Делион. По следам древней печати

Там, где тропы были прямыми, а местность была благосклонна к всадникам, Флавиану удалось закинуть себе в рот тушеную в углях репу и тогда она показалась ему пищей богов. Добравшись до вяленой крольчатины, пастух закрыл глаза от удовольствия и мысленно перенесся в беззаботные дни на склоны Пятихолмия. Крольчатина была жесткой, и Флавиан разгрызал мясо, словно дракон, пировавший северными мамонтами, репу же и другую зелень, он вовсе не пережевывал, глотая куски целиком.

После такого сытного обеда, пастуха начало клонить в сон, и чтобы избежать казуса, он решил разговорить своего спутника.

– Так куда мы направляемся? Что это за Верхние…?

Галарий ехал первым, аккуратно выбирая дорогу среди этой болотистой местности. Поэтому вполне могло быть, что он не расслышал вопрос Флавиана, однако, спустя некоторое время, он все же ответил пастуху.

– Руды, – сухо ответил рыжебородый, и на этом весь разговор мог бы закончиться, если бы Флавиан не подбросил бы дров в огонь.

– Почему именно туда? – несмотря на то, что спать на жесткой и холодной земле удовольствия не принесло, по крайней мере Флавиан чувствовал себя намного вольготнее, чем в темнице. – Там безопасно?

Совсем недавно, лошади нервничали и били копытами, сейчас же они шли спокойным и размеренным шагом. Пастух не понимал до конца как управлять лошадью, но несмотря на это, держался в седле уверенно, поглядывая под копыта лошади. На такой узкой и скользкой тропе повсюду были небольшие, но глубокие ямы, наполненные зловонной жижей, коряги давно погибших деревьев и корни, торчащие на всем пути.

– Теперь, для тебя безопасного места нет, – ответил будничным тоном Галарий и почему-то от этих слов у Флавиана ушло сердце в пятки.

Словно гигантская кошка из Южноземья улеглась на его груди, и он не мог сделать ни единого вздоха. Мир вокруг потемнел, и превратился в одну единственную сужающуюся точку.

«Нельзя терять сознание, Сетьюд, держись», – но Флавиан чувствовал, что он уже выпустил вожжи из своих рук и аккуратно уложил голову на гриву лошади. «Фонарщик, зажги свой благословенный огонь.»

Ему никогда не было так страшно. Даже в темнице, или на подмостках эшафота. Там, у крепко связанной петли, мирно покачивающейся на эшафоте, он уже смирился со своей смертью. Но теперь, пастуху стало по-настоящему страшно. Тело начало чесаться, словно от блошиных укусов, а низ живота тянуло с жуткой болью. Галарий так и не обернулся посмотреть на своего спутника.

Флавиан кое как пришел в себя и тут же решил сменить тему. Светило проступало через густые кроны, время рассвета давно миновало, а путники до сих пор бродили по мшистым болотам.

– Мы далеко от Утворта? – несмотря на утреннюю прохладу, пастух чувствовал, что вся его грязная рубаха мокрая и противно липнет к телу.

– Да, – лаконично ответил Галарий.

«Зачем я задал этот вопрос? Утворта все равно больше нет», – острое лезвие меча скорби едва дотронулась до его сердца.

– Ты так не ответил, почему мы отправляемся в Верхние Руды?

Галарий сделал вид, что не расслышал своего спутника. Он продолжал ехать насупившись и не произнося ни слова. Флавина начала раздражать чрезмерная скрытность и молчаливость рыжебородого.

– Галарий? – однако пастух решил стоять на своим.

Густая рыжая борода превратилась в торчащие клочья, длинные усы прикрывали верхнюю губу Рыжего. Он замедлил ход и посмотрел на спасенного из заключения парня.

– Там нас ждем связной, – скупо ответил Галарий. – В трактире «Сладкие топи», я оставил свое оружие и доспехи.

