Далёкий Друг

Глава 7

Давно уехал Вася; жена, собрав в школу детей, тоже обещала быть нескоро, и я в одиночестве вновь глотаю сигаретный дым. Думать не хочется, но тем не менее прокручиваю события ночи несколько раз. Выводы печальны, поскольку с лаврами первооткрывателя приходится проститься сразу. Заниматься исследованиями такого уровня в кустарных условиях, без финансовой поддержки – пустая трата времени. Для суеты с прибором кроме денег нужно и время, а вариант, что мероприятие не принесёт результатов, более чем вероятен. Велика возможность напороться на какой-нибудь побочный эффект и в который раз начинать жизнь с нуля. Даже если удастся найти мецената (развести лоха, мягко говоря), то и тогда удача принесёт все дивиденды только хозяину денег. Решение приходит неожиданное, но вполне рациональное: послать всё к чёртовой матери – других вариантов нет. Да и пора начинать зарабатывать деньги на жизнь, нельзя всё время сидеть на шее у жены. Так просто начался второй этап поисков работы.

В круговороте бесконечных дел и забот пролетают два месяца. По некоторым неявным деталям становится понятно, что у моего бывшего руководства злость серьёзно поубавилась, и на мои предложения стали поступать первые отклики. Как-то незаметно появилась работа, пусть мелочёвка, но на хлебушек с маслом стало хватать. Вернулась уверенность к себе, что позволило быть нагловатым и не озираться по сторонам в случае нелепых неудач. А дальше пошло совсем, как в кино: жизнь стала уверенно набирать обороты. Кроме всего прочего, и дома порядок. Ребятишки, конечно, иногда выкидывают фортели, но всё как-то в меру. На родительские собрания я не хожу, а, по словам супруги, в школе порядок. Немного достают вечные поборы, но деньги сейчас не самый дефицитный материал, поэтому классные руководители наши хорошие деловые партнёры.

За суетой я совсем забыл про пылящийся без всяких надежд на дальнейшую разработку прибор. Вот и сейчас, перебирая содержимое стола, извлекаю изящную пластиковую коробочку. Несколько мгновений, и аппарат летит в самый дальний угол ящика. Там он проваляется до следующей уборки, когда я в порыве тоски по тем безумным временам вновь не достану его на свет. В конечном итоге он мне надоел, и я без сожаления положил его вместе с разным хламом, который готовился к отправке на помойку.

Между тем чёрная полоса, вымотавшая столько нервов, кончается. В порыве неудержимой тоски по самостоятельности я наконец-таки открываю своё дело. Небольшие заказики позволили обрасти жирком и поднакопить деньжат, и я вложил кровно заработанное в небольшую конторку, чей профиль – автоматизация промышленных предприятий. Первый заказ даже в ряду всех моих авантюр выглядел явлением выдающимся. Фирма заключает контракт на автоматизацию небольшого завода. Я как важный бизнесмен приезжаю на предприятие, надеясь быстро решить проблемы и по-лёгкому срубить деньжат. Не тут-то было! Эта контора, судя по всему, доживала последние деньки, и мой вызов сюда был жестом отчаяния. Пришлось своих новых сотрудников с головой окунуть в грязь и неустроенность производственного быта. И результат не заставил себя ждать. Мы сумели сделать завод рентабельным, и у менеджеров в карманах вновь зашевелились деньги. Несколько внедрённых новаторских идей произвели ошеломляющий эффект. Промышленная линия, готовившаяся на слом, неожиданно стала давать ощутимый доход. Руководство компании-заказчика оказалось на редкость порядочным, и мне заплатили за работу приличное вознаграждение, к тому же добавив неплохой бонус, заключив контракт на обслуживание модернизированного оборудования.

Стоит ли говорить, что на радостях я устраиваю для своих подчинённых банкет в приличном ресторане. В уютное помещение ночного заведения завалила наша не совсем к месту одетая бригада. Гуляли круто, но на удивление культурно, и когда один из сидящих рядом начал было качать права по поводу и без, мне даже не пришлось напрягаться. Пара моих сотрудников подрулила к соседям, и предельно вежливый разговор закончился заверениями в совершеннейшем к нам уважении. Хотя, на мой взгляд, тут любой зауважает, когда его галстук от Армани наглухо пришпиливается вилкой к столу. Небольшой инцидент не перерастает в скандал. Ошарашенный клиент так и не смог определить, что за банда сегодня в авторитете, а посему счёл за лучшее отправиться до дому – баиньки. Корпоративное мероприятие позволило мне по-новому оценить потенциал команды и сделать ряд правильных выводов.

