- -
- 100%
- +
НЕОЖИДАННАЯ ВСТРЕЧА
«Закрывая глаза, я снова и снова прокручивала в голове последние события. Как много изменилось за последнее время… Если бы я только знала, чем всё обернётся…»
Моя жизнь была такой насыщенной, и я бежала на работу с радостью. Сегодня ровно полгода, как я устроилась в уютное кафе дяди Джона, который был близким другом нашей семьи.
После окончания университета я решила начать самостоятельную жизнь и накопить на собственную квартиру.
Дядя Джон всегда относился ко мне как к родной, немного повысив зарплату, несмотря на мои возражения. В кафе я быстро освоилась, и благодарные посетители щедро оставляли чаевые. Всё шло прекрасно, пока однажды дядя не попал в страшную аварию…
В больницу я бежала сломя голову, где я увидела высокого мужчину, нервно мерившего шагами холл регистратуры. Виктор разговаривал по телефону с главврачом, пытаясь добиться разрешения на посещение отца в реанимации. Его отчаяние было почти осязаемым. За километр чувствовалось его беспокойство и напряжение. Он был зол и беспомощен перед ситуацией.
На стойке регистратуры мне сказали, что так как Джон в реанимации меня не пустят. Вернувшись домой, я рассказала маме о случившемся и на кухне воцарилась тяжёлая тишина – ведь папа и дядя Джон были неразлучными друзьями со студенческих лет. Три года назад мы потеряли папу, и теперь жизнь снова испытывала нашу семью.
На следующее утро я, как обычно, направилась в кафе. Хлоя – моя напарница, встретила меня печальной новостью. Её выражение лица ничего хорошего не предвещало.
– Мне сообщили, что временно управлять кафе будет его сын – сказала она и ее голос был расстроенный.
Мы стояли и планировали рабочий день, как дверь открылась. Когда мужчина переступил порог, я замерла. Это был Виктор.
Он – проклятье моего детства.
Он не узнал меня – неудивительно, ведь мы не виделись семь лет. Тогда его перевели в элитную гимназию, а я осталась в обычной школе, где он и его друг Генри часто издевались надо мной. Особенно доставалось моему зрению – в то время как он носил контактные линзы, я была вынуждена носить толстые очки.
Теперь передо мной стоял привлекательный мужчина с пронзительным взглядом глубоких глаз цвета моря. Я же изменилась до неузнаваемости – сделала коррекцию зрения и распустила свои кудри, которые больше не прятались под строгим пучком.
Хлоя, заметив моё оцепенение, тихонько спросила:
– Всё ли в порядке?
Я лишь кивнула, пытаясь собраться с мыслями. Этот день обещал быть долгим и сложным.
Виктор сидел за столом, погруженный в документы, но я не могла отвести от него взгляд. Его черты стали более резкими и мужественными, появились выразительные скулы, а тёмные волосы небрежно падали на лоб. Каждое его движение, даже простое перелистывание страниц, казалось каким-то гипнотическим.
– Если ты будешь так на меня смотреть, я вынужден буду подойти и заставить смотреть, как я буду доставлять тебе удовольствие своими пальцами, – его глубокий голос прозвучал неожиданно, заставив моё сердце пропустить удар.
Кровь прилила к щекам, и я почувствовала, как жар распространяется по всему телу. Мои глаза невольно скользнули по его рукам – длинные пальцы уверенно держали ручку, и это простое движение вдруг показалось невероятно чувственным.
– Только рискни и твои пальцы окажутся в заднице – съязвила я.
– А я рискну, и тебе понравится что я с тобой сделаю – улыбаясь сказал он.
Хлоя, занятая выкладкой десертов, заметила моё внезапное бегство в туалет. Пятнадцать минут я стояла под холодной водой, пытаясь унять бешеный стук сердца. Но стоило выйти, как я буквально врезалась в Виктора.
– Осторожнее, красавица, – его глаза цвета морской глубины искрились смехом, а голос звучал бархатно и низко.
Остаток дня превратился в мучительное ожидание. Каждый раз, когда Виктор проходил мимо, мои пальцы начинали дрожать, а колени предательски подгибались. Его присутствие словно наполняло воздух электричеством, заставляя меня нервничать и краснеть. Когда наконец-то наступил вечер, я с облегчением выдохнула. «Завтра мой выходной, и я смогу привести мысли в порядок».
