T.I.R.I.K.

© Арсений Четин, 2023

© Долгов Михаил, 2023

ISBN 978-5-0060-5469-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

T.I.R.I.K.: shadow of Chelyabinsk

Я проснулся. Глаза еще долго не могли сфокусироваться. Когда зрение, наконец, пришло в норму, я увидел толстого мужчину, сидящего передо мной. За несколько секунд я попытался вспомнить, что произошло, и почему я оказался тут. Как бы я не пытался напрячь мозги, я ничего не смог вспомнить. Самое страшное, что я даже не помнил имени, возраста и даты!

– Очнулся? Вот и славно, – сказал мужчина, – как тебя угораздило за стенами школы оказаться? Да еще и живым?!

– Я ничего не помню… – ответил я.

– Не прикидывайся! Шутки про амнезию со мной не прокатят, – строго сказал мужчина.

– Но я правда ничего не помню, – сказал я.

– Да пошел ты на… Ладно, если учитывать что нашли тебя и в правду без сознания, то потерю памяти исключать не стоит. При тебе нашли только пустой блокнот, – сказал мужчина и отдал мне мой блокнот.

– Тебя нашли учителя у главного входа, – продолжил мужчина, – как тебя радиацией не угробило – ума не приложу! Может быть, у тебя какой-то особенный иммунитет, а?

– Не знаю. Вряд ли. Какая еще радиация? Мы в Чернобыле? – спросил я.

– Какой на хрен Чернобыль?! Нет, ну тебе капитально память отбило! Мы в Челябинске, Южный Урал, Россия. Надеюсь, часть света называть не надо? А радиация тут конечно не химическая, а солнечная. Ты че, про Озоновую Катастрофу над Челябинском не слышал?! Или тоже не помнишь?! Ну и дела-а-а… – нервно закричал мужчина.

– Не кричи, мужик. Тебя хоть зовут как? – спросил я.

– Хабарович я. Директор этой школы. Что еще интересует? – укоризненно спросил Хабарович.

– А что за Озоновая Катастрофа? – спросил я.

– М-да… ну, вот слышал про Озоновую Дыру над Антарктидой, которая с 1957 по 2001 года была? Так вот, сейчас такие над Челябинском, Пермью и Сахалином образовались. Почему? Да я честно и сам не знаю. Вроде бы из-за больших выбросов отходного газа. Я так в Википедии прочитал, – сказал Хабарович.

– Понятно. А можешь назвать сегодняшнюю дату? – спросил я.

– 12 февраля 2023 года, – ответил Хабарович.

– Понятно. Я могу идти? – спросил я.

– Шустрый какой! Я за тебя приличную цену заплатил! Скажи спасибо, что у учительского состава тебя не оставил. Короче, ты выполнишь для меня пару заданий и можешь думать, что мы в расчете. А в благородство я играть с тобой не буду, – хладнокровно сказал Хабарович.

– Хорошо. Что я должен сделать? – спросил я.

– Для начала отнеси эти бумаги в 305-ый кабинет, к Ирине Поляковой. Только даже не смей читать их! Если узнаю, что ты их читал – я тебя к стенке, и свинцом нашпигую! Понял? – занервничал Хабарович.

– Понял, – ответил я.

– Ну, всё, вали отсюда! – сказал Хабарович.

Я взял стопку бумаг и вышел из кабинета. Повернувшись налево, я увидел большой завал, состоящий из прямоугольных кусков бетона, элементов каркаса и деревянных щепок. Путь оставался только один – направо. Пройдя по небольшому коридору, я вышел в отдел с двумя закрытыми кабинетами: 318 и 319. Я осмотрелся и заметил, что краска на стенах потрескалась, или вовсе отлетела. На полу выделялись огромные трещины. В стенах можно было заметить следы попадания пуль. Посмотрев на потолок, я увидел, что там аналогичная ситуация, как и с полом. Стекла на единственном окне в отделе были закрашены черной краской. Освещалось помещение только через тусклые светодиодные лампы.

Повернув налево, и пройдя по коридору, я увидел двух мальчиков лет 12—14 в военной форме и с оружием в руках, сидящих на белой кожаной скамейке, напротив большой оранжевой железной двери. Я остановился.

– Привет, пацаны. А чего вы здесь с автоматами-то сидите? От кого обороняетесь-то? – спросил я, с усмешкой.

Прошла секунда, и двое военных рассмеялись.

– Ты тот самый контуженный? – спросил один из них.

– Что значит «контуженный»? – спросил я.

