Я не знаю собственное Я

– А зачем тебе туда? – слегка удивилась она.

– Там работает мой отец.

– Кем? Охранником?

– Нет, он владелец этой фирмы.

– Ты хочешь сказать, что твой отец – Власов? – недоверчивым насмешливым тоном спросила девчонка. – Крупный бизнесмен и политик?

– Да, именно он.

– Ты себя-то в зеркале видела? Дочка депутата…

Я сильно разозлилась, но ничего не ответила. Придёт время, и я докажу всем, что я из себя представляю! Нужно только набраться терпения и сил. А сейчас не время было показывать свой характер.

– Так как мне туда добраться? – сдержанно спросила я.

– Вызови такси, – безразлично брякнула девчонка. – Но тебе не помешало бы принять хотя бы душ и съесть что-нибудь. А то выглядишь как зомби.

Посмотрев на себя в зеркало, я нехотя отметила, что Ксюша была права. Но времени на то, чтобы привести себя в порядок, было мало. Я боялась, что не успею на встречу, ведь отец мог уехать в любой момент.

Я не стала мыть голову, так как у меня слишком длинные и густые волосы, которые требовали тщательной сушки. Я просто ополоснула тело прохладной бодрящей водичкой и съела небольшой бутерброд, который на скорую руку приготовила Ксюша.

Девчонка посмотрела на меня оценивающим взглядом, достала кепку и натянула мне её на голову.

– Немытую голову надо прятать! И да… На вот, возьми ключи… А то вдруг когда ты вернёшься, меня не будет дома.

Я была удивлена такому доверию и засунула ключи к себе в карман.

– И да… Если меня уже не будет дома… – Ксюша неожиданно меня обняла. – Знай, что я тебе очень благодарна. Адрес и номер телефона человека, который сделает тебе новые документы, не теряй, – Ксюша подмигнула. – А отцу привет. Если он у тебя, конечно, есть…

Я в недоумении уставилась на нее непонимающими глазами, кивнула и направилась к лифту.

Добравшись до нужного здания на такси, я хотела было уже войти в него, как меня тут же остановил охранник.

– Э, девочка, куда это ты собралась? – строго спросил он.

Надо мной склонился высокий молодой мужчина в строгом чёрном деловом костюме и темных очках. Ну прям вылитый Джеймс Бонд… Только хорошими манерами он явно не отличался.

– Мне нужно поговорить с Леонидом Георгиевичем Власовым.

– С самим Власовым? – засмеялся он. – А ты вообще кто? Мадонной себя, что ли, возомнила?

– А что, только Мадонна с ним может поговорить?

– Я не знаю, кто именно с ним может поговорить, но явно не такая оборванка, как ты.

С этими словами охранник вышвырнул меня на улицу как бездомного щенка, не дав больше сказать ни слова. Я чуть не расплакалась от обиды, но вовремя взяла себя в руки.

Я осталась стоять возле входа в высокое здание из тёмного зеркального стекла. В нем отражалась измученная дорогой и стрессом хрупкая высокая девушка, на которую мне было жалко смотреть. Но я собралась с мыслями и решила не отступать. Рано или поздно отец выйдет из фирмы и поедет домой. Конечно, если он уже не уехал…

Рядом со входом была небольшая лавочка, я села на неё и стала неустанно смотреть на входную дверь. Это было изнурительно. Периодически выглядывал охранник и пронизывал меня подозрительным взглядом, пытаясь понять, что я замышляю. А я продолжала ждать.

Часы ожидания тянулись мучительно долго. Пару раз я чуть не уснула. Моё психологическое состояние было нестабильным: надежда и отчаянье сменяли друг друга настолько часто, что я была уже на грани нервного срыва.

