Ого. Камень с души
- -
- 100%
- +
– Подобное заявление от женщины, которая залетела, предохраняясь – так себе рекомендация.
Замечание такое я сделал крайне неосмотрительно. И тут же был бит диванной подушечкой, которая первой попалась благоверной под руку. Так что в результате этой атаки даже моя гордость не пострадала. А когда любимая утихомирилась, я показал глазами на дверь, в которую минуту назад стремительно вылетела дочка.
– Поясни?
– Не ждала такой реакции. – улыбнулась лиса, вытягиваясь на мне. – Ты же всегда так нервно реагировал на их отношения, всегда говорил, что она еще маленькая, рано. А тут вдруг спокойно разрешил им сожительствовать, не возмутился, не попытался пристукнуть Архимеда на месте. Лидия сильно опасалась, что ты воспылаешь праведным гневом, даже меня попросила помочь сдержать твой гнев. Вот и растерялась, вспылила, когда все пошло не так, как она полагала.
– Ну восемнадцать лет девчонке, уже взрослая. Надо это понять, принять и смириться.
– Надеюсь, когда придет время, ты и в отношении Миры это осознаешь.
– А ты?
Регинка фыркнула и воспользовалась моими слабостями в отношении ее, чтобы уйти от ответа. Потому что совсем недавно повела себя не лучше, чем я раньше. И по совершенно невинному поводу: Оникс-младший пригласил в гости одноклассницу. Ребята просто сделали уроки вместе, пообедали со всеми, поиграли в приставку. А потом сынок, как истинный джентльмен, проводил девочку домой. Все очень невинно и даже невооруженным глазом видно, что они просто хорошие приятели. Но жена потом половину вечера в себя прийти не могла и постоянно возвращалась к теме внезапной гостьи. Сын, мол, совсем еще малыш, а уже виснут на нем всякие! Хотя девочка-то объективно симпатичная, да и парню уже тринадцать годиков. Но эту мать не переубедить и не объяснить.
А вот Лидии мне объяснить свою позицию удалось. Вечером я улучил момент, когда дочка уже успокоилась, пришел к ней в комнату и мы откровенно поговорили. Конечно, я обозначил свою позицию, признался, что для меня она всегда останется малышкой. Но это мои трудности и мешать ее счастью они не должны. А Архимед, как я уже говорил, замечательный парень.
Объяснил я и почему не против того, чтобы они пожили вместе до свадьбы. Хоть у нас и достаточно консервативная семья, я считаю, что некоторые моменты лучше узнавать до того, как при всем честном народе дашь клятву быть с человеком отсюда и до конца вечности. Потому что сам в свое время на этом обжегся. С первой женой мы дружили десять лет, встречались три недели, а в одной постели и в одном доме оказались только в первую брачную ночь.
И если по быту у меня никогда не было вопросов к Силии, то с сексом обнаружилась полная катастрофа, масштабы которой я стал осознавать постепенно. К счастью, дочь с Архимедом встречается гораздо дольше, чем три недели – целых пять лет. Что там у них с сексом – не знаю, знать не хочу, да и не мне в это соваться. Но в остальном вроде бы у ребят все отлично. Вроде бы. Понятное дело, он любовь всей ее жизни, они идеальная пара и в прошлом тоже были вместе… Но то в прошлом. А в настоящем гораздо лучше будет им узнать друг друга до свадьбы, чтобы дочке не пришлось повторять мои ошибки, и потом либо терпеть всю жизнь того, кто ей не подходит, либо разводиться. Тоже ведь приятного мало.
Тем более я доверяю своей дочери и знаю, что глупостей она не натворит. Но если в результате их пробного забега до брака вдруг и сделает меня дедом, случайно или не очень – а что тут такого? Семья у нас большая, финансовое положение отличное, так что нового члена рода поднимем на ноги без проблем.
Дочь меня поняла, обняла и поблагодарила. И стала собирать вещи. Засветилась даже, получив мое благословение! Я же про себя понадеялся, что этот эксперимент с совместным проживанием будет непродолжительным и продуктивным. Не хочется, чтобы Лидия повторяла мою ошибку и бежала под венец не подумав. Но и чтобы у них путь к алтарю растянулся на шесть лет, как у нас с Регинкой или у моей сестренки Труди с ее Налоном – тоже не хочется.
