Как (не) стать футбольным тренером

Первый опыт с молодыми игроками

Когда ты переходишь от взрослых команд к детям, кажется, что всё будет проще. Ну подумаешь, пацаны помладше – зато слушаются, бегают с энтузиазмом и не спорят о тактике. Но на деле ты попадаешь в совершенно другой мир. Это не просто уменьшенная копия взрослого футбола – это вообще другая планета. Со своими законами, реакциями, проблемами и неожиданными поворотами.

На одной из тренировок, на которой у нас было не очень много народа, на другой половине поля бегали ребята лет 12—13. Я пригласил их потренироваться с нами, и они в целом были не против. Недолго думая, и видя, что им нравится, я предложил им присоединиться к нашей команде – с условием, что они позовут ещё кого-то, чтобы мы смогли собрать полноценный состав. Они неожиданно согласились, и у нас появилась команда U14.

Я тогда понятия не имел, как вообще можно тренировать игроков этого возраста. Мои конспекты тренировок напоминали планы для взрослых команд – просто потому, что у меня не было других вариантов. Я начал искать интересные упражнения в интернете и постепенно стал внедрять их в тренировочный процесс.

Позже начал покупать книги по детскому футболу, в надежде найти что-то полезное. Упражнения в них действительно встречались, но, честно говоря, их было довольно мало. В какой-то момент я даже почувствовал разочарование – ожидал гораздо большего.

Через какое-то время должна была состояться наша первая товарищеская игра. Мы играли против команды ДЮС ОФ – это была детско-юношеская секция. Её руководитель раньше организовывал лигу, в которой мы участвовали со взрослой командой. Его детская команда была примерно нашего возраста, и мы договорились провести спарринг.

Я сразу предупредил его, что для нас это будет первая игра, и, скорее всего, он тоже выставил состав не самый сильный. Мы договорились встретиться у станции метро Коломенское и вместе дойти до поля. Впервые с кем-то из моих игроков пришёл родитель – просто посмотреть, кто я вообще такой. Увидел, что я довольно молодой, поприветствовал у и сказал: «Ну вот, теперь познакомились». Что характерно – это произошло спустя месяц после начала тренировок.

В саму игру мы выходили с волнением. Это был первый матч, и никто не знал, чего ожидать. Но, вопреки всем опасениям, мы выиграли со счётом 21:0. Это стало крупнейшей победой за всю историю наших команд. Один из наших игроков забил 10 мячей – и это тоже стало своеобразным рекордом.

Если сейчас в Москве полно футбольных лиг для детского и юношеского футбола, то буквально десять лет назад их практически не было. Нам попросту было некуда заявляться. Проводились какие-то разовые, однодневные турниры, но это было совсем не то. Нам нужна была полноценная лига, чтобы играть регулярно и развиваться вместе с этими ребятами.

В итоге мы не нашли ничего лучше, чем заявиться в чемпионат Urban Cup до 16 лет. При этом наша команда состояла из игроков 12—13 лет. У нас был всего один 14-летний футболист, и больше – никто старше. Тем не менее мы подали заявку – сразу тремя командами: взрослой, дублирующим составом и как раз-таки нашей U14.

Мы, конечно же, проигрывали всем подряд – кому только можно. По регламенту турнира можно было заявлять двух игроков старше 16 лет без ограничений по возрасту. Мы этим пользовались, но особой пользы это не приносило. Представьте себе: два взрослых дяди бегают вместе с 12—13-летними ребятами против соперников, которым по 15—16 лет. Это было, откровенно говоря, убийство.

Тем не менее, наши ребята приобрели куда больше, чем просто поражения. Они научилисьн не бояться, стали смелее, начали бороться и играть против явно более старших соперников. Получили хороший игровой опыт. Конечно, им очень хотелось побеждать, но мы ничего не могли с этим поделать – это была школа через боль.

