Только деньги. Ничего лишнего

– Делаем новую услугу– клиент реализует свои фантазии на камеру, играет главную роль с профессиональной актрисой. Или с актером.

Глеб приподнял брови и хлопнул земной шар по северному полюсу.

– Это что, я со всякими старыми козлами буду? – протянула Женя с недовольным видом.

– Ага. И с козлами, и с козлихами тоже. Кто закажет, с тем и будешь.

Женя сделала вид, что не слышит и уставилась в окно. Глеб скептически фыркнул.

– Ну я даже не знаю…

– Я знаю, – перебила его Рита. – Мне нужны контакты заказчиков. С этого дня каждый делает свою работу. Вы занимаетесь тем, что у вас хорошо получается, а я беру на себя организацию и общение с клиентами.

Глеб поставил глобус в вазочку прямо поверх яблок, привалился к стенке

– Это мои клиенты, – сказал он, – они ко мне привыкли и доверяют только мне.

– Я смогу договориться с ними.

Глеб засмеялся и погрозил Рите пальцем.

– Ну это вряд ли. Любители клубнички – народ пугливый, осторожный. Это очень деликатный бизнес, как ты смогла заметить.

– Я заметила, – Рита села напротив Глеба. Женя оказалась посередине и крутила головой по сторонам.

– Они кормят меня уже несколько лет.

– И поэтому ты недавно чуть не послал на три буквы одного из своих кормильцев?

– Кого я послал? – искренне удивился Глеб, – ты о чем вообще?

Он реально не понимал, о чем идет речь и таращился на Риту. Пришла ее очередь удивляться.

– А Пофигист? – улыбнулась она. – забыл? Что ты сделал, когда ему не понравились твои художества?

– А, это, – Глеб махнул рукой, – ерунда. Сняли бы для кого-нибудь другого.

– Ну, да, – встряла Женя. – Чего такого-то? Сто раз им не нравилось, это ты кипишь подняла.

– Ты зачем этим занимаешься? – Рита повернулась к ней. – Из любви к искусству?

Глеб заржал и снова схватил глобус, принялся играть им, как кот с большой игрушкой.

– Из-за денег, конечно, – Женя снисходительно смотрела на Риту, – платят хорошо, как ты успела заметить.

– Бухгалтерам тоже хорошо платят.

– Вот еще, – Женя дернула плечом, – горбатиться в офисе с девяти до шести, общаться со всякими дураками. А тут приятное с полезным, и всегда при деньгах.

– То есть ты отказал Пофигисту, чтобы заработать, так что ли?

Глеб в очередной раз подкинул глобус, Рита вскочила и отбила его, как волейбольный мяч, глобус улетел в коридор и загремел где-то в районе гардеробной. Глеб разозлился.

– Ритка, хватит мне мозг клевать. Не Пофигист – так кто-то другой. Контакты я тебе не дам. Придумывай, ищи девок, считай бабки – это у тебя хорошо получается. Но клиенты привыкли работать только со мной, с тобой на контакт они не пойдут. Ты вообще в курсе, что за порнуху в Уголовном кодексе статья есть?

В курсе, само собой, изучила уже давно. Статья двести сорок два, до шести лет можно схлопотать.

– Рекомендуй меня им, – сказала Рита. – Так для всех будет лучше. С вашим подходом вы скоро останетесь без заказов и без денег, соответственно. У вас тоже есть конкуренты, не забывайте.

– Отвали, – поморщился Глеб, – я все сказал. Получаешь свой процент и радуйся.

Женя выпятила губки и похлопала ресницами. Рита перегнулась к Глебу через стол.

– А что ты будешь делать, если заказов не будет? Из каких денег будешь платить мне, чтобы я не сдала тебя полиции? Вчера тебе плевать на одного клиента, завтра на другого, а через месяц от твоей базы не останется ничего! Как планируешь рассчитываться со мной? И заметь, тех денег, что мы получили вчера, могло и не быть. Это я их заработала, а не ты. И не ты. – Рита глянула на Женю и поднялась с места. Глеб смотрел в стенку и постукивал пальцами по столу.

