Стреноженная Россия: политико-экономический портрет ельцинизма

Беловежское предательство

…И закрылось небо, и погас

Белый свет над Русскою землею,

И, как барсы лютые, на нас

Кинулись поганые с войною.

И воздвиглись на Хвалу Хула,

И на волю вырвалось Насилье,

Прянул Див на землю, и была

Ночь кругом и горя изобилье…

Государственный переворот августа 1991 г. для российского народа стал вехой, от которой началась последняя стадия разрушения СССР.

Драматический ход событий после августа 1991 г. стал личным поединком амбициозных лидеров Центра и союзных республик, особенно М. Горбачева и Б. Ельцина, жертвой которых стала расколотая, как орех, мощнейшая Держава.

В первых числах сентября 1991 г. был созван внеочередной Съезд народных депутатов СССР. Впечатление от этого Съезда, транслировавшегося по телевидению, у всех было ужасное. Взаимные обвинения, подозрения, бездоказательные утверждения, схоластические споры. Все это было видно на экране. Все депутаты, казалось бы, радели и призывали к соблюдению конституции, свободы и прав человека. А в действительности за окнами этого «форума» шла расправа над инакомыслием. Это был уже съезд сепаратистов, разбитых по национально-территориальным квартирам. Народные депутаты съезда, еще недавно выступавшие за сохранение СССР, за уважение суверенной воли народа, выраженной на мартовском референдуме, пользуясь безликостью Центра, все как один бросились в сторону национализма и сепаратизма.

Центр упорно молчал, никто не решается принять хоть какое-то решение. Россия заявила, что она правопреемница Союза. Остальные республики с этим принципиально не согласились – не хотят «старшего брата». Украина заявила, что она не подпишет экономического соглашения. Н. Назарбаев из Казахстана заявил, что не будет давать зерна России. В Татарстане проходят демонстрации с требованием отделения от России, выходе из Российской Федерации и образовании независимого Татарстанского государства. 400-летие взятия Казани Иваном Грозным, выпавшее по времени на тот период, «отмечалось» как национальная трагедия. Абсурд, когда в наше цивилизованное время подобные древнейшие исторические события используются для каких-то амбициозных политических целей.

В то же время события тех дней отчетливо выявили, что в стране царит глупейшая политика: антинародная, антигосударственная, аморальная. События тех дней показали, до какой деградации могут дойти русские «интеллигенты», когда они у власти. Жалкие, неспособные к действиям фигуры.

В ноябре в Ново-Огареве возобновился процесс консультаций между представителями республик по вопросу о проекте Союзного договора. Но политическая ситуация в стране была уже другой. Украина демонстративно устранилась даже от участия в этих консультациях. Каждый руководитель союзных республик в своем сепаратистском рвении пытался обскакать других.

К середине ноября 1991 г. за столом переговорщиков в Ново-Огареве о судьбах Союза осталось уже всего семь участников: Россия, Белоруссия и пять среднеазиатских республик. Остальные просто перестали принимать в нем участие. 1 декабря 1991 г. на Украине был проведен референдум о полной независимости Украины и подтверждении полномочий Л. Кравчука как президента. По итогам референдума Украина стала окончательно «незалежной». Соединенные Штаты заявили о своей готовности установить с нею дипломатические отношения, а Борис Ельцин признал независимость Украины. Президент же СССР М. Горбачев по-прежнему продолжал писать послания парламентариям всех республик, призывая их обсудить и подписать Союзный договор в его последнем согласованном виде.

О дальнейшей судьбе «нового» Союза весьма активно позаботилась российская «передовая группа» в составе Бурбулиса, Гайдара, Козырева, Шахрая, подготовившая встречу с С. Шушкевичем в Беловежской Пуще Б. Ельцина и Л. Кравчука. Уже на тот период Л. Кравчук после украинского референдума, одобрившего «незалежность», громкогласно отказался подписывать Союзный договор, планируя последующие шаги, общее название которым – измена.

Восьмого декабря 1991 г. трое политических авантюристов – разрушителей великой страны – президенты РСФСР Б. Ельцин и УССР Л. Кравчук и Председатель Верховного Совета БССР С. Шушкевич заявили о роспуске СССР и создании СНГ – Содружества Независимых Государств. Закоперщиком этого антисоюзного государственного переворота был Борис Николаевич Ельцин и его команда.