– Не думаю, что они будут так тормозить. Ведь, к огромной нашей радости, их история обошлась без таких драм, как у нас. – чуть позднее справедливо заметила жена. – У них было только счастье. Даже не знаю, ссорились ли ребята хоть раз.
– В самом начале, немного. Но вообще я удивился такому их решению. Думал, уже не терпится законным браком сочетаться, препятствий ведь нет.
– Лидия боится, милый. – улыбнулась лиса. – Это ведь ее идея – пожить вместе до свадьбы. Архимед ее понял и согласился.
– Так. Чего она боится? – моментально напрягся я.
– Успокойся, лось-защитник. – развеселилась жена. – Это вполне естественный страх. Восемнадцать лет Лидия была ребенком, дочерью, беззаботной девчонкой. А теперь она становится девушкой, взрослой. Да еще и женой, возможно, скоро и матерью будет. Новая территория, незнакомая и потому страшная. Опять же, классическое волнение перед свадьбой никто не отменял!
– А… А ты волновалась и боялась перед свадьбой?
– У нас с тобой совершенно не классическая ситуация, котик. Обними меня.
Я тут же охотно исполнил ее просьбу. И красотка, разнежившись в моих объятиях, призналась, что волновалась она все предыдущие годы. Волновалась, злилась, не находила себе места, металась и чувствовала, как ее разрывают два совершенно противоположных желания: послать меня к черту окончательно и быть со мной всегда.
Когда же наконец мы определились, убрали все препятствия с пути к счастливой жизни, она наоборот успокоилась, перестала волноваться и бояться. И поскольку я делом доказал, что мне можно и нужно доверять, Регина расслабилась. И единственное чувство, которое она испытывала перед свадьбой – нетерпение.
– Оказалось, для меня это тоже важно – стать твоей на всех уровнях, в том числе и в рамках закона. – улыбнулась благоверная. – Я обошлась бы без пышной свадьбы, но узаконить наши отношения очень хотелось! И жить потом нашу счастливую жизнь, которую ты и организовал. Не зря я сгорала от нетерпения!
– Наше счастье делаем мы вместе. – я обнял ее покрепче. – Надеюсь, у Лидии с Архимедом, у всех наших детей будет такое же.
– Хочется, чтобы такое счастье посетило как можно большее количество людей!
– Так над этим мы и работаем, зай.
Регина со мной согласилась. Да, пожалуй, это и есть наш основной мотив: сделать людей счастливыми. Мы не боги, конечно, и потому конкретно счастье – не совсем наша задача. Но мы хотя бы можем исключить некоторые причины, по которым люди бывают несчастливыми. И когда это получается, мы и сами становимся еще счастливее. Потому что счастье никогда не остается только у одного человека и распространяется на всех причастных.
А в причастных, кстати говоря, мы недостатка не испытываем. Вообще сначала я думал, что мой отряд только из меня и будет состоять. Однако Регинка меня поддержала и это здорово. Но ограничиваться только нашей сладкой парочкой мы не стали. Иногда к нам присоединяются друзья и родственники.
Нередко я уступаю штурвал сестренке Труди. Она первоклассный пилот и имеет чувство пути, без карт знает, куда лететь. Ей составляет компанию супруг, Налон. Тогда все наши дети на время таких командировок отправляются к родителям. Или же Налон остается дома и наши сын с дочкой гостят у них, общаются с двоюродным братиком.
Порой к нам присоединяются и Майкл с Лией. Все-таки наше семейство так много пережило, что периодически каждый член рода нуждается в периодическом всплеске адреналина. И такие вылазки его обеспечивают. А мы с лисой не против. Чем больше народу – тем веселее, да и с делами мы справляемся быстрее. Так что наш звездолет всегда открыт для всех желающих соратников.
Глава четвертая. Внезапное дело?
Но, конечно, чаще всего на борт поднимаются властяне. И дело вовсе не в том, что они у нас крутые телепаты. Майкл с Лией тоже не напрягаясь могут прочитать мысли окружающих, к тому же они эмпаты. А Гертруда, как я уже сказал, отличный навигатор и иногда находит пиратов без каких-либо предварительных манипуляций, просто сразу приводит нас к их логову. Будто носом чует их!