– Ну, допустим, слил я тебе базу. Дальше что?

Он поглядывал в темноту, куда укатился глобус, будто все остальное вообще не интересовало.

– Еще раз, – сказала Рита, – с этого дня каждый занимается своим делом. Вы, как и раньше, снимаете видео, я занимаюсь организацией. В том числе и переговорами с клиентами. Условия для нас всех прежние, никто ничего не потеряет. Вот и все.

Глеб не выдержал, вышел-таки в коридор и принялся рыскать там, загремел чем-то в полумраке, чертыхнулся. Женя села верхом на стул и раздвинула свои невероятные ноги.

– Ритка, это ерунда какая-то. В нашем бизнесе главное – красивая картинка, чтобы у клиента на нее стояло. Ну вот зачем ты все усложняешь?

Рита потрогала холодный бок чайника, включила газ, нашла чистую чашку с блюдцем. Подумала, что хорошо бы еще и лимон, но в хозяйстве были только яблоки. Женя так и сверлила ее взглядом, Рита села на место Глеба и тоже прислонилась к стенке.

– Сейчас домашнее видео снимают все, кому не лень, у нас полно конкурентов. Это такой же бизнес, как и любой другой, и важно, чтобы клиент шел именно к нам и нес нам свои деньги. А для этого клиента надо любить, угадывать его желания и предлагать что-то новое, а не плевать на него и не подсовывать лажу вместо качественного товара. Я хочу, чтобы заказчики обращались к нам снова и снова, чтобы приводили новых, и чтобы они все тащили нам свои бабки. Знаешь, как в Праге, каждый год проводят конкурс среди пивнушек по розливу и качеству продаваемого там пива. Так вот, борьба всегда идет за второе и третье место, потому, что первое всегда берет только одна пивная и никто не может с ней равняться. Вот и я хочу, чтобы в этом бизнесе были мы и все остальные, чтобы у клиентов и мысли не было отнести свои деньги кому-то другому.

– А ты сможешь? – Глеб нарисовался на пороге, бережно держал в руках глобус и сдувал с него пылинки. Женя аж подпрыгнула от неожиданности и резко повернулась.

– Хуже точно не будет.

Чайник закипел, Рита выключила газ и налила себе чай.

Через два часа у нее в почте была вся база Глеба, еще через час она заставила его обзвонить всех клиентов и сообщить, что отныне по поводу заказов обращаться надо по другому телефону. В субботу Рите написали трое и еще один позвонил. Долго мямлил нечто несуразное, потом, стесняясь, заказал «блондинку из кино с драконами, но это еще до драконов, сразу после ее свадьбы, где она на фоне заката в степи с мужем». Рита ничего не поняла, но все записала, решив проконсультироваться с Женей. «Нужен парик» – отметила сразу и пообещала клиенту все исполнить в лучшем виде. И попросила аванс.

– Раньше не было, – уже другим голосом выдал тот.

– Все меняется, – улыбнулась Рита, – но вы же понимаете, что в наших интересах выполнить ваш заказ как можно скорее. Не сомневайтесь, вам понравится.

Клиент буркнул что-то недовольно, попрощался и вдруг спохватился:

– Там еще лошади были, белая и черная. Нет-нет, они просто рядом стояли, было очень красиво.

«Лошади» – добавила к парику Рита и продиктовала номер своей карты, что использовала для обналички. Деньги пришли через сорок минут, Женька тяжко вздохнула при словах «блондинка с драконами».

– Я так и знала, что пора платиновый парик покупать, – нервно выдала она, – теперь пойдет, только держись.

