- -
- 100%
- +
Гера устало опустилась на любимую скамью триклиния, посмотрела сквозь помощницу на захлопнувшуюся дверь и, усмехнувшись, произнесла:
– Что, Иридушка, опять мы с тобой остались без мужиков в своём девичьем царстве? – она взяла в руки чашку с уже остывшим кофе и в миг нагрела его до идеальной температуры.
– Ндааааа, Гера Кроносовна…– протянула задумчиво соглашаясь помощница.
– Ир, ты-то хоть не начинай, будь человеком? Сколько веков вместе?!
– Прости, Гер, всё никак из этого куртуазного пике выйти не могу! – повинилась девушка
– Ты как узнала-то, родимая, что он – это ОН?
– Гер, мне подружка из их канцелярии шепнула, что к нам выдвигаются два товарища. Первого, ну это понятно, а второго – он знаешь как на меня зыркнул глазищами, я сразу-то и поняла, что ЭТО никакой не АМАДЕЙ! Ну я ему документацию как для налоговой и подсунула, хотя он и говорил. что ему полная нужна.
– Умница моя! Прям премию тебе выпишу!
– Спасибо, Гер, но мы же общее дело делаем? -зарделась помощница, – И потом, случись что с тобой, ну куда я без тебя?
– А этот ну, прям, хороооош! – мечтательно закатив глаза улыбнулась богиня
– Михаил – то? Дааааа, красавец мужчина!
– Ну да, красавец, статный весь такой из себя! Как он, а? Крылья свои расправил, глаза горят, усы топорщатся! Истинный гусар!
– Ага, гусар, ток без коня! – хмыкнула секретарь
– А нафига ему конь, если у него рядом такой замечательный осёл? – сказала Гера и обе девушки звонко засмеялись, наполняя своим серебристым смехом огромный светлый кабинет, ставший неестественно пустым после ухода архистратига.
****
– Валаам, что думаешь по поводу произошедшего? – спросил у друга архангел, когда они вышли из административного корпуса.
– Я думаю нас слили, архистратиг! Кто-то заранее предупредил эйчар о готовящемся аудите и они поспешили избавиться от "мервых душ" на балансе.
– Ага, – задумчиво произнес Михаил и добавил, – И ты правда думаешь, что так можно было сыграть страх и удивление, как это сделал богиня?
– Ей тыщи лет, Миш, она в этом бизнесе собаку съела, и коня, и ещё кого-нибудь. – вздохнул монах, и подтянул рясу, шмыгнув носом. – А то что она играла профессионально, так этим всех баб Создатель наградил, чтоб нам веселей жилось. – он хитро подмигнул архангелу.
– Ты, вот что, – устало вздохнул Михаил, – Давай, двигай вперёд, готовь повозку, а я догоню!
Когда толстячок скрылся за углом, воевода достал коммуникатор и вызвал абонента:
– Гавр, это я, всё идёт по плану! Меня раскрыли, но жучки я на номере сбросил! И да, у нас очевидно есть крот!
– Миша. не торопись с выводами, – ответил гулкий басовитый голос в трубке, – Игра только началась и это хороший зачин для победы в великом противостоянии! Они сейчас, конечно, начнут осторожничать, но нам того и надо, мы-то уже знаем в какую сторону смотреть, чтобы вовремя развернуть событийную матрицу. В общем, благодарю тебя за службу, верти дырку под орден!
– Служу Всевышнему! – Михаил вытянулся во фрунт прямо посреди дороги.
– Слава! – коротко бросил собеседник и отключился.
****
Когда помощница убрала всё со стола и богиня осталась одна, она поднесла к уху коммуникатор и произнесла:
– Феля, привееееееет! Коть, ну ты меня, прям, спас сегодня, ага! – она возлежала на скамье, наматывая локон на палец и улыбалась невидимому собеседнику
– Герочка золотце, у меня к тебе будет просьба, не произноси больше никаких имён в кабинете по телефону, моего особенно и не говори ни о чём секретном, пока твои технари весь твой кабинет сверху донизу не вычистят, хорошо?
– Хорошо, лапа моя, люблю-целую, вечером увидимся! – богиня довольная повесила трубку и тут же набрала номер ИТ отдела, чтобы они проделали операцию по обнаружению и удалению вредоносных программно-аппаратных комплексов на территории всего этажа и её кабинета в частности.
– Вот ведь курица влюблённая! Сколько тысяч лет в деле, должна бы уже была поднатореть в интригах, а так глупо сыпется на стандартных проколах. Эххххх, мне бы вот с этой индивидуально-неприятной нагрузки слезть как-нибудь, тогда бы я развернулся, тогда бы я устроил им тут ликбез и гостайну по полной! – с этими мыслями Феликс Эдмундович перевернулся другим полупопием в ведре с раскалёнными гвоздями и утёр пот со лба. Помимо обыкновенной жизни, которую он мог вести по желанию сколько угодно, но не более 12 часов в сутки, у него ещё оставалось несколько тысяч лет изнурительных индивидуально-неприятных нагрузок с разным коэффициентом сложности. Например, в сидении попой в ведрах с раскалёнными гвоздями – это было восемнадцать тысяч лет, а в лаве, льющейся прямо в рот и вытекающей с другой стороны – всего четыре тысячи, но лава была совсем невыносимым мучением даже для самого железного из чекистов.