Но когда я наконец увидела ЕГО, почувствовала резкий прилив сил и адреналин. Всё внутри возликовало! Я дождалась! Это был мой отец, Леонид Власов… Это точно он. Я не спутаю этого человека ни с кем другим! Так долго я изучала его внешность… Я знала каждую чёрточку на его лице во всех ракурсах. Сердце бешено колотилось в груди. Я мигом соскочила со скамейки. Мне вдруг захотелось кинуться к нему на шею со словами «Папа! Я твоя дочь! Как долго я ждала этой встречи!». Но я вовремя себя остановила.

Мой отец был в окружении молодых мужчин в черных деловых костюмах. Около пяти человек. Наверное, охрана… Набравшись смелости, я решила к нему подобраться.

– Леонид Георгиевич! – окликнула я, пытаясь подойти как можно ближе сквозь гурьбу молодых мужчин.

Один из охранников зло оттолкнул меня, словно я была не хрупкой девчонкой, а каким-то злостным террористом. Я не удержала равновесия и упала прямо на колени.

– Вадик, ты как себя ведёшь? – возмутился отец. – Может, это мой избиратель! Вы ушиблись, девушка? – заботливо спросил он и помог мне подняться.

– Да, немного… – я отряхнулась и посмотрела своему отцу в глаза.

У него были такие же голубые глаза, как у меня. Только без этой странной ярко синей окантовки, которая вызывала у встречавших меня людей удивление.

Я на мгновение впала в ступор и не смогла найти слов, чтобы сказать что-то ещё.

– Чем я могу Вам помочь? – любезно спросил отец.

– Я… Леонид Георгиевич… я… Я – Анастасия. Та самая девушка, которая звонила вам сегодня… Я…

– Что?! Да как ты вообще посмела здесь появиться?! – лицо мужчины мгновенно исказилось и стало разъярённым. – Это уже становится не смешно. Ваши шутки, юная леди, переходят все границы!

– Это не шутки. Леонид Георгиевич, я Ваша дочь!

– Нет, вы посмотрите на неё: врёт и даже не краснеет!

– Моя мать – Нина Распутина. Вы познакомились с ней около двадцати лет назад… Двадцати двух. Она сейчас живет в деревне Вёшенки, – быстро говорила я. – Неужели вы её не помните?

– Я не заводил шашни с деревенскими бродяжками! – взревел он. – В моей жизни была только одна женщина – моя жена! И от неё у меня только одна дочь! И зовут ее Мария! Пошла прочь!

Власов уже собирался идти, но я схватила его за рукав.

– Да что ты себе позволяешь, дрянь?! – тут же одёрнул он.

На лице мужчины появилась брезгливость. Я почувствовала себя настолько ничтожной, что к горлу подступил ком, а глаза предательски заблести от слез.

Власов уже хотел сесть в машину, но я ещё раз схватила его за рукав, цепляясь за последнюю надежду:

– Зачем Вы так со мной? Неужели Вам все равно? Я Ваша дочь! Ваша плоть и кровь! – вскричала я.

– Какая ещё кровь?! Ты сейчас доиграешься! Пошла вон отсюда, ничтожество… И чтобы больше я тебя здесь не видел! Увижу ещё раз – пеняй на себя!

– Вы не можете так со мной поступить! Я могу пойти в прессу и сделать там заявление! – уже со злостью прокричала я.

– Куда ты собралась пойти? – глаза мужчины сначала округлились, а потом резко сузились, вспыхнув яростным гневом. – Эй, ребята, – обратился он к своим охранникам. – Разберитесь с ней. Да так, чтобы я её в жизни здесь больше никогда не видел!

Меня подхватили двое рослых парней и запихнули в стоящую неподалёку машину.

– Отпустите меня! Что вы делаете?! – что есть силы кричала я, пытаясь вырваться.

Третий громила на водительском сиденье надавил на педаль газа.

– Заткнись и слушай меня внимательно, сумасшедшая, – сказал тот, кто сидел рядом по правую сторону от меня.

Это был светловолосый мускулистый парень с острым пронзительным злым взглядом серых глаз.