Пришедшая финансовая независимость стала краеугольным камнем моего предприятия. После недолгих поисков и торгов мне посчастливилось за невеликие деньги купить приличное помещение почти в центре города. Вопрос о команде не стоял остро: основные кадры уже скучковались, а вознаграждение за успех превзошло все их ожидания. Первым, официально устроенным на предприятие был, конечно, Вася. Стоит упомянуть, что, кроме него, ещё несколько бывших коллег со старого места работы попросились ко мне. Но, помня предательство с их стороны, я не счёл нужным ответить этим людям добром. Я не злопамятный, но предателей не забываю и стараюсь держаться от них подальше. Нет, к мести это не имеет никакого отношения: просто не хочу быть ещё раз зависимым от некоторых личностей, хотя давно уже ни на кого не держу зла.

Мои первые заказчики не только помогли мне финансово, но и сделали неплохую рекламу. Работы навалилось столько, что только успевай поворачиваться. Иногда в мой скромный офис была очередь и совсем не за тем, чтобы потребовать денег, наоборот, их готовы давать, а возможности мои были ограниченны. Естественно, за делами фирмы «Надежда» я не следил, хотя и не упускал случая узнать про неё новенькое. Мои же дела пока не вызывали резкого неприятия, фирмачи смирились и не мешали, но я чувствовал, что информация обо мне у них самая полная. Мир не без добрых людей, и эти добрейшие дяди мне об этом постоянно напоминали. По большому счёту доброжелатели (если это слово понимать буквально) есть серьёзное приобретение в жизни. Очень часто мы их не видим и не помним, но добрые дела, которые они делают, говорят о том, что когда-то к ним были проявлены как минимум внимание и забота, и этого люди не забыли. Воистину: по делам вашим воздастся вам.

Глава 8

В делах и азарте интересной работы незаметно пролетел год. События, ещё совсем недавно будоражившие душу, остались далеко за спиной. Я выбрасываю из головы всю ту муть и, обретя уверенность в себе, начинаю вновь генерировать идеи. Команда единомышленников, видя бесконечный фронт работы, трудится как стахановцы первых пятилеток. Ширятся объёмы продаж, растут заработки. Сам я уже несколько подзабыл, как выглядит пустующий холодильник.

Самое удивительное – появляется свободное время. Возникает непростая задачка: как им распорядиться? Так уж получилось, что деревенское детство да и юность, лишённая городских удобств, не научили меня нормальному отдыху. Ну кто в деревне отдыхает? Мои попытки побродить по свету быстро приводят к пониманию, что данное времяпрепровождение не моя мечта. Как-то зимой приятели-экстремалы затащили меня поиграть в прятки со смертью на гонках снегоходов. Драйв, конечно, присутствовал, вот только мороз, залезающий под термокостюм, аннулировал все прелести зимнего вида спорта. Так чем убить время?

Остаются два способа активного отдыха – охота и рыбалка. С охотой я давно уже распрощался, а вот порыбачить не отказывался никогда. Вечер на берегу озера с удочкой снимает нервное напряжение лучше целого сонма психологов. Особенно если клюёт. Тут уж все мускулы тела вспоминают лучшие годы и работают как часы. А великолепное ощущение, когда под грузом гнётся дугой удилище, звенит как струна леса и наконец тот момент, когда в россыпи капель вылетает из воды рыба – такое просто надо почувствовать и увидеть, чтобы понять. И совсем немаловажна ушица, сваренная на костре! Естественно, под неё можно принять на грудь немного, здесь любой спиртсодержащий напиток только на пользу.