Он легонько ударил лошадь по бокам, символично заявив, что больше общаться не намерен. Да, этот человек был не из тех, кто любит праздно поболтать. Он и по делу не отвечал на вопросы пастуха из Нозернхолла.

– А за что тебя посадили в темницу? – Флавиан решил не отставать от своего спасителя.

Рыжебородый ответил без всякого намека на эмоции, он не казался озлобленным, взвинченным или заинтересованным в прекращении разговора, он просто сказал то, что хотел сказать.

– Я пришел в темницу за тобой пастух, а сейчас, хватит разговоров.

Флавиан понял, что пока они не доберутся до Верхних Руд, от Галария он ничего не добьется. На самом деле он сомневался и в том, что рыжебородый вообще что-нибудь расскажет, даже в деревне. Пастуха настораживала подозрительность Галария и его отстраненность от всего внешнего мира.

Пастух вспомнил, что у него еще оставалось как минимум половина фляги вина и решил употребить напиток, чтобы хоть как-то скрасить эту скучную и унылую дорогу через однообразные пейзажи одиноких болотных троп. На самом деле, Флавиан хотел хоть как-то устранить в голове беспорядок из своих мыслей и напрочь забыться о том, что с ним произошло.

«Я пришел в темницу за тобой пастух…», – эти слова Галария не выметались из головы северянина.

Сделав пару глотков, Флавиан решил, что не стоит излишне налегать на алкоголь и с долей сожалению повесил флягу обратно на пояс.

«Может быть дядюшка вернулся из Морского Востока, и узнав, что я в опасности, послал одного из воинов за мной?»

Эта гипотеза казалась наиболее правдоподобной, но истиной она от этого не становилась.

Туман сгущался над окрестностями, нависая над влажной и еще не отогревшейся после зимы почвой густым серым покрывалом. Светило уже угасло за горизонтом, на небо взошли обе луны, которые изредка выходили из-за мрачных туч. Уже после сумерек, путники добрались до Верхних Руд. Это было ничем не примечательное поселение, через которое ни шло ни одного тракта. Оно располагалась на окраине Смрадных болот, затерянное и никак не отмеченное на имперских картах. Раз в месяц торговцы выезжали из Верхних Руд, чтобы добраться до Диньера или Лапети – наиболее близких к поселку городов, чтобы торговать там болотной рудой, торфом и гумусом. Верхние Руды располагалось на самом северо-западе провинции Риверланда, или как именовали его в народе – Речноземья, в герцогстве Восточная Марка, коим правил герцог Ордерик. Флавиан слышал от дяди об этом герцогстве, и много узнавал о нем из книжек. Восточная Марка находилась на самой границе с землями нежити и местные доблестные рыцари славились своими подвигами в войнах против вампиров.

Верхние Руды были самым обычным поселением с населением не более пятнадцати дворов. В ночи оно казалось вымершим, в окнах бревенчатых домов не виднелось ни единой лучины, собаки не гавкали, коты не мяукали, и в целом домашних животных видно не было. Дома располагались хаотичном образом, словно кто-то могущественный разбросал их своей дланью на небольшом холме, окруженном болотистыми лесами. На самом деле Верхние Руды располагались на некогда расчищенной лесорубами площадке, несколько просек было вырублено в сторону болот, богатых месторождением руд и торфа. Дома не были обнесены забором, да и в такой местности это было не удивительно – непрошенных гостей здесь не бывало, трактов, соединяющие крупные города здесь не было. Дорога представляла собой утрамбованную грязную почву с примесью песка, небольшие тропинки были проложены к каждому из домов. Флавиан удивился захудалости этого поселения и на самом деле сомневался в том, что здесь был трактир. Как оказалось, корчмы здесь и не было, в самом центре Верхних Руд было выстроено одноэтажное вытянутое здание из длинных бревен. Это здание было нечто питейного заведения, в которое после захода Светила приходили местные жители и запивали усталость тяжкого трудового дня.

