- -
- 100%
- +
Зосю Иван Сергеевич разыскал на картофельном поле. Когда они подъехали, Зося подходила к бурту с тяжелым ведром картофеля. Увидела их и направилась к машине.
«Ты, смотри, – удивился Иван Сергеевич, – у нее походка, как и у Василины была. Та же стать! По полю шагает, словно, по паркету на высоких каблуках. Молодец, девочка, вся в маму!»
– Здравствуйте, Иван Сергеевич! Мама умерла?
– Да, детка. Вот письмо просила тебе передать. А ты откуда знаешь? Сказал кто-то?
– Я давно знаю. По дороге в Горевск догадалась. Хотела возвратиться, но мама мне приказала уехать – не посмела ослушаться. Давайте письмо.
Зося взяла сложенный листок бумаги, погладила его рукой и бережно спрятала в карманчик своей куртки.
– Потом прочитаю – когда останусь одна.
– Как ты устроилась, Зоя. Где живешь, я уже знаю, заезжал в общежитие. Как учеба? Как здоровье?
– Все хорошо, Иван Сергеевич. Да, живу в общежитии. Комната маленькая, но чистенькая и уютная. Мы в ней втроем живем. Мне предлагала моя однокурсница – Людмила, переехать к ней жить, но я не захотела. Буду жить в общежитии, так надежнее – кому нужен чужой человек? А учеба у нас еще не началась: с первого же дня нас отправили картошку копать. Но, я думаю, что и с учебой справлюсь.
Иван Сергеевич внимательно всмотрелся в лицо девочки – лицо осунулось и побледнело, вокруг глаз темные круги.
– Ты, Зоя, всегда можешь рассчитывать на мою помощь и поддержку. Я могу тебе деньгами помогать и на каникулы забирать к себе домой.
– Спасибо, но у меня все есть – стипендия назначена, место выделено в общежитии. Я справлюсь сама. Вы лучше за маминой могилкой присмотрите.
– О чем ты просишь, Зоя? Я каждый день бываю на ее могилке и пока сам жив, то Лина не будет забыта. Учись и сил набирайся. Это твоя главная на сегодняшний день задача.
Только поздним вечером, когда девчонки ушли на танцы в местный клуб, Зося развернула последнюю мамину записку:
«Здравствуй, мой дорогой и любимый ребенок! – буквы легко и ровно бежали по смятому листку из школьной тетради, – Помнишь, что ты мне обещала? Учиться, учиться, и учиться… Возможно, эта фраза затаскана до дыр и превратилась в клише, но именно она точно определяет мой последний наказ своей доченьке. Только образованный и самодостаточный человек может обеспечить свое независимое будущее. Я верю в тебя, мое солнышко. Живи долго и счастливо. Целую. Твоя самая родная мама»
Глава 5
Настоящая учеба в техникуме для Зоси началась только в начале октября – для нее это были обычные школьные уроки с простой школьной программой. Специальные предметы по профессии в техникуме изучали, начиная со второй половины третьего курса. Куратор их группы, Роза Самуиловна, лингвист по образованию, была свободна от семьи и домашних забот – муж три года назад умер, а единственный сын работал в Израиле. Роза Самуиловна за короткое время сумела протоптать дорожку к сердцу каждого своего подопечного. Только Зоя Ромашова, староста их группы, близко к себе никого не подпускала. Даже ее, казалось бы, верная подружка, Люда Пименова не смела вторгаться на личную территорию Зосиной жизни. В начале учебного года Люда пыталась пригласить Зосю после занятий погулять, сходить в кино, на стадион или пообедать вместе в студенческой столовой, но Зося категорично все предложения отклоняла – она устала и хочет отдохнуть. А дело было вовсе не в усталости: Зося училась жить по средствам. А они были совсем незначительные. Та небольшая сумма, которую смогла выделить ей мама, растаяла и утекла просто в никуда.
«Жить по принципу, куда кривая выведет, нельзя, – укоряла себя Зося, – деньги просто необходимо научиться считать и тогда все получится. Получу стипендию – сразу нужно заплатить за место в общежитии, отложить 2-3 рубля на чулки, носки. То, что осталось на питание, разделить на тридцать дней. И за пределы, установленной суммы, никогда не выходить, что бы ни случилось». Но ее ежедневные расходы были настолько мизерны, что за них нельзя было пообедать в студенческой столовой даже один раз в сутки.
Основной набор продуктов, которые могла позволить себе Зося – картофель, капуста, молоко, растительное масло и черный хлеб. Один или два раза в месяц, при условии жесточайшей экономии, она ходила в местный кинотеатр, а потом заходила в овощной магазин и покупала баночку фасоли в томатном соусе. Какая же вкусная была эта фасоль! Бутерброды из фасоли на черном хлебе были ничуть не хуже крутонов с паюсной икрой, которые обычно готовила мама на праздничный стол.