Вокруг нашего города множество озёр, и из-за этого выбор места довольно сложен. Впрочем, выручает этакое своеобразное рыбацкое братство. Информацию, что на этом озере вчера ловили мешками, знает сегодня весь город, и, как следствие, целые вереницы машин забивают все дороги к воде. Раньше техники было немного, и каждый дальний выезд на рыбалку организовывал профком. Тогда рыбе жилось вполне вольготно, а сейчас, когда всё это содружество стало мобильным, сохранить рыбные запасы отдельно взятого водоёма невозможно. Используя новейшие снасти, рыбаки города за пару-тройку дней оставляют после себя в лучшем случае мальков. Поэтому, действуя от противного, решаю ехать туда, где не клюёт.

Многолюдные места мне не по душе. С детства люблю простор. И вот, завершив очередную работу, назначаю семейный выезд на рыбалку. Выбрав место и приготовив автомобиль, оставляю мелкие дела по сборам супруге. И уже не удивляюсь тому, как, разбирая вещи, натыкаюсь на непонятно как оказавшиеся здесь предметы. Например, для чего на рыбалку нужно брать старые DVD-диски с фильмами (смотреть-то не на чем!) или набор мелких отвёрток, которые едва ли могут пригодиться? Вот и сегодня среди необходимейших вещей уже без удивления обнаруживаю и свой передатчик мыслеимпульсов, попавший в машину вместе с прочим хламом. И раз уж эта куча барахла оказалась здесь, домой я решаю её не везти, а распрощаться с этим богатством сразу после рыбалки, у первого мусорного бака.

Дорога к озеру оказывается вполне проезжей, и через пару часов упираемся в долгожданный водоём. Мы не стали стремиться к полному уединению, хотя я, как истинно деревенский житель, не представляю отдых, если около, на расстоянии видимости, будет ещё кто-то. Но в условиях миллионного города, где все берега заполнены отдыхающими, устроить безлюдье очень дорого. Проехав с десяток километров по лесному бездорожью, мы находим довольно приличное место.

Решение разбить лагерь приводит в азарт всех. Ещё бы: солнцепёк под сорок, рядом вода, и очень хочется окунуться в зеленоватую прохладу. Поэтому работа буквально кипит. Но халтуры не терплю; так уж устроен, что люблю всё делать основательно. Разведя керогаз, доверяю жене подготовку обеда. Ну а мужикам достаётся грязная работа. Первое, что было необходимо, – это убрать мусор, который копился здесь годами, а уже потом занимаемся и нашим бытом. В общем, через три часа мы имеем всё, начиная от туалета и заканчивая местом для дневного отдыха.

Наташа уже давно приготовила еду, и мы, быстренько искупавшись в озере, расселись вокруг импровизированного стола.

– Разрешите считать вылазку на природу семьи Тихоновых открытой. Кто против? – и, не дожидаясь одобрительных возгласов, резюмирую – Принято единогласно!

– Мальчишки, вам купаться и загорать, только без фанатизма. И попрошу, не травмируйте мою психику разными приколами, – Наташа инструктирует детей, – а мы с папой посидим у воды и, может, на ужин чего наловим.

Вот бы с такой скоростью (как сейчас они кинулись к озеру) дети исполняли домашние обязанности. В принципе особых забот они не доставляют, учатся вполне достойно, не вундеркинды, но и в обиду себя не дадут. С разбега ребятня, подняв мириады брызг, плюхается в воду.

Вылизав походную тарелку, иду разматывать удочку. Наташа направляется в палатку приготовить постели.

– Виталя, мою тоже размотай.

– Хорошо, может, лучше спиннинг покидаешь? – говорю, доставая из багажника снасти.

– Да нет уж! Я рядышком посидеть хочу, – Наталка в своём репертуаре.

– Чего хочет женщина, того хочет Бог! – фраза, вбитая в голову в далёком детстве, сейчас становится актуальной.

Сидим, наблюдаем за безжизненными поплавками и наслаждаемся безмолвием. Вообще, умение общаться молча – это часть моей новой жизни. Иногда, оставаясь вдвоём с супругой, мы можем по несколько часов не проронить ни слова, в то же время чувствуя, что родной человек рядом. Как такое возможно, не знаю, но очень ценю такие моменты.