Ни вывески, никаких либо надписей на нем не было. Крыльцо было в плачевном состояние, одна ступенька была сломана на пополам и Флавиан чуть было не угодил в эту ловушку. Он безропотно следовал за Галарием, полностью доверяя ему в подобной ситуации.

Это поселение ничуть не было похоже на Утворт. Старые ветхие мазанки, бревенчатые дома, с соломенной крышей, ни одной каменной постройки здесь не было. Возле питейного заведения стоял идол какого-то местного бога, который был окунут в речную воду. Вид Верхних Руд был удручающим, по крайней мере ночью. Здесь жутко воняло болотом и тиной, ветра несли с собой запах гнили и вонь торфа и тухлых яиц. Каждый шаг Флавиана оставлял на земле глубокий след его ноги, под его ступнями почва странно хлюпала, и несмотря на то, что поселение располагалось на небольшом пригорке, болото добралось и сюда. Здесь пастух жить точно не хотел, но по крайней мере это место было пригодным для того, чтобы скрыться от преследовавших его людей. Юнец сомневался, что кто-либо, кроме сборщиков податей, в здравом уме захочет приехать в это поселение.

Галарий открыл покосившуюся на ржавых петлях дверь и первым вошел внутрь, Флавиан тут же последовал за ним. В нос сразу ударил запах едкой кислятины и вонь опаленного мяса. Этот зловонный запах был знаком пастуху, когда овцы шли под нож, их палили на заранее разогретом костре. В тот момент, в этом питейном заведение пахло также.

Трактиром это здание назвать было сложно и здесь было подозрительно тихо. Зала была крошечной, здесь размещалось шесть неаккуратных столов, некоторые из них уже изрядно покрылись паутиной. Здесь было очень темно, две одиноких лучины едва смогли осветить хотя бы половину заведения и единственными посетители – темные тени расположились по углам. На деревянных оконных рамах нашли свое последние пристанище мертвые мухи, жуки и пауки, воняло прелым деревом, сыростью, копотью и жареным мясом.

Галарий хмыкнул. Никого внутри здания не было, казалось, что этот трактир давно уже никем не посещаем. Связного, о котором говорил рыжебородый, не было. Что-то было явно не так.

Флавиан поравнялся с Галарием и его нос уловил запах жаренного мяса. Трактирщик явно был внутри, так как очаг еще сильно горел, а на вертеле висели большие шматы мяса, но он никак не отреагировал на скрип входной двери. Рыжий медленно осмотрел помещение и сделав несколько шагов по скрипучим половицам оказался у стойки трактирщика. Флавиана не то, чтобы пугало это место, оно казалось ему слишком мрачным и неприветливым. Казалось, все, что было в трактире – сладковатый запах мяса на вертеле, бардак, тухлый запах, древние половицы, вонючий торф, говорило ему о том, что не стоит здесь задерживаться.

– Где твой связной? – задал резонный вопрос пастушок.

Рыжебородый не двинулся с места, пока из кухни не вышел человек, больше походивший на приведение, чем на хозяйственного мужика. Впалые щеки, короткая седая борода и большой красный нос, такими характеристиками обладал хозяин трактира. На его груди красовался весь перепачканный кровью фартук, заляпанный сажей, а в руках он держал два ножа и точил их друг об друга.

– Мир вам, – кивнул трактирщик, сначала осмотрев Галария, а затем перевел свой хмурый взгляд на Флавиана. – Не часто можно встретить у нас тут гостей.

Трактирщик улыбнулся и начал предлагать блюда на свой вкус.

– Ваше поселение выглядит запустевшим, – ответил на это рыжебородый.

Хозяин заведение еще раз улыбнулся, на этот раз отложив в сторону и оперся руками на свою деревянную стойку.

– Отрицать не буду, месир, – пожал плечами трактирщик. – В день все наши мужики, да бабы работают на болотах, добывают торф. Я думаю вы заметили, что благодаря этому наша деревня еще держится на плаву.

Галарий с пониманием кивнул головой.

– Хорошо, принеси нам мяса и пива, – воин выложил на стойку несколько серебряных грифонов.

