Легенда о героях. Великий поход

Ночь выдалась спокойная. Отряд Зорана объехал несколько деревень, и им не встретилось ни одной твари. И ни в одной из деревень они не появлялись до того как туда въехал отряд. Такое бывало очень редко. Обычно каждую ночь происходили сражения. Уже занимался рассвет, и можно было устраиваться на отдых. Все ехали уставшие, но довольные. Хорошо когда за ночь никто не погиб. Когда не встречаешь въезжая в деревню плачущих матерей или просто соседей потерявших одного из тех с кем жил бок о бок долгие годы. Зоран ехал улыбаясь. А вдруг наступят времена, когда можно будет не садиться каждый день с наступлением сумерек в седло, а просто жить и радоваться жизни, не думая о грозящей опасности, не вглядываясь ежеминутно в ночную темноту внимательно и настороженно, ожидая нападения. Можно будет даже жениться, родить детей и радоваться спокойной мирной жизни в кругу семьи. Как было бы здорово. Мысли были приятные. Усталость давала себя знать. Зоран чувствовал, как начинают слипаться глаза. Его товарищи тоже ехали полусонные.

–Стой!– крикнул Зоран и спешился.– Разобьем лагерь здесь.

Наскоро перекусив, спустя некоторое время, отряд воинов уже спал крепким сном. Неподалеку турлонги щипали сочную траву, зорко оглядывая окрестности большими печальными черно-фиолетовыми глазами. Но никаких признаков тревоги они не проявляли, поблизости не было никакой опасности…

…Подходила к концу шестая ночь такая же тихая и спокойная как предыдущие. Единственный раз, когда все насторожились, был треск в кустах. Но когда воины обнажили мечи, навстречу им выскочил олень. Заметив людей, он бросился прочь под дружный смех и улюлюканье молодых воинов. Раньше ночью им ни разу не попадались лесные животные. Они тоже куда-то прятались от жутких тварей, которым было все равно кого убивать. Происходило что-то странное.

Во время завтрака друг и ближайший помощник Зорана, Иму сказал:

– Зоран, тебе не кажется странным, что уже почти неделю мы не встречаем ни одной твари? Такого никогда не было.

Зоран сидел задумчивый. Он не знал, что ответить. То, что происходило, казалось странным всем. Но это было настолько неожиданно и непривычно, что Зоран, сколько не думал об этом, не мог найти ответа. Казалось бы, что можно было только порадоваться, что все так хорошо. Никто не ранен, ни одной смерти, ни одного плачущего родственника или соседа. Но вместо радости на душе была тревога. Беспокойство противно скреблось внутри, нежданное затишье настораживало, даже почему-то внушало опасения, а разумного объяснения происходящему не находилось.

Иму развеселился:

–Может на них напала какая-то неожиданная болезнь, и они все передохли у себя там, в Сумрачной стране?

Зоран рассеянно улыбнулся.

– Не думаю, что они передохли, Иму. Они, мне кажется, очень живучие. Но по какой-то причине они больше не приходят. Вот, что Иму. Завтра я с несколькими воинами отправлюсь на восток. Узнаем, что происходит там. А ты останешься здесь. Пока ничего не ясно, Будете каждую ночь объезжать деревни, как и раньше. Твари могут вернуться в любой момент. Что-то не верится, что все так сразу закончилось.Слишком хорошо и просто, что бы быть правдой. Две сотни лет каждую ночь нападали и вдруг перестали. Что-то произошло. Только вот, что?

«…На следующий день Зоран с четырьмя воинами отправился в восточную часть приграничных районов. Неделя передышки, у всех вызывала один и тот же вопрос – что происходит? Явно, что-то необычное и странное. А терлиане, наученные горьким опытом, очень не любили странностей, даже если они казались хорошими.

В каждой деревне, которую проезжал отряд Зорана их радостно встречали и сообщали, что да, твари не появлялись уже неделю или больше. Жители деревень, в отличие от воинов, радовались. Они надеялись, что кошмар, наконец, закончился. Зоран предупреждал всех, что бы пока придерживались прежних правил, не выходили по ночам и крепко запирали дома и скот.

Через три дня отряд Зорана повстречался с посланниками вождя, которые были отправлены к нему, с вестью о появлении растущих камней и о том, какая новая беда нависла над страной…»

Всадники въехал в лагерь посланника вождя, Гатто. Отправленного следить за тем, как продвигается рост камней. И вождь и приближенные уже ни в чем не были уверены. Вдруг камни неожиданно начнут расти быстрее или произойдет еще, что-нибудь. Гатто было поручено ежедневно объезжать с воинами границы и, в случае чего, немедленно сообщать в Маасдарму, о любых происшествиях.