Постепенно накатывает сонливость, и я, притопив удочку, засыпаю, выдав, что будить меня можно только в случае ядерной катастрофы…

Глава 9

– Батя, да подсекай ты уже! – сквозь дрёму доносится до меня.

Клёв начался неожиданно и был такой же интенсивности, как в общеизвестном фильме «Бриллиантовая рука». Одно слегка разочаровывало: по калибру местные экземпляры много не дотягивали до своих киношных аналогов. Говоря по совести, это не имело ни малейшего значения; азарт и так приносит с собой преогромное удовольствие. Наловили по головам много, правда, всё это бессчётное рыбье поголовье уместилось в половине невеликого котелка.

– На уху хватит, помогите с подготовкой ужина. – Супруга ненавязчиво намекает, что нужно закончить издевательство над молодыми биоресурсами планеты, а заняться серьёзным делом.

Предложение поступает вовремя. Я уже порядком подустал от активности на речном берегу. Это молодым целый день без дела носиться как ошпаренным не составляет труда, а мне, с моим четвертьвековым опытом курения и пристрастием к алкоголю, такой бодрый режим выдержать проблематично. Короче, я, получив порцию адреналина и накурившись до горечи, оставляю детей у удочек и иду к хозяйке, на помощь.

– Давай, Наташа, помогу. Чего-то нарыбачился. Сейчас, пока ребятишки ещё в азарте, немного натаскают, добавим в уху вторым замесом. Ох, и вкуснотища получится! – от таких незатейливых мыслей невольно потекли слюнки.

– Виталик, ты нужен был минут десять назад, а теперь я сама управилась, и от твоей бесполезной беготни того и гляди голова разболится. Иди лучше позагорай, – жена мягко посылает подальше.

Гонимый отовсюду, делаю обиженное лицо, но, поскольку благодарных зрителей в округе нет, мой театральный экспромт растворяется никем не оценённый в первых вечерних тенях. Побродив по округе, ловлю себя на мысли – надо чем-то заняться. Тут на глаза попадается коробка с ненужным барахлом, из которой выуживаю мой прибор. Ещё немного покопавшись, достаю набор отвёрток. Скуки ради успеваю открутить пару винтов, когда так и не начавшуюся работу прерывает возглас:

– Уха готова! Все за стол.

Откладывается в сторону инструмент, голодный желудок диктует чисто приземлённые цели. Самая главное, конечно, еда. Не успевает Наташа договорить, а три голодных мужика уже гремят ложками у стола. На свежем воздухе аппетит без преувеличения зверский. Минут пятнадцать над округой висит тишина, изредка нарушаемая стуком металла о металл. Прикончив первое, пацаны накидываются на второе: плов исчезает с не меньшей скоростью, чем уха. Походная трапеза заканчивается тем, что сыновья отваливают от стола и, заверив, что наелись и вот-вот лопнут, а чтобы нас не забрызгало, уползают к озеру.

Поужинали отменно: я под такую закуску съел почти бутылку водки и в самом отличном настроении усаживаюсь покурить, любуясь красками заката. Включаю музыку в машине и получаю выговор от жены в том плане, что на природе нужно слушать тишину, а не любимых исполнителей. Жалко, что не взял с собой плейер, подумал я, сейчас бы он пригодился, настроение было самое что ни на есть музыкальное. С тоской глушу радиоточку и вдруг вспоминаю о мыслепередатчике. Ведь эту технику можно при желании использовать как обычный радиоприёмник, причём настройка не сложнее, чем поворот рукоятки на домашнем кинотеатре.

Мне быстро удаётся поймать какую-то станцию в диапазоне УКВ, и я с удовольствием окунаюсь в мир мелодий, тихонько дымя сигаретой. Сытная еда, водка, природа действуют лучше любого снотворного, и я скоро улетаю в мир сонных грёз.

