Рассказы для детей. Маленькие эпизоды из жизни детей

Маленькие эпизоды в моей жизни, о животных, растениях в моем детстве

г. Свердловск

1945 – 1949 год

Моё спасение

По рассказам моей матери Ирины Ивановны со мной в раннем детстве произошла следующая история…

…Летом в 1946 году приехала к моей матери младшая сестра из деревни Каменное – Озеро в гости в Свердловск. Мы тогда жили по улице Щорса, недалеко от рынка, где всегда было много народа. Торговали, кто, чем может. Время было послевоенное, голодное и бедное.

Младшую сестру звали Тоней, она стала со мной водиться, мне тогда только исполнилось 1,5 годика. Она взяла меня на руки и пошла на рынок погулять со мной.

Народу на рынке скопилось много. Яблоку некуда упасть. Один инвалид войны порох и другие возгораемые вещи. Вокруг него собралось много народа.

Вдруг, внезапно произошёл взрыв и пожар вокруг этого инвалида, который перекинулся на людей. Народ в панике кинулся в разные стороны. Тётя тоня со мной на руках оказалась поблизости от взрыва и пожара. Её сбили с ног и она, закрыв меня своим телом, лежала на земле, а люди бежали по ней, топча своими ногами. Пламя пожара охватило её и меня.

Народ разбежался, а она, придя в себя, поднялась на ноги, потушила горящую одежду и со мной на руках побежала к выходу рынка. Я кричал во весь свой детский голос, а она бежала по тротуару домой. Одна женщина, бегущей тёте Тони громко крикнула:

– Девушка! У ребёнка на ноге лапоть горит. Сбросьте его с ноги ребёнка и быстрее идите в больницу.

Тётя Тоня так и поступила. У меня на правой ноге на сгибе ступени с внутренней стороны, остался след ожога и на левой руке с внешней стороны на кисти. У тёти Тони остались ожоги на ногах и на руках, возможно немного и на лице…

Таким образом, тётя Тоня спасла жизнь, и было мне тогда от роду всего 1,5 годика…

Она умерла в 86 лет недавно…

Пусть ей будет Земля пухом и Царство ей Небесное… Аминь.

Мой дядя военный

…Было четыре года, когда маленький человек начинает запоминать окружающий мир и события, происходящие в нём.

Помню, к нам в гости зашёл человек в военной форме. На погонах виднелись жёлтые полосы. Это были знаки различия в военном звании старшины. На груди гимнастёрки висели ордена и медали.

Вид у мужчины был бравый. Он привёз подарки и еду. Консервы с икрой, тушёнкой и кедровых орех.

Мужчина в военной форме был мой дядя Яша, брат моей матери Ирины. Так мне запомнился этот день в далёком 1949 году.

Я и мама

…1949 год. Жили мы тогда на Уралмаше. Как то мать взяла меня с собой погулять. Погода стояла солнечная, кругом много зелёных деревьев и кустов. На клумбах цветут цветы. В воздухе запах стоит благоуханный. Птички поют и выводят свои трели. Хорошо.

Выходной день, на улице много народа. Все идут по своим делам. Мы с матерью идем по тротуару. После войны много было инвалидов без ног, с одной ногой и рукой.

Я иду и смотрю, как инвалиды идут с тросточкой и хромают. Глядя на них, я тоже стараюсь подражать им, хромая. Мать заметила это и сказала:

– Гриша, нельзя этого делать, подражать инвалидам. Они воевали на войне и были там ранены.

– Больше я этого не делал…

Едем на Север в теплушке

…В 1949 году в конце лета моя семья ехала в эшелоне теплушек. Родители завербовались на Север в город Молотовск, нынешний Северодвинск. Там строили корабли и подводные лодки.

Из детей были я и сестра Вера, которой исполнилось 3 года. Поезд мчался по рельсам, отстукивая колёсами ход времени.

Поезд остановился посреди поля, покрытый цветами. Запах доносился летним ветерком и до теплушек, в которых находились люди.

Многие стали выходить из вагонов и собирать полевые цветы. Много росло белых ромашек, голубых колокольчиков.

Мы с отцом тоже вышли из вагона. Пока отец курил, я рвал цветы, в основном ромашки. Хорошо.

Тронулся поезд, медленно двигаясь по рельсам. Все люди заторопились и на ходу залазили в теплушки. Отец руками меня поставил на ноги на пол, а затем сам заскочил в теплушку.