– Мяса, конечно, – кивнул головой мужичок. – Я как раз сейчас готовлю на вечер мужичкам, вам могу принести уже пожаренное.

Галарий и Флавиан сели за самый не грязный стол из тех, которые были в трактире. Рыжебородый решил сесть напротив пастуха и поглощал того своим пристальным, но отстраненным взглядом.

– Я знаю про печать, – начал говорить Галарий. – Знаю, что приключилось с вами в Утворте.

Сердце Флавиана замерло, время будто застыло на одном месте.

«Неужели я оказался в ловушке? Может быть он хочет от меня тоже самое, что Тень, и инквизитор?»

Но Галарий словно бы прочитав эти мысли, тут же решил успокоить человека, спасенного от виселицы.

– Я знаю твоего дядю Клепия, – ответил он. – Мы состоит в одном ордене.

Флавиан онемел от такого поворота событий и даже не знал, что сказать своему собеседнику.

– Ты тоже страж? – задал вопрос северянин. – Ты давно видел моего дядю?

– Да, мой плащ, оружие и доспехи сейчас находятся в покоях этого здания, на втором этаже, – ответил Галарий. – Твоего дядю я не видел уже давно, с тех самых пор, как он отправился на Морской Восток. Но я получил от него письмо.

– Письмо, – с жадным видом спросил Флавиан.

– Он писал, что отправил печать тебе в Утворт, – ответил страж. – Он попросил меня сопроводить тебя до Оплота – место базирования нашего ордена, древний остров, раскинувшийся в озерах Северноводья.

Эта информация буквально поразила северянина до глубины души. Скорее, ему стало радостно от того, что теперь он будет не один, и с ним будет тот, кто поможет Флавиану спасти его друга.

– Когда я добрался до Утворта, он уже был уничтожен Тьмой, – продолжил говорить рыжебородый и в тот самый момент трактирщик принес с кухни пищу.

– Вот вам, месиры, мясо, по моему собственному рецепту, – хозяин заведения поставил на стол две деревянных тарелки с большими, жирными и сочными кусками мясо, вместе с подливой. – Прошу подождите мужички, сейчас я вам из погреба ячменное принесу.

Я Флавиана потекли слюни, перед ним лежал большой шмат мяса, источавший по-хорошему дикий и невероятно аппетитный аромат. Все его проблемы, казалось бы, отошли на второй и третий план, теперь ему предстояло закрывать свою пирамиду потребности с самой ее верхушки. Еда. Ночлег и крепкий сон. Остальные проблемы могут и подождать.

– Они не нашли при тебе печати, – это был скорее не вопрос, а констатация факта, на что Флавиан лишь покорно кивнул.

Пальцы мальчишки опустились на сочный кусок мяса, тактильные ощущения передавало самое настоящее блаженство. Юноша был зверски голоден, до того питавшись несколько седмиц одними лишь хлебными корочками, поэтому и аппетит он нагулял просто чудовищный.

– Не нашли, – подтвердил Флавиан, почувствовав своими пальцами каким горячим было мясо. Они нашли у меня только ложную печать.

Галарий кивнул головой, казалось, что еда ему не приносит столько удовольствия, как для Флавиана.

– Понимаю, – ответил рыжебородый. – Ты отдал ее второму, тому, кто с тобой бежал из Утворта.

– Аргию, – произнес Флавиан, несмотря на то, что он обжигался, он не переставал отщипывать куски мяса, друг за другом, разделывая этот шмат. – Ему удалось сбежать в Рэвенфилд.

– Хорошо, – кивнул головой Галарий. – Набирайся сил, я пойду за своими вещами, наёмник, который предложил услуги отряд разбойников, должен был их оставить на втором этаже.

Флавиан последовал совету того человека, кто его спас и начал потреблять мясо, в предвкушении холодного пива, которое обещал трактирщик. Мясо было очень сытным и через чур жирным, но хозяин заведения словно бы прочитал мысли мальчишки, я вышел из кухни с двумя большими дубовыми кружками.