– Я не сумасшедшая!

– Раз «берега так путаешь» и не думаешь о последствиях, значит, сумасшедшая.

– Или бесстрашная, – подхватил тот, что был слева.

Этот кавказец с карими, почти черными глазами, широким лицом и модно стриженой бородкой, внушал мне большую угрозу, чем все остальные.

– Если бесстрашная, то сейчас проверим, насколько, – договорил он и мерзко заржал.

– Куда мы едем?! Выпустите меня!!! – вскричала я и тут же получила по затылку.

– Заткнись, тебе сказали, – злобно процедил кавказец, который осмелился меня ударить.

Я вжала голову в плечи.

Мне стало по-настоящему страшно.

Куда они меня везут?

Что они хотят со мной сделать?

В голове эхом звенел голос моего отца: «Разберитесь с ней. Да так, чтобы я её в жизни здесь больше никогда не видел!».

От волнения и испуга у меня сильно взмокла вся спина.

Мы ехали довольно долго.

Страх неизвестности кружил голову.

Быть может, меня хотят убить?

В какой-то момент водила резко нажал на тормоза так, что меня бросило на спинку переднего сиденья. Мы остановились на каком-то пустыре. Меня силком вытащили из машины, швырнув на землю как какой-то мешок.

Кавказец достал пистолет.

Я замерла и уставилась на ствол.

– Раздевайся, – резко сказал он.

– Зачем?

– Трахать тебя будем.

Мужчины заржали, как дикие кобылы.

– Что?..

– Ты совсем тупая, что ли, или как?

– Ребят, пожалуйста, не надо… – сквозь слезы взмолила я.

– Хватит тут уже сопли свои размазывать! Раздевайся! Ну! – мужчина пальнул в землю рядом со мной.

Я инстинктивно отскочила.

Тело затряслось мелкой дрожью.

Я медленно стала стягивать с себя одежду. Оставшись в одних белых хлопковых трусах и лифчике, сшитым вручную, который походил на простую утягивающую повязку, я остановилась.

– Вот это нижнее белье, – присвистнул водила. – Ты это у какой бабули стащила?

Мужчины вновь дружно рассмеялись.

А кавказец приказал:

– Белье тоже снимай.

Блондин, что в машине сидел по правую сторону от меня, неожиданно произнёс:

– Э, Карим, может, не надо так жёстко? Девчонка, видать, просто сумасшедшая. Бродяжка какая-то. Попугали и хватит. Босс нам вообще никаких указаний не давал. Сказал только «разберитесь, чтобы она больше не появлялась». Думаю, она все поняла, и больше такого не повторится. Не повторится же? – спросил он.

Я судорожно закивала головой.

– Ну вот видишь, Карим. Поехали уже, поглумились и хватит. И так на это много времени убили. Власов будет недоволен.

– Вадик, я знаю, что делаю, – уверенно сказал кавказец, – Трусы с повязкой на груди тоже снимай.

– Не буду… – еле слышно проговорила я.

Карим ещё раз выстрелил в землю. На этот раз я просто закрыла глаза и даже не шелохнулась.

– Снимай!!! – закричал он.

Я стояла как вкопанная.

Но после очередных выстрелов я всё же сняла оставшуюся одежду…

– А девка-то красивая… – вдруг сказал Карим, – Даже очень. Аж слюнки потекли… Может, мы её и правда, того? Позабавимся, а?

– Ты че, Карим, вообще дебил? Я в отличие от тебя не животное, – произнёс блондин. – Полюбовались и хватит. Поехали.

Карим кивнул, засунул пистолет в кобуру и пошёл в машину. За ним последовал и водила. А Вадик остался и жёстко проговорил:

– Если ещё раз попадёшься нам или нашему боссу на глаза, пеняй на себя. Сделаем то, что хотел Карим. Просто так ты больше не отделаешься, усекла?