Таким образом, гибель Советского Союза была совершена в два этапа – в августе и в декабре 1991 г. СССР был разрушен, а его народы ввергнуты в тяжелейшие испытания, которые тяжким грузом лежат на их плечах до сих пор.

Здесь уместно вспомнить, что писал К. Маркс по поводу государственного переворота, совершенного ровно 140 лет назад другим авантюристом – тогдашним президентом Французской республики Луи Наполеоном: «Недостаточно сказать, по примеру французов, что их нация была застигнута врасплох. Нации, как и женщине, не прощается минута оплошности, когда первый встречный авантюрист может совершить над ней насилие. Подобные фразы не разрешают загадки, а только иначе ее формулируют. Ведь надо еще объяснить, каким образом три проходимца могут застигнуть врасплох и без сопротивления захватить в плен 36-миллионную нацию»[97].

Под основным документом – Соглашением о создании Содружества Независимых Государств (СНГ) – стоят подписи Б. Ельцина и Г. Бурбулиса (от России), Л. Кравчука и В. Фокина (от Украины), С. Шушкевича и В. Кебича (от Белоруссии). Документ констатирует, что «Союз ССР как субъект международного права и геополитическая реальность прекращает свое существование» (приложение 1). Вместо него провозглашается создание СНГ, открытого для присоединения к нему других независимых государств. Это событие, произошедшее в глубокой тайне от русского, украинского и белорусского народов, вошло в историю как Беловежское предательство. Будь на месте М. Горбачева сильный руководитель-государственник, беловежский сговор не сработал бы. У авторов этого самого настоящего «путча» не было бы шансов не только на власть в своих регионах, но и на свободу.

Цели и принципы Содружества излагались в двух дополнительных документах – «Заявлении глав государств» и «Заявлении руководителей правительств». Главы государств в своем «Заявлении…» утверждают, что именно «недальновидная политика Центра привела к глубокому экономическому и политическому кризису, к развалу производства, катастрофическому понижению жизненного уровня практически всех слоев общества», чем хотя бы косвенно снимают с себя вину за ликвидацию СССР.

Документ, подписанный главами правительств, был посвящен координации экономической политики трех членов Содружества: сохранению единого экономического пространства, сохранению единой валюты – рубля, проведению однотипной бюджетно-налоговой политики, координации внешнеэкономической и таможенной политики и т. д. Жизнь показала, что все написанное в нем – было чистейшей ложью, затуманиванием глаз народам Советского Союза. Это вскоре проявилось в реальности.

Три «внука» Ярослава Мудрого и примкнувшие к ним лизоблюды напрочь забыли не только прошлый опыт «своего» деда по единению Руси, но и позитивный опыт Советского Союза, что только в дружеском союзе – сила государства.

Мне хорошо помнятся декабрьские дни 1991 г., когда вернувшиеся из Белоруссии Г. Бурбулис, С. Шахрай, Е. Гайдар, А. Козырев наперебой рассказывали, кто из них был автором документа о прекращении существования СССР, кто из них внес самую большую лепту в этот процесс и запустил в оборот штамп, которым впоследствии помечали все, что бы ни случалось в «демократической» России: в 1991 г. – они якобы «спасли разваливающийся Советский Союз от кошмара гражданской войны»; в сентябре – октябре 1993 г. – спасли Россию от массового кровопролития и гражданской войны; на Северном Кавказе путем «конституционного наведения порядка» – не дали огню распространится на всю Россию. И так весь период ельцинизма. А народ продолжал безмолвствовать.

Е. Гайдар на всех углах приписывал авторство беловежского документа себе, что именно его рукой был написан текст. В дальнейшем он «увековечил» это предательство в своих мемуарах.

Недалеко ушел от Е. Гайдара и С. Шахрай – как его с «юмором» называли народные депутаты РСФСР – «юрист по особо щекотливым поручениям Б. Ельцина», истинный «шахрай»[98]. Он рассказывал, что Б. Ельцин летел в Минск только для подписания двухсторонних договоров между Россией и Белоруссией. Но С. Шушкевич предложил также пригласить Л. Кравчука и подписать трехстороннее коммюнике. И что якобы он, С. Шахрай, предложил, подготовил все формулировки и написал документы о распаде и прекращении существования СССР. Во всех интервью он твердо убеждал, что СССР якобы «умер» еще до Беловежья, а в Вискулях «они, как врачи, лишь зафиксировали факт смерти СССР…».