Но даже лёжа в кровати, я не могла перестать думать о нём. О его голосе, улыбке, глазах… О том, как он смотрел на меня, словно знал какую-то тайну, известную только ему.
В голове крутились воспоминания о прошлом, о том, как они с Генри издевались надо мной. Но, кажется, теперь всё было иначе. Теперь он стал другим – более зрелым, более привлекательным.
И это пугало меня больше всего.
ВИКТОР
Я сидел в офисе, как неожиданно позвонили. На экране был звонок от папы. Он мне обычно не звонил в рабочее время, значит что – то произошло.
– Алло
– Здравствуйте, вы Виктор Сильвер?
– Да, внимательно слушаю. Кто это? Где отец?
– Это больница. Ваш отец у нас в реанимации. Вам нужно подъехать и подписать бумаги на операцию. У него сломана правая рука и нога. Он стабилен, не переживайте.
– Скоро буду.
Лечу быстрее ветра и подхожу к стойке регистрации. Мне дают бумаги на подпись и я судорожно все заполняю. Следом звоню заведующему, чтобы попасть к отцу, но мне разрешают этого сделать. Я зол, зная, что у папы свое кафе и мне придется быть там вместо него. Свои обязанности в офисе передам моему гендиректору.
После того как отец попал в больницу, моя жизнь превратилась в хаос. Я был вынужден взять на себя управление его бизнесом, разбираясь в ворохе отчётов и документов. Цифры плыли перед глазами, а спина нещадно болела от долгого сидения за столом.
В такие моменты я особенно остро чувствовал нехватку отца. Его уверенный голос, его мудрые советы – всё это казалось таким необходимым сейчас.
От размышлений меня отвлекла девушка за стойкой. Она не скрывала своего интереса, и что-то в её внешности казалось мне знакомым. Эти веснушки, эти глаза – где-то я уже видел их раньше.
Решив немного развлечься, я позволил себе игривый комментарий в её адрес. Её мгновенная реакция – румянец и поспешное бегство в туалет – только подтвердила мои подозрения о том, какое впечатление я на неё произвожу.
Вспоминал я те времена, когда был одним из самых популярных парней в колледже. Девушки буквально вились вокруг меня, но эти отношения никогда не приносили настоящего удовлетворения.
Всегда была одна мысль, которая возвращалась ко мне снова и снова – та девочка из школы, над которой мы с другом так жестоко подшучивали.
Особенно запомнился случай с ботаником, которого мы уговорили публично унизить её. Тогда она убежала в слезах, а мы считали это забавным розыгрышем. После моего перевода в гимназию наши пути разошлись, и я не видел её много лет.
Теперь, глядя на эту девушку, я не мог отделаться от мысли, что это она. Но это казалось невозможным – та застенчивая девочка в очках превратилась в настоящую красавицу.
Когда я направился в туалет, чтобы проверить, всё ли в порядке с сотрудницей, она буквально вылетела оттуда, и наши взгляды встретились. На мгновение время словно остановилось – я узнал в ней ту самую девочку из прошлого.
– Кристина? – вопрос сорвался с губ прежде, чем я успел его обдумать.
Её удивлённый взгляд подтвердил мои догадки. Это действительно была она – та самая девочка, которую я когда-то обижал, та, которая теперь работала в моём кафе.
КРИСТИНА
Мы стояли так, казалось, целую вечность, хотя на самом деле прошло всего пару минут. Я посмотрела на него и сказала, что мне нужно вернуться к работе. Но тут он задал этот вопрос:
– Кристина?
В этот момент я поняла, что он меня узнал. Хотела отшутиться, спросить, как долго он пытался понять, что это я. В итоге ответила: – Что, без очков и пучка не узнал? Или прыщей не хватает?
Он молчал, переваривая информацию, а я вернулась к работе. Но внутри всё кипело. Столько лет я старалась забыть те унизительные моменты, когда он и его друзья издевались надо мной. А теперь он стоял здесь, такой взрослый и привлекательный, и смотрел на меня с каким-то странным выражением в глазах.
– Знаешь, – его голос прозвучал неожиданно мягко, – я всегда чувствовал себя виноватым за то, что делал в школе.
Я подняла голову, удивлённая его искренностью.
