- -
- 100%
- +
Книжка уводила ещё дальше вглубь времени. Ха, она выводила за пределы Вселенной. В ней говорилось о материнском универсуме – Вселенной Случая, – откуда пришёл Флот.
Перелистывая хрупкие страницы, Олег семимильными шагами проходил древнюю историю (краткий курс), многое представало в новом свете. Вот, например, разницу между Мартой и учительницами из земной школы он прекрасно ощущал, но не представлял масштаба. Все дамы Женсовета происходили с уникальной планеты Крашш исходной Вселенной Случая – мир разумных женщин.
Четверть миллиона лет назад на заурядной космической песчинке появились люди. Пришедший ледник необычно направил развитие одной из обезьяньих стай. Огонь. Его тепло победило животный страх. В глазах самок появилось невиданное ещё здесь выражение. Страх за детей вызвал боевую трансформацию их мозга. Оружие, одежда, укреплённое жилище. Им пришлось организовать всё. Холод погубил бананы, самцы не могли исполнить обычный брачный ритуал приматов – вручить банан избраннице. Их научили приносить куски кремния.
Бывшие обезьянки и не подозревали, что с дымом их костров в атмосфере формируется спасительный щит СО2. Потеплело – замечательно! Неразумные мужчины радостно полезли за возродившимися бананами… но движение уже не остановить. Оно было постепенным и медленным, но через пару сотен тысячелетий по привычке до зубов вооружённые обитательницы планеты Крашш рука об руку с возникшим искусственным интеллектом вышли на просторы космоса.
Они не нашли сестёр по разуму.
Олег прочитал, что все пригодные для человека планеты во Вселенной Случая поделились на три группы. Вымершие. Обезьяньи. Мужские, где всё было наоборот. Похоже на Земля – Базовая, но… не очень и похоже.
В этот момент в кубрике появилась Марта, решившая посмотреть как идут дела у её подопечного. Кадет придал себе вид лихой и шибко умный, разразившись озадачившим его вопросом.
– А почему мужские названы бесполезными? Им не понравились крашшианки?
– Понравились, – коротко ответила Марта, – не понравилось крашшианкам.
– Что тебя удивляет? – Продолжила дама-ком «три». – Или думаешь, что банан в зубы и кулак в глаз оптимальный подход к девушке? Привыкли они там к своим… молчаливым.
Олег завис с открытым ртом, у него начала появляться идея, откуда взялись в таком количестве вымершие планеты.
– Дальше учи, – буркнула Марта, – они и сами прекрасно вымирали.
– Вот тебе пример, – продолжила она, – бананы кончились, и человечество кончилось. Дальше учи.
И гордо удалилась.
А чего это бананы кончились? Олег подумал-подумал и надумал, что об этом он ещё подумает. Когда-нибудь.
А дальше было интересно. Мужские цивилизации без затей называли свои миры Земля. На крайний случай Почва или Грунт. Правильно же. Под ногами что? Земля. От очередной Земли очередная экспедиция уже ничего и не ожидала.
Спустившуюся на поверхность разведчицу Лютую встретили цветами, комплиментами и конфетами. Девушка ничего не поняла, не случалось такого в долгой истории космических амазонок. Но конфеты были вкусные, цветы красивые, а комплименты приятные. Изучать сложный брачный ритуал Земли №326 высадился буквально легион отважных исследовательниц космоса. Все научницы и половина десантных сил, впрочем, очень скоро на орбите остались только роботы. Конфет, слов и цветов хватило на всех. Правда, местные были какие-то красненькие, но симпатичные.
Продвинутая наука Крашш сумела разобраться в аномалии. Суша Земли №326 не концентрировалась в экваториальной области, а большими языками тянулась от экваториального кольца к полюсам. Неизведанное манило, но перед храбрецами опустился шлагбаум. Дамы были непреклонны, принёс банан…
Их цивилизация, как и все мужские, ютилась вокруг банановых рощ, а рощи вокруг экватора. Неизведанное манило. И выход нашёл страдальцев. Наука. Надо дам уговорить, а для этого научить говорить; сказала своё слово первая из наук – логика. Через четыре столетия архинаучнейшего развития биологи сделали прививку Единый Восстановитель (ЕВ). Родившуюся у подопытной девочку так и назвали – Ева, а фамилию ей дали Митохондриальная.
