- -
- 100%
- +
– Иди завтра на собеседование и ни о чем не думай. – подбодрил ее Карл. – Съездишь на море, отдохнешь. А за сестрой твоей мы присмотрим.
– Уговорили. Попробую. – кивнула Ариадна. Попробовать всегда можно.
. . .
На следующий день Ариадна оказалась на маленькой улочке одного из хороших, но не самых фешенебельных районов Виденбурга. У домов стояли большие уличные горшки, в которых виднелись первые весенние ростки заботливо высаженных цветов. Парень в фартуке выносил из ближайшей кофейни стулья и столики, чтобы расставить их на улице – погода выдалась необычайно теплая. Ариадна неторопливо двинулась по улочке, внимательно рассматривая вывески и номера домов. Нужная ей дверь оказалась белой и неприметной, с маленьким крылечком. Ариадна рассмотрела себя в отражении в ближайшем окне. Белая блузка, темно-синяя юбка, так могла бы выглядеть учительница. Конечно, шляпа с широкими полями и перьями была для учительницы слишком вычурной, но она должна не только произвести серьезное впечатление, но и запомниться. Убедившись, что вид у нее приятный и опрятный, Ариадна вошла внутрь.
– Добрый день! – обычно эти простые слова, произнесенные нежным голосом, открывали Ариадне все двери. Распространенное приветствие в ее устах становилось манифестом – день действительно добрый! Сейчас Ариадна еще и воспользовалась одной из самых своих обворожительных улыбок. Но с тем же успехом она могла промолчать, потому что мужчина, сидевший за столом в небольшом помещении, которое Ариадна мысленно назвала “приемной”, даже не оторвался от листа бумаги, на котором что-то записывал. На столе царил достаточно живописный беспорядок, стопки бумаг разной высоты и степени аккуратности наползали друг на друга и норовили упасть, но каким-то чудом держались.
– Девиц принимаем только с разрешением от родителей. – мрачно сказал мужчина, все еще не отрываясь от своих записей. В голосе его было много напускной суровости, но слышно было, что принадлежит он совсем молодому человеку.
– Я не девица. – невозмутимо ответила Ариадна, сделав шаг к столу.
Мужчина поднял голову и оценивающе оглядел Ариадну. Тут она поняла, насколько провокационно мог звучать ее ответ, но это неважно. Главное, что с ней готовы были разговаривать. Ариадна воспользовалась моментом, чтобы рассмотреть этого человека.
Он действительно был молод. Возможно, ровесник самой Ариадны. А если старше, то всего на пару лет. Подтянутый, с широкими плечами, но немного сутулый. Темные волосы были коротко, почти по-военному, подстрижены. Лицо было округлым и смуглым, что придавало мужчине простоватый вид. Красивые зеленые глаза смотрели прямо на нее. Одет мужчина был в бежевую легкую куртку, из под которой виднелась простая серая рубашка.
– Вы пришли по поводу экспедиции? – спросил он, не сводя с нее взгляд.
– Позвольте представиться, Ариадна Липпе. – “позвольте представиться” она произнесла с некоторым нажимом, чтобы напомнить собеседнику о приличиях. – Вдова, если вас так интересует мой статус. Меня интересует место целителя.
– Приятно познакомится! Клаус Аккерман, руководитель экспедиции. – мужчина подал ей руку, Ариадна по-деловому пожала ее. – Садитесь, пожалуйста. – он кивнул на стул с округлой спинкой, одиноко примостившийся на углу стола. Ариадна послушно села.
– Прошу простить мое предупреждение о разрешении от родителей. Вы очень молодо выглядите. – смущенно признался Аккерман.
– Мне часто это говорят. – улыбнулась Ариадна. Нужно было как можно скорее оставить эту неловкость позади. На этот раз улыбка попала точно в цель. Аккерман улыбнулся так, словно только ее и ждал.
– С целителями нам пока не везет. – признался он. – Готовы к небольшой проверке?
– Конечно.
– Пожалуйста, заполните этот бланк. – Аккерман порылся в стопках с бумагами и выудил оттуда лист с набранным на машинке текстом и пустыми местами для ответов. – А я пока принесу вам напиток. Кофе? Чай?
– Чай, пожалуйста. – кивнула Ариадна.