Я бы поверил Шахраю как врачу-паталогоанатому (как поется в известной песне – «паталогоанатом – лучший диагност»), но Шахраю как юристу, специалисту по оформлению огромного числа антинародных ельцинских «загогулин», поверить, к сожалению, не могу. Это верх цинизма. Эту песню про «врачей» С. Шахрай продолжает петь и поныне.

Суть вопроса, по Шахраю, заключалась в том, что Советский Союз был учрежден в 1922 г. четырьмя республиками: РСФСР, УССР, БССР и ЗСФСР. Поскольку Закавказье перестало существовать, то три республики имели якобы полное юридическое право зафиксировать, что «Советский Союз как субъект международного права прекращает свое существование». Предложение «величайшего юриста», шахраевская казуистика и была якобы принята за основу при подготовке беловежских документов. Этот «величайший юрист» видимо запамятовал, что в состав СССР входило 15 союзных республик.

Эту кощунственную мысль позднее взял на вооружение С. Шушкевич. «Остальные республики, – пишет с пафосом «политолог» новой волны, – были не нужны. СССР в 1922 г. утвердили четыре субъекта – РСФСР, УССР, БССР и Закавказская Федерация. Последняя перестала существовать и правопреемника не имела. Значит фактически все учредители здесь…»[99]

Не отстал в тот период от возвышения своей роли в подготовке Беловежских соглашений не только Е. Гайдар и С. Шахрай, но и Г. Бурбулис. Он откровенно говорил: день беловежского сговора «был самый счастливый день в моей жизни. Ведь над нами теперь никого не было». Таково кредо дорвавшегося до власти провинциального преподавателя научного коммунизма средней руки.

По прошествии лет могильщики Советского Союза всеми правдами и неправдами пытаются сгладить свою вину перед многомиллионным русским народом и народами своих государств – бывших республик СССР.

Теперь «авторы» Беловежского соглашения стыдливо прячут глаза и стараются всеми силами преуменьшать свою роль в развале СССР, пытаются отвести от себя удар, переключая стрелки друг на друга. С. Шахрай не преминет подчеркнуть, что текст Беловежского соглашения писал Е. Гайдар. А через несколько лет вообще все авторы-герои исчезнут за ширму «поручили экспертам готовить документы»[100], хотя никаких экспертов в Беловежье не было и в помине.

Вот как, например, трактует уже сегодня события тех дней С. Шахрай: «Поначалу Борис Ельцин и Станислав Шушкевич все еще надеялись уговорить Леонида Кравчука сохранить хоть в каком-нибудь виде Союз. Однако украинский президент не желал даже слышать слово «Союз». Наконец нашли формулу «Содружество» как способ сосуществования государств в одном экономическом, политическом, военном пространстве»[101].

Сегодня С. Шахрай из года в год все активнее убеждает общественность, что именно Л. Кравчук был против «сохранения Союза хоть в каком-нибудь виде»[102].

Г. Бурбулис, понимая, какая трагедия случилось с народами бывших республик, входивших в Союз, пытаясь смыть с себя черное пятно, вынужден будет заявить: «Это трагедия человека, Родина которого перестала существовать». Но это, «усиливает» свою мысль «специалист по научному коммунизму» Г. Бурбулис, «оптимистическая трагедия»[103]. К сожалению, это лицемерное и безнаказанное признание. Пройдет еще несколько лет и Г. Бурбулис будет демагогически заявлять, что «Беловежские соглашения сильно недооценены», что «наша родина – Советский Союз окончательно и необратимо распался в трагические дни августовского путча 1991 года», что «нужна была определенная мудрость, определенное мужество с нашей стороны, чтобы найти ту форму – правовую, политическую, которая бы этот распад сделала более управляемым, более щадящим и регулируемым… Когда я встречаюсь в университетах разных стран мира с профессионалами, они говорят, что это был шедевр политической дипломатии конца XX века» и прочее, прочее словоблудие[104].