– Ты изменилась, – продолжил он, – не только внешне. Ты стала сильнее, увереннее.
– А ты, похоже, научился делать комплименты, – ответила я, пытаясь скрыть волнение.
– Может, нам стоит начать всё сначала? – предложил он, глядя мне прямо в глаза.
Я задумалась. «Действительно ли я готова забыть прошлое и дать ему шанс? Или лучше оставить всё как есть, продолжая работать вместе, но держа дистанцию?»
Весь день я была погружена в свои мысли. Почему именно он теперь мой босс? Я готова была провалиться сквозь землю от стыда и злости. Хлое пока не рассказала о своём прошлом с Виктором, решив сначала успокоиться.
Теперь он периодически поглядывал на меня, вызывая волну неловкости. Время тянулось мучительно медленно, и я постоянно поглядывала на часы. От раздумий меня отвлекали посетители.
Тетушка Марго, наша постоянная клиентка, как всегда, выглядела безупречно в своём бордовом платье. Её медные волосы были заплетены в длинную косу, а морщинки вокруг глаз выдавали возраст, когда она улыбалась. Мы поговорили о её дочке Терезе, которая наконец получила отпуск и собиралась навестить маму.
Пару раз забегали студенты за очередной порцией кофеина. Я вспомнила свои студенческие годы, когда кофе был практически единственной едой – спасибо маме, которая периодически приносила мне что-нибудь поесть.
Когда до закрытия оставалось полчаса, Хлоя начала уборку витрины, а я взялась мыть полы. Виктор всё ещё сидел над документацией, мешая мне сосредоточиться. Не рассчитав эмоций, я громко попросила его пересесть за другой стол. Его небесные глаза посмотрели на меня, и я почувствовала, как краснею.
– Извини, – его голос звучал непривычно мягко, – я не хотел мешать.
Он пересел за другой столик, и в его взгляде читалась растерянность. Я тоже чувствовала себя неловко, пытаясь справиться с бурей эмоций.
После закрытия Хлоя убежала, а я собирала вещи. Когда я уже открыла дверь, чтобы уйти, Виктор схватил меня за локоть.
– Кристина, подожди, – он помедлил, – я хотел извиниться за прошлое.
Я развернулась к нему, чувствуя, как сердце бьётся чаще.
– Не стоит, – ответила я, пытаясь сохранить спокойствие, – это было давно.
Он отпустил мою руку, и я поспешила к остановке. Автобус номер 281 уже ждал меня.
Задумавшись, я чуть не пропустила свою остановку. Водитель недовольно пробурчал, открывая дверь.
В квартиру я влетела, как будто за мной гнались, и с облегчением закрыла дверь. День действительно был непростым.
ВИКТОР
Ночь выдалась бессонной. Как такое могло произойти? После стольких лет она оказывается сотрудницей отца. Я часто слышал его похвалы в адрес работников, но никогда не знал, кто они. А теперь выясняется, что это та самая девочка, над которой я когда-то издевался.
Вспоминал её пухленькую фигуру, и вот теперь она превратилась в настоящую красавицу с потрясающей фигурой. Особенно в том платье с декольте и длиной миди. Каждый раз, когда я думал о ней, внизу живота просыпалось желание.
– Что со мной происходит? – думал я, ворочаясь в постели. – Я веду себя как подросток в период полового созревания.
Несмотря на множество красивых девушек в прошлом, именно она вызывала такую сильную реакцию. Я не мог уснуть, пока не избавился от напряжения. Через две минуты всё было кончено, но её образ не покидал мою голову.
– Нужно наладить с ней отношения, прежде чем думать о чёмто большем, – решил я, вставая под прохладный душ.
Через двадцать минут я уже ехал в кафе. Открытие через десять минут, и девушки уже были на месте. Кристина снова в платье, но теперь оно было ещё короче. Летняя погода играла мне на руку.
Выйдя из машины, я заметил, как девушки смеялись, но при моём появлении замолчали. Открыл кафе и сел за документы, наблюдая за Кристиной. Она что-то прошептала Хлое, и выражение лица той изменилось.
Нехорошее предчувствие кольнуло меня. Что они задумали?
– Что происходит? – спросил я, наблюдая за сменой выражений на лице Хлои.
Кристина подошла ближе, и её голос звучал решительнее, чем я ожидал:
Виктор, нам нужно поговорить.