Я стояла в оцепенении, прикрывая руками своё обнажённое тело.

– Усекла, я тебя спрашиваю? – ещё раз грозно спросил он.

Я кивнула головой, по щеке пробежала предательская слеза.

Вадик сел в машину, и они уехали прочь, оставив меня стоять одну, голую, на пустыре. Придя в себя, я быстро оделась и, не сдержав эмоций, села на землю, подобрала к груди колени и разрыдалась во всё горло. Я плакала от отчаянья, чувства стыда и унижения, от презрительной жалости к себе и зародившейся ненависти к человеку, которого я считала своим отцом. Все надежды и мечты, связанные с ним, рухнули в одночасье как простой карточный домик…

Нарыдавшись вдоволь, я встала с земли и направилась по следам, оставленным машиной. Они должны были вывести меня на трассу.

Я шла очень долго… Устала. На дорогу попала уже абсолютно обессиленной.

Ловить попутку было опасно, но у меня не было другого выбора… Остановилась большая грузовая машина. За рулём сидел пожилой дед.

– Что с тобой случилось, внучка? – добродушно спросил он.

– Беда со мной случилась. Подбросите?

– Подброшу, садись.

Дед был весёлый, душевный и чем-то даже напомнил мне моего дядьку. В его обществе я немного успокоилась и пришла в себя. В Москву мы вернулись ночью. Дедуля довёз меня до дома Ксюши.

Совершенно обессиленная, с дрожащими руками и ногами, я доехала на лифте до нужного этажа. Решив, что будет бестактно открывать дверь своим ключом, я сделала пару звонков. Никто не ответил. Тяжело вздохнув, я достала из кармана ключ и отворила дверь.

Пройдя в квартиру, я удивилась царившему в ней беспорядку. Некоторые вещи были разбросаны так, словно их кто-то специально швырял в ярости. На полу валялся открытый чемодан с кучей скомканного шмотья…

– Ксюша! – окликнула я. – Я вернулась! Ты дома?

Тишина.

У меня совершенно не было сил думать и переживать о том, что произошло в этой квартире и где сейчас эта девчонка. От отсутствия сна и переизбытка стресса я еле держалась на ногах. Мне необходим был отдых.

Быстро скинув с себя одежду, я залезла под душ. Я тщательно пыталась смыть с себя всю грязь, боль и обиду этого жуткого бесконечного дня.

Вытеревшись большим махровым полотенцем, я оглядела своё хрупкое обнажённое тело в большом зеркале. За такой маленький промежуток времени я исхудала и даже как-то осунулась.

Плевать.

В сон я провалилась довольно быстро, как только голова дотронулась подушки…

ГЛАВА 7

…Отец стоял возле школы, облокотившись на шикарный белый лимузин. Он был в дорогом чёрном костюме, высокий, статный, красивый… Я выглянула в окно и крикнула:

– Папочка!

Отец махнул рукой, подзывая меня к себе.

Я как угорелая помчалась к выходу из школы в его объятия. Все одноклассники вышли следом за мной. Я уже спускалась по лестнице, как вдруг девочка с белыми золотистыми волосами опередила меня. Она больно толкнула плечом, и я упала. Девчонка подбежала к моему отцу и кинулась ему на шею. Он приподнял её на руках, прижал к груди и поцеловал в лоб.

– Папа! – крикнула я. – Папа, я здесь! Я твоя дочь! Я!

Отец повернул ко мне голову и посмотрел презрительным взглядом:

– У меня есть только одна дочь. Её зовут Мария. А ты – жалкое ничтожество. Бродяжка без рода и племени.

Вокруг столпилось много одноклассников. Среди них был Глеб. Они смеялись и показывали на меня пальцем. Глеб вышел из толпы и тихо прошептал мне в ухо: "Убийца"…

Проснувшись, я осознала, что плакала во сне. Протерев лицо руками, я сначала не поняла, где нахожусь. Пройдясь по квартире, я осознала, что Ксюша даже не появлялась…

Приняв освежающий душ, я налила себе чашечку бодрящего кофе. Сделав пару глотков, я услышала, как отчаянно заскулил мой желудок.