Он вручил ей ручку и удалился, оставив ее наедине с листом бумаги. Ариадна посмотрела на вопросы.
“Отметьте, какое из перечисленных растений помогает от кашля”. Почти не задумываясь, она выбрала “Северный мох”. Отвар из него она, кажется, могла бы приготовить с закрытыми глазами. Остальные вопросы оказались такими же легкими. Некоторые сомнения вызвал последний, посвященный переломам. Ариадна никогда ничего не ломала, как и ее сестра. Но в теории знала про фиксацию и некоторые магические средства.
Вскоре после того как Аккерман принес ей чай, ариадна отдала ему заполненный бланк. Он достал из ящика стола другой лист, очевидно, с ответами, и принялся сравнивать, удовлетворенно кивая.
– С этой проверкой вы справились отлично. – улыбнулся Аккерман. – Давайте теперь побеседуем. Позволите вашу руку?
Ариадна послушно протянула руку вперед, и руководитель экспедиции застегнул на ней тяжелый браслет с алым камнем. Ариадна раньше только слышала про артефакты, которые реагируют на ложь Теперь довелось не только увидеть, но и испытать на себе.
– Пожалуйста, назовите ваше полное имя.
– Ариадна Навсикая Липпе.
– А в девичестве?
– Ариадна Навсикая Габор.
– Проходили обучение на целителя?
– Официально нет, но много читала, училась варить зелья и много практиковалась на муже, пока был жив. И на сестре.
– Ваш муж умер от..? – осторожно спросил Аккерман.
– Врожденный недуг. Серая беда. Умер в больнице, врачи сказали, что мог умереть раньше, но моя забота продлила ему жизнь. – Ариадна отвечала на подобные вопросы столько раз, что уже почти ничего не чувствовала.
Аккерман внимательно смотрел на красный камень, который никак не менялся, подтверждая правдивость слов.
– Ваша семья сейчас – это…
– Я и моя младшач сестра.
– С кем оставите сестру?
– С друзьями, респектабельная семейная пара.
Аккерман задал ей еще несколько вопросов. После чего снял браслет, ни разу не показавший ложь, и с радостной улыбкой убрал его в ящик стола.
– Вы почти приняты. – улыбнулся он. – Только скажите, пожалуйста, что у меня болит?
– Правое плечо. – сразу же ответила Ариадна, заметившая, что ее собеседник странно отводит руку и несколько раз прикасался к плечу пальцами левой руки, словно так можно было унять боль.
– Вы так хорошо умеете смотреть? – удивился Аккерман.
– Погодите, по-настоящему смотреть я и не начинала. – улыбнулась Ариадна. Она снова посмотрела на Аккермана, немного рассеяв зрение и освободив голову от лишних мыслей.
– Да, мышца в плече сильно напряжена. Кажется, вы вчера перетрудились. Небольшое раздражение левого глаза – неловко доставали соринку? И что-то с левой кистью, несерьезное. Царапина?
Аккерман удивленно взглянул на свою левую руку.
– И правда царапина. Вчера был в гостях у друзей, а у них кот…Поразительно! А что бы вы сделали, как целитель?
– Глаз не трогать, сам придет в норму. Царапина, кажется не заражена. А вот плечо…Вы позволите?
Аккерман кивнул и Ариадна протянула руку, коснулась тонкими пальцами плеча, там, где боль пульсировала наиболее явно. Конечно, это не решило бы проблему полностью, но иногда боль можно ослабить совсем простыми способами.
– Да у вас врожденный талант! – обрадовался Аккерман, когда она отняла руку от его плеча.
– Возможно. – потупилась Ариадна. Ей давно казалось, что в такой магии нет ничего особенного. Кто-то легко вызывает пламя, кто-то понимает язык птиц, а она кое-что видит и кое-что меняет. И делает это в основном, чтобы помогать исцелению.
– Пожалуйста, оставьте свою визитку. Мне нужно написать отчет заказчику, но я уверен, что вы почти приняты. – улыбнулся Аккерман.
Ариадна уходила с мыслями о том, что пора собирать летние вещи. Ее ждало море.
Глава 5
Ответ пришел в тот же вечер. Ариадне принесли письмо с подтверждением ее участия в экспедиции и краткими инструкциями. Оставалось несколько дней, чтобы собрать вещи, уладить дела, оставить Пенелопу на попечение Ребекки и Карла и зайти к Аккерману подписать договор.