Тогда в регламенте было правило: команда-хозяин выбирает формат матча и тип поля. А гости просто соглашаются с условиями. Мы тренировались в формате 8 на 8 и, соответственно, играли на таких же полях. Но другая команда могла заявить: «Мы играем на коробке», – и тогда матч проходил, например, в формате 5+1 или даже 4+1. Правила были, мягко говоря, странными, но тогда Urban Cup только начинал своё существование.

Один из матчей запомнился мне особенно – в негативном ключе.

Мы должны были играть в формате 11 на 11 на заброшенном стадионе «Авангард». Сейчас его уже реконструировали, но тогда это был просто пустырь с поломанными трибунами. Всё это больше походило на помойку, честно говоря. Натуральное поле, без сеток на воротах – атмосфера та ещё.

Играть предстояло против команды, которая состояла в основном из кадетов. На поле вышел я, в воротах стоял игрок из нашей взрослой команды, а остальной состав – это ребята из нашей U13 и U14.

Начали игру как обычно, но с первых минут стало понятно, что соперники играют очень жёстко. Они вообще не стеснялись бить по ногам или жестко идти в корпус. Я тогда разозлился и сам начал играть плотнее, толкаться, потому что видел, как они буквально рубят наших пацанов. Судей тогда в Urban Cup ещё не было – команды просто играли между собой без арбитра, и это, конечно, только усиливало напряжение.

Некоторые наши игроки начинали падать и плакать после особенно грубых стыков. Я всерьёз подумывал остановить матч, но мы всё-таки доиграли до конца первого тайма. В перерыве я сказал ребятам: «Давайте заканчивать это безумие и просто поедем домой. Потом подадим жалобу, и, возможно, организаторы примут меры». Тем более, в наш адрес постоянно звучали угрозы.

Но ребята настояли: «Давайте доиграем». И вот здесь, наверное, мне стоило взять на себя ответственность как тренеру и прекратить матч. Но тогда я уступил, и мы вышли на второй тайм. Там всё продолжилось в том же духе – грубость, стыки, слёзы. Некоторые ребята снова плакали от боли и обиды. В итоге этот кошмар закончился – мы сильно проиграли. А нашему взрослому вратарю в открытую сказали: «Тебе лучше тут больше не появляться».

После игры я сказал ребятам, что выходим отсюда только группой. Мы шли по парку, уже стемнело, фонари давали слабый свет. И вот мы идём по аллее и видим, как трое из той команды стоят под фонарём. Один сидит на велосипеде, капюшон на голове, смотрит вниз. Остальные – тоже рядом, просто молчат и смотрят в пол. Мы всерьёз подумали, что сейчас может случиться что-то нехорошее – драка, провокация. Но они никак не отреагировали, и мы спокойно прошли мимо.

Я ещё помню, как один из них в игре хвастался, что у него брат якобы «держит весь район» и что он здесь «важный человек». Типичная уличная показуха, но тогда, конечно, было немного не по себе.

После этого мы сразу же пожаловались организаторам. И оказалось, что мы были не первые. До нас они уже доставали другую команду – писали гадости, угрожали в соцсетях. После нашей жалобы их сняли с турнира. Но и после этого они продолжали писать оскорбления уже нашим ребятам. Я сразу предупредил всех: не отвечать, просто блокировать и добавлять в чёрный список. Мы не собирались опускаться до их уровня.

Я считаю, что тогда допустил тренерскую ошибку. Я должен был остановить эту игру – безопасность игроков была гораздо важнее. Тем более что матч проходил без судьи, и никто не контролировал происходящее. Если бы можно было вернуться назад, я бы, наверное, именно так и поступил.

Хотя, кто знает, возможно, это только усугубило бы ситуацию – соперники были явно настроены против нас, и могли просто напасть или спровоцировать конфликт. Но, по крайней мере, после игры я сделал всё, чтобы защитить своих игроков.

Мы продолжили тренироваться. Весной должен был состояться наш турнир – так называемый Юношеский кубок фан-клуба «Интера», в котором мы, разумеется, должны были принять участие. Тем более что этот турнир организовывал я сам.