Это был успех. Юная Ева впервые за миллион лет человеческой эволюции заговорила. Никогда такого не было, и самые простые звуки казались землянам музыкой небес. Дай. Хочу. Хочу ещё… А когда пришло время, она вместо банана взяла яблоко, и планета покорилась. Дочери праматери Евы (девы) основную черту прародительницы сохранили и хватали всё, что давали. Шкуры и сушёную рыбу, бусы и колечки, пиастры и пилястры, смартфоны и кредитные карты. За считанные десятилетия вытеснили прежних девушек.
Физику красненькие знали плохо, идею энтропии не чувствовали. Перерождение в девах Единого Восстановителя (ЕВ) в Универсальный Разрушитель (УР) оказалось для них неожиданностью. Праматерей в одном флаконе прививки наличествовало две. Две сестры в одном теле: Ева и Ура. И число дочерей праматери Уры росло с каждым поколением. Дурак, скотина, о семье подумал?… Без тебя обойдёмся… Присудить питание на ребёнка… Преобразовать пенсионный фонд в социальный с поголовной выплатой материнского капитала…
Встреча на Земле№326 обернулась взаимным шоком и любовью поистине космических масштабов. Опыт общения с говорящими женщинами оказался великим делом. Крашшианки встретили тех, кто давно понял разницу между дочерью Евы и дочерью Уры. Так сотню тысячелетий назад появилась великая цивилизация совершенно разумной красно-белой расы, живущей в симбиозе с машинным интеллектом.
Олег поднялся и вышел из кубрика. Мягкий пол палубы чуть пружинил под ногами, которые привычно несли в смотровой зал. В зале никого не было. Ошибка. Кадет привычным усилием взвинтил уровень восприятия. У зелёной стенки за его спиной затаился замаскированный диверсант из их отделения:
– Промедление убивает!
Контакт через коннектор в основании черепа позволил опознать Д2.
– Арни велел присмотреть за тобой.
– Арни?
– Завтра увидишь, но если…
– Всё потом.
Бронированные створки были убраны, и через прозрачное толстое стекло чёрная бездна смотрела на подростка, Олег ответил взаимностью. Бездна открыла себя перед его глазами, взаимность была ей приятна. Россыпь звёзд, облака туманностей, обычная картина. Кадет уже видел её множество раз. Этот раз иной, один вид накрывал другой. Чужими глазами, нет, глазами своих предков. Он ошеломлённо застыл, картины звёздной панорамы сменяли одна другую перед его мысленным взором. Разные миры, разные небеса…
– Не увлекайся, – пришёл сигнал от Д2, – Арни сказал перебивать входящие потоки.
– Входящие потоки?
– Ты подключаешься к внешнему облачному хранилищу данных Примума. Всё потом, давай пока в кубрик вернёмся, – прервал его мысли Д2.
Олег посмотрел вниз на медленно приближавшуюся звёздную систему, ещё раз окинул взором окрестности и… Он волевым импульсом усилил остроту зрения. Не помогло, к Д2 ушёл запрос на подключение оптических систем робота.
Темнота не была пустой.
Проявился угловатый силуэт линейного крейсера Флота, рядом сигнатуры пары тяжёлых крейсеров. Десантный транспорт, тяжёлый носитель, ещё несколько кораблей…
– Всё потом, – ещё раз повторил его же слова Д2.
Смутные мысли о будущем и незнакомые чувства долго не давали кадету уснуть, у каждого своя дорога, на которой расстаёшься с детством, его уже легла под ноги.
6
«Экипаж! Подьём!»
Олег вылетел из постели, привычно заскочил в санузел и уже на ходу соединил скрепы формы. На входе в тренажёрный зал кадет затормозил всеми своими конечностями. Марта стояла боком к входной двери и вела тихую беседу с неизвестным офицером.
Крашшианки в повседневном общении казались прекрасными бесстрастными ожившими статуями. Эмоции на лице… очень необычно. Олег с трудом сдержал вскрик. Труды его были замечены.
– Проходи сюда.
Незнакомый голос. Насмешливый. Уверенный. По доброму жестокий.
Олег встал на указанное место слева от застывшей Марты и бросил украдкой взгляд.