Поезд набирал скорость, увозя нас на Север к Белому морю…

Фронтовики

Солнечная погода стояла в весенний день 9-е Мая 1949 года. Много народа вышло на улицы Уралмаша города Свердловска. Я с мамой иду по тротуару. Зеленеет трава на клумбах и лужайках. Распустились листья на деревьях, белые цветы покрыли дикие яблони. От них исходит запах весны и наступающего лета…

Много мужчин и женщин в военной форме с орденами и медалями на груди гуляют по улицам города. Ведь сегодня день Победы Красной армии над фашистской Германии. Они собираются вместе и танцуют под гармошку и поют военные песни про войну.

Я спросил маму:

– Что такое носят дяди и тёти на одежде.

– -Это фронтовики носят ордена и медали. Они защищали нашу землю, Родину, чтобы мы с тобой мирно жили и ходили по этой земле. Понятно. За эти военные подвиги фронтовиков Правительство страны наградило их орденами и медалями, – ответила мама и замолчала.

– -Да, я понял. Я выросту и тоже буду защищать нашу землю и Родину. За это получу ордена и медали…

Голуби мира

…Мы идём дальше по зелёному скверу. Мама купила мороженое и мы сели на скамейку отдохнуть. В сквере на скамейках сидело много дедушек и бабушек, они крошили хлеб и бросали его на землю. Прилетало много сизых голубей и они клевали с земли крошки хлеба у самых ног, не боясь дедушек и бабушек.

Я наблюдал за голубями, доедая мороженое, любовался ими, как клюют они хлеб. Я спросил у мамы:

– -Мама, а почему голуби клюют хлеб и не боятся людей.

– -Потому что они кушать хотят. Это голуби мира. Издавна человек находится в дружбе с этими Божьими птицами, – ответила мама, с улыбкой посмотрев на меня.

– -Я выросту и заведу себе голубей и буду с ними дружить, – ответил я по детски…

Стрелковый тир

Я с папой и дядей Яшей, который к нам заехал проездом в гости с Дальнего Востока, пошли гулять в парк отдыха на Уралмаше. Лето, светило солнце, стоял полдень. Жарко. Все люди гуляли в лёгкой, летней одежде. Хорошо.

…Идём по парку, кругом растут зелёные деревья, клумбы в цветах. Много птиц сидят на деревьях и выводят свои трели.

Подошли к стрелковому тиру, где люди по очереди стреляли из воздушного ружья по фигуркам. Папа и дядя Яша, он был одет в военную форму, на груди гимнастёрки у него висел орден и две медали за войну с Японией на Дальнем Востоке.

Нас пропустили без очереди в тир пострелять из воздушного ружья. Папа и дядя Яша стреляли по фигуркам и сбивали их.

Мне тоже захотелось стрелять, и я спросил у папы:

– -Папа, я хочу тоже пострелять из ружья.

– -Хорошо, стреляй сыночек, целься по мушке и прорези прицела по центру фигурки, – ответил папа, показывая, как нужно стрелять.

Я выстрелил три раза. Один раз попал по мишени. Это было моё первое поражение цели…

Песня в теплушке…

Я с семьёй ехал в теплушке поезда с Урала на Север. Лето, мелькают леса, луга, посёлки и деревни в полузакрытых дверях товарной теплушки вагона.

По середине вагона стоит буржуйка с трубой, которая выведена в узкое окно в верхней части боковой стены. В ней горят дрова, а на печке варится суп и каша…

Во круг буржуйки сидят мужчины и женщины, многие из них фронтовики. На груди гимнастёрки у мужчин и женщин висят ордена и медали.

Они задумчиво сидят и поют фронтовую песню:

Вьётся в тесной печурки огонь,

На поленьях смола, как слеза…

Поют дружно и задушевно, у многих фронтовиков на глазах появляются слёзы, которые они украдкой вытирают.

Я спросил у мамы:

– -Мама, а почему они поют грустную песню и плачут?

– -Фронтовики вспоминают военные события, в которых они участвовали. Они отдыхают душой…, – ответила мне мама и на глазах у неё навернулись слёзы.

Архангельская область, г. Молотовск

1949 – 1955 г. г.

В детском саду

В Молотовске нашей семье из четырёх человек дали комнату в коммунальной квартире в большом двухэтажном доме. Дома построены из брёвен. Наш дом стоял углом, и было у него восемь подъездов. Дороги сделаны из брёвен, тротуары из толстых досок. Город стоял на болотистой местности.