Вся вчерашняя трапеза – это всего лишь один бутерброд, приготовленный Ксюшей на скорую руку. Так можно и язву желудка заработать…

Открыв холодильник, я осмотрела его содержимое. Колбаса, сыр, кетчуп…

Надеюсь, эта девчонка не обидится, если я немного угощусь.

С жадностью слопав пару бутербродов, я подумала о том, как же сильно голод обостряет аппетит и вкус пищи. Дядька всегда говорил, что голод толкает нас на действия, стимулирует желание обладать… И под голодом он подразумевал не только потребность в еде. Голод может быть по любви, сексу, деньгам и мести… Сейчас я ощущала жутчайший голод мести, который стимулировал во мне энергию жизни. Мне нужно было отомстить… во что бы то ни стало…

Засунув свои вещи в стиральную машину, я включила большой плазменный телевизор в гостиной и плюхнулась на мягкий диван. По телеку не показывали ничего интересного. Стандартный, набивший оскомину информационно-развлекательный набор: второсортные комедии, парочка шоу для олигофренов, немного музыки, много рекламы, чуток романтики и… новости. На новостях я остановилась, затаив дыхание…

«…Сегодня Власов Леонид Георгиевич с семьёй посетил детский приют номер пять…» – говорила широко улыбающаяся телеведущая.

Мой отец, одетый в стильный серый деловой костюм, сверкая своими фарфоровыми белоснежными зубами, раздавал детям подарки.

– Я считаю, что дети – это главное в жизни, – говорил он серьёзным представительным тоном. – У меня у самого есть прекрасная дочь Маша, которая наполняет мою жизнь светом и смыслом. И я готов помочь каждому нуждающемуся ребёнку, потому что в каждом из них я вижу свою дочь…»

Я нажала кнопку "Off".

– Ненавижу тебя!!! – закричала я. – Ненавижу… Ничего-ничего… Ты у меня ещё за всё заплатишь! Я тебя публично разоблачу! Развею в пух и прах весь твой ангельский образ… И твоя любимая дочка Мария мне тоже за всё заплатит…

Чтобы хоть как-то успокоиться, я взяла сигарету и вышла на балкон.

На улице была чудесная погода. Я насладилась сказочным видом и сделала затяжку едкого дыма.

А ведь всё не так-то плохо… – я вдруг "включила" оптимиста, – После всего случившегося я осталась жива и свободна! Через шесть дней будет готов мой новый паспорт, и я перечеркну всё прошлое, начав новую жизнь. С моей внешностью я могла попробовать себя в модельном бизнесе или рекламе… Надо только быть решительней и верить в себя, как учил дядька. Остальное приложится. И позже, как встану на ноги, я обязательно расквитаюсь с отцом… Он ещё обо всем пожалеет, и не раз…

Время тянулось мучительно долго. Ксюша не появилась даже к вечеру. Я слегка запаниковала, но мне ничего не оставалось делать, как ждать. Попробовав себя хоть как-то отвлечь, я нашла на полке единственную книгу и решила её почитать. Книга оказалась жутко тяжёлой. Открыв её, я поняла, что это вовсе не книга, а тайник. В нем лежал пистолет… Я подержала оружие в руке, проверила на наличие патронов и положила обратно.

Спать я легла в жуткой тревоге, но все же ещё надеялась, что эта девчонка появится в своей квартире.

ГЛАВА 8

На следующий день я проснулась более бодрой: сон придал сил.

Ксюша так и не появилась.

Я приняла душ, перекусила и вышла прогуляться по Москве.

Солнце светило очень ярко. День был потрясающим! Несмотря на всё, что со мной произошло за последнее время, я умела отключаться от тягостных мыслей и погружаться в настоящее, храня в себе надежду на светлое будущее.