Хлоя кивнула, подтверждая её слова:
– Знаешь, я всё знаю о вашем школьном прошлом. И хочу сказать, что ты не единственный, кто изменился. Кристина тоже прошла большой путь.
Я молча слушал их, пытаясь переварить информацию. Неужели всё может быть так просто?
– Давайте начнём сначала, – предложила Кристина, глядя мне прямо в глаза. – Ты босс, я твоя сотрудница. И между нами больше не будет места прошлому.
КРИСТИНА
Я решила, что сейчас лучше всего сохранить профессиональные отношения с Виктором. Хотя в его глазах я видела сомнения, старалась сосредоточиться на работе.
День начался с доставки свежей выпечки, наполнившей кафе восхитительным ароматом ванили и корицы. Пока мы с Хлоей готовили кофе, я заметила, как он внимательно следит за мной, его взгляд то и дело задерживался на моих руках, когда я взбивала молоко для латте.
– У тебя отлично получается, – заметил он, наблюдая за моими движениями.
– Спасибо, – ответила я, стараясь не встречаться с ним взглядом.
Когда рабочий день закончился, Хлоя снова убежала раньше нас. Я уже направлялась к остановке, когда услышала его голос:
– Кристина, постой.
Он подошёл ближе, и я подняла голову, встречаясь с его блестящими глазами. В его взгляде читалось что-то, что я не могла определить – то ли раздражение, то ли желание.
– Давай я тебя подвезу. Вы с Мариной Аркадьевной там же живете?
Его вопрос удивил меня – он помнил, где я жила?
– Спасибо, Виктор, но я на автобусе, – ответила я, и он не стал настаивать, только кивнул, его взгляд задержался на моих губах.
Пока я шла к остановке, чувствовала его взгляд на своей спине. Моё сердце колотилось, и я убеждала себя, что это просто вежливость с его стороны.
Дома меня ждал любимый мамин ужин – рагу с овощами и мясом. Мы поужинали, болтали, но мои мысли постоянно возвращались к Виктору. Позже, сидя за ноутбуком, я решила узнать о его жизни. Поисковик выдал сотни ссылок: Виктор Сильвер – успешный директор гостиничного бизнеса и временный управляющий кафе отца.
На следующее утро я проспала, едва успев на работу. Хлоя заболела, и Виктор остался за барной стойкой один. Сегодня он был одет более спортивно, чем обычно – в облегающие шорты, подчеркивающие его сильные ноги, и футболку, которая обрисовывала рельефные мышцы.
– Что ж, сегодня мы с тобой в одной лодке, – пошутил он, когда я запыхавшаяся забежала на кухню.
Весь день мы работали вместе, обслуживая посетителей. К нам зашла Марго, сияющая от радости. Она рассказала о походе в музей с дочерью и о новом детском комплексе, который они строят.
Слушая её, я готовила капучино следующему клиенту, но, задумавшись, пролила кофе на Виктора. Он ушёл в туалет переодеваться, а я, извиняясь, последовала за ним.
Увидев его без футболки, я замерла, разглядывая его торс – рельефные мышцы, кубики пресса и едва заметные шрамы на коже.
– Ну что, Кристина, нельзя так явно меня хотеть? – усмехнулся он, его голос звучал хрипловато.
– Давай хотя бы до вечера подождём.
Его заигрывание застало меня врасплох. Я не знала, как реагировать, чувствуя, как жар приливает к щекам.
– Я… я просто… – начала было я, но он перебил:
– Не оправдывайся. Я вижу, что ты тоже это чувствуешь.
В этот момент зазвонил телефон, прерывая наш разговор. Очередной клиент ждал свой заказ.
– Придётся отложить этот разговор, – вздохнул Виктор, натягивая новую футболку. – Но мы обязательно продолжим.
Весь оставшийся день я чувствовала его взгляд на себе, и каждый раз, когда наши руки случайно соприкасались, по телу пробегали мурашки.
Когда мы закрывали кафе, Виктор снова предложил подвезти меня, и на этот раз я согласилась.
– Знаешь, – сказал он, заводя машину, – я много думал о том, что между нами произошло в прошлом. И я хочу, чтобы ты знала – я сожалею о своём поведении.
Его слова удивили меня, но я не успела ответить – зазвонил телефон. На экране высветилось имя мамы.
