Мрак и Хаос. Выжившие

2

Вася задыхалась в бесконечном чёрном тумане. Она пыталась выбраться из него, но в какую бы сторону ни бежала, не могла отыскать выход. Туман сгущался, в него примешались другие цвета, и от этого у Васи слезились глаза. Она хотела закрыть их, но что-то ей мешало. Словно её тело больше не принадлежало ей, словно кто-то другой им управлял.

Всё кончилось также резко, как и началось, но теперь перед Васей стоял монстр. Судя по очертаниям, у него были копыта вместо ног и огромные заострённые рога. Он был соткан из этого разноцветного тумана и медленно надвигался на Васю, которая кричала и пыталась сдвинуть своё тело с места. Но всё было тщетно – её словно пригвоздило к земле. Монстр хотел получить её, она знала это, хоть он и не говорил. Также она знала и то, что ей уже не сбежать.

***

Она открыла глаза и тут же почувствовала, что в здании есть ещё кто-то. Вася не имела ни малейшего понятия, как это получилось, но она могла ощущать пульс Уборщика в соседней комнате, и в то же время чувствовать чужое дыхание на лестнице.

Резко вскочив, Вася хотела кинуться в комнату к Уборщику, но не успела, в дверном проёме появился пожиратель. Пожирателей она ни с кем бы не спутала, но конкретно этот экземпляр был странным – на нём хорошо сидели брюки и рубашка. Пожиратели были похожи на огромных двухметровых прямоходящих ящериц с чешуйчатым зелёным мускулистым телом, длинным крепким хвостом, которым они оглушали своих жертв, и глазами с вертикальными зрачками. И уж точно они никогда не носили одежды. Огромная выступающая челюсть с тремя рядами острых зубов позволяла им пожирать буквально всё, что они видели перед собой, отсюда, собственно, и их название. В основном, конечно, они предпочитали человеческую плоть. И в любой другой момент Вася уже была бы мертва, но этот пожиратель просто глазел на неё, как будто был… Удивлён?

Она сделала неуверенный шаг в сторону комнаты Уборщика, и пожиратель не кинулся ей наперерез. Он продолжал внимательно следить за её передвижениями, ничего не предпринимая и позволив дойти ей такими вот маленькими шажками до коридора, ведущего в нужном направлении. Но едва Вася хотела пройти дальше, дорогу ей преградил хвост. Пожиратель что-то зашипел и оскалился, словно предупреждая её. Вася замерла, не зная, что делать дальше. Позвать Уборщика? Он проснётся? Не сожрёт ли её раньше этот монстр?

– Господи, блядь, мне дадут когда-нибудь выспаться? Что тут происходит? – Вася хотела уже выдохнуть от облегчения, но тут же подумала, что Уборщик может и не спасать её. Может быть, он специально позвал пожирателя, чтобы тот сожрал надоедливую гостью?

– Я ничего не делала…

– Да знаю, что не делала, – Уборщик прошёл в комнату, отмахнувшись от хвоста пожирателя, как будто это была какая-то мешающая ему ветка в лесу. – Давно тебя не видел, думал, что убили.

Пожиратель что-то снова зашипел, но теперь выглядел не так агрессивно. Или это уже больное воображение Васи дорисовало за неё? Уборщик, зевая, подкидывал в костёр дрова, продолжая переговариваться с пожирателем, выясняя у него, где он был и что видел. Вася продолжала стоять на том же месте, очень жалея, что не ушла, когда была такая возможность. Уборщик говорил с пожирателем так, как будто он не был тупым животным. Насколько это нормально?

– Невежливо с моей стороны, – Уборщик вдруг заметил Васю и хищно улыбнулся. – Это Федя, знакомься. Ну, я его так называю, имя его хер прошипишь, если честно, – он усмехнулся. – А это Вася, будь с ней ласковым, она хорошая.

Кожа на морде пожирателя натянулась, открывая взгляду стройный ряд поразительно белых зубов, и Вася вдруг подумала, что это похоже на улыбку. Следом за этим жестом последовал другой, сбивающий с толку ещё сильнее, он протянул ей руку с длинными пальцами, заканчивающимися опасными когтями.

– Будь хорошей девочкой, пожми руку новому знакомому, – снова усмехнулся Уборщик. Вася перевела на него взгляд, чтобы понять, шутит ли он, но у неё не получалось хорошо читать людей.