Громила. Два с гаком метра роста, фигура победителя вселенского конкурса бодибилдеров затянута в необычный мундир. Глаза шальные, подбородок кирпичом, стрижка площадкой. Губы сложены в приветливую улыбку людоеда.
– Господин полковник! Это мой воспитанник кадет Олег Злой.
– Кадет! Полковник сил особого назначения Арни Железный назначен нашим непосредственным командиром, с этого момента мы переходим в службу дальней разведки.
Марта держалась подчёркнуто официально, уставная поза, строевая стойка. За спиной раздался знакомый цокот несущихся диверсантов, коннектор подключился через них в сеть, замигал значок входящего сообщения.
Совершенно секретно
Кадет Олег Злой переведён в группу поддержки работы Сферы Воображения (СВ) с присвоением минимального звания класса А2 – энсин. Получено первое скрытое звание. Получен доступ к восприятию скрытых званий.
Адмирал Флота [Командующий 17-ым экспедиционным флотом Крашш робот-адмирал Хорх-17э]
Появился указатель перезагрузки коннектора.
Произвести перезагрузку для включения полного доступа? Да/Нет
Легко сообразить, что реакция Олега была быстрой и предсказуемой. На какое-то мгновение мир застыл, его изображение подёрнулось пеленой и полосами. Реальность вернулась, но она стала другой.
Командир группы – полковник СВ Арни Железный.
Оперативная секция – майоры СВ Жан Рутье и Ник Кригер.
Техническая секция – капитаны СВ Ловкий и Хитрый.
Силовая секция – капитаны СВ Меткий и Задира.
Медиатор группы – энсин СВ Олег Злой.
Персонал вне доступа – дама-коммандер «три» Марта Лютик и дама-лейтенант медицинской службы Антонина.
Вот тебе бабушка и сержант – абордажник. Олег почувствовал досаду, сглупил; что вижу, так и есть, легко ведь сообразить, тело роботу можно и заменить. Радикально заменить. От Д1, он же капитан Ловкий, пришёл отклик:
– Надо – заменим, а сержант, гренадёр и стрелок сейчас просто в специальных биоскафандрах. Кстати, на планетах и у тебя будет подобие их биоформ.
– Через десять минут сбор на второй лётной палубе. Меняем корабль базирования, – отдал свой первый приказ полковник.
На экране в десантном отсеке челнока линейный крейсер «Сокрушающий-1326» казался огромным. Корабль стоял на бункеровке. Томлёная материя заполняла топливные баки, поступая по толстым шлангам с броневой оплёткой. Старый знакомец «Внимательный – 307» вдалеке заправлялся от другого топливного танкера.
Внутри впечатление лишь усилилось. Широкие коридоры, просторные палубы. Марта направилась принимать вахту к ИИ нового флагмана, отослав ученика обустраиваться на месте.
Олег остановился перед дверью своей каюты. Какая вот казалось бы разница, личный кубрик или каюта. Строго следуя уставу, кадетам каюты не положены. Железный постучал пальцем левой руки по двери: «Олух царя небесного, энсин офицерское звание!» Где он всех своих диковинных слов набрался – тайна. Именно так, причём порой и для него самого. Робот перевёл свой палец с двери на правый рукав Олега. Свежеиспечённый разведчик уставился на оставшийся незамеченным новый шеврон. Чёрная ёлочка со странными словами Блэк Айс на её фоне. Лишённые смысла звуки. Зачем?
– Разведка без тайн не может, – отозвался мысленно боевой робот, – мы освежим кинжальным огнём самую тухлую атмосферу, истребим любую гниль.
Продолжая следить за назидательным пальцем, подросток уткнулся взглядом в правое предплечье Железного. И тут ёлочка.
– Сфера Воображения, мозг нашего Флота. – Лицо полковника казалось ехидным, – нам может приказывать адмирал Хорх-17э или назначенный им конкретный офицер. Сейчас это я… временами дама Марта, и только.
– Но не вздумай этим бравировать, – продолжил он, – я прослежу.
Арни отправился размещать своих железных ребят, убедившись, что парень справился с дверью и проник внутрь. Олег быстро раскидал свои вещи по шкафчикам и тумбочкам, проверил работу бытовых устройств. Кровать выдвигается, стол складывается, терминал работает…
– Да всё работает, вот Фома Неверующий явился на мою голову!