Ее соседки по комнате в общежитии обедали в студенческой столовой и о Зосином ежедневном меню даже не догадывались. Внешне спокойная и уравновешенная Зося никогда не участвовала в их перебранках по любому поводу, будь это не подметенный пол в комнате или внимание одного мальчика на двоих. Мальчики ее пока не интересовали, а пол она могла подметать и каждый день, не ожидая свою очередь.
Впрочем, в дискуссиях на тему правильного решения домашних заданий Зося всегда принимала самое активное участие. У девчонок стало правилом – не знаешь или не понял, спроси у Зоси, она поможет и подскажет.
Ира Гвоздикова и Инга Золотарева были старше Зоси на целый год.
Обе из благополучных семей с любящими мамами и папами. Но какие, же они были разные! Тоненькая, грациозная Ира, с большими карими глазами и темными волосами привлекала внимание не только своих однокурсников, но на нее заглядывались уже и ребята со старших курсов. Инга Золотарева – крикливая, и всем недовольная особа с кривыми ножками и горбатеньким длинным носиком, мальчишеским вниманием была обделена, а потому следовала за Ирой постоянной тенью – может и ее, назло Ирке, заметят.
На новогоднем техникумовском мероприятии, как всегда закончившемся танцами под самодеятельный, надо отдать должное – приличный инструментальный ансамбль, Иру заметил и подошел пригласить на танец студент третьего курса, Петя Котович. По лицу Инги пробежала тень зависти – мальчик ей понравился.
Высокий, с вьющими русыми волосами и голубыми глазами юноша явно уделял много внимания спорту. Его широкие плечи и накаченные бицепсы уже, наверное, разбили не одно девичье сердце. Парень тоже был приезжий, из другого города, и жил в их общежитии, этажом повыше. Так вместе, втроем, в этот вечер они и возвратились в общежитие. Инга не чувствовала себя третьей лишней, наоборот, старательно оттесняла Иру на задний план – вспомнила все ее неудачи в учебных классах и не украшающие Иру курьезы из совместного проживания в общежитии.
Над подружкиными остротами Ира смеялась вместе с Петей, но в своей комнате набросилась на Ингу с кулаками.
Инга вцепилась ей в волосы. Завязался самый настоящий кулачный бой, сопровождающийся базарной перебранкой.
– Дрянь, дрянь, – кричала в ярости Ира, – не смей больше таскаться за мной. Посмотри на себя – уродина кривая. С тобой стыдно даже по улице идти рядом, а ты еще и язык свой поганый распускаешь.
– Сама уродина, тебя бог умом обидел. Петя не будет с тобой дружить, он умных девочек предпочитает.
– Это тебя, что ли?
– А хоть бы и меня. Ему со мной было весело.
– Девчонки, прекратите, – кинулась к ним Зося, – вы, что мальчишку не поделили, что ли? Посмотрите на себя – две красные растрепанные дуры. О, да вы еще и расцарапанные все. А домой, на каникулы как поедете? Что о нас ваши родители подумают? Наверное, решат, что у нас тут военные сражения каждый день. Ты Инга, иди, умойся. А твои царапины, Ира, мы сейчас йодом обработаем. Ну, давайте, расходитесь.
Зося осматривала расцарапанные Ирины руки и вздыхала:
– Глупенькие несмышленыши! Поддерживать друг друга надо, а не драться по каждому пустяку.
– Так разве это пустяк, когда тебя высмеивает подруга при мальчике? Он, видите ли, ей тоже понравился. Какая она все-таки подлая, эта Инга!
– Подожди, не спеши приклеивать Инге ярлыки. Мы пока еще недостаточно знаем друг друга. Может, она не такая уж и подлая, просто у нее с юмором не все в порядке. А ваш Петя должен сам разобраться, кто ему больше нравится – ты или Инга. И вам из-за него не стоит драться. Разве правильно навязывать свою любовь или даже дружбу другому человеку? Ну, что, успокоилась?
– Да, все нормально. Зося, а давай мы Инге предложим переехать жить в другую комнату.
– Мне никто не мешает. А свои взаимоотношения вы, пожалуйста, улаживайте без меня.
Ира в этот же вечер попросила Ингу переехать жить в другую комнату. И пригрозила заявлением коменданту. Инга прикинула, что может потерять постоянного репетитора по всем предметам в лице Зои Ромашовой, и дала задний ход.