Налон тоже имеет особые способности. От биологического отца9[1] он унаследовал высокую восприимчивость к электрическим импульсам, и потому с любой техникой ладит отлично. А поскольку техника на разных планетах тоже разная, иногда он сильно нас выручает. К тому же он от электричества и зарядиться может, так что в нужный момент будет полон энергии. Налон еще и штурман, они с Труди – отличный летный экипаж. Вдобавок зять, после знакомства с биологическим папашей, стал усиленно изучать тему виртуальных реальностей, это порой тоже может пригодиться. Наконец, он крупный и сильный мужик, которого тренировали его отец и мой двоюродный дед Алекс. Так что зять и боец классный.
Впрочем, Лиам тоже в драке очень полезен, пусть и ростом невелик. А Астория часто работает в паре с Регинкой, когда нужен мощный удар красоты и женственности по пиратам. Моя лиса Асти многому уже научила! Если же властяне кооперируются, то так телепатически пудрят мозги пиратам, что те сами бегут нам сдаваться.
Иногда нам и Саша помогает, и наши близнецы – Том и Гек. Но они больше работают по официальной части. Александра консультирует нас по межгалактическому праву. А братья-близнецы, которые до сих пор приглядывают за Глизе, оказываются полезны тогда, когда требуется провести какую-то операцию на высоком уровне власти. Это наши, так сказать, удаленные члены отряда, работающие дистанционно.
Состав меняется в зависимости от миссии. Иногда в основном работаем только мы, мужчины. А порой действуют наши женщины и нам остается только скрутить негодяев, освободить жертв и выполнить другие быстрые задачи, которые требуют приложения только физических усилий.
И все благодаря грамотному распределению. Когда мы беремся за очередное дело и начинаем разрабатывать план, конкретизируем, как быстрее и эффективнее добиться своей цели. А потом просто распределяем обязанности согласно способностям. Такой подход несколько раз обнаруживал высокую эффективность и отказываться от него мы не собираемся.
Поначалу я, как и пятнадцать лет назад, немного опасался того, как будут проходить наши миссии. Все-таки на борту собирается достаточно разношерстная компания, все со своими привычками и понятиями о прекрасном. Это когда мы с Регинкой вдвоем путешествуем, у нас тишь да гладь. А как будет с приятелями?
Но и в этот раз опасения оказались напрасными. Все люди взрослые, и да, имеют свои устоявшиеся привычки. Но и мозги у нас тоже есть. Мы понимаем, что объединяемся ради общего дела, мы команда. А потому создаем на борту пространство, комфортное для всех. И любые вопросы решаем на старте, а не тогда, когда они преобразуются в конфликты.
Так что все у нас хорошо. Единственное, что так и не перестало меня удивлять – это то, что все остальные считают меня лидером. Я, как и жена, ко власти не стремлюсь и вообще не против, чтобы все мы имели равное положение. Но сама Регинка в тот же вечер, когда решила присоединиться к отряду, передала мне все лидерские права.
Ее я в какой-то степени понимаю. Лисе нравится, что я и в доме главный, а на борту так тем более. Ведь я столько лет за пиратами охотился, у меня огромный опыт. Так что она сразу же заявила, что я главный и ни разу не пожелала забрать свои слова обратно. Однако жена – это жена, она у меня особый случай.
Но и остальные последовали ее примеру! Я еще могу понять Труди и Налона: все же я старший брат, да и с зятем у меня разница в возрасте в десять лет. Возможно, это играет свою роль. А вот Лия всего на пару годиков меня младше, Майкл же мне вообще дядюшка и старше! Так что я сильно удивился тому, что и они меня лидером считают. Как и властяне – хотя отряд мы когда-то создавали вместе с ними.
– Дело не в возрасте, милый, иначе командиром отряда была бы я. – улыбается Регинка, которая старше меня на триста лет. – Не в том, кем кто друг другу приходится. И даже не в опыте, хотя некоторую роль он играет… Но не основную. Мне было семнадцать лет, когда меня хотели короновать!
– Ну ты ведь избавила народ от тирана.