Заметив Зорана, Гатто улыбнулся. Он помнил сына вождя совсем мальчишкой, еще до того, как Зоран отправился учиться воинской науке в отряд славного Раморы.

Статный, красивый, широкоплечий. Смелое лицо, яркие, горящие глаза, в которых видны ум и отвага. Гатто с гордостью смотрел на приближающегося к нему молодого воина. Достойный сын своего отца. Вождь может гордиться наследником. Настоящий воин. Последний раз они виделись почти два года назад. Зоран за это время еще больше возмужал. Лицо приобрело суровое, сосредоточенное выражение, делавшее его чуть старше его лет. Даже улыбка, озарявшая его, не могла скрыть, что ему прошлось пройти через многое, за свои совсем еще молодые годы. Повидать боль, потери, много страшного и горького. Как и у всех воинов, на лицо Зорана уже навсегда легла печать того, что невозможно забыть, что не проходит бесследно, а останется в памяти и в душе, как шрам, навсегда, до последнего вздоха. Гатто вздохнул. О Зоране, обо всех воинах, молодых и старых. О мирных жителях. Каждый из них проходит через ужасы и потери. Кто-то чаще, кто-то реже. Но нет ни одного человека в стране, которого бы эта напасть не коснулась хоть раз, не оставила бы следа в памяти и душе.

–Здравствуй, Гатто!– Зоран поклонился старику.– Да не оставляет тебя свет Зериса долгие-долгие годы. Как я рад тебя видеть.

–Зоран! Какой же ты молодец стал! Настоящий богатырь. Плечи, не обхватишь!-улыбнулся посланник вождя.

Старик и молодой воин сердечно обнялись. Гатто был старым другом вождя. Частым гостем во дворце. Зоран с детства любил и уважал мудрого, доброго старика.

–Сестры все извелись. Все глаза проглядели, когда приедет их любимый младший брат, порадует их своим появлением.– Улыбаясь, сказал Гатто.– Пока тебя не было, ты в пятый раз стал дядей. Снова племянница. Маленькая Фила. Отец тоже соскучился. Передает тебе привет. Надеется, что ты навестишь их.

Зоран рассмеялся. Он поддразнивал сестер, что ни одна не родила будущего воина и придется их девчонкам брать в руки мечи. Пятая племянница! Уже четверть воинского отряда. Скажи он такое сестрам, живо надавали бы по шее, не посмотрели бы, что теперь он командир отряда, прославленный и уважаемый воин, а не мальчишка за которым они гонялись в детстве по дворцовому саду, когда он шалил и изводил их своими проделками.

Гатто проехал с Зораном до черных камней, ставших за это время в огромными каменными пластами, уже крушащими вековые деревья подбираясь все ближе к небольшой речушке протекавшей через лес. Еще несколько дней и весело перекатывающая прозрачные воды речка исчезнет, вместе со всеми своими обитателями, погребенная под тяжеленными мертвыми камнями. Зоран задумчиво смотрел на черную потрескавшуюся поверхность холодных плит. Он внимательно осмотрел огненные знаки, ставшие огромными, после «слияния» отдельных камней в единое целое и превращение их по мере роста в громадные пласты

–Что ты думаешь, Зоран?– обратился Гатто к сыну вождя.

–Думаю, то же, что и все остальные. Беда, еще хуже той, что терзала наш народ последние два столетия.– Задумчиво сказал Зоран. Глядя на каменные плиты он размышлял о том, что рассказал Гатто по поводу предположения сделанного Хранителем истории и законов Тиккарой. Если и есть способ спасения, то его нужно искать по ту сторону гор.