Пенелопа, наблюдая за ее сборами, посмеивалась.
– А сколько кружевных сорочек тебе нужно, чтобы приводить в тонус пациентов? – спросила сестра, подцепив двумя пальцами одну из любимых сорочек Ариадны.
– Если все пойдет как надо, у меня не будет пациентов. – Ариадна осторожно забрала сорочку у сестры и сложила в чемодан.
– Какой же ты тогда целитель, если нет пациентов? – Пенелопа упала спиной на кровать, раскинув руки.
– Хороший. Если нет пациентов, значит, все здоровы. А для этого целители и нужны. – назидательно ответила Ариадна, перебирая шляпные коробки.
– Если ты едешь на курорт, почему ты не берешь меня? Моему растущему организму было бы полезно солнце и море. – Пенелопа сладко потянулась.
– Потому что я еду туда работать. А тебе у Ребекки будет веселее. Они с Карлом мало понимают в воспитании, поэтому будут все тебе позволять, а мне ничего не скажут. – миролюбиво объяснила Ариадна.
– И ты готова пойти на это? – Пенелопа внимательно смотрела на сестру.
– Деньги пообещали очень хорошие. Больше, чем я ожидала. Нам не помешает. – пожала плечами Ариадна.
– И мужа привези. – кивнула сестра. – Богатого.
– Постараюсь. – улыбнулась Ариадна. Дел, как обычно бывает перед поездками, становилось все больше.
. . .
Ариадна не любила поезда, от ощущения непрерывного покачивания становилось неуютно, а еще в поездах все было каким-то плоским и узким, и разместиться удобно было почти невозможно, а еще юбка все время цеплялась за мебель. Вокзальная суета Ариадне казалась утомительной, все куда-то бежали, терялись, резко разворачивались, да и сама она все время волновалась, что не успеет на поезд и тоже норовила превратиться в суетливое спешащее существо, мешающее и себе, и другим. А вот здание вокзала ей очень нравилось. Величественное, с высокими арками, как почти все здания Виденбурга. Год назад его дополнили модной деталью. Над путями раскинулась стеклянная арочная крыша. Цветные стекла складывались в причудливый узор из цветов и завитушек, а солнце, проходя сквозь них, оставляло цветные пятна внизу, на серой брусчатке.
Ариадна пришла чуть раньше назначенного времени и теперь сидела на скамье и любовалась игрой света. Ждать пришлось недолго, вскоре она увидела Клауса Аккермана. В той же куртке и с большой дорожной сумкой из парусины, которую он взвалил на плечо.
Ариадна подошла к руководителю.
– О, госпожа Липпе! – Аккерман обрадовался ей, словно они были близкими приятелями, а рукопожатие показалось ей исполненным куда большей сердечности, чем было принято при таком коротком знакомстве. – Могу я звать вас Ариадной?
– Да, конечно, если в нашей экспедиции принят такой тон. – Ариадна почти смутилась, но постаралась не подать виду.
– Возможно, вы привыкли к иным правилам. – теперь смущенным выглядел Аккерман. – Но, когда мы все соберемся, вы убедитесь, насколько простое обхождение у нас принято. Да и сложно ожидать иного от людей, с которыми придется прожить бок о бок полтора месяца.
– Значит, по имени. – улыбнулась Ариадна.
– И на “ты”! – широко улыбнулся ей Аккерман.
Ариадна снова почувствовала себя неловко, но невозмутимо кивнула. Она сама согласилась войти в этот новый мир, значит, она будет соблюдать те правила, которые здесь приняты. В конце концов, хороший тон – это уместность. Уместны ли сложные церемонии, когда вы много часов работаете на свежем воздухе и живете в одной гостинице?
– Я провожу тебя к нашим местам, а сам буду здесь встречать остальных. Согласна? – Клаус потянулся к ее чемодану.
– Согласна. – улыбнулась Ариадна, легким движением руки заставляя чемодан приподняться над землей.
– Волшебство… – улыбнулся Клаус и повел ее к вагону. Он легко, рисуясь, запрыгнул в вагон и протянул ей руку. Ариадна осторожно подобрала юбки одной рукой, а вторую вложила в протянутую руку Клауса. Когда проектировали вагоны, о моде явно не думали.