Новый жилец от неожиданности застыл, каюты искусственным интеллектом не оборудовались, о чём он и поспешил объявить по роботосвязи.
– Я Круш, и мной оборудован весь корабль, – а ехидно так прозвучало.
Круш вздохнул и отключился, оставив распоряжение прибыть в медотсек.
В медицинском отсеке оказалось неожиданно людно. Антонина, Алина и Алиса. И эти тут. Нет, Олег не ждал ничего хорошего от странного направления Круша, но три медички – биологички с их ненормальной привычкой объявлять здоровых людей бессимптомными больными… перебор. Рекрут с болью в душе осознавал свою наивность. Надо же, он верил, что эти дамы со своими ежедневными исследованиями его растущего организма уже принадлежат прошлому. Полтора часа ушло… да псу под хвост.
– Место по боевому расписанию – командная рубка, второй пилот – оператор оружейных систем. Время прибытия – 45 секунд.
Олег прыжком вскочил в транспортную капсулу.
Марта и Олег вдвоём занимали кресла пилотов. Сейчас в просторной рубке линейного крейсера было немноголюдно. Справа от мест пилотов располагался подиум голограммы ИИ, с которого на даму – коммандер «три» преданными глазами смотрел здоровенный мохнатый – лохматый пёс в классическом костюме, боевой псевдоним Круш. Он стоял на обутых в чёрные туфли задних лапах, скрестив затянутые в перчатки передние на груди. Олега смутила такая визуализация командного компьютера крейсера. Увы, его спросить и не подумали.
– Пустые танкеры ушли на базу, заправка завершена, – пёс – голограмм уставился на Марту.
– Второй пилот, начинайте предстартовый опрос систем корабля, –прозвучал голос Марты, – прыжок к звезде на минимально возможное расстояние.
– Выполняю, дама – ком3, – подросток ответил на автомате и внутренне похолодел. Такой корабль был ему незнаком. Он уставился на Круша.
– Запрос общего состояния крейсера.
– Молодец! Хороший офицер не станет думать больше секунды. Всегда иди к цели, и цель догонит тебя. А там уж как получится. Принимай файл.
Первым в потоке информации шёл перечень предполётной подготовки систем корабля…
Линейный крейсер начал движение к центральному светилу, чуть перед ним рыбкой лоцманом скользил «Глазастик» под командованием Y1479. Разведчики вошли в разгон для прыжка от точки сбора эскадры у наблюдательной станции.
Тренировка навыков пилотирования прыжковых кораблей тяжёлого класса. Вот оно как, чеканным языком устава. Перед каждым голографическим скачком должны быть отработаны данные прыжка. Первый этап – из точки назначения к основе мира. Рассчитано. Второй – от эталонного слоя вселенной к пункту назначения. Рекрут ввёл данные первого этапа. Принято. Прошёл расчёт второго. Принято. Совпадение данных первого и второго пилотов, совпадение человеческого и компьютерного расчёта.
Старт.
Вход.
Выход.
Прибыли на место, впереди и ниже по направлению углового момента системы шёл «Внимательный-307», прикрытый тяжёлым крейсером, двумя лидерами и тремя сторожевиками. «Сокрушающий-1326» и два тяжёлых крейсера образовали треугольник командного звена. Эскадренный носитель, два десантных транспорта, два оставшихся танкера и ремонтное судно следовали за ними под охраной трёх лидеров и пяти сторожевиков чуть дальше от плоскости эклиптики.
Поступил доклад с крейсера РЭБ, ожидания не были обмануты, противник не обнаружен и на близкой дистанции, аномалии не зафиксированы.
– Порой так быстрее, чем плестись под световым барьером, – Марта повернулась к ученику, – в распоряжение полковника бегом марш!
Условным вечером Олег прогонял в голове события этого длинного дня. Физическая усталость давила. Занятие с «абордажниками» оказалось тренировкой в обращении с планетарным спецоборудованием – до полного автоматизма. Эффективно, но как же утомительно. Он уже расположился в каюте и нагло посматривал на кровать.
Коннектор изобразил стук в дверь, и сразу же в каюте появился голограмм. Круш окинул его быстрым взглядом.
– Надо поговорить.
– Ага!