– Несу, ячменное, месиры, – произнес мужичок, но его глаза почему-то округлились, он был чему-то очень удивлен.

– А где же ваш друг, храни его нимфиды? – поинтересовался трактирщик у мальчишки, поедавшего мяса. – Хочу вам предложить постель на ночь.

Флавиан тут же взял в руку тяжелую и полную пива кружку и сделал несколько глотков холодного ячменного напитка. Лестница, которая вела на второй этаж халупы тут же скрипнула, под тяжелой ногой Галария и страж застыл на одном месте.

– Юнец, поставь кружку на место, – грозным могучим голосом пробасил страж. – И не вздумай есть мясо.

Флавиан испугался и сделал так, как велел ему рыжебородый.

– Трактирщик, скажи, а как называется твое заведение?

Хозяин заведения застыл на одном месте, в одном положении, сжимая в одной из своих рук, подол своего грязного халата.

«Тут что-то не так», – догадался юнец и тут же отодвинул кружку с пивом поодаль от себя. «Кажется Галарий говорил, что связной его ждет в Сладких топях.»

– Спящий грифон, конечно же, – улыбнулся трактирщик, но быстро сообразив что к чему, тут же побежал в сторону кухни.

В два прыжка его опередил Галарий и набросился на старого мужика, но хитрый и юркий трактирщик увернулся от него.

– Выплюни мясо! – крикнул страж. – Это наш связной!

Флавиан не мог поверить в то, что сказал ему Галарий. Вся та бойня, а точнее избиение, что происходило на кухне, прошла мимо него, пастух боролся с тошнотой, но в конце концов его вырвало.

«О боги, я ел человечину», – от этого Флавиана начало мутить еще больше, он не мог сдерживаться и начал заливать рвотой весь обеденный стол.

Шум бойни доносился до него с кухни, крики боли и крики о помощи со стороны трактирщика едва доносились до ушей пастушка. Шматы непереваренного человеческого мяса, крольчатина и пареная репа выходили из пастуха безостановочно. Следовало прекратить думать о том, что он съел зажаренную часть тела человека, однако рвотный рефлекс не стихал, и он попросту чуть не задохнулся, от фонтана блевотины. Кухня начала гореть ярким огнем и языки пламени начали облизывать деревянные стены и стойки.

Дым начал быстро заполнять всё помещение, рвота мальчика тут же прекратилась, и он начал задыхаться от едкого дыма. Галарий, вернулся спустя некоторое время, неся в одной руке плащ, а в другой доспехи и тут же начал облачаться в них.

– Уходи, быстро! – приказал ему страж, но Флавиан совершенно обессилев упал в обморок.

Спустя какое-то время он почувствовал, как чья-то могучая рука начала трясти его за плечо.

– Пойдем, быстро!

Вдруг, несмотря на все зарево, гуляющее по заведению, Флавиана сковал приступ страха и по его телу побежали мурашки. Дул затхлый могильный воздух, а покосившаяся дверь, начала судорожно биться и издавать скрипучие звуки.

– Уходим, это Тень!

Флавиан лишь краем глаза успел увидеть, что через окна врывается какая-то расплывчатая темная материя и пастуху показалось, что она была живой и умело мыслить, двигалось согласно каким-то материальным законом и в ней чувствовалось биение… Темного сердца. Казалось, что Галарий прочитал его мысли и ответил на его вопрос.

– Это Тьма от Тени, – прокричал Галарий. – Одно касание, и ты мертв.

Это воодушевило Флавиана бежать еще быстрее и даже обогнать Галария. Воин намеревался отыскать в трактире черный ход, который непременно здесь был. Одна деревянная горящая балка сверху упала прямо перед носом Флавиана, его обдало жаром, и он отступился назад. Флавиан не стал оглядываться, почувствовав, что могильный холод, источаемый Тенью и его приспешниками совсем близко, но лезть напролом через огонь тоже было равно самоубийству.