В воскресенье долго совещались насчет лошадей, причем Глеб на полном серьезе предлагал арендовать пони. Рита эту идею отвергла как заведомо халтурную, взяла паузу подумать. А в понедельник думать стало некогда, потому что в одиннадцать из кадров пришла Руснакова в белой мятой блузке с бантом и черных, слишком коротких и тесных для нее брюках. Она поставила на Юлькин стол тортик в картонной коробочке и чуть ли не поклонилась коллективу.

– Это наш новый сотрудник, Наталья. А это Юлия, это Анна. Еще у нас есть Ира, но она сейчас в отпуске.

Руснакова радостно сверкала очками.

– Я очень рада. Куда мне сесть?

Юлька выпрямилась, развернулась на стуле и в таком виде окаменела. Рита показала Руснаковой на Иркин стол, стерильно-чистый, без единой бумажки или пылинки. Помогла включить компьютер и отправила письмо айтишникам, чтобы те быстро создали новую учетку. Анька тем временем разорвала упаковку тортика, отрезала себе чуть ли не половину и уволокла его за монитор, принялась лопать там, забыв про чай. Юлька пришла в себя, метнула коробку с остатками торта на Анькин стол и за спиной Руснаковой скорчила растерянно-испуганную физиономию. Рита старательно этого не замечала, она показывала новому сотруднику в какой папке что лежит и где что искать. Руснакова первым делом заблокировала учетку: три раза ввела пароль, не переключив раскладку клавиатуры. Рите пришлось звонить и упрашивать айтишников, чтобы те по-быстрому, без заявки дали другой пароль на вход. С пятого раза Руснакова зашла-таки в программу и замерла, глядя в таблицы и мелкие цифры в каждой графе. Анька сожрала торт и посматривала на остатки в коробке. Рите показалось, что еще немного, и Анька начнет грызть прямо от куска, не утруждая себя нарезкой. Юлька стояла около шкафа и делала страшные глаза, показывала в сторону двери. Рита отмахнулась и чуть ли не до обеда сидела рядом с обалдевшей от потока информации Руснаковой – очень хотелось побыстрее вбить ей в голову все, что знала сама, и заняться своими делами.

– Мы делаем отчеты для службы безопасности, для комплаенс, на основе наших данных главный бухгалтер передает сведения в Центральный банк. Также на нас внутренняя статистика для руководства и прочие отчеты по запросам вышестоящих департаментов. Понимаете меня?

– Да. – Руснакова смотрела в монитор и водила мышкой по таблице. Пискнул мессенджер, Рита отвлеклась. «Это что за нафиг?» – прилетело от Юльки. Сама она так и стояла у шкафа со страшными глазами, Анька спешно дожирала торт, буквально давилась, но лопала облитые шоколадом вафли. «Это наш новый сотрудник. Ей надо помочь, если она не справится на первых порах» – Юлька прочитала ответ и покрутила пальцем у виска. Руснакова вздрогнула всем телом.

– Тут у нас сканы отчетов кассиров, – Рита открыла первую папку, – они сдаются ежедневно, мы получаем их на следующий день. Статистика делается на основе отчетов, но иногда бывают нестыковки и приходится ходить в хранилище и сверять первичку. Вам этого делать не придется.

– Хорошо. – Руснакова до судорог вцепилась в мышь, курсор застыл в углу таблицы.

«Что у нее на голове? Это парик? Потрогай» – Юлька вернулась за свой стол и строчила сообщения, сидя спиной к Рите.

«Не парик, успокойся». «Ты проверила? Или я сама!». «Отвали и займись своим делом». «Я боюсь оставаться с ней в одном кабинете. У человека не может быть таких волос». «Тебе больше делать нечего?». «Как руководитель, ты обязана обеспечить мою безопасность». «Это к Тарновскому, он ее одобрил». «А Черников? Как у вас дела, хорошо пообедали? Что ели, кто платил?»