Осознавая, что выглядит полной идиоткой, она всё-таки протянула руку и вложила её в лапу пожирателя. Он слегка сжал её руку и сразу отпустил, подпрыгнув на месте. Обойдя Васю, он приблизился к костру и снова зашипел. Уборщик внимательно его слушал, периодически кивая.

Вася не понимала, как ей к этому относиться, но без куртки она в любом случае никуда не пойдёт, так что пришлось вернуться на своё место.

– Садись, – Уборщик снова отошёл к рюкзаку. – Федя говорит, что портал закрылся. Ну который в Москву. Так что придётся повременить с походом. Подождёшь?

– У меня всё равно нет другого выбора, – Вася пожала плечами, стараясь не выдать своей радости.

Она действительно была рада – это прекрасная возможность наладить контакт с Уборщиком и узнать у него всё. Правда, придётся смириться с присутствующим здесь пожирателем. Но пока что не похоже, что он собирается её жрать.

– Мне надо будет отнести заказ, пойдёшь со мной? – Уборщик закончил рыться в рюкзаке и смотрел прямо на Васю. – Это далековато, с пересадкой, но зато там красиво.

– Я думала, ты говоришь о том лагере, что… – Вася махнула рукой в сторону ближайшего укрытия для выживших.

– Нет, мне надо в Америку, у меня там хороший заработок. Так как, хочешь посмотреть на надпись «Голливуд»? – Уборщик почему-то усмехнулся.

– Я не против, – Вася пожала плечами, понимая, что лучше соглашаться со всем, что предлагает этот колдун, не стоит портить его настроение. Да и в Америке она никогда не была, и, быть может, шанса больше не представится. О надписи «Голливуд» она читала в одном из журналов о путешествиях, которые бабушка зачем-то хранила в пыльном покосившемся комоде в предбаннике. Там говорилось, что раньше в Голливуде снимали все самые лучшие фильмы. Судить о кино Вася не могла, она слишком мало его видела, но посмотреть на другую страну хотелось.

– Сейчас готова? – Уборщик кивнул пожирателю на костёр: – Присмотришь, ладно? Так ты готова, мелочь?

– Наверное… – Вася не особо понимала, что она должна подготовить, поэтому просто снова пожала плечами.

– Пойдём, несчастье моё.

Уборщик закинул на плечи рюкзак, взял небольшой свёрток и вручил его Васе:

– Отвечаешь за это своей жизнью, поняла? Пойдём.

Ответа на свой вопрос он явно не ожидал, поэтому Вася поспешила следом, на ходу натягивая и застёгивая куртку. Она не знала, какая погода в этом его Голливуде, поэтому решила, что верхняя одежда лишней не будет.

Дождь на улице уже стих, зато опустилась ночь. Ночи здесь были такие тёмные, что оценить обстановку удавалось с трудом. Вася еле видела дорогу и спину Уборщика, поэтому старалась не отставать и внимательно смотреть прямо перед собой. Уже привычно на улице стояла мёртвая тишина, в это время никто не рисковал издавать хоть какие-то звуки, чтобы не привлечь Убинора. Удивительным было то, что он до сих пор не напал на лагерь выживших. Он не мог не заинтересоваться таким большим скоплением людей. Видимо, что-то отталкивало его от лагеря. Возможно, Уборщик смог поставить туда какую-то защиту?

– Переход будет в Африке, там сейчас полный бедлам, постарайся не потеряться, пожалуйста, – голос Уборщика в ночной тишине показался особенно громким, и Вася вздрогнула.

– Хорошо, – она послушно кивнула, хотя и понимала, что он этого не увидит.

– Мы пришли, – Уборщик резко затормозил, и Вася от неожиданности впечаталась в его спину. Её словно ударило током, по коже забегали мурашки, а внутренности задрожали. Вася сжала руки в кулаки, пытаясь успокоить эти внезапные ощущения. – Не трогай меня без лишней надобности, особенно, когда я этого не ожидаю, – спокойно произнёс Уборщик, оборачиваясь. – Могло быть больнее.

– Хорошо, – как попугай повторила Вася, пытаясь в темноте разглядеть хотя бы лицо собеседника. Портала нигде поблизости не было видно, и в её голове завертелись не самые радужные мысли – а не прибить ли он её решил?

Стоило ей только подумать об этом, как справа с резким рвущимся звуком показался портал.