– А вы… – Ариадна не знала, как спросить его о магии. Задавать такие вопросы напрямую было не очень прилично.
– Мы же договорились обращаться на “ты”. – улыбнулся Аккерман. Она уже стояла в вагоне, а он все не выпускал ее руку.
– Прошу прощения. А ты…не облегчаешь себе магией некоторые дела?
– Я достаточно силен, чтобы поднять чемодан без магии. – он словно нехотя выпустил ее руку и двинулся вперед по вагону. – Я не самый сильный маг. Поэтому обычно берегу силы для важных дел.
– Например? – Ариадна была заинтригована.
– Например, если кто-то на нас нападет, я могу поразить его неплохим магическим ударом.
– И какова вероятность, что на нас кто-то нападет? – скептически спросила Ариадна. Поезда, конечно, не самое приятное место, но стоило признать, что люди в них обычно друг на друга не нападают.
– В поезде не нападут. – в тон ее мыслям ответил Клаус. Но что-то в его голосе заставляло задуматься об умолчании.
Наконец, он открыл перед ней двери купе.
– Располагайся. Женское купе. Ехать пятнадцать часов, если захотите вздремнуть, то сможете все расположиться.
– Спасибо! – Ариадна убедилась, что чемодан влетел в купе и закрыла за Клаусом дверь. Оставалось дождаться других девушек. Или женщин? Как целителю, ей полагались карточки с небольшим описанием состояния здоровья всех участников, но Клаус еще ничего ей не выдал.
Долго гадать не пришлось. Не успела Ариадна пристроить шляпу и жакет на настенном крючке, как в купе вошла еще одна девушка.
Она выглядела совсем юной, но Ариадна решила, что вряд ли разница между ними превышает пару лет. Все-таки для участия в экспедиции требовалось быть совершеннолетними. Девушка была низкого роста, заметно ниже даже невысокой Ариадны, и такой худенькой, что изящная Ариадна почувствовала себя очень крупной рядом с ней. Светлые волосы были прихвачены белой лентой сзади, поэтому локоны свободно лежали на плечах. Такую же прическу часто носила Пенелопа. В лице незнакомки все было маленьким и острым. Острый подбородок, острый носик, резкий излом тонких бровей. Только голубые глаза были большими и круглыми, как у куклы. Одета девушка была в белое хлопковое платье с вышитыми по круглому вороту цветочками. Не очень практично, но сходство с детьми и куклами от этого только усиливалось.
– Привет! Я Ариадна. – Ариадна кивнула вошедшей девушке.
– Привет! А меня зовут Эмма. – улыбнулась девушка. Голос у нее был тонкий и резковатый.
– Я ваш целитель. – улыбнулась Ариадна.
– Очень хорошо. – Эмма села напротив. – Ты работаешь в какой-то больнице?
– Нет, я вообще раньше не работала. Но дома я всех лечу. – про свою сложную семейную историю Ариадна пока решила не рассказывать.
– Никогда не работала? – искренне удивилась Эмма.
Ариадна в ответ только пожала плечами. Новые обстоятельства, новые правила. Не стоило сразу рассказывать, что кажется ей обычным, а что удивляет.
Пока они обменивались дежурными фразами о погоде и удобстве вагона, дверь купе снова открылась. Если Эмма была хоть немного похожа на девушек, с которыми Ариадна привыкла общаться, то эта пассажирка поражала. Смуглая, сутулая, с походкой, напоминающей мужскую. Ариадна могла бы назвать лицо девушки красивым, но в нем не было плавности и томности, черты казались крупными, а серые глаза смотрели немного настороженно. Темно-русые волосы были собраны в тугой пучок. Эта девушка тоже была в платье, но выглядело оно очень практичным. Плотная ткань, простой крой, отложной воротник. Пожалуй, в дороге в таком было бы удобнее, чем в модном дорожном костюме, который надела Ариадна.
– Привет, Эмма! – вошедшая девушка кивнула Эмме и повернулась к Ариадне. – Я Катарина.
Оказалось, что Катарина и Эмма пришли на собеседование в одно время, поэтому уже были знакомы. И не только между собой, но и с кем-то еще из их группы.