Мы играли с командами, которые либо пригласили с других турниров, либо нашли через соцсети. Все соперники были нашего возраста. Турнир проходил в Алтуфьево. Я переживал, что моих игроков, которые жили в Марьино, родители не отпустят так далеко. Но, к счастью, все доехали.

Одна из команд повела себя крайне некрасиво: им то ли не понравился судья, то ли сам факт поражения. Тогда на турнире уже был арбитр, и в последнем матче эта команда стала вести себя вызывающе – чуть ли не начали специально забивать сами себе. Судья растерялся и не понимал, как на это реагировать. Но, несмотря на это, турнир в целом прошёл отлично. И особенно – для нас. Тем не менее медали на этом турнире получили все.

Мы победили. И для меня это был первый тренерский трофей. Я был несказанно рад. Эта команда стала нашей самой первой по-настоящему успешной. До этого ни одна из наших команд не выигрывала ни одного кубка. И тогда я еще больше почувствовал уверенность в себе как в тренере.

Летом я устроился на подработку в «Макдональдс». Специально выстроил себе график с четырьмя рабочими сменами в неделю, чтобы по четвергам и выходным продолжать тренировать этих ребят. Но постепенно я начал терять контроль над ситуацией. Моя ошибка была в том, что я позволил им общаться со мной на равных – и в какой-то момент они просто забыли, кто из нас тренер.

Постоянные поражения в Urban Cup их, конечно, не устраивали. Я старался компенсировать это, находя для них небольшие однодневные турниры с соперниками их возраста, где они могли чувствовать себя увереннее. Мы принимали участие в Дне московского футбола – в рамках которого, кстати, я попал в Книгу рекордов Гиннесса как участник матча с наибольшим числом игроков.

Сам турнир в рамках этого мероприятия был организован ужасно. Часто было непонятно, где и когда мы играем. Некоторые команды приезжали к 10 утра, а их первый матч начинался только в 12. Со временем популярность этих турниров заметно упала – но, надо признать, и уровень организации немного подтянули.

Постепенно в команде стали зреть внутренние конфликты. Кто-то «поймал звезду», кто-то начал вступать со мной в открытую конфронтацию. Финалом всего этого стал турнир, организованный муниципалитетом Зюзино. Мы приехали туда, и участвовали три команды. Именно там впервые за нас дебютировал Виталик Светилов – человек, который позже станет самым успешным игроком нашей команды.

Первый матч мы играли с довольно средней командой – и проиграли. Во втором встречались с ребятами постарше и гораздо более опытными: они буквально возили нас по полю. Я выставил сильнейший состав, но и этого оказалось недостаточно. Некоторые мои игроки, расстроившись, просто начали покидать поле, уступая место тем, кто послабее. Меня это по-настоящему задело. Они просто бросили своих товарищей на растерзание. Никогда не думал, что придётся напоминать игрокам: даже в самом безнадёжном матче можно не проиграть себя. Но, видимо, не все проигрывают одинаково.

В третьем матче мы играли против самой слабой команды турнира. И я сознательно выставил стартовый состав из тех, кто обычно не попадал в основу. Хотел дать им шанс. И показать основным игрокам, что нельзя играть выборочно – только тогда, когда соперник по зубам. Но игроки из «первой пятёрки» были в полном недоумении: «Почему не мы? Мы бы их обыграли». Кто-то заявил: «Я сам сейчас выйду и заменюсь». Те, кто всё же играл на поле, стали просить замен – «поставь тех, кто посильнее». Я пошёл им навстречу, но времени не хватило, чтобы дожать соперника и выиграть матч.

После игры на меня обрушился шквал претензий. Они были злы, не хотели даже слушать объяснений. Весь негатив слился в одного конкретного игрока, который, по сути, и стал зачинщиком конфликта. Тогда я принял решение расстаться с ним. Но за ним ушли и его друзья. Команда развалилась. Остались только Виталик Светилов и его друг.