– Что, думала я тебя тут сожру? – Андрей наклонился к её лицу, и теперь благодаря свету от портала она могла видеть его кривую ухмылку и прищуренные глаза. – Пошли. Меня не трогай, но не отставай.

Вася только кивнула в ответ и поспешила в портал сразу за Уборщиком. За пару переходов она уже привыкла к тому, что порталы никак не ощущаются. Ты просто входишь в одном месте и выходишь в другом. Никаких тебе покалываний, никаких болевых ощущений. Словно шагаешь в соседнюю комнату.

Африка встретила их ярким солнцем, немыслимой жарой и звуками автоматных очередей. Вася успела оглядеться и поняла, что они стоят посреди пустыни в окружении большого количества разного вида существ и людей. Судя по всему, они попали прямо в эпицентр какого-то сражения. Вася не успела толком понять, что происходит, как её за руку схватил Уборщик, почему-то не вызывав тех же неприятных ощущений, что раньше.

– Не отвлекайся, это не наши проблемы, – прокричал он ей в ухо, перекрывая звуки выстрелов, одновременно притягивая к себе. Обняв её за талию, Уборщик оттолкнулся ногами от земли и перепрыгнул всех этих людей, оказавшись за их спинами. Он аккуратно поставил Васю на землю и, не отпуская её руки, потащил за собой к порталу, который ждал в нескольких метрах от места событий.

Вася только сильнее прижала к груди свёрток, чудом переживший этот прыжок. Она не знала, что Уборщик умеет такое. Интересно, любой колдун так может? Живот неприятно дёрнуло в момент прыжка, и Вася немного забеспокоилась, а не повредилось ли там что-то от таких пируэтов.

Почему-то никто не стрелял им в спину, их как будто бы даже не заметили. Хотя возможно, что и такое Уборщик тоже умеет. Он ведь полноценный колдун, не то, что Вася.

Добравшись до портала, Уборщик бесцеремонно пихнул внутрь первой Васю. Она едва не свалилась, оказавшись по ту сторону, но сбалансировала и оглянулась, чтобы убедиться – Уборщик прошёл следом.

– Аккуратнее в лагере, постарайся ни с кем не поругаться, – Уборщик кивнул куда-то за спину Васе.

Она обернулась и тут же наткнулась взглядом на огромные механизированные ворота, сделанные из листов металла. Забор, соединённый с воротами, тянулся на многие километры в обе стороны, закрывая достаточно большую территорию. За забором стояло несколько сторожевых вышек, на которых располагалась охрана. Сейчас солдаты просто смотрели в их сторону, опустив оружие. Видимо, Андрея здесь знали. На куртках солдат были нашивки «Рейган», Вася не знала, что это за слово, но могла предположить, что оно означало название лагеря или бригады солдат. Глянув выше, она увидела и ту самую надпись «Голливуд», правда несколько букв от неё отвалились, и теперь это был скорее «Оллив».

Уборщик зашагал в сторону ворот, и Вася засеменила следом, чтобы не отстать. Вокруг когда-то был лес, который сейчас практически весь высох, земля сильно потрескалась, очевидно, здесь были серьёзные перебои с водой. Вася не очень понимала, как можно выживать в таких условиях. У лагерных во Владивостоке была возможность собирать дождевую воду и кипятить солёную, да и реки там тоже имелись. Хотя возможно, что и здесь где-то была река, но пока что никаких намёков на это не прослеживалось. Было так жарко, что Вася решила снять с себя куртку. Держать её в руках вместе со свёртком было не очень удобно, но это явно нравилось ей больше, чем спариться.

Подойдя к воротам, Уборщик кивнул одному из солдат на сторожевой вышке. Ворота со скрипом начали разъезжаться в разные стороны, открывая взгляду почти весь лагерь – он уходил в низину. Вася прошла внутрь следом за Уборщиком и попала в эпицентр жизни. Здесь люди постоянно сновали туда-сюда, маневрируя между небольшими прилавками, на которых были выложены совершенно разные вещи: от оружия до детских игрушек. На прибывших здесь никто не обратил внимания. Люди переговаривались, откуда-то раздавались смех, музыка, детский плач, создавая безумную какофонию, которая резала ухо привыкшей к одиночеству Васе. Дома в лагере были не выше двух этажей и походили на деревенские. Уборщик сказал, что раньше это было пригородом Лос-Анджелеса.