– Ну, тебя учительский состав за пределами школы нашёл, так ведь? Так вот, тебе там какая-то училка кликуху придумала – «Контуженный»! Про тебя теперь вся школа знает! – смеясь, сказал военный.

– Теперь представьтесь вы, – сказал я.

– Кадеты мы тутовские. За этой железной дверью – наш корпус. Там все остальные сидят. Но тебе туда нельзя. Меня самого Илья зовут, – сказал Илья, – ты, наверное, к Ирине Поляковой шел? Тебе прямо, а потом на право. Хочешь схему 3-его этажа нарисую?

– Да, давай, – согласился я.

карта 3-его этажа

– Большое спасибо! – сказал я.

– Не за что, – ответил Илья.

– Иди уже давай! Тебя там заждались! – сказал второй кадет.

Я пошел дальше по коридору до 2-го отдела третьего этажа. Повернувшись направо, я увидел кабинет с табличкой, на которой было написано число «305». Не раздумывая, я вошел туда.

Стоя в дверном проеме, я увидел старую полную женщину, сидящую за учительским столом, и низкого мальчика, сидящего за одной из дальних парт.

– Здравствуйте! Вы ведь Ирина Полякова? – спросил я.

– Здравствуй, Контуженный. Да, это я. – сказала женщина.

– Я принёс бумаги, которые попросил передать Хабарович, – сказал я и положил бумаги ей на стол.

– Ага… Ну, сейчас посмотрим, как там это… Дело продвигается… А ты пока можешь идти к Хабаровичу! Спасибо что помог! – сказала Ирина Полякова.

– А могли бы Вы поподробнее про Озоновую Катастрофу рассказать? – спросил я.

– Могу. А что именно ты хочешь узнать? – спросила Ирина Полякова.

– Всё что вы о ней знаете, – сказал я.

– Ну, хорошо… – сказала Ирина Полякова, – слушай. Месяц назад началось это самое природное явление у нас, в Челябинске. Затем, еще в Перми и на полуострове Сахалин. Озоновая дыра возникла из-за выбросов отходных газов. Попросту, это результат сжигания бензина в автомобилях. Так вот, большая концентрация такого мусорного газа в атмосфере повлекла за собой разрушение озонового щита, который защищал людей от солнечных ультрафиолетовых лучей. А ультрафиолетовые лучи, в свою очередь, теперь могли беспрепятственно проникать на землю. При взаимодействии с незащищенным от этого человеком, они могут вызывать сложнейшие болезни у человека, вплоть до смерти. Теперь ясно, почему все окна в школе закрашены?

– Ясно. А почему вас всех всё еще не эвакуировали из этого здания? – спросил я.

– Правительство очень поздно схватилось за эту проблему. Да и произошло это слишком неожиданно. Попросту нет еще костюмов, которые смогли бы защищать от столь мощного солнечного излучения, а старые оказались не эффективны. Людей даже в них как-то поражает излучение. Ведь хватает всего 3-х минут незащищенному человеку, что бы умереть. Надеюсь, что костюмы от этой солнечной радиации в скором времени разработают, – сказала Ирина Полякова.

– Понятно. Раз я не умер без защиты, находясь под солнцем, значит я какой-то особенный? – спросил я.

– Ха-ха… Может быть. А может просто под тенью лежал, – рассмеялась Ирина Полякова.

– Спасибо большое! Вас очень интересно слушать! – сказал я.

– Ага, и тебе удачи, – сказала женщина.

Я уже собирался уходить из кабинета, как вдруг решил подойти к низкому мальчику за дальней партой.

– Привет. Как зовут? Что делаешь? – спросил я.

– Тутиков Егор я. Проводник местный. Могу на второй этаж провести, к «Фридому». Всего за 600 рублей, – сказал Тутиков.

– Нет, спасибо. Пока что необходимости в этом нет, – сказал я, – а в какую игру ты играешь?

– «Geometry dash», – ответил Егор.

– Ладно, пока – попрощался я с Тутиковым.

Собираясь выйти из кабинета, я решил посмотреть на своё лицо в зеркале у раковины впервые с момента, когда я очнулся. Посмотрев на себя, я очень огорчился – я увидел, что моё лицо изуродовано, а на щеке огромный шрам. Так же я заметил большой синяк на лбу.