Глава 10

Этот сон очень мало походил на обычные проделки Морфея. Мне до последней секунды верилось в реальность происходящего. Я словно и не сходил с места, но всё происходящее наблюдал вроде как чуть со стороны и чужими глазами. Вода плескалась у ног, тёмные тени лёгких вечерних сумерек, озеро, пляж, заросли кустарника. Всё как обычно, но, созерцая природу, я вижу больше. Сложно объяснить, но именно больше, а не по-другому…

Мой взгляд пронизывает толщу воды до самого дна: я вижу, как резвятся на мелководье мальки. Приглядываясь, замечаю колышущиеся водоросли, а иногда и солидных карпов, приплывших в эти заросли. Совсем рядом с берегом различаю ржавый кусок арматуры, торчащий в песчаном дне озера. Мысль о том, как туда попала железяка, недолго мучила сонный мозг, и я продолжаю рассматривать окружающую обстановку. Новое зрение позволяет видеть всё находящееся не только на глубине, но и на другом берегу озера, а ведь до него было не меньше нескольких километров. Чуть позже я понимаю, что и дальний берег не предел, будет желание – смогу заглянуть и на Луну.

Картинка всесильности, нечаянно родившаяся в сонной голове, никак не хотела покидать её. Просыпаться не хочется, но случай распоряжается по-другому. Изображение резко меняется, и я вдруг вижу летящий в мою сторону футбольный мяч и, что меня особенно обеспокоило, траектория его движения заканчивается на моей лысине. Я инстинктивно отшатываюсь и от резкого движения просыпаюсь. Окружающий мир мало отличается от сна. Мяч, который пацаны бросили в меня, пролетев мимо головы, мирно плавает в озере.

– У тебя, батяня, глаза на затылке, что ли? – младший, Женька, с удивлением смотрит на меня.

– Представь себе, сын, что годы, проведённые в джунглях Амазонки, научили меня многому. И ещё: в то славное время мне пришлось руководить племенем людоедов, и за такое дерзкое преступление (а удар мячом в ту часть организма вождя, где, по преданиям предков, у него должен находиться мозг) наказание одно – смерть через съедение! – схватив в шутку суковатую дубину, бегу в сторону детишек.

Меж тем соображаю, что в данной ситуации не всё так просто. Странно не только то, что во сне почувствовал приближение некой опасности; я, собственно, с самого начала знал о том, что произойдёт, а посему увернуться не составило труда.

Молодёжь, вдоволь наизображавшись испуганных пай-мальчиков, затягивает в незамысловатую игру – некое подобие пляжного футбола. Такая игра не мой конёк (курение не позволяет долго бегать), зато, если попаду, будет круто. Как только мяч оказывается в зоне досягаемости, так я и делаю. Удар – и мячик, высоко взлетев в воздух, снова оказывается в озере, но на этот раз достаточно далеко от берега, и теперь нужно искупаться, а иначе не достать.

Младший сын, на ходу сбрасывая одежду, разбегается, чтобы прыгнуть в воду и как раз точно в то место, где в озере под водой во сне была арматуру. Опасность буквально разливается в воздухе, время словно останавливается, и я, за пару мгновений, успеваю непонятно как перегородить малому дорогу, хотя ещё секунду назад был далеко позади.

– Подожди, Женька! Что-то нехорошо мне, – с этими словами иду проверить дно.

Это называется – сон в руку: ещё не отойдя и пары шагов, натыкаюсь на что-то, что после паузы, сопровождающейся отборным матом, оказывается полуметровым ржавым кругляком. Некоторое время стою, держу его в руках и понимаю, что всё очень непросто и об этом надо серьёзно подумать и осмыслить произошедшее.

Глава 11

Итак, мой сон и не сон вовсе, а, собственно, взгляд со стороны. Причём это явно не выход из тела души или полёт в астрал. Нет, тут всё много серьёзнее. Восприятие окружающего отличалось от зрения обыкновенных людей, к когорте которых я себя отношу без ложной скромности. Мне были предоставлены невиданные ранее возможности. Но за что и почему? Без сомнения – связь видений перекликается с наличием на шее приёмника мыслеимпульсов. Настроив его на популярную волну, я задремал под ненавязчивую музыку, и аппарат до сих пор болтается на шее. Сейчас, потратив некоторое время на исследования, вижу, что настройка сбита и находится в крайнем правом положении, а была где-то посередине. Прибор работает, но, как и в каком режиме, остаётся загадкой.

– Дорогой, помоги переставить палатку, уж больно место неудобное выбрали! – супруге явно неймётся.