Я был опустошён. Я подстраивал под них графики, отказывался от отдыха, верил в них, учился ради них – а они просто ушли. Без разговора, без попытки понять. Всё, что мы строили вместе – исчезло в один момент.

Тогда игроки взрослой команды поддержали меня. Сказали, что я сделал всё, что мог. Что это был ценный опыт. И я постепенно вернулся мыслями в проект 8х8. Я никогда из него и не уходил – тренировал параллельно. Но по-настоящему жил тогда именно этой юношеской командой.

Эта история закончилась неожиданно и болезненно. Но, оглядываясь назад, я понимаю: всё было не зря. Я учился на ходу, делал ошибки, порой терпел полное фиаско, но именно это и сделало меня тем тренером, которым я стал потом.

Тогда я ещё не знал, что в футболе, как и в жизни, нужно быть готовым не только побеждать, но и терять. Принимать решения, которые могут не понравиться. Быть не «своим парнем», а тем, кто берёт на себя ответственность. Не всегда хороший, не всегда любимый – но всегда взрослый.

Я долго переживал развал той команды. Казалось, всё, что мы строили – бессмысленно. Но прошло время, и я понял: даже если они ушли, я дал им что-то. А они – дали что-то мне. Я увидел, как работает детский футбол изнутри, насколько он сложен, многослоен, и насколько тонка грань между тренером и просто «старшим другом».

И главное – я не бросил. Не разочаровался. Не ушёл. А просто стал лучше понимать, с чем имею дело.

Итак, вы внезапно стали тренером детской команды. Правила, которые я бы себе сказал.

Вы – не их друг. Вы – их тренер.

Дружелюбие – это важно. Но границы должны быть чёткими. Как только они начинают общаться с вами как с ровней – всё, дисциплина пошла гулять.

Старайтесь не влюбляться в команду слишком сильно.

Это тяжело. Особенно, если вы вкладываете душу. Но всегда держите в уме: дети растут, меняются, устают, уходят. А вы – остаетесь.

Не бойтесь делать «нелюбимые» решения.

Иногда надо кого-то посадить на скамейку. Или убрать с позиции. Или, в конце концов, попрощаться с зачинщиком бардака. Это больно, но необходимо.

Научитесь отличать «звезду» от лидера.

Не завышайте игроков и спускайте звезд с небес на землю. Иначе это плохо кончится для самого игрока и возможно, для вашего авторитета.

Соблюдайте баланс между победами и опытом.

Да, хочется выигрывать. Особенно детям. Но иногда поражение против сильных соперников даёт больше, чем победа над «двором справа».

Ожидайте неожиданного.

На поле может случиться всё: слёзы, истерики, жуки в траве, брат «авторитета на районе» или игрок, который ушёл домой, потому что «обиделся на бутсы».

И, главное, не забывайте, зачем вы всё это начали. Ради футбола, ради них, и – если честно – ради себя. Потому что всё, что происходит на этих тренировках и матчах, формирует не только их. Оно формирует и вас.

Строить не только игру, но и команду

Приключения в молодёжном футболе у меня временно прекратились, и я сосредоточился на взрослой команде 8х8. Мы как раз перешли из лиги Urban в Нагатинскую футбольную лигу, где потом играли довольно продолжительное время. Вариант заявиться в ЛФЛ 8х8 даже не рассматривался – по сути, это было то же самое, только с куда более крупными взносами. Причём мяч даже свой приносить нужно было. Я так до конца и не понял популярности этой лиги у многих – типичный турнир для меценатов в высших дивизионах, а в низших дивизионах – чрезмерные взносы и уровень не то, чтобы сильно отличающийся от других турниров.