Мы с сестрой ходили в садик. Мне 4 года, а ей исполнилось три года. Каждое лето нас возили на автобусе из детского садика на Белое море загорать и купаться. Это место называлось – Двинская Губа. Место очень красивое. Бесконечное море до горизонта, пляжный берег из мелкого песка. На холмах песка растут стройные и высокие сосны. В полдень солнце хорошо греет, на море отлив и можно далеко идти по морю, а тебе всё по колен. Появлялись островки из песка. Вода тёплая, как парное молоко.

Я тогда уже старался научиться плавать в море. Морская вода тело держит на поверхности легче, чем речная или озёрная, из – за большей плотности и солёности морской воды. Красивые места, никогда их не забуду в своей детской памяти.

Бежишь по морской воде навстречу волнам, ныряешь в них и ощущаешь свою причастность к ним. Вода солёная и теплая. Хорошо…

В детском лагере

Летом нас, детей из садика на речном пароходе по реке Северной Двине возили в летние лагеря для отдыха на природе. Плывём на пароходе, а по берегам растут раскидистые кусты, белые берёзы и высокие сосны и ели.

Над пароходом кружатся чайки, выпрашивая кусочки хлеба у людей. Они издают крикливые звуки и парят в воздухе. Красивая природа, на Севере, особенно летом.

Вот и пристань. Приплыли. Детский лагерь. Дома для проживания, столовая и детская площадка для игр и аттракционов.

К отдыхающим детям приезжали родители в воскресенье. Приезжали и ко мне мои родители. Помню, сидим на берегу реки, а отец из ивы ножиком вырезал свисток и дал мне. Хорошо свистит. Делал он свистки и для других детей.

С тех пор я надолго запомнил, как из ивы делать свистки…

Голос Сталина

…Помню голос Сталина, вождя советского народа и международного пролетариата. Голос звучал из радио в виде чёрной тарелки на стене. В 50 – х годах такой вид радио был повсеместно распространён.

Голос вождя тихо и размеренно звучал с сильным грузинским акцентом. Он выступал редко по радио, только на пленумах и съездах партии коммунистов СССР.

В марте 1953 года Иосиф Виссарионович Сталин умер. Я учился во 2 – м классе. Был траур по смерти Вождя советского народа на пять минут. Останавливалось всё, что двигалось и, что могло остановиться…

Я с одноклассниками сидел в классе, когда объявили траур. Учительница плакала, девочки тоже, а мальчики сидели в печали…

Вся страна была в печали и плакала…

Серая колонна

…Утром меня и сестру Веру мать отводила в детский садик, который находился через дорогу. В это время по улице ехали машины с закрытым кузовом, а сзади стояла дверь с окном, закрытое металлической решёткой. Из окна двери виднелись измождённые лица заключённых.

Машины проезжали, а за ними шли серые колонны заключённых в фуфайках, охраняемых конвоирами с автоматами в руках и собаками, которые изредка лаяли, неизвестно на кого.

Через некоторое время дорога была свободна, и мы проходили улицу в садик.

Печальное зрелище. Это были в основном политические заключённые, осуждённые по статье 58. В 1953 году, после смерти Сталина, исчезли машины с решётками и серые колонны заключённых…

В дремучем лесу

Летом я с ребятами ездил на пассажирском поезде по узкоколейке за грибами и ягодами. Пассажирский поезд утром рано отправлялся из Молотовска в Архангельск, областной город.

Грибников и ягодников было много, места в вагонах все были заняты, в том числе и стоячие. Многие пассажиры ехали на крышах вагонов. Мы тоже, бегая по крышам вагона, искали свободные места. Приходилось на бегу перепрыгивать с вагона на вагон. Я тогда уже ходил в школу и это препятствие, как расстояние между вагонами, преодолевал свободно. Вагоны были маленькие и расстояние между ними тоже.

Поезд катился по рельсам узкоколейки, колёса стучат в такт биения наших детских сердец. Мы все находились в ожидании, что соберём много грибов и ягод. Утренний прохладный ветер обдувал наши лица и тело. Прохладно. Скоро сходить с крыши вагона.

Через несколько остановок приехали на полустанок. Слезаем с крыши вагона по лестнице. Перед нами стоит дремучий лес с высокими елями и соснами.

Народ устремился по тропинке в лес, который поглощал их. Я с ребятами остался на тропинке среди дремучих елей и сосен. Зашли в лес. Грибов росло много, ягоды голубики, черники, брусники, морошки было видимо невидимо.