– Ирочка, дорогая моя подружка, прости ты меня неразумную. Не знаю, что на меня нашло. Никогда, слышишь, никогда это больше не повторится.
И примирение тут же состоялось. Правда, все они оценили это событие по-разному.
Ира была довольна собой – не такая уж она и дура, если сумела поставить на место высокомерную Ингу. Инга запомнила свое унижение и готовила яд, чтобы при случае ужалить Иру побольнее. А Зося просто радовалась, что в комнате наступила тишина, можно снова спокойно составлять словарь английских слов. Английским языком она увлеклась всерьез, и все свободное время учила слова и записывала их в свой словарь.
На следующий день к ним в комнату зашел Петя. Ира с Ингой засуетились, разволновались, начали торопливо собирать и прятать в шкаф разбросанные вещи. Петя уселся на предложенный ему стул, выслушал Ирин рассказ о новом интересном фильме, который шел во всех кинотеатрах. Но в кино девчонок не пригласил, а пересел поближе к Зосе и заглянул в ее тетрадку:
– Понятно, английский зубрим. А что это у вас программа какая-то странная – мы этого не проходили.
– Это не учебный материал, – ответила Зося, – просто слова учу из журнала.
– Здорово! Давай вместе разбираться. Я принесу хорошие словари с транскрипцией каждого слова – у меня их много. Мне тоже всегда хотелось свободно владеть английской разговорной речью – да все времени не хватало. Тебя как зовут?
– Зоя Ромашова.
– Так значит, ты и есть тот вундеркинд с первого курса, о котором Роза Самуиловна всем взахлеб рассказывает? Дома тебя мама как называет?
– Для мамы я – Зося.
– Очень необычное для наших краев имя. Так паненок польских зовут. Мне нравится. Можно и мне тебя так называть?
– Конечно, можно. Только я не польская паненка, я – местная, из этих краев.
– Что ты оправдываешься? Имя красивое и сама ты интересная. Когда на каникулы уезжаешь?
– Я останусь здесь. Хочу языком позаниматься, да и мама надолго уехала в командировку.
– Тогда я за словарями.
– Петя, – не выдержала Инга, – а ты когда уезжаешь?
– Вообще не уезжаю, – наш ансамбль на все каникулы расписан на концерты. Остаюсь здесь, я единственный в ансамбле играю на саксе.
– Вот дела, – помрачнела Инга, – а меня родители завтра будут встречать на вокзале. Придется ехать, иначе мама скандал учинит.
Девочки уехали, и Зося на целых две недели осталась в комнате одна. Боль и тоска от потери самого дорогого в ее жизни человека не покидала ее ни на минуту.
О том, что мама умерла, Зося никому не сказала. Только Людмила сразу заметила, что Зося приехала из своего Ивановска мрачная, подавленная и какая-то другая, но в душу к подруге лезть не стала. Пройдет время и все образуется.
А сейчас самое главное то, что Зося безотказно помогала Людмиле долбить гранит науки. Люду вполне такие взаимоотношения устраивали – и помощь всегда под рукой и она, Милочка, за это никому и ничего не должна. На каникулы у нее были свои, давно составленные планы. В первые каникулы она мечтала оторваться по полной программе и тихая, скромная, а в последнее время и какая-то отрешенная Зося в эту программу не вписывалась. Поэтому в последний день учебы Милочка чмокнула Зосю в щеку и пожелала счастливых каникул. О том, что мама и сестра просили пригласить Зосю к ним в гости, ну хотя бы на один или два дня, Люда умолчала. Да ну ее, эту Зоську! Скучная, как серый осенний день Зося своим видом могла испортить настроение всей веселой Милочкиной компании.
Зося вовсе не обижалась на Людмилу, она действительно очень хотела остаться одна. Будет время и маму вспомнить, и о себе подумать. Но поплакать и погрустить в тишине у Зоси не получилось! Петя притащил толстенные словари английского языка. Кроме своих собственных словарей, которых ему показалось недостаточно, он собрал всю учебную литературу по английскому языку у своих друзей.
– Так, Зося, давай планировать наши каникулы.
– Подожди, у тебя же все уже спланировано и расписано.
– Да, это так. Но сейчас мы все подкорректируем, подожмем и совместим наши планы. С утра я свободен, свободна и ты. Значит, мы вместе занимаемся английским. Затем у меня репетиции, а ты решаешь свои хозяйственные проблемы. На мои концерты вот тебе пригласительные. В спортивный зал и на лыжный пробег вместе. Мы еще и время выкроим сходить на каток. Все, и не спорь.
– Я и не спорю. Я давно не была в спортивном зале, а вот с лыжами и коньками у меня проблема. Никакой устойчивости, постоянно падаю. Поэтому у меня никогда коньков не было.
