Диссоциация

Глава 9. Диссоциация

Тишина между нами сгустилась, как смола. Странник стоял неподвижно, спокойно смотря мне прямо в глаза. Затем, не меняя выражения, он взял планшет – взглянул на него для галочки – и ударил меня им по лбу. Звук вышел глухим, костяным.

– Бум! – произнёс он, и его голос щёлкнул, как выключатель. – Ты не подписался.

Мир сжался, схлопнулся, будто фотографию вырвали из альбома. Всё лишнее – шум, цвет, фактура – исчезло с тихим шелестом, словно пепел. Остался лишь невозмутимый Странник с планшетом, я – с левой рукой, из которой сочилась тёплая, липкая кровь, пахнущая медью и старыми монетами, – и с армейским ножом в правой. Боль была, но теперь она казалась чем-то внешним, сигналом с неисправного датчика.

Мы замерли в звенящем молчании. Он – с въевшейся в кожу ухмылкой. Я – с лицом, на котором каждое сухожилие было натянуто до предела, а в глазах кипело чистое, неразбавленное негодование. Оно было моим топливом.

– Добро пожаловать в ад, – наконец сказал он, и его слова повисли в воздухе, превратившись в невидимую клейкую паутину.

Потом он рассмеялся. Смех был неровным, рваным.

– Какой нафиг ад?! – мой крик разорвал тишину, как полотно. – Где грузовик?!

Странник лишь медленно пожал плечами.

– Может, его и не было… Кто знает?

– Где мы? – выдавил я, впиваясь в него взглядом.

– Здесь, – ответил он. И в этот раз без усмешки. Голос стал тотально уверенным, плоским и холодным, как гладь льда над бездной.

– Хватит! – заорал я, и мой голос отразился эхом от самой пустоты. – Ад закрывается. Сегодня санитарный день.

– Кто ты такой?! – прокричал Странник, вонзив как клин в меня этот вопрос, мучавший меня годами.

Я почувствовал, как что-то ломается внутри, где-то за грудиной. И оттуда, из темноты, поднялся ответ – не мой, чужой, срывающийся, но неумолимо-ясный.

– А ты? – парировал я, и на моих губах расцвела чужая, лукавая улыбка. Я почувствовал её, как маску.

– Я Дима. Мне четыре года. И я жив! – прогремело из меня. Голос был не моим – низким, гулким, как обвал в пещере.

Странник не моргнул. Его ухмылка лишь стала шире.

– А ты? – повторил он, словно заевшая пластинка, в которой и была заключена вся суть игры.

Память в руке вспыхнула с новой силой. Я посмотрел на нож. На знакомую рукоять, обмотанную изолентой. И понял, что ритуал требует завершения.

– Зачем ты задаёшь вопросы, ответы на которые тебе не дадут ничего? – прошипел я и сам засмеялся. Смех получился горловым, животным, полным признания собственного безумия.

Движение было одним, цельным. Шаг вперёд, прямой удар, всей силой отчаяния. Клинок вошёл в грудь Странника с тихим, влажным хрустом, будто рвал плотную ткань. Не встретив ощутимо ни кости, ни сопротивления. Я тут же вырвал его назад, освобождая тёплую, пульсирующую струю, которая брызнула на мои руки. Я закачался и рухнул на пол, ощутив, как что-то тёплое и солёное течёт по руке. Кровь.

Странник стоял секунду, глядя на дыру в своей груди почти с научным интересом. Потом медленно, почти грациозно, сложился и упал на спину. Я вонзил в него нож сверху – он торчал, как надгробный памятник.

Я подполз к неподвижному телу. Тень от него накрыла меня. И тогда Странник на мгновение открыл глаза – без ухмылки, пустые, как два чёрных озера. И из этой тени, из этой пустоты, в моё уже лежащее тело вонзилось ещё три удара. Глухих, беззвучных, но от каждого всё внутри обрывалось и гасло.

Светило солнце. Жёсткое, безжалостное, выбеливающее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.