Наступила ночь. Было тихо и непривычно спокойно. Никаких тварей, даже не верится. Очень странно и приятно было лежать на мягкой траве и смотреть на усыпанное звездами небо. Не всматриваться в ночную темноту настороженно и тревожно, вслушиваясь в каждый шорох. А просто лежать и смотреть вверх. Зоран попытался вспомнить смотрел ли он хоть раз в жизни на звезды, не то, что лежа на траве, любуясь ночным небом, а хотя бы даже сидя в седле. Хоть раз он останавливал взгляд на звездном небе больше чем на пять секунд? Скорее всего, нет. Потому, что, сколько он себя помнил, всегда нужно было следить за дорогой, и за тем, что происходит сбоку и сзади, и спереди. А еще прислушиваться и ловить не только каждый шорох,но каждое дуновение ветерка, а иначе просто умрешь. И хоть опасность никуда не делась, а просто сменила лицо и даже стала еще более страшной и неотвратимой, но сейчас Зоран чувствовал себя счастливым. Как оказывается мало нужно для счастья. Просто спокойно лежать, не опасаясь за свою жизнь и за жизнь товарищей, и смотреть на звезды. Для счастья нужно, всего на всего, чтобы никто не погиб и еще звездное небо. Зоран улыбнулся. Как хорошо, наверное, жилось на Терле до появления Черных колдунов. «Почему им нужно все разрушать? Ведь жизнь так прекрасна. Мирная жизнь. Ведь они могли бы тоже жить здесь. Наш народ с радостью принял бы их. Неужели может быть мало, просто жить?»– размышлял сын вождя. Он, в отличие, от его предков прекрасно знал о существовании зла, и каждый день сталкивался с ним всю свою жизнь. Но, как и они, не мог понять, почему находятся те, кому нравится творить это самое зло. Как можно любить причинять страдания и боль, когда наслаждаться жизнью, ее красотой и спокойствием так прекрасно. И как могут для кого-то такие чувства как любовь, дружба, счастье ничего не значить. Зоран не заметил, как уснул. Теплый ночной ветерок обдувал молодое красивое, почти юное лицо. Зоран улыбался, ему снилось, что-то очень хорошее.

Они стояли недалеко от подножия гор. Едва рассвело, только-только голубые лучи коснулись земли. Тишина и обманчивое спокойствие наполняло все вокруг. Гатто положил руку на плечо молодого воина.

–Ты уверен, что тебе стоит идти одному, Зоран?

–Если это дело Черных колдунов, то не важно, сколько воинов отправится к ним. Один или сто. Я не знаю, что меня ждет по ту сторону гор, но если есть хоть малейший шанс найти спасение от этой напасти, я сделаю для этого все.– Зоран обнял старика.– Прощай Гатто. Передай от меня привет отцу и поцелуй сестер и племянниц. Благослови меня вместо отца, ибо я чтил и любил тебя всю жизнь так же как его.

– Да пребудет с тобой теплый свет Зериса и доброта и мудрость матери Терлы, Зоран. Мы будем верить в тебя, и ждать твоего возвращения. Ты достойный сын своей земли и своего народа.

Зоран поклонился Гатто и воинам. Все члены отряда собрались проводить его. Проводить героя. Чем бы, не закончился этот поход, Зоран уже был героем. Потому, что он шел. Один. Преодолевая свой страх.

Гатто почувствовал как слезы наворачиваются на глаза. Сейчас он не был посланником вождя. Он даже не был тем, кто провожает героя. Он был отцом, провожающим сына, скорее всего в его последний поход. Он хлопнул Зорана по плечу, опасаясь, что если тот еще немного задержится, то он уже не сможет сдерживаться и заплачет. В горле старика стоял ком, сдавливая его и не давая дышать.

–Иди. Пусть сопутствует тебе удача. Пусть твоя воля будет сильна, а рука тверда. Прощай Зоран.

«…Сын вождя, Зоран не оглядываясь дошел до горной тропы и начал подниматься вверх, с каждым шагом приближаясь к границе отделяющей его родину от Сумрачной страны, царства камня, холода и одиночества…»

ЛЕГЕНДА. СУМРАЧНАЯ СТРАНА.

Путь героя.

Рамина сразу почувствовала присутствие живого существа. Она не особенно удивилась. Смертные ужасно глупы. Он пришел из-за заколдованных камней. Они увидели знак, и теперь этот жалкий смертный надеется что-то сделать. Это было даже забавно. Такая глупость и самонадеянность. Прийти одному, в надежде чего-то добиться. Он ужасно глуп, но в смелости ему не откажешь. В награду можно убить его быстро. От его смерти все равно, ни какой пользы не будет. Уж он точно не испугается.

Рамина поднялась в башню. Вариус сидел, склонившись над магической книгой. Золотые кудри разметались по плечам. Взгляд задумчивый и сосредоточенный.

–Здесь смертный. Он надеется помешать нам.– Рамина даже слегка улыбнулась.

Вариус оторвался от книги и с интересом посмотрел на мать. В холодных синих глазах блеснул огонек.