Все более распаляясь в «правдивой оценке» Беловежского предательства, этого «шедевра политической дипломатии», Г. Бурбулис откровенно проговаривается, выдавая тайны «пятой колонны», активным штыком которой он был. «А потом Беловежское соглашение, – откровенно признается Г. Бурбулис, – обеспечило добровольный отказ от ядерного оружия трех бывших республик – Украины, Беларуси и Казахстана. И это наше достижение до сих пор недооценено. А главное – 8 декабря мы завершили холодную войну. 1–2 февраля 1992 г. Б. Ельцин с президентом Бушем-старшим в Кемп-Дэвиде подписали Декларацию о прекращении холодной войны на основании именно беловежских решений»[105].

Западные профессионалы действительно «точнее понимают то, что мы сами сделали», понимают «шедевр политической дипломатии» козыревых, бурбулисов, шахраев. Развалить Советский Союз чужими руками, разорвать корневые, родственные связи славян, вытолкнуть за пределы своей Родины миллионы русских, уничтожить оборонно-промышленный комплекс страны – это ли не «шедевр политической дипломатии»? Было совершено то, к чему стремились в свое время страны Антанты, германский фашизм. Большего иезуитского рассуждения вряд ли можно себе представить. Но это именно тот внутренний стержень, свойственный не только Г. Бурбулису, но и многим другим неодемократам-бурбулисам.

Я был крайне огорчен, когда узнал, что под документом о развале СССР стоит подпись Леонида Макаровича Кравчука. Дело в том, что он, как и я, в начале 80-х годов работал заведующим отделом пропаганды и агитации – Л. Кравчук в ЦК КПУ, я – в Татарском ОК КПСС. Я неоднократно бывал у него в гостях, мы вспоминали годы, проведенные в Академии общественных наук при ЦК КПСС, которую в свое время окончили. Наши беседы проходили весьма приятно, задушевно, а уж каких только откровенных бесед мы не вели. Никаких националистических завихрений у него даже не проскакивало. И вдруг – Беловежье?

Но это, как оказалось, к сожалению, не вдруг. К тому времени и Россия, и Украина уже приняли декларации о государственном суверенитете. Украина проголосовала за свою независимость, а Л. Кравчук 5 декабря 1991 года занял пост президента, что принципиально изменило расстановку сил. О каком Союзе для теперь уже «самостийного» Л. Кравчука могла идти речь? Поэтому он твердо стоял на позиции, что никакого Союзного договора он подписывать не будет. У Л. Кравчука, как он сам откровенно заявил, «накопилась усталость от Советского Союза». У него якобы постоянно был «страх», когда он ездил в Москву на семинары и покупал продукты в гастрономе при ГУМе, что вдругему «не хватит масла»[106]. И вы, уважаемый читатель, можете поверить, что завотделом ЦК КПУ – партаппаратчик высшего звена республики – ездил в Москву за маслом? Я, например, никогда в эту нелепость не поверю! Я просто не мог уразуметь, как может измениться человек, попав на вершину власти.

По прошествии двадцати лет Л. Кравчук – этот могильщик Советского Союза – рассказывает о беловежской трагедии более откровенно: «…выяснили, что никакой Союзный договор я подписывать не буду. Приступаем к работе над текстом будущих Беловежских соглашений. Б. Ельцин спрашивает: "Кто возьмется писать?" Я и говорю: "Поскольку у меня хорошая авторучка, давайте буду писать я". Работа началась в буквальном смысле с чистого листа… Первую строчку написал я. А вот формулировку о том, что "Союз ССР как субъект международного права и геополитическая реальность прекращает свое существование", предложил Бурбулис. Промучились мы над ней часа полтора. Но когда были написаны "перестает существовать"… Это чувство не передать! Вот говорят – "историческое событие"! История значит… А когда ты сам участник этих событий?.. Я изучал историю и знаю, что это был первый в мире государственный переворот такого масштаба, который удалось осуществить мирно – без конфронтаций и крови!»[107] Читая эти перлы выпускника Академии общественных наук при ЦК КПСС Л. Кравчука, мне все время думалось, что «государственному перевороту такого масштаба» гетман Мазепа[108] был бы несказанно рад. Не умерла еще мазеповщина в Украине!!