– Кто пришёл! Я уж думал, ты забыл обо мне, – Вася обернулась на голос вместе с Уборщиком и впервые в жизни увидела человека с чёрной кожей. Не с тёмной, как в южных районах России, а именно с чёрной. Он был одет в джинсы, армейские ботинки, футболку и жилетку, прикрывавшую кобуру с пистолетом. На голове у него был странно повязанный платок – его сложили в несколько раз, сформировав повязку, она закрывала лоб мужчины, почему-то оставляя совершенно открытой лысую голову. – Ты не один сегодня? – мужчина дошёл до них и, скрестив руки на груди, заинтересованно осматривал Васю.

Вася же молча пялилась на него в ответ, пытаясь осознать факт знакомства с представителем другой расы. Она слышала об этом, читала в книгах, даже смотрела один фильм с актёром-выходцем из Африки, но никогда в жизни не встречала их в реальной жизни.

– Сэм, – мужчина улыбнулся и протянул Васе руку. – Первый раз видишь афроамериканца?

– Вася. Да, – она пожала протянутую руку, отметив, что та была очень мозолистой. Впрочем, как у многих в этом мире, физический труд снова стал частью жизни.

– Она тоже колдунья? – Сэм перевёл взгляд на Уборщика. – Твоя дочь? Или сестра?

– Знаю её пару часов, – хмыкнул в ответ Уборщик, скинув рюкзак на землю. – Принёс то, что ты просил. Чем будешь платить? – он протянул руку к Васе. – Давай сюда, мелочь.

Вася не сразу поняла, что речь идёт о свёртке. Она отдала его и внезапно ощутила что-то спиной. Словно её кто-то трогал. Вася резко обернулась, но там были только солдаты, охраняющие ворота. Она с опасением огляделась, но снова не увидела ничего странного. После всплеска магии, который случился с ней после приезда в Москву, она частенько ощущала что-то похожее, но так и не поняла природу этого явления.

– Пока погуляй тут рядом, но ничего не трогай, умоляю, – Уборщик глянул на неё исподлобья. – И никого.

Вася только кивнула, понимая, что Уборщик не хочет решать какие-то свои вопросы при ней. Она медленно побрела к прилавкам, стараясь не сталкиваться с людьми. По ощущениям, их здесь было больше, чем в лагере во Владивостоке. Хотя, может быть, это были лишь ощущения, Вася тот лагерь видела только через открытые ворота, когда Уборщик заходил или выходил.

Продавцы зазывали её, предлагая выгодные цены на свои товары, совершенно не удивляясь новому лицу. В качестве валюты здесь использовались патроны и самокрутки из настоящего табака. У Васи не было ни того, ни другого, так что купить она всё равно ничего не могла. Но смотреть ей нравилось. Здесь были и вещи из старого мира – книги, музыкальные пластинки, какая-то электроника, вряд ли рабочая, даже музыкальные инструменты.

– Ты потерялась, дитя? – Вася подняла глаза от прилавка с причудливыми круглыми штуками и встретилась с добрыми тёмными глазами. Мужчина сидел на стуле и внимательно разглядывал её. У него было широкое лицо с чётко выделенными скулами, длинные тёмные волосы с проседью, свободно свисающие на плечи, желтоватая кожа и прямой нос с еле заметной горбинкой.

– Что? – Вася переспросила, решив, что ей послышалось.

– Я говорю, что ты потерялась. И мучаешься от кошмаров, – мужчина наклонился вперёд и опёрся локтями на прилавок. – Возьми. Это подарок, – он выбрал из странных поделок одну и протянул Васе. – Это амулет, ловец снов.

Вася аккуратно взяла подарок и смогла наконец подробнее разглядеть, что это вообще такое. Амулет состоял из паутинки каких-то нитей, натянутых на согнутую в круг ветку, с которой свисали несколько перьев.

– Спасибо, – Вася подняла глаза на мужчину, тот не переставал разглядывать её. – Это что-то национальное? Я никогда такого не видела.

– Плохие сны запутываются в паутине и не могут пробраться к нам, когда мы спим. С первыми лучами солнца они сгорят. Так говорят индейские легенды, – мужчина улыбнулся. – Моё имя Истэка, а твоё?

– Василина.

– Я никогда прежде не слышал. Ты издалека, верно?

– Да, она издалека, – рядом вдруг оказался Уборщик, и Истэка нахмурился. – Я же просил ничего не трогать.

– Это подарок, – Вася автоматически прикрыла ловец снов курткой, как будто это могло бы остановить Уборщика, реши он отобрать сувенир.