Для нас НФЛ стал своего рода переходом на другой уровень. Соперники были серьёзнее, календарь плотнее, организация казалась лучше. Я стал чаще пробовать разные тактические варианты. Например, в матче с лидером чемпионата выставил систему 3-2-2 с двумя опорными полузащитниками и без чистого нападающего. Мы фактически выставили «автобус» – трое сзади, двое опорников, и два игрока, прикрывающих фланги. Благодаря усилиям довольно сильного вратаря, нам удалось отбиться весь матч, а после в одной из контратак наш фланговый полузащитник убежал и забил победный гол. Такую фишку я повторял ещё пару раз.

Иногда я просил защитника персонально играть против сильнейшего игрока соперника и буквально тенью следовать за ним по всему полю. Правда, не всегда это работало – наши футболисты в атаке начинали использовать этого игрока как свободного, что ломало всю идею.

Но были и конфликты. Однажды мы попали на команду, где играли в основном футболисты из южных регионов страны – и в первом матче с ними они вели себя по отношению к нам крайне агрессивно. Позже по жеребьёвке в кубке снова попали на них. Тогда я решил собрать на игру как можно больше игроков на скамейке – чтобы одним только этим количеством показать серьёзность и немного остудить запал соперника.

Я заранее предупредил нескольких ребят, что они могут и не выйти сегодня на поле, и для нас это будет частью тактической задачи. Мы победили в том матче. Но не все из «запасных» восприняли это решение с пониманием. Мне самому было не по себе – я не люблю, когда человек едет на игру и в итоге просто сидит. Больше я так не делал. Но тогда это был осознанный эксперимент – и он сработал.

Как тренер я вообще старался искать разные ходы и фишки, пытался делать что-то интересное, подмечал, что делают соперники, или ловил какие-то идеи в видео по тактике. Например, однажды я предложил игрокам создавать численное преимущество на одном фланге – идея была интересная, но у нас не было под неё тренировок. Вообще никаких. Просто сказал: «Попробуем сыграть так». И, конечно, ничего не вышло.

У вас может сработать на игре то, что вы не тренировали… но только если вы тренируете условный Манчестер Сити. Там игроки сами всё дочитают между строк. В любительской команде это не работает. Даже если тебе кажется, что задумка – элементарная. Даже если ты объяснил её трижды. Даже если нарисовал на доске. Даже если всё вроде бы понятно.

Даже потом, когда я стал разбирать с игроками стандарты и начал отрабатывать их на тренировках, возникали абсурдные вещи. У одного игрока была задача – просто пробежать из одной точки в другую, чтобы утащить за собой защитника. Всё. Без мяча. Без передач. Просто сменить позицию. И он этого не мог сделать. С десятой попытки. Я стоял и чувствовал, как закипает кровь – ну как так? Казалось бы, проще некуда. Но потом я начал себя останавливать – если человек не может этого сделать даже после репетиции, что говорить об игре? Там всё происходит быстрее. Там стресс. Там нервы. Там кто-то орёт. В итоге в игре он вообще забыл про свою задачу. Просто остался стоять.

Этот момент мне многое дал. Как бы чётко ты ни объяснял, как бы очевидной ни казалась схема – если вы это не тренировали, шанс, что она сработает, ничтожно мал. Особенно в футболе, где на одном действии завязано пять других, и каждое из них ломается, если кто-то делает не, то. Игра – это результат автоматизмов. А автоматизмы – результат повторения. Без этого можно только надеяться на чудо.

И конечно же, со стандартами была своя головная боль. Теоретически ты можешь придумать отличную схему: как разыграть угловой, как вывести игрока на удар – всё красиво, чётко и логично. Но на практике всё упирается в одно: у тебя должен быть стабильный состав на тренировках. Без этого – никак. Если хотя бы один игрок не пришёл и не услышал твоих объяснений, всё развалится. Если он на игре не туда побежит – весь замысел летит в трубу.