Слегка чертыхнувшись, иду к ней, по пути подкинув несколько веток в затухающий костёр. Аккуратно прибираю приёмник (подальше ото всех) и с полчаса мучаюсь, устанавливая походный домик на новом месте. Всё было бы гораздо быстрее, если бы был консенсус по поводу места, а так раз пять перетаскивал на новые точки, пока не плюнул, передоверив это нудное мероприятие детишкам. Присев под развесистой берёзой, с удовольствием наблюдаю за хаотичными движениями рабочей группы. Про себя уже давно решил (рупь за сто), что палатку поставят точно на старое место. Не стоит и упоминать, насколько ваш покорный слуга был прав.

А вечер на озере просто бесподобен. Пользуясь тем, что моё присутствие только мешает приготовлению к ужину и сну, беру спиннинг и, отойдя в сторону шагов на сто, бросаю фирменную наживку чуть ли не на середину. Первый бросок не приносит ничего, только туча комаров, поднятая мной из прибрежной травы, решает проверить мою группу крови. Приходится отложить удилище и обильно смазаться антикомарным препаратом. Второй бросок удаётся на славу, и блесёнку перехватывает некий подводный субъект. Несколько минут длится схватка. С той стороны лесы в уху никто не торопится, а я уже изрядно вымотался. Но азарт придаёт сил, и, крикнув на помощь пацанов, я с трудом веду добычу к берегу. Младший, вооружившись садком, ловко заводит его под рыбину. И всё равно судак бился до конца! Не описать семейный восторг по поводу улова. Как-то само собой получилось, что мои усилия в общем успехе далеко не очевидны.

– Бать, а как я его! – старший.

– Папка, я его за жабры, а то бы ушёл! – младший.

– Дорогой, какие у нас хорошие дети – добытчики! – жена.

Всё правильно, это успех всей команды, но мне, как капитану, сегодня ордена не видать. Судак воистину огромен; безмен выдал шесть килограммов, но он на большее и не рассчитан. Наталья тут же берёт в свои руки ситуацию и, несмотря на сложный маникюр, ловко шелушит рыбу, да так, что чешуя далеко разлетается по берегу. Войдя в азарт, молодёжь конфисковывает снасти и бросает блесёнки до полной темноты, но дурных хищников в округе больше не оказалось.

Золото пламени костра метров на десять разгоняет мрак и создаёт странный, известный с глубокой древности уют. Быстро закипает вода. В бульканье ухи рождается аппетит, и манипуляции супруги над котелком больше напоминают колдовские движения молоденькой ведьмы. Но новые запахи только возбуждают желудок; и уже совсем не важны чьи-либо телодвижения – семейство банально хочет есть. Ближе к полуночи заканчивается внеплановая трапеза. Сморённые сытостью (я, кроме всего прочего, приговорил двести пятьдесят граммов вискаря), все разбредаются по спальным мешкам.

Свежий воздух и активность в течение дня быстро усыпляют команду. Не спится только мне. Вопросов выше крыши, и, что особенно плохо, – не с кем посоветоваться. Разбиваю ситуацию по полочкам, и на базе этой схемы ищу ответы. Впустую.

Отлежав все бока и стараясь никого не разбудить, выползаю на свежий воздух. Здесь неожиданно нападает зуд гиперактивности. Сначала, чтоб впоследствии не гадать, фиксирую настройку прибора. Для этого вытаскиваю из-под изголовья супруги косметичку и заливаю все кнопки и тумблеры лаком для ногтей и для надёжности фиксирую их лаком для волос. Влажный воздух пропитывается ароматами химии, но лёгкий ветерок быстро развеивает эту хмарь. Теперь остаётся ещё одна проверка.

Во сне я разглядел на другом берегу озера отдыхающих и среди них компанию, приехавшую на очень приметном авто. Это ярко-зелёная «шестёрка» с гигантским спойлером – такой шедевр автодизайна и в кошмарном сне не привидится. Распаковываю свою гордость – мощный морской бинокль, память о трёх годах, отданных Родине. Противоположный берег, едва подсвеченный догорающими кострами, как на ладони. Чудо-машина на месте, и её чуть трезвый экипаж довольно оживлённо подаёт признаки жизни.