–Нужно убить его.– Сказала Рамина.– В награду за смелость подарим ему быструю легкую смерть.

–Нет.– Твердо сказал Вариус.– Мы не станем его убивать. И прикажи тварям, чтобы не смели его трогать.

– Он воин. От него не будет прока. Даже если он дойдет до замка, не свалившись со скалы или не провалившись в какую-нибудь трещину на ледниках, мы от него ничего не получим. Он умрет как воин. Он не испугается. Подумай сам, он совершенно бесполезен.

Глаза Вариуса горели знакомым Рамине огнем. Он мужчина. И он хочет поиграть. Она раздраженно посмотрела на сына. Еще немного и он начнет прыгать от радости и хлопать в ладоши, как эти жалкие создания по ту сторону гор, во время своих никчемных праздников.

Вариус не отрываясь, смотрел в волшебное зеркало, следя за передвижениями смертного. На губах его играла улыбка.

–Я и не хочу, что бы он испугался.– Сказал колдун.– Я сражусь с ним. Это достойный противник. Трус не отправился бы сюда, да еще в одиночку.

«Такой же, как все мужчины. Еще один тщеславный глупец»– глаза колдуньи полыхнули гневом. Но на этот раз она не собиралась уступать глупой прихоти. Конечно, смертный ничего не добьется. Погибнет в любом случае. Но хватит этих никчемных, глупых игр. Именно из-за них она оказалась здесь, запертая, как в клетке, как какое-нибудь жалкое животное или. Она не позволит сыну превратиться в глупца, питающего слабости к пустым увлечениям. Он не должен забывать о своем высоком предназначении.

–Его нужно убить.– Повторила она повелительно.

–Нет.– Вариус холодно посмотрел на мать.– Я мужчина. А ты прекрасно знаешь, что в нашем роду мужчины принимают окончательное решение.

Он гордо вскинул голову в его глазах Рамина видела вызов. Он первый раз ослушался ее, пошел против ее воли. В этот момент она почти ненавидела его. «Глупый щенок!» Но она ничего не могла сделать. У Черных колдунов решение принимали мужчины. Это было очень несправедливо, потому, что мужчины всегда подвержены каким-нибудь слабостям и страстям, делающим их глупыми и неосмотрительными, мешающим мыслить разумно и беспрестрастно. Но это был закон. Рамина резко развернулась и вышла из башни. Она еще припомнит ему это! Мальчишка!

Зоран шел уже четвертый день. Он продвигался медленно, в сером холодном сумраке трудно было отыскивать дорогу. Неприступные скалы преграждали путь. Густые длинные тени, скрывали и так плохо заметную дорогу. Накануне Зорану пришлось преодолевать большой ледник. Он хотел его обойти, но ледник простирался в обе стороны на такое расстояние, что Зоран понял, что потратит слишком много времени, если пойдет в обход. И вполне возможно, что ледник тянется до самого океана. Ему пришлось проходить по скользкой холодной поверхности, изрезанной глубокими трещинами. В одном месте трещина была настолько широкой, что Зоран боялся, что ему не удастся перепрыгнуть через нее. Он разбежался и как мог оттолкнулся от скользкого края. Прыжок получился неудачный. Он чуть не сорвался вниз, и повис над пропастью, цепляясь пальцами за ледяную, почти гладкую поверхность. Пальцы онемели от холода и соскальзывали. Чувствуя, что сейчас он сорвется, Зоран из последних сил дотянулся до меча и воткнул острие в лед. Кое как, выбравшись на верх, он отдышался и заглянул в трещину. Там внизу была бездонная пропасть. В полумраке он так и не смог разглядеть, где она заканчивается.

Зоран опасался, что кровожадные твари помешают ему в пути. Он ожидал, что они будут нападать и, очень вероятно, он погибнет от их зубов и когтей, так и не дойдя до колдовского замка. Но к его удивлению и радости ни одна из них, ни разу не попробовала напасть, хотя он и встречал их несколько раз. Темные силуэты промелькнули в полумраке, злобно сверкнув своими круглыми светящимися глазами, и растворились среди скал. Это было непонятно и необычно. По ту сторону гор, если уж тварь увидела добычу, она не уходила, не попробовав набросится, причем ей было все равно, сколько человек перед ней один или целый отряд. Твари никогда не спасались бегством и не отступали. Они всегда только нападали.