– Да, и в благодарность народ возжелал посадить меня на его место. Но честное слово, я бы не продержалась на троне столько лет, если бы не могла объединить людей. И ты можешь. Я тебе еще в первые месяцы нашего знакомства говорила: ты лидер. Ты собираешь всех нас, вокруг тебя хотят собираться. И ты интуитивно делаешь правильно, тебе доверяют. Поэтому, котик, ты сверху.
– Разве? А сегодня с утра…
– Фигурально выражаясь! – смеется она в ответ на мое замечание. – Но и в нашей спальне, вне зависимости от того, кто на ком, ты главный. Меня это безумно возбуждает, так что предлагаю тебе и дальше удерживать лидерские позиции.
Это предложение я с удовольствием принял. Раз моей женщине все нравится – и на борту, и в постели, мне грех жаловаться! А раз остальные члены нашего отряда выбрали себе лидера в моем лице – кто я такой, чтобы с ними спорить? Тем более, думаю, тут еще одна причина есть. Все-таки мы с Регинкой наиболее постоянные члены отряда. И поскольку она никогда не претендует на лидерство, отдуваться приходится мне.
Однако когда дело касается распределения вознаграждения за очередных преступников, я мигом забываю о своем лидерском положении. За пиратов до сих пор неплохо платят, и полученную сумму я просто делю по количеству человек, участвовавших в захвате. Лиса, правда, активно возражает и требует, чтобы ее часть я забирал себе.
– Ты меня задариваешь, обеспечиваешь нас, у меня все есть, котик! – каждый раз сообщает она. – Ну и зачем мне деньги?
– Лишними не будут, Регин. Расслабься.
Хотя, честно говоря, у нас с ней и без этого отличное финансовое положение. Но если есть такой приятный побочный эффект от восстановления справедливости и мира во всем мире – не надо от него отказываться. Остальные члены отряда вот не отказываются и правильно делают. Это действительно не лишнее.
В целом, год спустя я могу сказать, что все оказалось даже лучше, чем я думал. Ребята нам здорово помогают, а если по каким-то причинам не могут принять участие в очередном деле – мы с Регинкой и сами отлично справляемся. Ведь мы и правда прекрасная команда, которой абсолютно ничего не страшно.
Мы готовы даже если дело застает нас врасплох. Так и случилось сейчас: мы с Труди и Налоном только-только доставили на патрульную базу очередную банду. Сестра с мужем сразу оттуда переместились домой, к сыну. А мы повели корабль обратно на лебединую планету, намереваясь ближайшие несколько недель провести в компании наших детей.
И пока мы не слишком удалились от патрульной базы, где стоят мощные усилители сигнала для арновудов, я позвонил Оксинту. Это другой мой дядюшка, и я спешил поздравить его с очередным днем рождения, пока еще есть связь. Однако когда увидел на экране встревоженное лицо отца Лии, то пожелания застряли в голосовых связках.
– Что случилось? – тут же поинтересовалась Регина.
Она, конечно, тоже захотела поздравить друга. И тоже сильно заинтересовалась, что его взволновало. А дядюшка поведал, что уже несколько дней не может связаться со своим другом. Тот сейчас работает на одной из промышленных планет, добывает камни. Сначала Оксинт не придал значения тому, что приятель сохраняет молчание. Трудится, устает и так далее. Однако они всегда поздравляют друг друга с торжественными датами, а приятель и сегодня не вышел на связь!
– Я связался с его женой, буквально за пять минут до вашего звонка распрощались. – рассказывал теперь Оксинт. – Она тоже не может дозвониться до мужа! И жены других геммологов, которые сейчас находятся вместе с ним в экспедиции, уже два дня не получали никаких известий от своих мужчин. Дамы отправили запрос руководству, но пока там проверят, пока пошлют туда отряд…
– Что за планета? – спросил я, переглянувшись с женой. И, услышав ее номер, кивнул. – Нам по пути. Жди благих вестей!
– Оникс, это может быть опасно! – счел своим долгом предупредить дядюшка.
– Именно поэтому мы будем очень осторожны. – улыбнулась в ответ Регинка.