– Мне нужно ответить, – сказала я, выходя из машины.
– Конечно, – кивнул Виктор. – До завтра.
Я отошла в сторону, разговаривая с мамой, чувствуя, как сердце бьётся чаще обычного. Этот день определённо был одним из самых сложных в моей жизни, и я не знала, что готовит мне завтрашний день.
ВИКТОР
Сегодня мы снова остались без Хлои, но, к счастью, Кристина пришла вовремя. Вчера она влетела в кафе так стремительно, что я едва не испугался. Сегодня на ней было платье в горошек, а её волосы струились по плечам.
Кристина поприветствовала меня, собрала волосы в небрежный пучок и надела фартук. Её шея открылась, и я заметил три маленькие родинки. Как бы я хотел поцеловать каждую из них!
О чём я только думаю. Она же может и в глаз дать, – подумал я и решил подшутить.
– Надеюсь, сегодня ты не будешь меня обливать. Если уж планируешь, то целься ниже, – сказал я подмигивая.
Она моментально покраснела. Я вспомнил, как вчера она смотрела на меня и пожирала глазами, пока я отстирывал футболку.
– Ладно, разрешаю меня всего облить. Я захватил запасную одежду. Только, пожалуйста, не перестарайся, трусики я с собой запасные не взял, – добавил я.
Она стала совсем багровой и выдала ответ на мой подкол: – Думаю, там не нуждается в трусах. Нечего прикрывать.
И тут я впал в эротический шок. «Она только что подколола меня. Она живая.»
Я тихо прошептал ей на ушко:
– Кристиночка, я тебе обязательно покажу и докажу, что там есть что прикрывать. Когда ты его увидишь, то, боюсь, подумаешь как вообще такое умещалось в этих шортах.
И тут, как по команде, он начал упираться в её бедро, и она отпрыгнула с такими большими глазами невинного ребёнка.
Я улыбнулся. Она смотрела то в глаза, то непроизвольно вниз. Она точно меня хочет, я в этом не сомневаюсь.
Решил, что нужно дать ей время привыкнуть ко мне, показать, что я изменился. В конце концов, я не тот заносчивый мальчишка, которым был раньше.
Когда мы закрывали кафе предложил подвезти её домой, но она снова отказалась.
– Ничего, – подумал я, – у меня ещё будет шанс.
В этот момент зазвонил телефон. На экране высветилось имя отца.
Придётся отложить эти мысли, – вздохнул я и ответил на звонок.
Разговор с отцом отвлёк меня от мыслей о Кристине, но я знал, что это ненадолго. Она уже прочно засела в моей голове, и, похоже, это надолго.
КРИСТИНА
После его пошлых шуточек я была в полном замешательстве. Хотелось влепить ему между ног за такие намеки. Позже я написала Хлое, спрашивая, когда она планирует выйти на работу. Похоже, она серьезно разболелась. Пару дней её не будет, и я чувствую, что это будут прекрасный период.
Намекнула ей, что наш босс начал ко мне подкатывать. Она только рассмеялась в трубку и сказала, что мне пора стряхнуть паутину. Вот наглая! И не так уж давно я была без парня.
Последний был перед окончанием университета. Миша, конечно, был моим первым в постели, но мне не понравилось. Он перепил и начал лезть ко мне со своим перегаром. Секс был быстрым и болезненным. Я еще была девственницей, и удовольствия, естественно, никакого не получила. Он кончил в презерватив и уснул прямо на мне. Это было ужасно. С того момента я не занималась сексом.
Хлоя не успокаивалась и намекала, что, может быть, наш босс хорошенько меня нагнет.
– Хлоя, усмири свое либидо! Я не буду заниматься сексом с начальником! – возмутилась я. Вот дрянная девчонка, о чем только думает.
В конце дня я бегом убежала подальше от него. Довезти меня отказалась – не хватало мне еще находиться в его машине в такой момент.
Придя домой, мне пришло сообщение от дяди Джона. Его перевели из реанимации. С ним все в порядке, переломы правой руки и ноги. Постельный режим, и пока он будет находиться в больнице. Виктор оплатил ему VIP палату и уход.
Утром я проснулась рано. Привела себя в порядок, сделала высокий хвост, надела спортивный костюм и поехала в больницу. По пути купила дяде его любимые апельсины.