– Вы так хорошо сдружились на собеседовании? – улыбнулась Ариадна, наблюдая как девушки обмениваются новостями и шутками.
– У нас еще было собрание. До того как тебя нашли. – кивнула Катарина. – Но мы правда сдружились.
– Это мило. – улыбнулась Ариадна.
– Мило, что ты уже в поезде. Значит, не сбежишь. – хихикнула Эмма.
– А что, было много желающих сбежать? – удивилась Ариадна.
– Мы далеко не сразу собрались таким составом. – кивнула Катарина. – Несколько человек сначала соглашались, а через день отказывались. Не все могут уехать на полтора месяца в экспедицию, о которой толком ничего не известно.
– Но деньги хорошие. – кивнула Эмма.
– Хорошие. – согласилась Ариадна. Если даже ей сумма в 20 000 марок казалась достойной, то что говорить о девушках, которые, судя по всему, вынуждены были работать с очень юного возраста.
Они продолжали беззаботно говорить о предстоящей поездке, о море, о курорте, и почти забыли, что ждут еще одну девушку, когда она вошла в купе.
Она была чуть выше Ариадны. Из-под простенькой соломенной шляпки выбивались светлые волосы. Одета она была в дорожный костюм – юбка и жакет – но по сравнению с модным костюмом Ариадны этот выглядел простовато. У нее было одно из тех лиц, которые кажутся миловидными, но не запоминаются.
– Привет! – кивнула она сразу всем, а потом повернулась к Ариадне. – Меня зовут Маргарита.
Девушки обменялись любезностями и Ариадна задумалась, на что будут похожи полтора месяца на побережье в этой компании. Понятно было только, что это лето ее удивит.
Глава 6
Ариадна училась в женской гимназии. Лучшая школа Варанги, городка, в котором она выросла. Девочки там были разные. Возможно, если бы кто-то чуть меньше думал о правилах и чуть больше о том, что действительно полезно для подрастающих учениц, они были бы сестринством, как мечтали многие их учительницы. Но в гимназии вечно кто-то с кем-то враждовал, кого-то бойкотировали, над кем-то посмеивались. Ариадна, кажется, была во всех возможных ролях и ситуациях, но к выпуску обрела тихое уважение других девушек, хотя сердечная дружба связывала ее лишь с двумя одноклассницами.
Переехав в Виденбург, Ариадна попала в общество, которое сначала представлялось ей коварным, но на деле явило устройство куда более понятное и справедливое, чем сложная сеть гимназических кружков и сообществ. Там Ариадна обрела подруг, да и вообще уверилась в том, что женщины охотно поддерживают друг друга.
Будет их маленькая группа больше похожа на гимназический класс или на светский дамский клуб, было неясно. Хотелось, конечно, дружить.
Ариадна сначала невольно впечатлила своих попутчиц немного вычурной одеждой. Впрочем, она и в обществе выделялась изящными туалетами и модными штучками, поэтому ничего удивительного в этом не было.
Потом они высказали удивление, что целитель – женщина. “Это ведь нужно учиться!” – вздохнула Эмма. Несмотря на то, что большинство целителей в больницах были мужчинами, Ариадне казалось вполне естественным, что с исцелением хорошо справляются женщины. Ее воспитывали в убеждении, что именно женщины следят за здоровьем домочадцев.
Но по-настоящему она их удивила, когда в ходе беседы пришлось признаться, что она вдова. Катарина и Маргарита были ее ровесницами, а Эмма на два года младше. Но никто из них не был замужем и Ариадна почти физически ощущала, сколько вопросов о браке они хотят ей задать.
До обеда они непринужденно болтали о том, что видят за окном. Попутчицы Ариадны обронили пару слов о мужчинах, которые едут с ними, но, так как Ариадна знала только Клауса, понять ей ничего не удалось. Но Клаус точно пользовался восхищением и уважением всех ее спутниц.
Что было неудивительно, ведь именно он принимал решение о том, чтобы всех их взять. И если для Ариадны это было просто удачным решением, то для девушек открывало новые возможности.
Ариадна больше прислушивалась к брошенным вскользь мнениям и замечаниям. Так, избегая прямых и, возможно, неудобных вопросов, она пыталась составить мнение о девушках, с которыми ей придется провести много времени.