Город был шумным и людным.

Город был живым.

Бесконечный поток машин, бесконечный поток людей…

Для меня это было движением жизни. Я никогда не понимала тех, кто приезжал в нашу деревню отдохнуть от городской суеты. Зачем вообще нужно от неё отдыхать? Мне никогда не нравилась тишина наших степей. Мне нравится городской шум. Я сливаюсь с ним и чувствую жизнь, я сливаюсь с толпой и ощущаю ни с чем не сравнимый поток энергии.

Мне нравилось бесконечное движение. Я чувствовала его вибрацию и понимала, что никогда уже не захочу вернуться обратно в свою деревню. Уж лучше у меня не сложится жизнь здесь и, возможно, я погибну в этих городских джунглях, чем я буду жить серой никчёмной жизнью в деревне и ждать своего неизбежного конца. А ведь в конечном счёте умрём мы все. И неважно, когда. На самом деле, разница существует только в качестве жизни, но никак не в количестве прожитых лет. А качество жизни – это даже не количество денег. КАЧЕСТВО ЖИЗНИ – ЭТО ЭМОЦИИ. И Москва должна была меня одарить ими сполна.

Я долго прогуливалась по Арбату, бродила по различным магазинам, ценники в которых меня устрашали и отталкивали, но я успокаивала себя тем, что когда-нибудь я обязательно смогу позволить себе всё, что только захочу. И цена не будет иметь никакого значения. А пока… пока можно насладиться вкусным недорогим кофе в уютном кафе и с интересом понаблюдать за этим новым, пока ещё неизведанным мной миром.

***

Ксюша не появлялась уже три дня.

Что делать? Заявить в полицию? Но это же глупо. Я ничего про неё не знаю, даже фамилии. Тем более у меня не было никаких документов, и я вообще могла находиться в розыске…

Чувство беспокойства не оставляло, и я решила провести независимое расследование. Единственное, что пришло мне в голову – это пройтись по соседям. Соседи только отрицательно качали головой: о рыжеволосой девчонке, живущей напротив, они не знали ничего.

В квартире не нашлось никаких документов, только фото. На нем была изображена Ксюша в обнимку с темноволосой кудрявой девушкой. Наверное, подруга.

Вечером раздался неожиданный звонок в дверь. Я вздрогнула и соскочила с кресла, на котором слегка задремала.

Посмотрев в глазок, я испытала чувство лёгкого разочарования и волнения. За порогом квартиры стояла незнакомая встревоженная девушка привлекательной экзотической внешности. Смуглая кожа, длинные чёрные кудрявые волосы. Скорее всего, это она была на фото вместе с Ксюшей!

– Ксюша, открой! – кричала она.

Недолго думая, я отворила дверь.

На меня уставились удивлённые раскосые тёмно-карие глаза.

– Ты кто? – в недоумении спросила она и тут же добавила, – Где Ксюша?

– Проходи, – только и смогла сказать я, немного растерявшись.

Незваная гостья прошла внутрь и, не обращая на меня никакого внимания, стала ходить по квартире, как у себя дома, заглядывая во все комнаты.

– Где она? Где Ксюша?!

– Я и сама не прочь узнать ответ на этот вопрос, – пожала плечами я.

– Боже! Я так и знала… Так и знала… – красавица беспокойно заметалась по гостиной. – Значит, они нашли её!

– Кто её нашёл?

Девушка замерла и всмотрелась в меня недоверчивым изучающим взглядом.

– А ты вообще кто? Что ты здесь делаешь?!

Я тяжело вздохнула. Сложно было объяснить всё в двух словах.

– Может, кофе? – вдруг предложила я. – За чашкой кофе я тебе всё расскажу… А ты мне расскажешь, кто ты.