А когда мы закончили разговор, то пришли к выводу, что это отнюдь не случайное совпадение. Наверное, так и должно было случиться. Планета и правда по пути, нам даже курс корректировать не придется. Просто сделаем на одну остановку больше. Оставим корабль на орбите, посмотрим, что там такое случилось, отправимся на разведку и все выясним.
– Интересно, что у геммологов стряслось? – вслух стала размышлять лиса, пока я программировал остановку на орбите.
В ответ я пожал плечами. Причин того, что друг Оксинта и его коллеги не выходят на связь, может быть очень много. Например, может просто сломаться передатчик, либо усилитель сигнала арновуда. На промышленных планетах время от времени такое случается ввиду их специфики.
Существует межгалактическая классификация небесных тел и проводится она по многим признакам. Один из них – назначение планеты, ее потенциал и статус. С заселенными все понятно: на них живет какая-нибудь раса или несколько сразу и там, если объект входит в межгалактическое сообщество, есть все для жизни необходимое. С теми, кто вне сообщества посложнее: как правило, там цивилизация находится на одной из ранних или средних стадий развития и с инопланетными братьями по разуму еще не знакома. За такими планетами только наблюдают, но в контакт не вступают. Не положено.
А еще планеты бывают незаселенными и дальше речь ведется о подвидах. Есть разрушенные – как первая родина моих предков-эдемчан, Садроди10[1]. Это мертвые небесные тела, которые погубили либо сами гуманоиды, как в случае с Садроди, либо нападения извне или природные катаклизмы. Часто они не подлежат восстановлению и просто парят в пространстве космоса мрачными каменными безжизненными равнинами.
Есть планеты потенциально пригодные к жизни. Некоторые из них нужно особым образом подготовить, как в свое время это произошло с Землей11[1]. Если затраты того стоят, развитие объекта ускоряют, создают условия, подходящие для жизни. Другие уже полностью готовы, как планета Ренаты12[2]. Остается только приехать и жить, если какая сущность не выгонит. Есть, наконец, и ранее жилые планеты, которые возвращают к жизни и заново заселяют. Так произошло с Тиарой, где мы нашли властян в свое время.
А еще есть промышленные планеты. Это тоже отдельный подвид. Условия для жизни там, как правило, неподходящие. Но сами объекты обладают огромным потенциалом в плане ресурсов. Поэтому периодически на них отправляются экспедиции, которые, по мере необходимости, эти самые ресурсы добывают.
Глава пятая. Никто не говорил, что будет легко
Абы кого на такие планеты не посылают. Практикантам, энтузиастам и любопытствующим там делать нечего. На промышленные объекты отправляют только профессионалов. Ведь, во-первых, там нужно организовать условия для временного проживания. А это недешево даже в обществе, которое отказалось от денег.
Во-вторых, межгалактическое сообщество отнюдь не стремится сразу вычерпать из таких планет все ресурсы. Их берут только тогда, когда это действительно необходимо. И, при правильном заборе, если в ходе такой операции не нанесен ущерб экосистеме планеты, ресурсы через некоторое время возобновляются. Так что работать там нужно очень нежно и крайне аккуратно.
По этой же причине там не развивают постоянную инфраструктуру, необходимую для проживания. Гуманоиды прилетят и улетят, а в следующий раз могут наведаться очень нескоро. И чего ради все это будет простаивать или работать вхолостую? Да и навредить естественному возобновлению ресурсов такое вмешательство способно.
Поэтому, когда, например, на золотоносную планету отправляются крутые геологи, помимо инструментов для работы, они везут и портативные системы жизнеобеспечения. Это генераторы кислорода, синтезаторы и очистители воды, фермы на гидропонике. А еще средства обеспечения связи: передатчики и усилители сигнала. Но мощность у последних не слишком высока из-за скромных размеров. А из-за транспортировки или использования в агрессивной для них среде устройства могут выйти из строя.
Хочется верить, что именно это и произошло на планете, куда мы летим. Тогда вся наша миссия будет заключаться только в том, чтобы убедиться в наличии поломки и с нашего бортового арновуда отправить куда следует известие о такой ситуации. И я искренне надеюсь, что дело именно в этом. Да, поломка техники – происшествие неприятное, конечно. Однако другие варианты гораздо хуже.