Никто из них не учился в женской гимназии, они посещали только общественные городские школы. Мать Ариадны, успевшая недолго поработать учительницей, говорила о таких школах с нескрываемым презрением. Особенно ее возмущал тот факт, что девочки и мальчики учатся в одних классах. “Так неприлично!” – восклицала она драматическим шепотом. В детстве Ариадна пугалась, но, повзрослев, про себя думала, что заводить детей вне брака тоже не очень прилично, но они с Пенелопой откуда-то взялись.
Еще ее собеседницы с юных лет работали. Так незадолго до экспедиции Маргарита продавала шляпки, Эмма подавала кофе и горячий шоколад, а Катарина работала в табачной лавке. Странно было думать, что еще пару недель назад Ариадна могла бы встретить этих девушек в совсем ином качестве, они бы стояли по разные стороны прилавка, а теперь ехали с ней в одном купе.
Они были уверены, что встретив Клауса и пройдя собеседование, вытянули счастливый билет. Неплохие деньги, опыт, который явно важнее, чем торговля в чужом заведении. И курорт, на который иначе они могли никогда не попасть.
Солнце ярко светило в окно, когда в дверь купе постучали.
– Клаус! – обрадовалась Эмма, открыв дверь.
– Дамы, я пришел пригласить вас на обед в вагон-ресторан! – Клаус широко улыбался.
– Что, сразу всех?! – Эмма вскинула тонкие брови в притворном удивлении. – Да ты дамский угодник!
– Парни тоже пойдут. – Клаус посторонился, чтобы девушки смогли выйти из купе.
Ариадна задумалась о слове “парни”. Ее знакомых обычно так не называли. Ее окружали “господа”, “мужчины” или хотя бы “молодые люди”. Тем интереснее было посмотреть, что же из себя представляют эти загадочные “парни”. Женщинам как будто всегда есть, о чем друг с другом поговорить. Но каковы же мужчины, которые будут так близко ближайшее время?
В коридоре их ждали три мужчины. Ариадна сразу отметила, что выглядят они прилично и, кажется, не особо отличаются от тех, кого она обычно видела. Также она отметила, что никто из них не отличается выдающейся красотой, хотя наружности они были приятной.
Пока их внушительная группа шла к вагону-ресторану, Клаус, который, кажется, должен был возглавлять шествие, вдруг оказался рядом с Ариадной. Места было мало, поэтому он шел впереди, но постоянно оглядывался на нее.
– Как дорога? Совсем забыл спросить, как ты переносишь поезд? – обратился он к ней.
– Все хорошо, спасибо. – ответила Ариадна. – Всего пятнадцать часов. И какую-то часть мы уже проехали.
– А ты из тех, кто во всем ищет светлую сторону, верно? – улыбнулся ей Клаус.
– Более того, я считаю, что есть много способов сделать светлее! – улыбнулась Ариадна.
– Хм, никогда не думал, что можно подойти к этому так.
Некоторое время он молчал.
– Но тогда получается, что и темнее тоже можно сделать? – снова обернулся к ней Клаус.
– Предметы отбрасывают тени на ярком свету. А некоторым делам темнота очень помогает… – Ариадне нравились такие словесные упражнения.
– И каким же делам помогает темнота? – с хитрой улыбкой спросил Клаус.
Ариадна не сразу поняла, насколько двусмысленно могут звучать ее рассуждения. Но, когда Клаус задал этот вопрос, она почувствовала, что все замедлили шаг и прислушиваются, что же она скажет.
– Театральным представлениям, например. – с невинным видом ответила Ариадна. – В зале должно быть темно, чтобы актеров было хорошо видно на сцене.
Все засмеялись. А Клаус, кажется, даже немного покраснел.
. . .
Наконец, они заняли стол в вагоне-ресторане. Восемь человек. Ариадна надеялась, что их представят друг другу как положено, но то ли в этой среде так было не принято, то ли Клаус забыл о приличиях. Из-за этого Ариадна чувствовала себя неловко, будто заглянула на чужой праздник. Но просить соблюдать свои правила тоже казалось странным решением, неловким. В конце концов, она привыкла совсем к другим людям и условиям. И, если здесь принято поступать по-другому, так тому и быть. Это она должна приспособиться.
Она всю жизнь приспосабливалась.
За непринужденной обеденной беседой она узнала кое-что и о мужской половине их команды.