Мы прошли в кухню. Вместо кофе девчонка по-хозяйски достала из шкафа бутылку виски, налила себе почти полный стакан и выпила залпом. Поморщившись и прикрыв рот тыльной стороной ладони, она произнесла:

– Извини, нервы ни к чёрту. Надо успокоиться. Меня Элона зовут. А тебя как?

– Настя…

Я отошла к окну и задумчиво закурила. Рассказать ей всё или нет? Ведь я даже не имела представления, кто она… Но судя по тому, что она знала, где Ксюша хранит алкоголь и вела себя в этой квартире по-свойски, девчонка здесь не впервые. А если не впервые, наверное, с Ксюшей она была близка… Чёрт с ним, расскажу всё, как есть!

И я рассказала…

Смуглянка внимательно слушала, не перебивала, но всё время нервно тарабанила своими роскошными ноготками по краю стола. От всего услышанного она заметно нервничала и наливала себе уже второй стакан виски. Когда я закончила, она нервно сглотнула и уставилась на меня задумчивым взглядом.

– Не пожалел, значит… – тихо промямлила она. В ее голосе слышалось отчаяние вперемешку с грустью. – А она так надеялась, что он её простит и примет… А я же отговаривала ее, чёрт возьми! Я ей говорила, чтобы она забыла эту долбанную любовь и кинулась в ноги к Черепу! Но нет же… «люблю – не могу»… – Элона тяжело вздохнула. – Теперь остаётся только догадываться, кто из «сильных мира сего» с ней расправился быстрее…

Девчонка прикрыла лицо руками и неожиданно взвыла. Её тело стало сотрясаться от рыданий и всхлипов.

Я не знала, как вести себя в такой ситуации, и просто ждала, когда она успокоится.

– Кто такой Череп? – осторожно спросила я, когда девчонка вытерла слезы и сделала очередной глоток жгучего виски.

Элона посмотрела на меня в упор и спокойно пояснила:

– Череп… это криминальный авторитет…

Я напряглась.

– Нет, не могу так больше… не могу… – пробормотала она, а потом резко перешла на крик, – Осточертела такая жизнь, мать вашу! Осточертела!!! Сколько можно?!

Элона опять заревела навзрыд.

– Я хочу выговориться… – вдруг шёпотом сказала она. – Я могу тебе выговориться? Тебе можно доверять?

Я кивнула.

– Тогда дай мне сигарету. Рассказ будет не из лёгких…

Я протянула сигарету, и та блаженно закурила, делая жадные глубокие затяжки и выпуская тоненькую струю дыма в воздух.

– Не курила почти месяц, – призналась она. – Месяц воздержания коту под хвост.

Сделав ещё одну глубокую затяжку, Элона начала свой рассказ…

– Мы с Ксюшей не всегда жили в Москве. Наш жизненный путь начинался почти из трущоб. Самый бедный квартал, нищета, вечное выживание и борьба с миром. Мы были два сапога пара: обе из неблагополучных семей, с большой претензией к миру и желанием вырваться из всего этого дерьма… В Москву мы приехали за хорошей жизнью… Мечтали о блестящей карьере, деньгах, роскошных мужчинах. Но всё оказалось не так просто. Москва не была гостеприимной для двух слишком молодых, наивных девчонок без образования, денег и связей…

Ксюша и Элона приехали в Москву из неперспективного провинциального городка. Денег было катастрофически мало, но они очень надеялись, что быстро освоятся в столице, и их дела пойдут в гору. Ведь они молодые, красивые и амбициозные! У них наверняка всё получится… Но не тут-то было. Юных девчат без прописки, образования и связей не взяли ни на одну хорошую работу. Они выживали как могли, соглашаясь на вакансии посудомойщиц, уборщиц, официанток и нянек.

Денег хватало только на то, чтобы оплатить квартиру, не умереть с голода и раз в неделю зайти в дешёвый бар, чтобы как следует накачаться и снять внутреннее напряжение.