Зоран не знал, куда именно ему нужно идти. Он только надеялся, что ему все же повезет и, в конце концов, он отыщет Черных колдунов. Скорее всего, они живут в большом замке, наподобие того, который возвели для себя в его стране. Для них, наверное, не представляет сложностей построить замок. Зоран почти ничего не знал о них. Только то немногое, что рассказал перед битвой Белый маг. Слышавшие его слова, члены отряда, потом записали их, для потомков. И это было все. Совсем немного. Но Зоран старался сейчас не думать об этом. Сначала нужно дойти, а это тоже не так-то просто, когда идешь по стране полной опасностей, да еще туда не знаю куда. На шестой день скалы стали расступаться и к вечеру Зоран, увидел впереди бескрайнюю каменную равнину. А далеко-далеко, сияя и переливаясь во все сгущающихся сумерках, посреди этой равнины, стоял замок. Зоран испытал облегчение. Он дошел. Самое трудное было впереди, но он дошел. Это уже было почти, что чудом. За это время он сто раз мог погибнуть. Один воин против стаи кровожадных тварей не выстоял бы. Каким бы храбрым и сильным он не был. Зоран двинулся вперед. Он пришел сражаться. Возможно ли победить в этом сражении? Он не знал. Но теперь он знает, куда ему нужно идти. Нельзя останавливаться и раздумывать. Нужно двигаться вперед, оставив все сомнения и раздумья позади. Только так можно побороть свой страх. А теперь Зоран был уже достаточно взрослым и опытным воином, чтобы честно признаться самому себе, что ему страшно. Ему было очень страшно. Он один, а впереди неизвестность. Но он не мог отступить. Он должен попытаться. И теперь он может только идти вперед, навстречу золотому сиянию.

Достойный противник. Поединок.

Замок был огромен, он подавлял своим величием, своей необъятностью. Зоран поднял голову. Башни уходили так высоко вверх, что казалось, касаются почти совсем почерневшего неба, на котором уже начали загораться первые звезды. Центральная башня в виде головы дракона с открытой пастью, была больше, чем весь замок его отца. На лбу дракона горели огненные буквы знака колдунов. Зоран стоял напротив ворот, размышляя, стоит ли заходить в замок или оставаться ждать здесь.

Ворота замка открылись и навстречу Зорану в сияющих, переливающихся доспехах, вышел воин. Он был высок и очень красив. Синие глаза сияли, на губах играла легкая улыбка. Воин радостно шел навстречу своему противнику, всецело находясь в предвкушении битвы. Сильная рука сжимала тяжелый меч, по клинку которого струились как змеи синие и зеленые языки пламени. Воин встал напротив Зорана пристально глядя в глаза своего противника. Кивнув Зорану, в знак того, что он признает его достойным противником, он сделал шаг навстречу и выставил руку с мечом вперед. Выхватив меч из ножен, Зоран тоже шагнул навстречу своему врагу. Для них обоих это было новое ощущение. Ни тот, ни другой, ни разу не сражался с живым разумным существом. Колдун испытывал пьянящий восторг. Зоран ярость и злость. От исхода битвы зависела судьба всей его страны. И, ни кто иной, как его противник повинен в двух с лишним столетиях страдания его народа. Бой начался. Острые тяжелые клинки рассекали воздух со свистом, ударяясь друг о друга с такой силой, что сыпались искры. Звон ударов эхом отдавался в далеких скалах. Языки пламени на мече колдуна прочерчивали в воздухе замысловатые фигуры. Противники быстро передвигались по твердой каменной плите, пытаясь, обойти друг друга, и застать врасплох. Они бились уже довольно долго, но ни один, не мог достать другого сильным точным ударом. Оба уже были ранены, одежда пропиталась кровью. Но раны были не серьезные, с такими вполне можно продолжать бой. Удары приходились вскользь, рассекая кожу, но не нанося серьезных ран. Камни под ногами сражающихся воинов почернели и стали скользкими. Кровь колдуна перемешалась с кровью смертного. Но, оба были слишком искусны в бою, что бы дать одержать верх другому. Зоран чувствовал, что начинает уставать. Каким бы он не был искусным, опытным и ловким воином, рано или поздно колдун одержит верх, потому, что он не знает чувства усталости. По крайней мере, силы Зорана закончатся намного раньше. Колдун сделал быстрое движение и нанес удар, целя в грудь противника. Зоран отклонился и присел. Удар достиг его, но попал не в грудь, а в ключицу. Острая боль обожгла плечо, разливаясь по всему телу. Зоран побледнел и покачнулся. Глаза колдуна горели торжеством. Битва доставляла ему такое наслаждение, какого он не испытывал ни разу в жизни. Его предназначение не убивать все живое, сея страх и ужас. Его предназначение сражаться и побеждать. Побеждать достойных , а не слабых. Его пища не страх и страдания. Ему нужна победа над противником. Последние секунды жизни воина, павшего от его меча. Взгляд застывающих глаз, из которых по капле уходит жизнь. Вот, что нужно ему Вариусу, повелителю миров. Вариус был счастлив. Он почти любил этого отважного смертного, подсказавшего ему его предназначение. Подарившего самое яркое ни с чем не сравнимое переживание в его жизни. Сколько бы потом, таких же смелых и отважных, не пришлось убить Вариусу, он всегда будет помнить этого. Пришедшего, в одиночку, поборовшего свой страх, и вступившего в бой с могучим, почти непобедимым противником. Ведь если бы Вариусу не хотелось сразиться по настоящему, его противник уже лежал бы мертвым у его ног. Вариус был уверен, что тот с кем он сейчас бьется знает о его могуществе. И он все равно пришел. Это достойно восхищения. И Вариусу плевать, что Черные колдуны не должны испытывать таких чувств. Он восхищается этим смертным. И при этом он Черный колдун. Повелитель миров. И он будет величайшим победителем во вселенной.