В конце концов, сейчас с этим ничего не сделать. Нужно разобраться, кем я был до этого и почему я оказался на улице. Выйдя из кабинета, я нечаянно уронил свой блокнот. Я уже собирался поднять его, как увидел на открывшейся странице надпись, аккуратно написанную черной гелевой ручкой: «убить Тирика». Но ведь Хабарович сказал, что блокнот пустой… Может быть, не заметил. Кто такой Тирик? И почему я должен его убить?

Я вернулся в кабинет.

– Извините, вы не знаете, кто такой Тирик? – спросил я у Поляковой.

– Неуч это последний. Это именно он взорвал 4-ый отдел на нашем этаже. Это именно он пробрался на 4 этаж и сделал там себе базу. Это именно он завалил лестницы, ведущие на 4 этаж, да и в принципе много лестниц он взорвал. Он украл у учительского состава экспериментальный образец сверхоружия. И именно он значительно убавил ряды наемниц и «Гиги», – мрачно сказала Полякова.

– Ясно… А что за наемницы? Что за «Фридом»? Что за «Гига»? – спросил я.

– Группировки это у нас такие. Слушай, если тебе прям очень про них интересно, то можешь поспрашивать ребят на 2-ом этаже, я про них мало что знаю, – сказала Полякова.

– Хорошо, – ответил я.

Я вышел из 305-ого кабинета и направился в сторону кабинета Хабаровича.

Через минуту ходьбы я дошел до его кабинета.

– Здорова, Контуженный! – сказал Хабарович, – Спасибо что помог! А теперь к более серьезным делам. Короче, как ты знаешь, у нас осталась одна единственная лестница, ведущая на 2-ой этаж. Через нее к нам идет товар: оружие, еда, медикаменты, одежда и многое другое. К сожалению, её контролируют 4 бандюги, и нам приходится платить им пошлины за этот самый товар. Понимаешь, о чем я? Надо перебить этих гадов. Дуй к кадетам, они тебе всё объяснят. Если поможешь выбить бандитов, то можешь считать, что ты свободен от меня и моих заданий.

– Мы что, убивать их будем? – с недоумением спросил я.

– Посмотрите по ситуации. Я же сказал – дуй к кадетам! – сказал Хабарович.

Я вышел из кабинета Хабаровича и направился к кадетскому корпусу. Там меня встретил уже знакомый мне Илья.

– О! Пришел! Мне про тебя сказали. Давай быстрее в зал! Главный щас речь толкать будет! Проходи, не задерживайся! – сказал при виде меня Илья.

Он открыл передо мной железную дверь, и я вошел в помещение. Помещение являлось большим высоким залом с деревянной сценой, рядами стульев и длинным столом у сцены.

– Давай быстрее за стулья! – сказал Илья, – Он щяс речь толкать будет!

Илья отвел меня за самый последний ряд стульев. Сами стулья были покрыты красной габиленовой тканью и были прикручены к полу. Мы сели примерно посередине ряда.

– А кто речь то толкать будет? – спросил я.

– Главный наш. Майор Искандер зовут. И сиди тише, он не любит когда кто-то разговаривает при его речи! – сказал Илья.

Я замолчал. Мне было как-то неловко в таком сборище незнакомых мне людей.

Прошли две минуты с окончания нашего разговора, как на сцену вышел высокий стройный кадет в мундире и с микрофоном.

– Дорогие сослуживцы и друзья! – начал свою речь майор в громкий микрофон, – как вы все прекрасно знаете, единственную лестницу, которая осталась у третьего этажа, контролирует мерзкая четверка бандитов во главе с Колобковым! И вы все прекрасно знаете, как лестница нам важна! Несмотря на это, мы не будем терпеть гадких выходок бандюг, придумавших какие-то «пошлины»! Раньше мы не применяли силу против них только потому, что не хотели летальных исходов. Сейчас же, когда пошлина за самый обыкновенный пневматический ПМ превышает его себестоимость в три раза, терпеть это уже не возможно! Мы не миллионеры как Борнеры, Дятлова, Сумов и остальные! Сегодня от Хабаровича поступил долгожданный приказ – уничтожить бандитов у нас на этаже. На сборы даю два часа. Через два часа встречаемся у выхода из корпуса.

Как только он закончил свою речь, зал заполнился аплодисментами. Видимо, всем без шутки надоели те самые бандиты. А речь Искандера звучала и в правду очень убедительно.

– У нас щас ужин. Погнали с нами? – обратился ко мне Илья.

– Пошли, – ответил я.

Я и в правду хотел есть. Длинный стол, который я описывал в начале, служит обеденным столом для кадетов. Я сел за серую табуретку рядом с Ильей. Сзади ко мне подошел Искандер и похлопал меня по плечу.