– Чего это ты вдруг раздобрился, а, койот? – Васе показалось, что в голосе Уборщика просквозили нотки злости.

– Ей это пригодится, – Истэк абсолютно никак не среагировал на обращение Уборщика, снова откинувшись на стуле и расслабленно уставившись куда-то поверх их голов. – Мы ещё встретимся, дитя.

– Ох уж эти индейцы, вечно мнят себя провидцами, – Уборщик усмехнулся и, схватив Васю за руку, потащил к воротам. – Портал скоро закроется, надо быстрее вернуться. И выбрось ты это говно.

– Это подарок, – Вася ощущала себя попугаем, но бабушка хорошо её воспитала. Подарки нельзя выкидывать.

– Это бредовое суеверие, не имеющее ничего общего с реальной магией, – зло прошипел Уборщик.

Вася промолчала, не собираясь раздражать его ещё больше. Она сильнее прижала к себе ловец снов, надеясь, что он заберёт её кошмары. Может быть, она даже сможет однажды выспаться.

3

За три недели, проведённые бок о бок с Уборщиком, Вася поняла две вещи: во-первых, ей безумно повезло оказаться именно рядом с ним, потому что их дом мародёры обходили стороной; а во-вторых, непрекращающийся дождь делал пребывание рядом с вечно мрачным колдуном невыносимым.

Вася изучила всю трёхкомнатную квартиру, за исключением комнаты Уборщика. Туда ей было строжайше запрещено входить. Вася могла ещё понять, почему ей нельзя там находиться во время отдыха Уборщика, но почему нельзя хотя бы одним глазом глянуть на комнату в моменты отсутствия её хозяина, оставалось для неё загадкой.

Ванная и туалет были абсолютно бесполезны – коммуникации никто не обслуживал уже больше пятнадцати лет, поэтому эти комнаты Уборщик использовал как склад. Вася удивилась, увидев в ванне сваленные в кучу вещи, снятые с трупов, но не стала брезговать и выбрала себе новую одежду: тёмные джинсы, которые были ей слегка великоваты, но она перехватила их ремнём; белую футболку с коротким рукавом; серую толстовку с капюшоном и короткую чёрную кожаную куртку, которая заменила потрёпанную старушку Васи. Для ног Уборщик притащил ей накануне очень удобные ботинки, которые, по его словам, использовали раньше для горного туризма. Туризмом Вася, конечно, заниматься не собиралась, но была рада новой удобной и практичной обуви. В туалете Уборщик хранил разную бытовую химию, хотя в квартире явно ни разу не делали уборку. Но Васе же теперь нечем было заниматься, поэтому она решила привести их пристанище в некое подобие дома.

Кухня располагалась рядом с туалетом и ванной, и её Вася опечатала сразу. Она не видела смысла в комнате, которая всё равно не используется, а грязь оттуда разносится по всей квартире; запасы еды же они хранили в гостиной. Уборщик сопротивляться не стал, хотя и посмотрел на неё как на полоумную.

В гостиной Вася первым делом прибрала пол, выметая всю бетонную пыль за порог. В конце концов, дышать этим было невозможно, да и вредно. А вредностей для жизни им вполне хватало и без этого. Тряпку, которой было занавешено единственное окно – остальные Уборщик почему-то забил – Вася выкинула. Окно она помыла, выстирала найденную в куче одежды простынь, затем порвала её на несколько одинаковых лоскутов, и один из них повесила на место старой тряпки, закрепив на четыре гвоздя, вбитых по периметру рамы. Стены в комнате не были оклеены обоями, и Вася долго не могла понять, что это за покрытие, пока не спросила у Уборщика. Он сказал, что некоторые люди отделывали стены декоративной штукатуркой. Выяснив, что её можно мыть, в один из дней Вася отдраила все стены, а затем и пол, чтобы наверняка избавиться от пыли. К сожалению, она так и не придумала, чем покрыть холодный бетон, чтобы это было безопасно, потому что очаг с костром отсюда никуда не делся. Уборщик стоял на своём и не позволил ей что-то менять кардинально, а сгореть заживо не входило в её планы. Единственное, что она смогла отвоевать, – это организацию нормального места приёма пищи. Стол, стоящий у окна, переставили ближе к очагу, и Вася притащила из других квартир более-менее целые стулья. Стол, конечно, был не самым красивым, но после того, как она его помыла, по крайней мере, стал пригодным для того, чтобы за ним есть.