Зоран поборол дурноту. Голова кружилась, но он заставил себя не обращать внимания ни на головокружение, ни на слабость. Он не может сдаться. Дело не в том, что он погибнет. Он должен убить колдуна. В его руках судьба его народа, его страны. Какая-то рана не заставит его отступить и дать себя прикончить Черному колдуну. Если ему суждено умереть здесь, посреди этой холодной мертвой страны, они с колдуном умрут вместе. Зоран рванулся вперед и нанес сильный удар, целясь, как и его противник, перед этим в грудь. Вариус едва успел отскочить в сторону. Он отвлекся на свои рассуждения о собственном предназначении и к тому же он был уверен, что смертный не сможет продолжать бой после полученной раны. А уж такой прыти он точно не ожидал. Нет очень достойный противник. В знак уважения Вариус решил убить своего врага одним ударом. Он этого заслуживает. Настоящий воин заслуживает достойной смерти. Он не должен ползать как червяк, захлебываясь собственной кровью и мучениями.

Вариус занес меч для решающего удара. Зоран стоял не двигаясь. Колдун сделал стремительный сильный замах, и в тот момент, когда его рука уже начала свое смертоносное движение, неотвратимо приближая клинок своего меча к неподвижно стоящему воину, тот вдруг сделал неожиданное движение рукой, ударив мечом как копьем в живот колдуна. Вариус удивленно посмотрел вниз. Меч смертного пронзил его насквозь. Тяжелая почерневшая от крови рукоять торчала из живота, а клинок полностью скрывался в теле колдуна. Вариус пошатнулся. Его рука уже не могла остановиться и все же нанесла удар, но из-за того, что он сам получил смертельную рану, сила его удара уменьшилась, и он ударил не точно и не смертельно. Меч Вариуса рассек кожу на боку Зорана и вошел в ребра. Рана была болезненной и серьезной, но не убила молодого воина. Зоран пошатнулся и упал на колени. Вариус, все еще державшийся на ногах, улыбнулся. Из уголков красивого рта стекала струйка крови. «Смертный на коленях передо мной, покорителем миров». Синие глаза застыли, и молодой колдун упал на холодные твердые камни. Из разжавшейся руки выпал меч. Огненные струи на его клинке погасли. Заклятие потеряло силу вместе со смертью того, кто его наложил. Зоран, теряя сознание, улыбнулся – он смог. Его страна спасена.

Рамина не пошла смотреть на глупый поединок. Она злилась на Вариуса. Как он посмел так говорить с ней. Он сам ведет себя не как Черный колдун, а смеет рассуждать об их законах. Нужно было не слушать его и убить смертного. Что бы сын знал, что она его мать и не потерпит его глупых причуд. Но Рамина знала, что она ничего не могла сделать. Она была бессильна. Ослушавшись закона своего рода, она бы потеряла свою силу навсегда. И Вариус знал об этом. Вычитал в проклятой магической книжке, на которой помешался, так же как на этом бессмысленном махании железками. Это все эта планета. С нее начались все несчастья. Рамина сжала маленькие изящные кулаки и заходила по большому залу.