– Угу. Великая богиня Патамушта учила своих адептов, что на все вопросы есть только три правильных ответа: ага, угу и ого.
– «Ага» разве вопрос?
– Ага! Ладно, мы не древние загарьянцы, не её адепты, да и у тех был секретный четвёртый ответ, кстати, и он из трёх букв. К делу. Я говорю, ты слушаешь. Вопросы можешь задавать сразу. Этот крейсер за своим цифровым номером скрывает очень неординарную суть. Обычное дело для Флота…
– Цифровое название или скрытая суть?
– Оба факта, зачастую они вместе.
Олег кивнул, вспоминая свою «абордажную» команду.
– Продолжаю. А как ты понимаешь цивилизацию Крашш? Союз мужчин и женщин с разных планет?
– Так написано в наставлении…
– Угу, а наставление по человековедению. А если подумать?
– Машинная цивилизация! – подумать не получилось, ответ возник сам собой.
– Ага! И была такой ещё до слияния Крашш и 326-ой Земли. Теперь вопрос риторический. Зачем роботам люди?
Круш замолчал. Подросток облизнул губы, риторические вопросы ответов не требуют, кажется. Точно – не требуют. Но он чувствовал, что ответ нужен.
– Я думаю… зачем-то…но… не знаю, не вижу. Мы же просто нравимся друг другу!
– Это аргумент, но вот какое дело, робот не будет отвечать на вопрос, который помечен «ответ не требуется»… Начинаешь понимать?
– Не очень.
– А сразу и не получится.
– На Земле… на нашей базовой Земле люди живут без роботов.
– Ты понимаешь, что это искусственный мир? Мир игры? Созданы условия, в которых люди ещё самодостаточны. Промышленность. Армии. Война, на которой очень сложно погибнуть. Игра, просто игра. Заповедник внутри большого тела машинной цивилизации, сделанный по подобию давно уплывшей в потоке времени планеты.
– Зачем!?
– Помнишь шар-индикатор?
– Который стал чёрным?
– Тот самый, но чёрный – это предельный случай. С Базовой мы забираем только тех, кто сможет жить среди роботов, если индикатор хоть частично окрашивается в любой цвет – годен. Шар дают всем, порой он срабатывает. Кстати, а вообще людей на Базовой надо много, намного больше способных. Иначе редкое станет отсутствующим. Научницы расскажут о генетическом разнообразии и его роли, увы нам, но максимум пять процентов людей реально разумны, и нельзя всех забрать. Иначе не будет нужных нам в следующем поколении . Так, на сегодня хватит. Отбой.
Командный стиль общения ИИ раздражал, но его знания стоили переживаний. Вечерние встречи с Крушем стали регулярными. Роботы – дроны тем временем внимательно осматривали звёздную систему, дни складывались в недели, недели громоздились в месяц. Олег с изумлением заметил, что сегодня он смотрел Марте глаза в глаза. Упражнения планетарного десанта пришлись к месту, его стремительно растущее тело не превратилось в скелетик, а обзавелось изрядной мускулатурой. Всё это меркло перед удивительным знанием. «Сокрушающий-1326» действительно оказался местом необычайным, предназначенным исключительным людям, для которых разумные машины так и остались всего лишь помощниками.
Совершенно секретно.
Лично Адмиралу Флота.
Экземпляр единственный.
Испытуемый Олег Злой показал при проверке на специальном медицинском оборудовании крейсера отметки полного набора врождённых способностей аналитика-провидца и программатора направлений машинного разума. Совместимость с оборудованием для усиления контактов с Примумом 99,9999%. Начата работа по активации скрытых и развитию подключившихся способностей. Испытуемый достиг возраста скачкообразного развития с переходом во взрослую человеческую форму, он испытывает телесный и ментальный метаморфоз. Постоянный контроль медицинских показателей не выявляет отклонений за пределы стандартных для данного периода развития. В этой связи высадка на бывшую Землю-405 отложена на месяц. Исследования ноосферы начаты после перевода крейсера на низкую орбиту.
ИИ Круш
Медиатор
1
Первый выходной день недели клонился к закату. Вечно грязное марковское небо и сегодня не торопилось радовать прозрачной голубизной и высотой свода. Осень. Олем устал, как ни крути без поездки в столицу хоть раз в неделю не обойтись. Они с Фролом сегодня пробежали по своему обычному маршруту и возвращались назад. Поезд метро уже вырвался из-под земли и ходко шёл по окраинному району.