– Здесь формы для статистики. – Рита забрала у Руснаковой мышь и открыла следующую папку. Здесь…

Снова запищал мессенджер, и едва Рита открыла приложение, как посыпались фотки: море, море, поля, заросшие маками и васильками, васильковое же небо, светлый город из белого камня, платаны и дивная волшебная полутень, огромный фонтан с причудливыми фигурами по краю чаши, снова платаны, вино, еще здания с налетом готики, потом фото собаки с шипами, как у химеры и треугольным хвостом. Собака улыбалась с каменной плиты в полстены, рядом толпились полные неповоротливые тетки с фотоаппаратами, на краю кадра виднелись две высокие тонкие дамы. «Это местный дракон, он сто лет жил в пещере и никому не мешал, потом пришла какая-то принцесса и решила вышибить его из пещеры. А это барельеф с реками, девушка изображает Рону, у нее своенравный характер. На фото был кусок стены с женской и мужской полуголыми фигурами, причем девушка сидела так, что ее нога реально свешивалась с края композиции. «Дракон. Нет, лошади все-таки лишнее, и это дорого. Выкачу ему двойной ценник, потом сбавлю из-за лошадей»

– Наталья, прошу прощения, это родственники пишут.

«Ирка пошла в отрыв» – моментально настрочила Юлька. Рита решила не отвечать

– Здесь архив статистики, он нужен – у нас постоянно комплаенс запрашивает данные за прошлые периоды.

– Мы же им отправляем, – подала голос Руснакова. Юлька обернулась, нахмурила брови, окатила Руснакову испепеляющим взглядом и отвернулась.

– Это комплаенс, им все можно…

– А ну не ори на моих детей! – раздалось от двери. Юлька подскочила, Руснакова не шелохнулась, Рита встала с места. Анька подбирала с обертки шоколадные крошки и вопила в мобильник.

– Не ори, я сказала! Это же дети, соображать надо! Подумаешь, колбасу съели, еще купишь! Сам убери, Лиза всегда молоко выливает на пол, она так в котика играет. Это же ребенок, надо соображать! Не ори, я сказала!

– Сама не ори! – рявкнула Юлька. Анька по привычке пригнулась и, точно под обстрелом, выскочила из кабинета. Зазвонил рабочий, Рита бросилась к себе, едва не столкнулась с Анькой в проходе. От нее отвратительно воняло патокой, губы и пальцы вымазаны в чем-то темном и липком. «Милютин?» – при одной мысли аж сердце замерло, но это оказалась Галанова.

– У Руснаковой срок действия паспорта истек, – сказала она, – напомни, чтобы поменяла. А то на штраф налетит, и мы тоже. Как у вас там?

– Нормально, – Рита обернулась. Юлька копалась в своей сумке, Руснакова сидела с прямой спиной, вот реально, точно швабру проглотила, и смотрела в монитор. Рита порадовалась, что Милютин отвалил, пожелала ему мысленно всего самого нехорошего и пошла обратно. Руснакова не шевелилась, точно примерзла к месту.

– Я на обед, – Юлька на дорожку еще раз оглядела Руснакову со спины, покачала головой и испарилась. Вернулась Анька, красная и злая, плюхнулась на место и вдруг опомнилась, схватилась за живот. Рита отвернулась.

– Так, на чем мы остановились… Ага, тут список сотрудников – с ними мы взаимодействуем по отчетности. Вот самый главный, он нас курирует в этом смысле. Милютин Алексей Алексеевич. Вы меня слышите?

– Да. – Руснакова медленно наклонила голову, – я вас очень хорошо слышу. Милютин. Я запомню его.

– Лучше записать. – Рита побежала к принтеру, вытащила несколько чистых листов и положила их перед Руснаковой, та взяла ручку, положила ее сверху и прикрыла ладонями.

– Так, – Рита села, выдохнула, – это мы посмотрели. Теперь еще важно, вот тут у нас формулы для формы четырнадцать. Этот отчет для…