В 1999 году, когда Л. Кравчука награждали за «не отдачу Крыма России», он сказал, что Б. Ельцин готов был пол-России отдать, чтобы скинуть Горбачева. И далее, что развал СССР – это в том числе и его вина, но 99 % – это вина Бориса Николаевича. Соответственно и тех, кто толкал его «констатировать, что пациент (СССР – по терминологии С. Шахрая. – Примеч. автора) болен».

Видя социально-экономический и политический «прогресс» в Украине после распада Советского Союза, 5 июня 2005 года, выступая в украинской Раде, Леонид Кравчук с горечью произнес, что «если бы он знал, что будет твориться в Украине, он дал бы себе скорее отрубить руку, чем подписать Беловежское соглашение»[109].

Думаю, что такого признания мало; первому президенту Украины Л. Кравчуку следует готовиться к тому, что рано или поздно его привлекут к ответственности за развал Великой Державы.

Анализируя беловежский сговор, хотелось бы привести еще один весьма значительный факт. В октябре 1992 г. я возглавлял делегацию Верховного Совета Российской Федерации на праздновании Дня независимости Турции[110]. Руководители делегаций приглашались с женами. В эти дни я с женой Инной Ефимовной близко сошелся со Станиславом Станиславовичем Шушкевичем – в то время Председателем Верховного Совета Белоруссии – и его новой, молодой супругой Ирой. У меня состоялось много откровенных бесед с С. Шушкевичем. Конечно же, все они в той или иной мере касались событий в Беловежской Пуще.

С. Шушкевич рассказывал, что встреча с Б. Ельциным в Белоруссии состоялась по приглашению белорусской стороны; должны были обсудить проблемы обеспечения зимнего периода нефтегазовыми ресурсами и закончить просто охотой. Никакого изначального намерения принимать решение о выходе из СССР не было. По крайней мере, у белорусской делегации таких заготовок не было. Меня встреча с Б. Ельциным, рассказывал С. Шушкевич, интересовала с точки зрения возможности завоза энергетических ресурсов из России на бартерной основе.

Однако С. Шахрай, Е. Гайдар, А. Козырев и особенно Г. Бурбулис, уточняет С. Шушкевич, постоянно «поджучивали» Б. Ельцина подготовить в пику М. Горбачеву свой вариант договора. И когда Бурбулис на одной из встреч, вспоминает С. Шушкевич, вдруг произнес слова: «А не согласитесь ли вы расписаться под такой фразой: "СССР как субъект международного права и геополитическая реальность прекращает свое существование"»[111], мы все согласились с этим. Мы и раньше, продолжал С. Шушкевич, внутренне очень хорошо понимали, что хотим настоящей независимости для наших республик, «хватит нам попечительства», но никогда не оговаривали это между собой этот тезис вслух. А когда такие слова уже были произнесены… Они и легли в первый параграф Беловежского заявления. Так через двадцать лет интерпретирует события С. Шушкевич.

А вот как уточняет происходившее Л. Кравчук: «Через некоторое время Ельцин говорит: "Что-то не идет… Давайте, когда напишем первый параграф, выпьем по полбокала шампанского". И действительно, когда написали – а параграф был тяжелый! – выпили по полбокала. И все! Хотя утверждают, будто мы и там, за рабочим столом, не просыхали. Ничего, кроме бутылок с водой, перед нами не стояло…»[112]

В эту «новую» – трезвую версию беловежья Л. Кравчука поверить весьма трудно. Свидетельством тому являются не только фотографии из Вискулей, на которых отчетливо видны не «фужеры с шампанским» и не «бутылки с водой», но и рассказы очевидцев.

По прошествии лет могильщики Советского Союза, особенно Л. Кравчук, всеми правдами и неправдами пытаются сгладить свою вину перед многомиллионным русским народом и народами своих государств – бывших республик СССР.

Вот как откровенно отреагировал на то, что Л. Кравчук в интервью «убеждал» общественность, что в Беловежской Пуще они ничего не пили[113], бывший Президент Киргизстана А. Акаев. «Верится с трудом, – говорит А. Акаев. – Я не помню встречи, где бы мы трезво расходились. Я по этой части не большой любитель, тем не менее не помню такого. Все с удовольствием пили…Ельцин и Горбачев уже тогда друг к другу особых симпатий не питали, но когда дело доходило до выпивки, хорошо выпивали. Это Кравчук немножко лукавит. Тем более в те времена Борис Николаевич был в форме. Он, говоря образно, был джигитом»[114].

