступа: www. litres.ru. Amazon. Yury Nizovtsev.

2. Зюганов В.В. Нестареющие животные. Почему они живут долго, но не вечно? Использование и охрана природных ресурсов в России (информационно-аналитический бюллетень). 2008. № 2 (98). С. 30-36.

3. Обри ди Грей. Отменить старение. 2018 [Электронный ресурс]. Режим доступа: https: //studfiles.net/preview/1779703/

4. Шевченко З.В. Продолжительность жизни: история и прогнозы [Электронный ресурс]. Режим доступа: https: //shpargalka.ua/blog/prodolzhitelnost-zhizni-i-prognozy.html

5. Станислав Иванчук. Продолжительность жизни людей [Электронный ресурс]. Режим доступа: https: //pokolenie-x.com/?p=2070

3. Что неудовлетворенность способна обеспечить и как она действует?

I

Если признать, что в основе всего сущего находится информация, то приходится в свою очередь обратить внимание на то, что информация сама по себе не существует, проявляясь только при ее восприятии.

Однако тут же появляется проблема, состоящая в том, что все объекты материального мира, кроме живых существ, индифферентны к информации. Иначе говоря, они способны реагировать на те или иные влияния, как фотопленка на свет, но не могут эти изменения никоим образом интерпретировать (анализировать, структурировать), превращая их в понятное для себя, что можно так или иначе использовать, то есть в информацию.

Поэтому все объекты, которые могут только нести информацию, не ведая о ней, до тех объектов, которые способны эту информацию воспринять и использовать, можно обозначить пассивными, а последние – активными.

Отсюда следует, что информацию можно определить как сведения о состоянии материальных объектов, которые каким-то образом воспринимаются и распознаются для последующего использования.

К подобного рода расшифровке и использованию информации способны только живые существа, то есть не предметы, а субъекты реальности, которые имеют средства для выделения информации, то есть понятных для себя сведений из собственного окружения.