– Здравия желаю, дружище. Хабарович сказал про тебя. Спасибо за то, что согласился нам помогать! Как поужинаешь, зайди ко мне в кабинет. Илья тебе покажет, где он. Там я выдам тебе оружие и боеприпасы. А пока, приятного аппетита, – сказал Искандер и ушел.

На ужин давали борщ. К слову, очень вкусный.

Поужинав, Илья показал мне кабинет майора, который находился за сценой. Я зашел в кабинет, а Илья остался стоять у входа.

– Здравствуй, Контуженный! – сказал Искандер, – Илья, закрой дверь, у нас с Контуженным будет личный разговор.

Илья закрыл дверь.

– Так вот, Контуженный, – сказал Искандер, – Я должен ввести тебя в курс дела. За что мы атакуем бандитов, тебе уже ясно. Я должен рассказать кто они такие. Главный у них – это Колобков. Ты его сразу опознаешь: он пухлый и низкий. А вообще, он полный урод и в моральном смысле. Ещё до Катастрофы он всех бесил. Все только и ждали, когда его выгонят из школы. Этот обалдуй не боялся ничего, например – он мог без причины обозвать кого-то такими словечками, что его бы убили без боязни понести ответственность. С ним пытались поговорить, но эта тварь в большинстве случаев убегала. А теперь, кстати, о дружке Колобкова. Его зовут Джамшутов. Да, этот Джамшутов не русский. Ты тоже его сразу отличишь от остальных. До Катастрофы они с Колобковым были лучшими друзьями и устраивали свои пакости всегда вместе. Ладно, остальные двое – два друга-неудачника, которые недалеки от Колобкова и Джамшутова. Главное их отличие – что они более спокойные личности. Я говорю про Жиру и Носкова. Пришли в банду к Колобкову, поскольку у них мало что получалось с бандитской деятельностью. Вооружена четвёрка пневматическими пистолетами «Stalker S17», а также страйкбольным пулеметом MG-42, который, по сути, они украли у наемниц. Повернись, там на столе лежит страйкбольный АКС-74У. Он теперь твой. Такие почти у нас всех здесь. Я зарядил в твой автомат полную обойму. Как пользоваться знаешь?

– Нет, – ответил я.

– Ну, смотри, – сказал Искандер, – дергаешь за вон тот затвор, снимаешь с предохранителя и нажимаешь на спусковой крючок. Достань обойму, я покажу, как ее перезаряжать.

Я достал обойму из автомата и увидел, что в качестве боеприпасов в нём используются белые пластмассовые шарики.

– Оружие не настоящее что ли? – спросил я.

– Конечно нет! Настоящее только у учителей на первом этаже, – ответил майор.

– Игрушка что-ли? – спросил я.

– Нет. Я же говорю – страйкбольный привод. Да, стреляет 6-ти миллиметровыми шариками. Но зато с какой мощью! Кожу запросто пробьёт. А если по глазам врагу стрелять будешь – так и вовсе без них врага оставишь. Наши автоматы имеют увеличенную убойность, в отличие от тех страйкбольных автоматов, что использовались для соревновательных игр до Катастрофы, – сказал Искандер.

– Понятно, – ответил я, – так покажи, как заряжать магазин?

– Видишь небольшую крышечку на магазине? Открой её и засыпь туда пули. Вон они, в баночке, – сказал майор Искандер.

Я сделал всё так, как он объяснил.

– Молодец. Видишь шестеренку в другой части магазина? Покрути её по часовой стрелке, – сказал Искандер.

– Не крутится, – сказал я.

– Ну кончено не крутится! Я ведь тебе до упора его зарядил! Я тебе на будущее объясняю, – сказал Искандер.

– Спасибо за автомат, – сказал я.

– Пожалуйста, – ответил Искандер.

Я вышел из кабинета и увидел, как весь кадетский корпус собирается на боевые действия.

– Не хилый у тебя ствол! – сказал Илья при виде меня с автоматом.

– Да, мне тоже нравится, – ответил я.

В суматохе эти два часа прошли не заметно. Я разве что успел поинтересоваться про Тирика, но так ничего и не выяснил, кроме того, что он всем на третьем этаже враг.

– Все готовы? – спросил Искандер.

Все ответили, что готовы.

– Стройся! – скомандовал Искандер.

Все построились в одну шеренгу. Я тоже.