Например, местная среда может оказаться агрессивной не только в отношении техники, но и самих членов экспедиции. Патогенные микроорганизмы, к сожалению, никто не отменял. Ясное дело, по поверхности таких планет в основном передвигаются в скафандрах. Но потом гуманоиды возвращаются в лагерь, в котором живут все это время, под купол с искусственной атмосферой.
На входе они подвергаются обработке, но это не всегда гарантирует полное уничтожение всех бактерий, вирусов и прочих грибов. Если же люди приносят с собой образцы местных материалов, риск тем более повышается. Увы, известны случаи, когда члены экспедиции оказывались поражены новыми для них инфекциями, от которых потом долго и упорно лечились. И это еще благоприятный исход. Некоторых спасти не смогли.
Чтобы избежать такого развития событий, теперь планету, которую собираются использовать в качестве промышленной, для начала тщательно исследуют на предмет как раз этих самых микроорганизмов. Но не факт, что микроскопические вредители не пробудятся немного позднее. Об этом я предупредил Регинку, объясняя, почему мы отправимся на планету не сразу, а только после тщательного дистанционного изучения микрофлоры. Благо, на борту и такие приборы есть, спасибо бабуле. Мало ли, может туда вообще какой-нибудь небольшой метеорит свалился и занес заразу. Такое тоже бывает.
Да и сами метеориты могут быть не такими уж и небольшими. Не исключено, что на планету что-то на самом деле упало – метеор или комета и именно это стало причиной загадочного молчания геммологов. Наконец, возможно, где-то взорвалась сверхновая, и до небесного тела добрались радиоактивные галактические космические лучи. Если у планеты нет магнитного поля, то нет и защиты от радиации. Впрочем, всякие там космические активности, начиная от метеоритов с кометами и заканчивая взрывами звезд, должны были учесть при планировании экспедиции. Отправлять гуманоидов в потенциально опасный район никто бы не стал. Люди важнее ресурсов.
– Да. – кивнула Регинка, когда я изложил ей все версии. – Тоже надеюсь, у них просто передатчик навернулся и все.
Однако надеялись мы не слишком сильно – Архимеди мы или кто? У нас просто не бывает. И Оксинт тоже заранее предположил, что это может быть опасно. Не иначе как носом чуял, что какая-то засада случилась. К счастью, мы с женой не слишком наивны, и потому заблаговременно предприняли все меры предосторожности.
Первую из них мы осуществляем уже на автомате: накидываем на звездолет силовые поля, несколько сразу. Одно из них делает корабль невидимым и избавляемся мы от него лишь на подлете к патрульным базам или к космодромам планет, где собираемся официально присесть. Когда же несемся по космосу, остаемся невидимками. Незачем всем знать, что мы тут летаем. Мало ли, вдруг на нас захотят напасть те самые пираты, за которыми мы охотимся. И сделают это в самый неподходящий момент. Впрочем, преступникам в принципе деликатность не свойственна.
Другое поле предназначено для радаров летательных аппаратов, которые могут встретиться нам на пути. Пилоты последних, не видя нас, очень легко могут врезаться в борт, а это не нужно ни им, ни нам. К счастью, никто сейчас не пилотирует корабли полностью вручную, даже Гертруда. А автоматическая система навигации, распознав препятствие в нашем невидимом лице, скорректирует курс так, чтобы нас обойти. И даже если пилот-камикадзе постарается вернуть свой звездолет на путь истинный, она не даст ему это сделать.
Последнее поле – поглотитель. Оно предназначено для ликвидации любых атакующих объектов или явлений. Например, если звездолет окажется на пути какого-нибудь метеорита и не успеет его обойти, поглотитель сгладит последствия такого неудачного свидания и просто сожжет блуждающий объект.
Таким же образом он поступит и с мусором. Увы, мир несовершенен, и время от времени попадаются еще несознательные космонавты. Вместо того чтобы утилизировать мусор согласно межгалактическим экологическим стандартам, они просто выкидывают его за борт. А эти отходы, между прочим, представляют опасность! Некоторые корабли даже не пережили встречу с ними. Но наш ликвидирует мусорную кучу, благодаря силовому полю, и потому не пострадает.