А самое сложное – добиться, чтобы игроки не просто выполняли алгоритм, но и понимали его. Чтобы они не слепо бежали туда, куда ты их отправил, а адаптировались по ситуации. Сказал, что, если зона перекрыта – меняй маршрут, ищи другое решение. Объяснил, показал, отрепетировали. А потом в игре игрок всё равно бежит туда, где уже два защитника, и стоит как вкопанный, потому что «так же на тренировке было».

Футбол – это ведь не шахматы. Тут нельзя запрограммировать каждое движение. Даже наигранные вещи должны быть живыми. А чтобы они стали живыми, они должны стать понятными. Не заученными, а осознанными. Только тогда появляется гибкость. Только тогда футболист начинает играть, а не выполнять команды. И вот это – самое трудное.

Наш сезон в НФЛ проходил по системе «осень-весна», а на лето нужно было искать другие форматы. Параллельно у нас начала собираться новая молодёжная команда – ребята 98—00 годов рождения. Мы с ними начали играть в одном из молодёжных частных чемпионатов. Атмосфера была классная, но по уровню игры, конечно, команда была очень сырой. Зимой мы играли в зале по схеме 4+1, а в тёплое время года – в формате 7+1.

Конечно, формат 4+1 – это совершенно другой футбол. Здесь другие скорости, другие расстояния, и куда больше комбинированной игры. Моментальная реакция, работа на коротке, быстрые розыгрыши – всё это заставляет иначе мыслить и тренера, и игроков. Я пытался использовать системы 2—2 и 1-2-1, подбирая их под стиль команды и соперника. Но мои ребята были далеки от техничных исполнителей – за счёт техники мы точно никого бы не обыграли. Зато могли брать морально-волевыми: самоотдачей, энергией, желанием.

Для начальных этапов, считаю, опыт работы в формате 4+1 для тренера – это просто находка. Здесь не так много игроков, и ты можешь сосредоточиться на деталях. Ты буквально видишь каждый шаг, каждое решение, и у тебя есть время подумать, как с этим работать. Придумать схемы на стандарты, организовать оборону, выстроить правильные перемещения – всё это становится гораздо нагляднее и понятнее.

И, пожалуй, именно тогда я впервые начал по-настоящему осознавать, как должен мыслить тренер. Не просто «выставить состав», а создать структуру, адаптировать идеи, пробовать, ошибаться и снова пробовать. Это был важный переход: от интуиции – к осознанной работе.

На одном из молодёжных чемпионатов случился эпизод, когда я получил первую и, на момент написания книги, единственную жёлтую карточку в качестве тренера. Думаете, за спор с судьёй? Как бы не так. У меня была привычка во время матчей стоять ближе к нашим воротам и подсказывать защитникам и вратарю. Так я поступил и в одном из матчей – и в какой-то момент, во время атаки соперника, мяч угодил прямо в меня. Оказалось, я не заметил, что нахожусь в пределах поля. Судья – явно молодой и не слишком опытный – растерялся. Тренер команды соперника подсказал: «Покажи ему жёлтую, и поехали дальше». Судья кивнул, достал карточку и сказал: «Ну, попросили». И вручил мне горчичник.

Вообще, с той командой мы чаще проигрывали, но были и приятные победы – например, над «Юнитрой», которая из скромной секции позже выросла в полноценную спортивную школу и начала участвовать в официальных соревнованиях. Команда росла, к нам стали относиться серьёзнее, и всё чаще на скамейке напротив сидели уже не просто капитаны, а полноценные тренеры. Мне это нравилось.

Из забавного: у нас был один парень 2001 года рождения, который никак не мог забить. Он сам постоянно говорил: «Я уже своё отзабивал, больше не забью». А ему на тот момент было 15 лет. Иногда он действительно не забивал из позиций, где проще попасть, чем промахнуться. И в какой-то момент сам стал верить, что так и будет дальше. Я тогда ещё не интересовался спортивной психологией, потому ничего особо и не мог с этим сделать, хотя методов побороть подобное убеждение – масса. Например, метод представления: когда нападающий заранее визуализирует свои голы и действия, буквально ощущая их на уровне тела.