– Слушай мою команду! Впереди идут я, рядовой Илья и Контуженный! Остальные идут стенкой сзади, – скомандовал майор.

В строю я насчитал всего 7 человек, не считая меня и Искандера.

Мы выстроились так, как приказал командир. В таком построении мы прошли 305-ый кабинет, дошли до 3-его отдела, где у кадетов был маленький сторожевой пункт из 2-ух человек.

– Сидите здесь. Мы на бандюг пошли, – сказал майор своим солдатам на сторожевом пункте.

– Удачи, – ответил один из дозорных.

Искандер достал рацию.

– Приём, Хабарович. Мы у блокпоста бандитов. Атаковать? – сказал в рацию Искандер.

Рация помолчала полторы минуты и заговорила:

– Атакуйте. Убейте всех, кроме Жиры! Приведите его ко мне, у меня к нему пару вопросов, – сказал Хабарович.

Мы дошли до блокпоста бандитов. Блокпост представлял из себя парту, на которой стоял пулемет. За партой был виден завал, примерно такой же, как который я видел у кабинета Хабаровича. Между партой и завалом стояли 4 стула, на которых сидели бандиты. Так же была другая маленькая парта, которая являлась, по-видимому, обеденным столом. Рядом с маленькой партой стоял пластиковый ящик, наполненный едой: банками энергетиков, булками батонов, консервами и пачками сухариков. Бандиты были примерно в 3-ёх метрах от нас.

– Опаньки, да вы только посмотрите, кто к нам колёса катит! Че пришли, а? – спросил мерзким голосом Колобков.

– Короче, мы даем вам ровно 5 минут, что бы вы собрались и свалили на этаж ниже. В противном случае мы вас перестреляем, – со спокойствием ответил Искандер.

– Э-э-э, слыш, пацаны, они нас тут выгоняют! – сказал Колобков остальным бандитам.

– Без шуток, – сказал майор, – время пошло.

Я взвёл автомат и прицелился в глаза Колобкову. В его глазах промелькнули растерянность и страх. Нам повезло застать бандитов, которые были не готовы к бою.

– Держи гранату, – прошептал мне Искандер, – кинешь в них по моей команде.

– А ну сваливайте! Пошлины им наши не нравятся! А ну быстро в свой корпус, чмошники! – заорал Колобков, – Жира, за пулемет, быстро!

Искандер быстро взвел автомат и выпустил очередь в Жиру, который не успел подбежать к пулемету.

– Огонь!!! – скомандовал Искандер.

Я выпустил длинную очередь в лицо главарю бандитов. После первых трех выстрелов он зарычал и упал на пол, закрыв лицо руками. Видимо, я попал ему именно по глазам.

– Бросай гранату! – скомандовал майор.

Я выдернул чеку и кинул примерно в центр территории бандитов.

– Спиной к гранате! Всем говорю, живо! – снова скомандовал Искандер.

Я, как и остальные присел на корточки и повернулся спиной к гранате. Прошло 5 секунд, и раздался громкий взрыв.

– Ай, мля-я-я! Я маслину поймал!!! – закричал один из бандитов.

После взрыва наш отряд зашел на территорию бандитов, выломал их баррикады в виде сломанных стульев. Вся четвёрка бандитов лежала на полу, лицом вниз.

Первым делом майор достал складной нож, привёл его в боевое состояние, сел на корточки к лежащему на полу Колобкову и загнал ему нож в левую лопатку. Раздался громкий визг, а затем болезненный кашель бандита. Бандит явно хотел что-то сказать, но у него ничего не вышло. Такую же операцию Искандер проделал со всеми бандитами, кроме Жиры. Ему он завязал руки проволокой за спину.

– Ну, вроде всё. Веди его к Хабаровичу и скажи, что задание выполнено. А мы пока от трупов избавимся. И, да, отнеси пулемет тоже Хабаровичу. Он знает, что с ним делать, – сказал Искандер.

– Блин, а я даже пострелять не успел, – сказал Илья, – А вот ты, Контуженный, молодец! Здорово Колобкова укатал!

– Будет и у тебя время пострелять, – сказал кто-то из кадетов Илье.

Так как Жира ничего не видел из-за того, что глаза у него были выбиты шарами, мне пришлось волочить его за плечи, да еще и с пулеметом за моим плечом. Спустя две минуты мы дошли до кабинета Хабаровича. Я отдал ему тяжеленный пулемет, и он сказал посадить Жиру за стул, который он заранее подготовил.