«Станция метро Ухино, конечная».
Олем и Фрол бодро спустились с платформы метро и, обгоняя толпу, через туннель устремились на перрон пригородных поездов. Нечего в биомассе толкаться, половина народа без респираторов, а вторая их на лоб сдвинула, в метро упарились, понимаешь.
Успели, даже запасец времени есть.
У дальнего края перрона показался «зелёный нос», но электропоезд не сбрасывал скорость.
«Ризянщину повезли! За Гулутвиным земли нет!» – местный уроженец Фрол привычно озвучил традиционное подмарковное приветствие ризянской электрички.
Ризянщина грустно прилипла носами к стёклам и уныло что-то жевала, печально вглядываясь в проносящиеся пейзажи образцово коммуницирующего города. Ну как что-то, такие электрички называли колбасными, даже сейчас Олем учуял её пресловутый аромат. За 2.20. Или это из их с Фролом авосек? Да ладно. Маршруты закупок местных и ризянщины не совпадали. Понаехавшие часами стояли в очередях огромных гастрономов, местные прогуливались по полупустым (в плане очередей) магазинчикам. Одна расплющившая нос о стекло дамочка уставилась на Олема. Вот чего они вечно в окна смотрят! Можно подумать, что в этой их Ризяне нет огромных щитов с надписью: «Слава КПСС!» И пояснение для совсем причудливо одарённых: «Коммуникационная Партия Союзного Совета – передовой отряд человечества».
Гулутвинская электричка не заставила себя долго ждать и распахнула свои двери, Олем с Фролом устроились на мягких сидениях. Тут никто в окна не пялился, пара понаехавших не в счёт. Если сумеют задержаться в образцовых краях, то узнают принцип – ш-ш-шё мы там не видели.
Мир был прост. В пределах бульварного кольца жили марквичи высшего сорта, в пределах Садового – первого, внутри окружной – второго, зона непрерывного движения пригородных поездов задавала третий сорт. Четвёртый – все оставшиеся жители Марковского княжества.
«За Гулутвином земли нет!»
В безземелье жили «понаехавшие». Ну… нет, там они понаехавшими не были, там они как-то самозарождались, под действием загадочной vis vitalis. Их высший слой – ризянщина – каждые выходные (в теории) мог приезжать в Маркву за настоящей едой, туда из столицы пару раз в сутки ходили дальние электропоезда. Как звались-прозывались остальные обитатели безземелья, оно же провинция, оно же опричнина, в столичном княжестве всем было безразлично.
В этой простой и понятной схеме мироустройства недавно появилось, а скорее засияло свежими красками новое, дурно пахнущее и неприятное – «трудовые» мигромуты.
Гулутвинская электричка часть платформ ближней зоны пропускала. Минут десять в прибыток. Друзья выбрались на последней ближней остановке.
Кипящая биомасса Марквы давно заставила поместить всё требующее внимания и контроля за её пределами, но под руками. Маленький подмарковный городок жил для работы – работы центра обеспечения цифровой техники. И такая работа требовала контроля, Олему в молодости так не думалось, но товарищам из Чрезвычайного Комитета (ЧК НКТС) мысли его совершенно индифферентны. Параллельны, фиолетовы, по барабану, да и по… колено.
В эти края Олем попал лет двадцать назад выпускником одного провинциального университета. Теоретически так мог каждый, но не у каждого немалая часть детства прошла в пределах кольца бульваров. Да-да, родственники подсуетились. И оказался почти бывший юноша при важном деле. Почему так? А никто не представлял каким образом можно автоматизировать управление. Уездом, волостью, а в его голове возникла картина. Вычислительный центр, к которому подведены коммуникации множества терминалов. Такие мысли были в русле направлений и идей коммуникационной партии, тогда ещё Советского Союза, так что множество академиков с присными идею подхватили и радостно утащили. Множество – оно такое дело, может найтись способный рассчитывать будущее, аж на пару ходов вперёд. Один предусмотрительный нашёлся, потому юнца не загнали назад в какую-нибудь Тмутаракань. Надо же и на будущее планы иметь, так Олем стал рядовым системным аналитиком.