Сколько осталось впечатлений от этого леса. Очень много. Через три часа наши корзинки и вёдра были наполнены грибами и ягодами. Вскоре мы возвратились на полустанок.

Камышовые шишки

Приходилось мне с ребятами со двора ходить летом за город на болота за камышовыми шишками. Уходили километра за три.

Приходилось ходить по кочкам болота по колена и срезать шишки. Комаров тьма тьмущая, не дают глаза открыть, но мы мужественно переносили эти неудобства. Нарезали камышей с шишками каждый мальчишка по охапке.

Под впечатлением от болота, где водятся кикиморы и разные болотные чудища, радовались тому, что вышли целыми и невредимыми.

Приходили в город, садились возле тротуара и продавали эти камыши. Люди шли мимо нас и покупали камыши по одному, три штуки по 3 – 5 копеек. Особенно покупали молодые люди для своих девушек.

Набиралось до одного рубля и больше. Мы и этому были рады. 10 копеек стоил детский билет в кино, оставалось на мороженое и конфеты.

Так за летний сезон мы ходили на болото за камышами несколько раз. Хорошо…

Разорванный патрон

…У одного мальчика с нашего двора отец служил милиционером. Нам было по восемь лет. Мальчика звали Колей. Он пригласил меня к себе домой.

Мы играли, смотрели книги, потом он показал мне чемодан отца и открыл его. Там оказались боевые патроны от револьвера. Коля взял горсть патронов и закрыл чемодан, потом пошли во двор.

Во дворе увидели чугунную крышку с колодца водоканала. Положили патрон на крышку, и я стал бить металлической болванкой по нему. После очередного удара прогремел сильный хлопок. Мы испугались, у меня лицо оказалось в крапинках крови.

Отошли от крышки колодца и увидели в одной из квартир на окне в стекле было отверстие, от которого отходили паутинки трещин. Никто из нас не пострадал.

Однако, нам показалось этого мало и мы разжигали костёр,

в который бросали несколько патронов. Разбегались по сторонам и ждали хлопков из костра. Звучали хлопки и слышно было, как пули со свистом разлетались во все стороны костра. Опасные были эти детские забавы…

Рана на пальце

…С мальчишками играли мы во дворе, в котором насыпан песок сверху болотистой земли. Как на пляже, по щиколотку песок. Идёшь, и ноги вязнут в нём. Это привезённый морской песок.

В мусорном ящике мы увидели какую – то вещь, не помню. Я полез за вещью в мусорный ящик. Под руку попалась разбитая стеклянная трёхлитровая банка. В руках она развалилась и я порезал указательный палец на левой руке. Сильно потекла кровь из порезанной открытой раны до ткани. Один из мальчишек, его звали Костей, сказал:

– -Гриша, пошли ко мне домой, мама тебе перевяжет рану.

– -Пошли, – жалобно ответил я.

Пришли к нему домой. Его сделала марганцовый раствор в стакане и сказала:

– Держи палец в марганцевом растворе в стакане, кровь у тебя остановится.

Через несколько минут она перевязала мне палец бинтом. Сильная боль утихла, только слегка ныла. Напоила нас крепким чаем. Совсем стало хорошо…

На другой день мать повела меня в больницу. Врач осмотрела рану и сказала:

– -Надо зашить рану.

Я заплакал и сказал:

– -Пусть останется так, как есть.

Врач посмотрела на меня и сказала:

– -Хорошо. Тогда останется рубец навсегда.

Рана зажила со временем, но рубец остался на всю жизнь…

Игра в «Войну»

Наша любимая игра во дворе была «война», русские против немцев. Во дворе было много построено сараев и всяких пристроек. Есть, где развернуться в игре…

Играли на равных по возрасту и количеству ребят. Игра проходила азартно и интересно. Всё обходилось без травм и ушибов.

Играли также в мушкетёров после просмотра фильма «Три мушкетёра и Д* Артаньян». Шпаги мы делали из стальной проволоки диаметром 4—5 миллиметров. Насаживали на неё деревянную ручку с металлическим отражателем из крышки от банок. Получалась шпага, как «настоящая». Конец проволоки затупляли молотком, чтобы не травмироваться.

Подражая мушкетёрам из кино, мы достигали не плохих успехов в фехтовании. Я мог вести бой на шпаге с двумя, тремя «мушкетёрами».

Случались и небольшие травмы. Слава Богу, обходились ссадинами и царапинами.