– Ну, чё, ворюга, вот мы и встретились, не так ли? Ты сын мне что ли, что бы я тебе бесплатно дарил пистолеты, за которые я пошлину, между прочим, заплатил?! – сказал Хабарович Жире.

Жира ничего не ответил. Теперь мне было ясно, откуда у бандитов пистолеты, которыми при нашей атаки они даже не воспользовались.

Хабарович достал обрез вертикальной двустволки, зарядил туда два патрона, вышел из своей стойки и поднёс стволы ко лбу Жиры.

– Контуженный, отойди, а то тебя забрызгает, – сказал мне Хабарович.

Я отошел за спину к Хабаровичу.

– Ха-ха-ха… Контуженный?! – засмеялся Жира.

– Ты у меня сейчас заплачешь! – грозно сказал ему Хабарович.

Прошла секунда, раздался громкий выстрел, и по комнате разбрызгалась кровь убитого. Я очень удивился, узнав про то, что Хабарович обладает боевым оружием.

– Вот и всё, правосудие свершилось, – довольно сказал Хабарович, – Контуженный, труп я сам уберу. Спасибо что помог. Вот, держи в качестве вознаграждения.

Хабарович протянул мне сложенный нож.

– Ну, всё, можешь идти на все четыре стороны, – Сказал Хабарович.

– Пока, – попрощался я.

Я вернулся к кадетам, на их новый блокпост у лестницы. Они уже успели переоборудовать его под себя. Например, поставили стулья и парту лицом к спуску лестницы и убрали трупы.

– Спасибо, Контуженный! Без тебя мы бы конечно справились, но ты всё равно знатно помог. Вот, это тебе подарок, – сказал Искандер.

Он протянул мне руку, в которой лежал пластиковый пистолет и железные баллоны.

– Ты не смотри на то, что он пластиковый. Он внутри выполнен из высококачественной стали. Это настоящая пневматика. Шары к нему другие. У меня их, к сожалению, нет. Купишь у фридомовцев на втором этаже. Они калибра 4,5 мм. Он работает от баллонов со сжатым воздухом. Вот, я дам тебе пятерку баллонов. Их хватает на два полных магазина. Там внутри уже есть полная обойма, и стоит свежий баллон. Что бы поменять баллон, открываешь крышку рукояти, достаешь старый, и вставляешь новый. Всё ясно? – спросил Искандер.

– Да, всё ясно. Спасибо, – сказал я.

– А ты куда сейчас пойдешь? – спросил Илья у меня.

– Вниз. На второй этаж, – ответил я.

– Эх, я бы с тобой пошёл, да только сам понимаешь – служба, – сказал Илья.

– Надеюсь, еще увидимся, – сказал я.

– Иди быстрее уже. Сейчас свет выключать будут во всей школе. Чтобы сэкономить электричество у нас его отключают с 21 часа по 6 часов, – сказал Искандер мне.

Я распрощался с кадетами и спустился вниз, на второй этаж. Перед входом я положил нож в левый карман джинсов, пистолет в правый, а автомат за ремень повесил на плечо.

На входе, у выломанных дверей на втором этаже меня встретили двое мальчиков лет 13 с оружием в руках. От военных они отличались оружием (оно выглядело сложнее оружия кадетов) и одеждой. Они были одеты в разную одежду: один был одет в желтую кофту, а второй был просто в белой футболке, как я.

– Ты от бандитов? – спросил тот, что в желтой кофте.

– Нет. Всех бандитов мы убили. Я от Хабаровича, – ответил я.

– Ничего себе! Как это – бандитов убили? М-да… Ну ладно. А-а-а, ты ведь тот самый Контуженный? – спросил мальчик в белой футболке.

– Всё верно. Я пытаюсь найти информацию про своё прошлое, так как потерял память. Мне нужно к вашему главному, – сказал я.

– К главному? Ну, это Лысов у нас. Ладно, проходи. Направо отсюда, 213 кабинет. Только не балуй у нас на территории! Иначе прижучим. И к альтушкам не ходи, а то они за просто так пострелять тебя могут.

– Хорошо, спасибо, – сказал я.

Я повернул направо и зашел в 213 кабинет. Кабинет был полон людьми. Все они были одеты совершенно по-разному. Некоторые сидели на полу, некоторые на стульях. Большая часть разговаривала у костра, который был разведен в центре кабинета.

За учительским столом я увидел высокого лысого мальчика лет 14-ти, смотревшего в телефон.

– Приветствую, – сказал я, подойдя к нему, – Вы случайно не есть Лысов?