– Эту проблему мы решим – поддержим тебя в нужную минуту, чтобы ветром не унесло. А коньки и лыжи возьмем напрокат. Мне за концерты, между прочим, деньги платят. Так, что гуляем!
– Не гуляем, а правильно проводим свободное время, – уточнила Зося.
Зося и не заметила, как закончились эти удивительные каникулы. Скучная зубрежка английских слов превратилась в системные занятия по изучению языка. В отведенное ей свободное время для хозяйственных проблем, Зося успевала разобраться в очередной главе из учебника. На следующий день этот материал они разбирали вместе с Петей. У Пети была отличная память, поэтому повторению пройденного отводился минимум времени. Кроме того, Зося писала обстоятельные конспекты, к которым всегда можно было обратиться за подсказкой.
Во всем остальном непререкаемым лидером был Петя. Петя с детства любил опекать и поддерживать малышню. Сам он вырос в типичной неполной семье. Его маму во всех инстанциях называли матерью-одиночкой. Правда, сам Петя всегда не понимал, почему мама-одиночка? Они вдвоем с мамой, значит, мама уже не одинока. А кроме всего, их дом всегда был полон малышней.
Клавдия Ивановна Котович обучала детей книжной мудрости с первого по четвертый класс. С каждым своим учеником находила общий язык и совместные интересы. Дети быстро привязывались к ней, доверяли свои маленькие тайны и очень часто нуждались в ее советах и поддержке. В их доме постоянно кого-то подкармливали или вытирали слезы и промокший от детского горя нос. Петя охотно возился с детьми. Разыскивал спрятавшихся малышей в укромных местах, которые он знал наизусть, правил забавные рисунки, разнимал драчунов и наказывал виновных. Они жили вдвоем с мамой на скромную зарплату учительницы младших классов, но для малышей всегда находилось маленькое угощение. Петя очень рано понял, что мама перегружена работой – в школе дополнительные часы, чтобы хоть как-то решить материальные проблемы, а дома стирка, уборка и прочие хозяйственные дела. Иждивенцем Петя быть не хотел, и поэтому постепенно оттеснил маму от домашних дел. На карманные расходы деньги он у нее никогда не просил – решал эту проблему самостоятельно. Выручало вторичное сырье. Школе даже план доводили по сбору утиля. Вот Петя и решал сразу две проблемы – школе выполнение плана по сдаче макулатуры и металлолома, а себе карманные деньги. Десять классов он решил не заканчивать – техникум обеспечивал ему десятилетнее образование, а еще и профессию в придачу. Кроме всего, если нормально учиться, то вместо макулатурных денег можно получать стипендию. Мама сначала возражала, а потом решила: Петя человек ответственный и если он сделал выбор, то надо с ним считаться. Направление в техникум на учебу он получил без особых трудностей. Банки охотно обучали молодых парней своей профессии. Специфика банковской работы сформировала в этих финансовых учреждениях устойчивые женские коллективы. Не каждому это дано – провести целый день в поисках затерявшейся копейки, из-за которой не верстается баланс или складывать засаленные купюры в пачки, сидя в банковском хранилище, где с устоявшимся специфическим запахом бывших в неоднократном употреблении купюр, не могла справиться никакая вентиляция. Женская скрупулезность и педантизм высоко ценились банковскими руководителями, но управлять таким коллективом задача не из легких. Поэтому и стремились банкиры привлекать на учебу в ведомственные учебные заведения молодых и перспективных мужчин. В дальнейшем переучивать не надо, а возрастной ценз позволяет вырастить руководителя.
Петя скоро должен был окончить техникум, но банковским служащим себя не видел. Особой усидчивости он в себе не наблюдал, с цифрами возиться не любил. Какой из него бухгалтер или кассир? Свою дальнейшую судьбу он хотел связать с армией. Поэтому его планы на ближайшее будущее предусматривали службу в армии или поступление в военное училище.
На каникулы домой он уезжал редко – записывался в студенческий стройотряд или выступал с концертами в составе своего ансамбля. Конечно, деньги небольшие, но заработаны они собственным трудом. Парень твердо следовал своим принципам о самостоятельном жизнеобеспечении.
В Зосе он сразу заметил ту усидчивость и упорство в достижении задуманного, которых не было у него. Ведь никто не заставлял ее заниматься английским языком. Сама упорно изучает разговорную речь жителей туманного Альбиона и его, Петю, тянет за собой. Казалось бы, короткие каникулы, а они уже возвращаясь из кинотеатра, простенький диалог сумели составить о героях фильма.