В холле меня встретила медсестра. Спросив, к кому я направляюсь, она направила меня в палату номер 12. Тихо постучав и получив разрешение войти, я увидела, что дядя улыбается мне.
Села рядом и взяла его за руку. Мы проболтали час. Он спрашивал, как там кафе, подружилась ли я с новым начальством. Мои щеки сразу налились румянцем.
– Все в порядке, выручка хорошая, начальник обаяшка, – сказала я.
Он посмеялся и сказал, что не может быть, чтобы Витя был таким ласковым и обаятельным. Все подростковое время он был занозой в заднице, вечно задирал всех и вся.
Я согласилась со словами дяди, вспомнив школьное время. Мы еще немного поболтали, и я направилась в кафе, размышляя о том, как много изменилось с тех пор.
В кафе я зашла в обед. Народу, к моему удивлению, очень много, и Виктор едва успевает. Я быстренько мою руки и бегу к нему на помощь.
– Где ты была? Почему не сообщила, что опоздаешь? – спрашивает меня он. Я на секунду замешкалась, но ответила:
– Вчера получила сообщение от твоего отца и решила навестить его.
Виктор не ожидал, что я ездила к дяде Джону, но в его глазах я вижу благодарность. Он сам планировал вечером к нему заехать после работы.
Работа пошла спокойнее, когда добавились лишние руки. Мы быстро справились с очередью и смогли выдохнуть. Виктор предложил выпить кофе, и я согласилась.
Вдруг он резко встаёт и убегает в комнатку, где мы переодеваемся. Я даже немного разозлилась.
Если я настолько ему неприятна, мог бы и не спрашивать попить кофе. – подумала я. Успела надуться, как он выходит с контейнером. В нём моё любимое миндальное печенье.
– Откуда оно? Как вкусно пахнет!
– По пути сюда я заехал в пекарню и, когда увидел их, сразу вспомнил, как ты каждый день в буфете брала и набивала целые щёки, прихлёбывая чаем, – сказал Виктор.
– Ты помнишь? Ты что, следил за мной? – удивлённо говорю я.
– Если честно, я всегда думал, что ты не рассчитаешь и подавишься ими, ну или чай носом пойдёт, – спокойно произнёс Виктор. Но сейчас я хочу, чтобы ты просто насладилась ими.
Мне стало так приятно. Откусив, я ощутила именно тот вкус, как в школе. Из меня вышел тихий стон, и Виктор сглотнул.
– Если ты будешь так же стонать каждый раз, когда я буду приносить тебе сладости, то, боюсь, я не сдержусь, положу тебя на этот стол и полакомлюсь тобой вместо десерта, – говорит он. Я смотрю на него и вижу его хитрую улыбку. Про себя думаю: «Не улыбайся ты так, это убийственно сексуально».
– Не надейся, что я соглашусь на твои фантазии со мной. Оставь свой язык для других цыпочек, – и пошла мыть наши чашки. За спиной слышу, как он громко рассмеялся. На моём лице тоже появилась улыбка.
ВИКТОР
Наступил вечер, и я отправился к отцу в больницу. Зайдя в палату, я немного взгрустнул – он сильно похудел, но его улыбка и взгляд, полный жизни, меня успокоили. Я сел рядом с ним. Его правая нога была поднята выше, чтобы лучше срасталась.
– Как ты, пап? – спросил я слегка дрожащим голосом.
Он улыбнулся и сказал, что всё хорошо. За ним прекрасный уход, и, конечно же, молодые медсестрички. Я закатил глаза – в этом весь папа. Даже прикованный к кровати, он успевал шутить и поглядывать на персонал. Значит, с ним действительно всё отлично. Я этому очень рад.
В этот момент медсестра зашла дать необходимые лекарства и сделать обезболивающий укол.
– Любочка, давайте скажем врачу, что мы всё сделали, эти уколы портят мой замечательный зад.
Я посмотрел на него и подумал: Господи, папа, из тебя наихудший пациент, и рассмеялся. Люба легко улыбнулась и сказала повернуться на бок.
– Эх, радость моя, вы меня уже всего видели, а я даже не могу увидеть ваши прекрасные груди, когда вы наклоняетесь сделать укол. Сынок, хоть ты полюбуйся, – продолжал отец.