Существовали у нас определённые «рыцарские» дворовые правила. Не доводили фехтовальные игры до абсурда и больших травм…

Падение с мотоцикла

Папа купил мотоцикл марки «Москвич» М – 1. Стояло лето, светило солнце и было тепло. Папа взял меня с собой и мы поехали за город на пляж Северной Двины, губы Белого моря.

Мне тогда было 10 – ть лет. Я сидел сзади папы и держался за него обеими руками, а он управлял мотоциклом. Летний ветер свистел в ушах, обдувал лицо и тело. От города Молотовска до пляжа Ягры было 12 километров. Дорога сделана из брёвен, положенные на болотистую местность.

Кругом растёт сосновый и еловый лес. Ближе к морю всё больше лежало песка, мелкого морского песка с оттенком жёлтого цвета.

Мотоцикл быстро катится по дороге, впереди небольшой деревянный мост. Под ним протекала небольшая речка.

Мотоцикл подъезжал к середине моста и вдруг, его подбросило сильно на выступе брёвен, и я не удержался на сиденье, держась за папу обоими руками. Меня вдруг подбросило вверх, руки сами от пустились от папы, и я упал задним местом на деревянный мост, а мотоцикл уехал из – под меня. От падения я закричал от испуга и боли…

Папа остановился, почувствовал что – то неладное со мной и услышал мой крик. Подошёл ко мне и спросил:

– -Как себя чувствуешь? Сильно болит?

– -Болит, но терпимо, – ответил я, превозмогая боль.

– -Держаться надо крепче за меня. Ничего. До свадьбы заживёт. Поехали, море совсем рядом.

Вскоре я пришёл в себя от падения и боли. Мы поехали дальше, к морю.

Море, жёлтый, пляжный песок. Сосны и кусты растут на холмистых барханах песка. Красиво. Солнце жарко печёт. Так и хочется раздеться и бросится в море.

Мы купались и загорали. Время отлива моря и можно идти сотни метров по колено и даже встречать островки из песка.

Стало вечереть, солнце садилось за горизонт моря… Я с папой поехал на мотоцикле домой…

В Московском метро…

Моя семья жила в городе Молотовске и мы каждый год летом, а иногда и зимой ездили в село Красильникого Спасского района Рязанской области. В каждой поездке мы делали пересадку в городе Москве, столице нашей Родины, с Ленинградского вокзала на Павелецкий.

Сидели на вокзале на скамейке со своими чемоданами и вещами. Мне тогда было 7, а сестре Вере 6 лет. Мы играли в разные игры. Катались на ногах по кафельному полу, просто шалили, громко кричали и смеялись…

Милиционер в форме с саблей на боку важно прохаживался по залу ожидания вокзала, грозя нам пальцем.

Мне с сестрой надоело играть и прыгать на вокзале, и я сказал сестре:

– -Вера, пойдём в метро кататься?

– -Пойдём, – незадумываясь, ответила сестра.

Мы вышли из вокзала, не сказав ничего родителям, и по-шли в метро, которое находилось рядом с вокзалом. Каким – то образом. Прошли через стойки контроля, спустились вниз на эскалаторе к электричкам.

Запомнилось красивое метро, стены и колонны в мраморе и много скульптур. Красиво.

Сели в электричку и проехали три остановки. Вышли. Дальше не знаем куда ехать. Ходим по станции и стали беспокоиться, как доехать обратно на вокзал.

Я запомнил, что мы проехали три остановки и сообразил, что нужно ехать на электричке в обратном направлении, и тогда мы приедем в сторону вокзала.

Так я с сестрой и поступил. Вскоре я с сестрой уже находился на вокзале в зале ожидания.

Мама спросила:

– -Где вы были?

– -Мы катались в метро, – ответил я гордо.

Мама посмотрела на нас удивлённо и сказала возмущённо:

– -Если ещё раз без спроса уйдёте. Будете наказаны. Могли и потеряться.

Так я с сестрой Верой впервые самостоятельно катались в метро…

Наш гараж…

Папа купил новый мотоцикл марки «ИЖ – 49». Он был больше мотоцикла марки «Москвич» М – 1. У мотоцикла было два рабочих цилиндра и две выхлопных трубы. Много приборов, кнопок и рычагов на руле управления мотоциклом. Новый мотоцикл великолепно смотрелся и дворовые мальчишки обступали его со всех сторон, внимательно рассматривая его, и рассуждая о его достоинствах и недостатков…