И вообще Зоська классная девчонка! Глаза огромные, серо-голубые. А волосы! Копна ее волнистых волос весит, наверное, побольше, чем сама худышка Зоська. Маленькая она еще совсем, и какая-то очень грустная. Там где все хохочут – по лицу Зоськи, словно тень, улыбка скользнет, но и это уже событие.
Один раз только Петя слышал, как Зоська заливисто смеется.
Отправились они кататься на лыжах. Сначала в пункте проката никак не могли подобрать для девочки ботинки – очень маленькие у нее оказались ноги. Потом сообразили на эти маленькие ноги надеть две пары носков и туго завязать шнурки. Теперь лыжи вроде и держались на Зосиных ногах. Старый парк зимой был любимым местом всех горожан – одни катались на лыжах, другие просто гуляли по парковым заснеженным аллеям. Каждый год заядлые лыжники прокладывали лыжню по давно сложившемуся маршруту – сначала она уходила в глубину леса, и виляла в сумраке между старыми соснами, а затем неожиданно выскакивала на залитое светом и застеленное толстым снежным одеялом поле. Казалось, что конца и края этому полю не будет – такое оно было чистое, белоснежное и сверкающее. Но в конце поля лыжников ждал сюрприз – спуск в старый овраг с достаточно крутыми откосами. Те, кто любил экстрим проводили на этом спуске целый день. Спуститься, соблюдая осторожность, без синяков и ушибов, могли многие. А вот подняться наверх – это была тяжелая работа. Преодолеть подъем с первой попытки удавалось немногим. Лыжи скользили и срывались вниз, увлекая за собой и незадачливых лыжников. Здесь всегда было многолюдно, шумно, смешно и весело.
Зося на удивление легко преодолела всю трассу. Но, когда они с Петей подъехали к спуску, она решительно отказалась спускаться:
– Петя, ты спускайся, я тебя здесь буду ожидать.
– Нет, уважаемая, или вместе спускаемся, или возвращаемся назад.
– Петя, пожалуйста, не обращай на меня внимание. Спускайся – по глазам вижу, что тебе очень хочется прокатиться с ветерком.
– Нет, Зоська, или вместе, или никто.
И Зося согласилась. Спустились вниз они без особых приключений. Но вот подъем Зося осилить никак не могла. И лыжи «елочкой», и Петина рука ситуацию не исправляли: Зосины лыжи упорно сбрасывали ее вниз. В конце концов, с Зосиных ног упали ботинки вместе с лыжами и скатились вниз, а Зося осталась разутая на склоне. Сначала она испугалась, а, может, просто засмущалась от своей неловкости, а потом посмотрела на свои несуразные ноги в толстых носках, заулыбалась и залилась счастливым колокольчиком. Петя снял со своих ботинок лыжи, закинул смеющуюся Зосю на плечо, и поднялся с ней наверх.
– Жди меня здесь, сейчас принесу твои ботинки с лыжами.
– О, какие люди, – к ним ловко подкатила на лыжах рыжая девчонка, – здравствуй, Зося! А почему ты здесь? Разве ты не уехала в свою деревню? Может, познакомишь меня со своим товарищем. Я видела, как он тебя наверх поднимал, славненько так, словно, мешок с картошкой!
– Ты снова все забыла, Людмила! Во-первых, я приехала из районного центра, а не из деревни. Во-вторых, я тебе говорила, что моя мама уехала в длительную командировку, поэтому я осталась здесь. Моего товарища зовут Петя, он тоже учится в нашем техникуме, двумя курсами старше. Петя, это моя однокурсница, Милочка.
– Зося, а почему ты не сказала, что я твоя лучшая подруга? Ну, да ладно. Петя, ты, кажется, собираешься вниз спуститься? Давай вместе, я на лыжах давно катаюсь, тебе не будет за меня стыдно.
– Ты извини, Мила, мы с Зосей решили уже возвращаться, поэтому я тебе компанию составить не могу. Ну, пока!
Петя принес Зосины ботинки, надел ей на ноги и они поехали через поле к лесу. Люда сразу потеряла интерес к спуску, развернулась, и хотела было догнать эту задавалу Зоську, но вспомнила насмешливые глаза ее спутника и решила, что не следует торопиться, у нее еще будет время поближе познакомиться с Петей. Она сразу узнала парня – Ира с Ингой всем девчонкам в группе о нем уши прожужжали. Нужно чаще заходить к Зоське в общежитие, ведь Петя тоже там живет. Придется Зосю попросить, чтобы подтянула подругу по химии. Все на курсе знали, что Ромашова человек бескорыстный и безотказный. И многие этим пользовались.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.