Комната, которую ей отдал Уборщик, раньше использовалась как детская – Вася нашла здесь кучу игрушек, да и кровать была маловата даже для её роста. Поэтому после уборки пришлось просить Уборщика помочь перетащить её диван. По дороге она слышала много «приятного» о себе, но, по крайней мере, теперь могла спать с комфортом. Вася повесила над кроватью ловец снов, который ей подарил Истэк, и, на удивление, кошмары оставили её.

На двери комнаты даже был замок, и на ночь она запиралась, хотя и понимала весь идиотизм – если Уборщик захочет причинить ей зло, замок на хилой двери его не остановит.

Но на удивление Васи он и не думал ей вредить. Он редко говорил с ней, в основном, они обсуждали, что приготовят поесть. Иногда он рассказывал о том, что видел и где был, и Вася впитывала эти истории с особым интересом. Теперь ей не нужно было бегать по городу, но любопытство никуда не делось. Можно было, конечно, попробовать напроситься в одну из вылазок с Уборщиком, но Вася не видела в этом какого-то смысла. Она терпеливо ждала открытия портала в Москву, поняв, что от Уборщика всё равно ничего не добьётся. Он был далеко не дураком и сразу начинал подозрительно щуриться, стоило Васе хотя бы немного задевать тему Той Стороны и времени до апокалипсиса.

Сегодня с утра Уборщик в очередной раз ушёл, попросив (хотя это больше походило на приказ) Васю приготовить рагу из кролика, которого поймал накануне вечером. Вася кролика видела не в первый раз, конечно, но раньше такое готовила бабушка, поэтому пришлось импровизировать. Она поставила кастрюльку на огонь, накидала туда кролика, предварительно разделанного на небольшие кусочки прямо с костями, залила его водой и варила минут тридцать, а потом просто докидала туда моркови, лука и картошки с помидорами. Вася очень надеялась, что получится что-то хотя бы съедобное, насчёт вкусовых качеств её блюд Уборщик не особо переживал.

Она постоянно помешивала рагу и уже ощущала знакомый запах обычного деревенского ужина, когда услышала, как в общем тамбуре что-то грохнуло. Сердце заколотилось с удвоенной скоростью, Вася вскочила, продолжая держать в руках ложку и, едва повернувшись, увидела в дверном проёме двух мужиков. Судя по камуфляжной форме, они были из отряда Мясника с соседней улицы. Но в этом совсем не было никакого смысла, эта банда мародёров никогда не совалась на улицы Уборщика.

– Охренеть, Антоха, реально тёлка! – мразотно улыбнувшись, проговорил тот, что был старше и больше. Его пузо свисало чуть ли не до колен. Вася в принципе поразилась тому факту, что он может передвигаться. Грязная рожа, кое-где заляпанная кровью, тоже не прибавляла ему привлекательности, а длинный шрам рассекал всё лицо справа от лба до подбородка.

– Неужели этот ублюдок тоже, как и мы, скучает по тугим кискам, а? – хохотнул второй, протискиваясь мимо первого и делая пару шагов к Васе. Он вряд ли был сильно старше её, но держался так, словно много уже дерьма повидал в жизни. Щуплый и хилый, явно не доедал – одежда на нём болталась. Лицо ничем не выделялось, обычное такое лицо, каких десятки на улицах умирающих городов. Вася пыталась запомнить, как они выглядят, чтобы описать Уборщику. Если останется жить, конечно.

– Ты немая, что ли? – спросил первый, почёсывая живот. – Мы собирались просто еды стащить, но раз уж ты здесь, то не обижайся – давно бабы не было у меня.

– Вы не думаете, что Уборщику это может не понравиться? – Вася понимала, что ничего не сможет сделать против двух мужчин. И, казалось бы, если один раз уже это пережила, то второй раз будет не так страшно, верно? Лишь бы не убили. Но Вася не хотела снова проходить через это унижение.

– Дак его ж здесь нет, мамзель, – снова хохотнул тот, кого звали Антохой, делая ещё пару шагов в её сторону. – Давай ты пока жрачку заберёшь, а я подготовлю почву, так сказать? – эту фразу он кинул своему другу.

Вася сжала ложку, отступая. Если жирдяй уйдёт в другую комнату, то она может сбежать, этот хиляк вряд ли намного сильнее её. Но нужно было выгадать правильное время.