Пройдут годы, и многое в Беловежской трагедии и роли могильщиков будет раскрываться в ином свете. Леонид Грач, бывший первый секретарь Крымского рескома, рассказывал: «Когда, уже после своей отставки, Ельцин в 2001 г. приехал с семьей на отдых в Крым, мы встретились, долго сидели, разговаривали. И когда выпили по паре фужеров каберне, я начал рассказывать Ельцину анекдот: "Борис Николаевич, в Крыму часто задают один вопрос". "Какой?" – заинтересовался Ельцин. "Кто из вас был самый трезвый в Беловежской Пуще: вы, Кравчук или Шушкевич?" Ельцин нахмурился, но попросил продолжать дальше. Тогда я продолжил: "Говорят, что Кравчук. Потому что он Крым себе оставил". Тут Борис Николаевич так завелся, что стал крыть… Кравчука по полной программе. А когда выпалил наболевшее, сказал: "Знаешь, там, в Беловежской Пуще, если бы я захотел, взял бы карандаш и прямо по карте провел от Харькова до Измаила и сказал, что все это остается в России. Кравчук бы и слова не возразил"»[115].

Пока российские и украинские «герои» Беловежья, по прошествии лет, все активнее пытаются отмежеваться от авторства трагических для народов Советского Союза предательских документов, перепихивая это авторство друг на друга, вдруг появился новый «герой» развала Советского Союза – экс-министр иностранных дел Беларуси Петр Кузьмич Кравченко[116]. У него якобы в архиве сохранились четыре рабочих варианта подготовки того исторического документа. Вот как описывает те исторические события П. Кравченко.

«Мы сидели за столом и гадали, с чего начать текст, – вспоминает П. Кравченко. – Я сказал: "Давайте каждый изложит свои предложения на бумаге". В течение 10 минут я написал на старой желтой бумаге свой вариант. И все закивали: "Да, это то, что надо, нужна констатация свершившегося". Первый параграф соглашения звучал так: "Союз Советских Социалистических Республик как геополитическая реальность и субъект международного права прекратил свое существование"».

«Я взял инициативу в свои руки, – продолжает П. Кравченко, – и сказал, что согласно нормам старого французского права действует формула "Король умер, да здравствует король!" Если мы констатировали распад СССР, нужно провозгласить создание нового политического образования. После этого начались споры о названии…»

«Накануне вечером, 7 декабря, – продолжает П. Кравченко, – Кравчук вообще ничего не хотел подписывать и даже слушать! Мол, какое соглашение, какой союз: украинский народ проголосовал за независимость, я избран президентом… Украинцы колебались, взвешивали: создавать СНГ или избрать путь абсолютной независимости…мы вшестером (Гайдар, Шахрай, Козырев от России и я, Мясникович, Костиков от Белоруссии) подготовили черновик соглашения, закончив лишь в пять утра. Тогда Сергей Балюк – в то время директор Беловежской Пущи – послал «газик» за своей секретаршей, и она привезла из деревни Каме-нюки, из приемной дирекции, старую советскую пишущую машинку. Примерно в 5.45 на ней начали печатать текст соглашения. Закончили где-то в 8.30».

«Поначалу в названии документа говорилось, что это договор о создании Содружества Демократических Государств – СДГ. Но затем уже украинцы таки подключились и настояли, чтобы понятие "демократические государства" было изменено на «независимые» – поскольку Украина 1 декабря провела референдум и уже была «самостийной». Поэтому вторая редакция гласила, что создается не СДГ, а СНГ».

«Затем появился третий вариант, над которым начала работать уже шестерка глав государств и глав правительств: Ельцин, Бурбулис, Шушкевич, Кебич, Кравчук и Фокин. И когда они закончили работу над третьим вариантом, появился четвертый и окончательный. Было около двух часов дня».

«Вся работа над документом опровергает слухи о том, что он был написан в Москве, что полупьяные Ельцин, Кравчук и Шушкевич подмахнули бумаги не читая. Все это неправда. А в основу документа легли российско-украинское и белорусско-российское соглашения о дружбе и сотрудничестве от 1990 г. То есть из двусторонних документов мы сделали многосторонний, который и позволил создать Содружество Независимых Государств».